В поисках тебя, моя хозяйка.

Вечер казался Нанами просто прекрасным, не смотря на то, что праздник она, похоже, встретит в гордом одиночестве, поскольку Нобу таки уехал из Японии, а все её друзья были сейчас либо со своими семьями, либо со своими возлюбленными. Однако одиночество её сейчас нисколечко не смущало, ибо она желала его больше, чем чего либо, чтобы попытаться-таки в сотый раз привести свои мысли и чувства в порядок. Нанами жутко хотела вновь увидеть Томоэ и остальных, причём первого, наверное, даже больше, но она боялась гнева белого лиса как никогда, а то, что он будет в гневе, было ясно, как день, и, фактически, это была в целом и полностью её вина, чего она и не отрицала. Но желание увидеть его, увы, от этого не уменьшилось. Эх, если бы только с самолётом не случилась небольшая поломка, она бы сейчас была далеко и думать бы не думала об этом, но поломка случилась и она вернулась, так толком и не уехав. Мысли Нанами так бы и дальше продолжали путаться и сводить девушку с ума, если бы ей вдруг на глаза не попалась компания детишек, которая, сидя на лавочке, пыталась сделать бумажных журавлей, но отчего-то выходили те у них из ряда вон плохо. Губы бывшей Богини тут же тронула нежная улыбка, и она подошла к детям. А когда она, сделав парочку журавлей, запустила их в небо, её тут же окружил весёлый и искренний детский смех, и она забыла о своих тревогах. Только вот, глядя на эти весёлые детские лица, Нанами вдруг представила маленьких ёкаев с белыми ушами и пушистыми хвостиками, которые так же радостно, виляя последним, смотрели бы на неё глазами цвета пурпурного ириса. Девушка аж вздрогнула от такого внезапного видения. Она никогда раньше не думала заводить семью и уж тем более о детях, но эта картина была такой яркой и так тронула её сердце, что невольно она захотела, чтобы хотя бы на секундочку она стала реальностью. Думая об этом она продолжала запускать сияющих матовым золотым светом бумажных птиц в небо, пока вскоре детей не позвали домой. Они весело помахали ей на прощание и исчезли так же быстро, как и появились в её жизни. Нанами не смогла удержать тихого вздоха и грустной улыбки. Всё-таки иметь детей, это, наверное, прекрасно - подумала она, откидываясь на спинку лавочки, на которой она сидела окружённая весёлым смехом всего минуту назад. Девушка подняла глаза к небу, которое уже давным-давно прекратило слать на землю снег и практически очистилось от облаков, открывая взору белый сияющий диск полной луны. До начала нового года оставался где-то час и настроение Нанами заметно увеличилось не без помощи детей, но это было ровно до того момента, как на её колени опустилось перо тэнгу, которое привело за собой нежданного, хотя и желанного когда-то ёкая. Однако о последнем Богиня даже не догадывалась, когда брала перо в руки. Она сразу узнала в нём перо из крыльев Курамы, поскольку практически такое же всегда лежало у неё в сумочке как напоминание о прошлой жизни, и вполне естественно, что она сразу подумала о рок-звезде, когда обратилась к тишине и назвала его имя. Но тот, кто вышел на её зов был не Курамой. Ужас, страх и неверие накрыли её с головой, когда под свет луны из тени деревьев вышел не кто иной, как Томоэ. Его длинные волосы сияли серебром в лунном свете, глаза смотрели на неё выжидающе и с ехидством, а на губах его играла самодовольная улыбка. Он двигался с грацией хищника, который вышел на охоту, и это испугало девушку ещё больше, поскольку перед её глазами тут же встал образ, который она увидела когда-то, когда впервые отправилось в прошлое - демон. Безжалостный демон, который упивается страданиями людей. И он стоял сейчас перед ней и с интересом