Осколки снов

Эйприл сняла трубку, едва увидев на дисплее телефона, кто ей звонит, и наплевав на то, что этот звонок раздался среди ночи. — Привет, Лео, — девушка постаралась, чтобы голос не звучал совсем сонно и не заставил лидера черепашьей команды чувствовать себя виноватым за то, что разбудил ее. — Что-то случилось? — Привет, — голос в трубке был немного хриплым. — Ты не могла бы сходить с Майки в магазин еще раз — он не все купил… Эйприл не выдержала и тихо засмеялась, перебивая его: — В смысле, не весь супермаркет? Что еще вдруг так срочно понадобилось? Лео вздохнул. — Ну, ни я, ни парни не разбираемся в этих шампунях и всем остальном. Может, ты бы ему посоветовала, что нужно человеку для нормальной жизни. — Хорошо, — журналистка кивнула. — А вам что-то захватить? Я бы заскочила после шоппинга. — Спасибо, Эйприл, у Майки есть список того, что нам нужно, — ниндзя явно не хотел ее обременять лишний раз. — Он все купит, карточка для оплаты у него есть. — Тогда до завтра, — девушка повесила трубку и села на кровати, свесив ноги. — Кто это был? — сонно спросил Кейси, отлипнув от подушки. — Что за ночные звонки? — Ты ревнивцем заделался? — она лукаво улыбнулась. — Это Лео, просил завтра пройтись с Майки по магазинам. Хоккеист недовольно заворочался в постели. — Только вчера же ходили, — возразил он. — Мы же хотели с тобой поехать на матч. — Успеем и туда, и туда, если встанем пораньше, — Эйприл подтянула колени к подбородку. — Им же больше не к кому обратиться, кроме меня… — Это не повод садиться на шею, — Кейси недовольно перевернулся и широко зевнул. — Как, кстати, Майки осваивается в новом амплуа? — Мне кажется, он вообще не изменился, — девушка тихо засмеялась. — Все такой же забавный и строит из себя мачо! Кейси не смог удержаться от ответного смешка. Еще будучи черепахой, Микеланджело был свято уверен, что он просто неотразимый красавчик, что же говорить теперь, когда на него, по рассказам журналистки, заглядывались через одну девушки в магазине.  — Этот в одиночестве долго не проскучает. Давай досыпать, пока еще какая-нибудь черепаха не решила, что ей еще что-то от тебя надо.

***

Майки так и не решился зайти к Леонардо. Промаявшись час перед телеком, он встал и пошел к комнате лидера. Он два раза проходил мимо его двери и возвращался, но так и не постучал. Почему-то раньше он, не задумываясь, врывался сюда и начинал тормошить брата по любым вопросам, не важно, ночью или днем, болел ли Лео или читал. А сейчас Микеланджело почему-то было ужасно неловко беспокоить его просто ради того, чтобы извиниться за то, что так неосмотрительно подставился и чуть не сорвал всю операцию. Неожиданно дверь открылась, и на пороге нарисовался хмурый Рафаэль. — Чего шатаешься под дверью? — ворчливо спросил он. — Хотел к Лео зайти, да подумал, вдруг он спит, — Майки деланно равнодушно пожал плечами и отвел глаза. — Когда тебя это заботило? — Раф прикрыл дверь и сердито потопал к себе. — Как будто ты хоть что-то кроме своего «хочу» видишь. — Я хотел извиниться. — Ему это точно не нужно, — бросил через плечо бешеный брат. — Лучше не тупи в другой раз так и слушай, что тебе говорят. Майки сердито взъерошил волосы и промолчал в ответ. Раф, как всегда, нашел виноватого и теперь срывается на нем, по излюбленной привычке. — Да иди ты, — тихо буркнул Майки ему вслед и толкнул дверь комнаты лидера. — Лео? В слабом свете тусклой лампы у кровати он рассмотрел сидевшего Донателло, который не спеша раскладывал по ящикам своей аптечки бинты и тюбики с мазями. — Майки? — он поднял голову. — Что-то беспокоит? — Нет, — тот отрицательно мотнул головой. — Все норм. Старший спит? — Спит, — Донни кивнул. — Я ему снотворное дал, чтобы не скакал и дал ране затянуться. Микеланджело вошел и присел около кровати на пол. — Донни, почему все так получается? — тихо спросил он. — Почему я не могу жить, как раньше? — Потому что ты не такой, как раньше, — черепаший гений улыбнулся уголками губ. — Если ты меняешься, то меняется и все вокруг. Прибереги свое раскаяние до завтра. Лео позвонил Эйприл и попросил, чтобы она съездила с тобой по магазинам за шампунями и всем прочим, так что иди-ка лучше спать сейчас. Лучшим доказательством того, что ты хоть что-то понял, будут не слова, а отсутствие твоей забывчивости в супермаркете. Донни поднялся, прихватив аптечку, и направился к выходу, поманив младшего брата за собой. — Если вдруг что-то начнет беспокоить — буди меня, — сказал он, провожая Майки до двери его комнаты. — Обезболивающее будет действовать еще примерно три часа, потом рана может начать болеть. — Ясно, — Микеланджело открыл дверь в свою комнату. — Донни, я все исправлю, я больше никогда не буду создавать Лео проблем и тебе тоже. Донателло улыбнулся на эти слова и ушел в лабораторию. «Да, уж, Майки, конечно, больше ты не будешь так поступать, — гений засунул аптечку на место и сел к компьютеру, собираясь поработать пару часов. — Ты придумаешь еще что похуже. Сколько раз в детстве, влипая в неприятности, ты клялся каждому из нас, что вот так больше никогда не случится, и через день максимум случалось что-то еще».