наблюдал за её реакцией. Нанами в ужасе вскочила на ноги и прикрыла рот рукой, чтобы не выпустить наружу крик ужаса. Она смотрела на него широко открытыми глазами, полными ужаса, и медленно пятилась назад, чтобы быть как можно дальше от его гипнотического взгляда, который буквально прожигал её насквозь. Даже в самом кошмарном сне девушка не могла себе представить так их встречу. Она дрожала от страха, понимая, что сейчас перед ней стоит не её хранитель, а измученный и, в тоже время, злой демон, который жаждет крови за все свои мучения, которые устроила ему она. Нанами тихо пискнула, когда Томоэ, довольный её реакцией на его появление, с улыбкой победителя медленно двинулся к ней. - Томоэ... - Произнесла она севшим от страха голосом, отнимая руку от дрожащих губ и протягивая её вперёд, как защиту, - Томоэ, давай просто поговорим... Он вдруг остановился и, обведя её долгим изучающим взглядом с ног до головы, усмехнулся и покачал головой. - Нет, Нанами, боюсь "просто поговорим" тут уже не уместно. Звук его голоса - низкий и с рычащими нотками, заставил Нанами покрыться мурашками с ног до головы. Он действительно хочет её смерти! Испугано взвизгнув, девушка в панике бросилась наутёк, но не тут то было. Одним молниеносным движением Томоэ настиг её, когда она не сделала и 5 шагов. Он молча прижал её к стоящему рядом дереву и вперил в неё холодный не выражающий ничего взгляд. Нанами тихо всхлипнула, находясь в плену его рук, которые лежали на стволе по бокам от неё, не давая таким образом и пошевелиться. Боже, о чём она только думала! Как можно убежать от хищника, который в два раза сильнее и быстрее тебя? К тому же от разъярённого хищника? Она всхлипнула ещё раз и тут слова сами полились из неё нескончаемым потоком вместе со слезами: - Прости меня, Томоэ, пожалуйста прости, - воскликнула она, прижимая руки к груди и зажмурив глаза, чтобы не видеть его отвращения и гнева на неё. - Я не хотела причинять тебе боль... я не хотела уезжать, но ты не оставил мне выбора! Я думала, ты будешь счастлив, если я исчезну, а Микаге вернётся... я думала, ты будешь счастлив, избавиться от меня, ведь я приносила тебе столько неприятностей... да ещё и мои чувства…Я ведь буквально дышать тебе не давала из-за них! Я думала, что возвращение Микаге порадует тебя, ведь ты так долго ждал с ним встречи и, в отличие от меня, он настоящий бог, с которым у тебя никогда не было столько проблем и мороки! Я думала освободить тебя от несчастной участи быть вечно моей нянькой... Я думала... я... Ох, Прости меня Томоэ... пожалуйста, прости... прости.... Томоэ смотрел на неё немигающим взглядом из-под опущенных ресниц, и слушал её сбивчивый рассказ и извинения, пока девушка окончательно не разрыдалась, закрыв лицо руками. - Знаешь, Нанами, - произнёс он, наконец, чуть склонив голову набок, - во мне сейчас борются два желания. Первое - это придушить тебя на месте... Он усмехнулся, когда она вскинула на него полные ужаса глаза и продолжил: - А второе... Нанами сглотнула и нервно облизала губы: - И…Что второе? Вместо ответа Томоэ молча склонился к ней и жадно припал к её губам. Девушка тут же вскинула руки и упёрла их ему в грудь, пытаясь оттолкнуть от себя демона, но это было всё равно, что бороться с асфальтоукладчиком. Он не отпустил её. Более того, Томоэ ещё сильнее прижал её всем своим телом к стволу дерева, а поцелуй его стал ещё яростней и жёстче. Он дразнил её губы языком, нежно обводя их контур, при этом иногда зубами поддевая нижнюю губу и покусывая её до крови. И каждый раз, когда Нанами снова ощущала, как его зубы впиваются в её губы, она вздрагивала всем телом и тихо всхлипывала, параллельно стараясь таки