***

Микеланджело вошел в свою комнату, зажег свет и присел на край кровати, оглядываясь по сторонам. Здесь все было сделано так, как он сам хотел, как, ему казалось, должно быть в комнате подростка. Но вот всего один-единственный день на поверхности, среди толпы людей, изменил его взгляд. В том огромном супермаркете, куда он ездил с Эйприл, было полно парней его возраста, и, наблюдая за ними, рыжий ниндзя убедился, что слишком сильно отличается. Он был слишком непосредственным, слишком открытым и живым рядом с парнями-людьми, которые уже в 17 лет умели лениво цедить слова, холодно прищурив глаза, придирчиво изучать качество выставленного товара, а не радоваться вообще его наличию. Они умели уже быть недовольными чем-то, как совсем взрослые люди, их не устраивало чуть царапнутое гнездо на мобильном телефоне или не слишком любезный взгляд продавца. Майки всего этого не умел и, сидя сейчас в своей комнате, осознавал, что мало просто стать человеком внешне, для того, чтобы влиться в компанию и легко дружить с людьми, ему придется научиться всему этому. Микеланджело вздохнул, поднялся и стал медленно сдирать со стен плакаты с любимыми музыкальными группами и постеры из игр. Теперь это казалось каким-то ребячеством. Он побросал все у двери, стащил с кровати подушку, вытряхнул ее из веселой лоскутной наволочки, засунул в нее простынь, а следом коробки с видеоиграми. «Если я хочу быть как они, то мне нужно научиться другим увлечениям, тем, что дадут мне возможность легко поддержать беседу и свободно общаться в любой тусовке». Майки вдруг понял, что для любого из своих сверстников-людей он будет просто большим глупым ребенком, не говоря уже о девушках, которые, похоже, ценили в парнях не только внешность и умение классно пошутить, но и стильную одежду, дорогой парфюм и прочую атрибутику. «Вот поэтому Эйприл меня всерьез и не воспринимает! — Майки схватил с кровати большого плюшевого медведя и зло сунул его следом за играми. — Я для нее просто ребенок! Она не видит, что я уже взрослый!» Он швырнул наволочку в сторону и сел, обхватив голову руками. «Да и как это увидишь, когда братья меня вечно опекают, как маленького?! Я же уже взрослый, а они все как с дитем носятся… Особенно Лео…» Майки с тоской уставился в глаза медведя, чья голова торчала из цветастой наволочки наружу, взирая на него слепым пластиком, словно с упреком. Этого мишку подарил ему Леонардо на прошлый день рождения, и Майки обрадовался игрушке, как дите. Он тискал медведя, придумывал ему имя, висел на руке лидера, захлебываясь от восторга и благодарности. Ни один 17-летний парень-человек с таким визгом не кидался бы на плюшевый подарок от старшего брата, скорее, холодно улыбнулся бы и вернул со словами «я же уже не ребенок». Да и никому не пришло бы в голову дарить молодому человеку игрушки, скорее уж новые дорогие часы или, скажем, мотороллер, велосипед, скейт. Но только не плюшевого мишку, тем более, явно не нового, а выкопанного где-то в мусорном баке и так старательно отчищенного. Микеланджело тогда оценил не только самого медведя, но и ту заботу, которую проявил старший, потратив уйму времени на поиски игрушки и приведение ее в порядок. Мог бы просто взять у Донни денег и купить нового, но Лео считал, что важнее показать младшему брату, что он думал о нем, помнил о его празднике и потратил силы на подарок, а не отделался покупкой за чужой счет. У лидера были свои взгляды на то, как проявлять любовь к семье, но вот Майки они теперь казались несколько нелепыми и даже смешными. Микеланджело улегся, уткнувшись носом в подушку, укрылся с головой одеялом и заставил себя заснуть, хотя в мозгу крутилось столько мыслей, сколько он, казалось, за всю свою жизнь не думал.

***

— Майки, идем уже! — Эйприл ухватила парня за руку и потащила за собой. — На матч опоздаем, и Кейси будет ворчать. Он уже два часа в машине нас ждет. — Сейчас, — Микеланджело внимательно изучил этикетку на часах и решительно сунул их в корзину. — Давай вечером в клуб сходим. Девушка вздохнула. Она не очень любила всякого рода шумные вечеринки и компании, но и оставлять Майки одного не хотела. Наверняка Лео будет волноваться и все равно попросит ее присмотреть за младшим братом. — Посмотрим, — уклончиво ответила она. — А сейчас — идем. Ты, кстати, взял то, что парни просили? Лео сказал, что дал тебе список. — Да, сейчас, — Микеланджело толкнул тележку в сторону отдела одежды. — Я его забыл, но Донни, кажется, просил взять для старшего джинсы и что-то еще… Эйприл сердито сморщилась и вытащила мобильник. — Донни? Скинь мне, пожалуйста, список того, что вам нужно, — Майки его забыл. Да, мы сейчас выезжаем уже, я захвачу пиццу по дороге. Нет, рана его, судя по всему, не беспокоит совсем, он слишком занят. Она повесила трубку и отвернулась, направившись в продуктовый ряд. Юная журналистка считала себя довольно беспечной, но даже ей сейчас казалось, что Микеланджело являет собой просто образец безответственности! Ну, как можно забыть, что твоим братьям нужно что-то, набирая себе самому кучу бестолковых молодежных атрибутов?! Она привыкла к тому, что ее друзья-черепахи далеки от такой смешной мелочности людей, как забота о соответствии моде и тенденциям современной жизни. Девушка с удовольствием носила забавные часы, сделанные черепашьим гением из обрывков кожи и нескольких пластиковых бусин, не только потому, что это было потрясающее изобретение, — от этих часов веяло теплом. Донни, без сомнения думал о ней, сплетая эти ремешки в замысловатый браслет и прилаживая к нему тонкий прибор. Вот этим и был бесценен его подарок, а не своей навороченностью или модностью. Как Майки этого не понимал? За этими мыслями она сложила в свою корзину то, что было в списке Донателло, и пошла к кассам, по дороге дернув за руку Микеланджело. «По-моему, братья просто избаловали его до потрясучки! Пора бы кому-то уже спуститься с небес на землю и хоть немного о других думать!»

***

— Ну, нам пора ехать! — Кейси отодвинулся от стола и поднялся. — Спасибо за отличный ужин, парни! Хоккеист старался не выдавать своего раздражения из-за того, что в итоге они пропустили матч и просидели со своими зелеными знакомыми весь вечер. — Будет настроение, заходите еще, — Леонардо улыбнулся им обоим, откинувшись на спинку дивана. — Спасибо вам. — Обязательно, — Эйприл тоже поднялась, улыбнувшись черепашьему лидеру. — Поправляйся, и берегите себя. Лео благодарно улыбнулся ей и махнул рукой. Раф тоже вышел из-за стола и даже снизошел проводить гостей до выхода. — Эй! — уже у двери, он неожиданно придержал девушку за руку. — Слушай, я могу заскочить к тебе ночью? Нам надо поговорить. Журналистка вскинула брови. Рафаэль хочет зайти к ней в гости? Это что-то новенькое. — Эй? — насмешливо переспросила она. — Это твое проявление вежливости, или я тоже удостоилась чести получить сокращенную кличку? Рафаэль усмехнулся ей, сунув в рот зубочистку. — Ну, Эйприл слишком долго. Так как насчет ночи? — А Лео не будет против? — девушка подозрительно прищурилась. В последний раз, когда Раф затеял что-то самостоятельно, они с Кейси загремели в следственный изолятор, а черепашки оказались в бегах. Бешеный ниндзя сморщился, видимо, припомнив тот же момент. — Пусть дома отдохнет лучше. Чтоб тебе было спокойнее — нет, он не знает, но я прихвачу с собой Донни, может, он тоже что-то дельное присоветует. — Хорошо, — журналистка вздохнула. — Но, Рафаэль, давай больше не будем устраивать гонки по вертикали и лазить куда не надо. Он усмехнулся еще раз и в свойственной ему манере выпихнул девушку за дверь. — До скорого.