хоть как-то оттолкнуть от себя Томоэ. Ей было больно. Больно и обидно, но больше всего – ей было страшно, поскольку она никогда таким его не видела. Её Томоэ всегда был нежен, пусть и ворчал на неё и кричал в два раза больше, чем говорил приятные слова, но никогда она не знала такую его сторону. Агрессивный, требовательный и жестокий. В какой-то момент она поняла, что он, таким образом, хотел её наказать, и она не ошиблась. Томоэ действительно хотел причинить ей боль, чтобы она почувствовала хоть немного, какого было ему. Им двигали лишь злость и ущемлённое чувство собственного достоинства и ничего более. Он хотел напугать её, хотел, чтобы она боялась его, и в тоже время каждый раз, когда он слышал её тихий, жалобный всхлип, сердце его болезненно сжималось, но он не останавливался и не отстранялся от её губ. По большей мере, наверное, это было ещё и потому, что он не хотел прерывать поцелуй. Однако его гнев и злоба окончательно пропали только тогда, когда на губах девушки он почувствовал солёный привкус её слёз. И только тогда лис отстранился, заключил её раскрасневшееся то ли от слёз, то ли от смущения лицо в ладони, и, заглянув в её перепуганные глаза, стал нежно губами стирать маленькие серебристые ручейки, что бежали по её щекам. - Не плачь, Нанами, - Прошептал он, в перерывах, между поцелуями, - Пожалуйста, не плачь… Услышав его нежный, практически умоляющий шёпот, Нанами застыла и на минуту даже растерялась. Что это? Всего секунду назад он был таким грубым, таким жестоким, а теперь…почему он вдруг стал таким нежным и заботливым? Что это, Томоэ? Зачем ты играешь со мной? Неужели ты настолько зол на меня? Девушка накрыла его руки своими, и, когда тот снова поднял на неё глаза, молча привстала на цыпочки и несмело поцеловала его. Она просила прощения… Томоэ смотрел на неё широко открытыми глазами и, честно говоря, ждал, когда она оттолкнёт его и снова попытается убежать, но этого не случилось. В место этого, руки девушки, что до этого нещадно колотили его грудь и пытались его оттолкнуть, медленно скользнули вверх по его плечам и, обвив его шею, настойчиво потянули на себя. И лис молча поддался и ответил на поцелуй, но на это раз он был уже осторожен со своими клыками, и старался больше не пугать девушку. Но он окончательно потерял над собой контроль, когда услышал её тихий стон, а её губы приоткрылись ему на встречу. Опустив одну руку ей на талию, а вторую положив ей на затылок, Томоэ прижал её к себе ещё сильнее и с тихим рыком углубил поцелуй. Он смаковал и изучал её рот, доводя своим языком до исступления. Чуть отстранившись, чтобы дать Нанами глоток свежего воздуха, Томоэ спустился чуть ниже, целуя и покусывая нежную кожу на её шее. - Томоэ... - услышал он её сладкий стон и не смог сдержать самодовольной ухмылки. - Моя...моя Нанами... Он снова припал к её губам, в то время как руки его опускались всё ниже, буквально скользя по шёлку кимоно, как вдруг... - Мама, смотри, а у дяди ушки! Парочка так и застыла. Чертыхнувшись про себя, Томоэ медленно обернулся на голос. На дорожке парка, рядом с которой, в общем-то, они с Нанами и стояли, всего в паре шагов от них застыла ошарашенная мамочка с её чадом. - Здрасти, - кивнул лис в знак приветствия, машинально прижимая девушку к себе в защитной манере, когда та, красная как рак от стыда, уткнулась носом ему в плечо, чтобы скрыться от посторонних глаз... Женщина тут же отошла от шока и, фыркнув, схватила мальчонку за руку и потащила его прочь от непристойного зрелища, неустанно повторяя "Какой стыд! Какое невежество! Современная молодёжь совсем уже вести себя не умеет! Он ещё и уши нацепил". Томоэ, немного офигевший от такого заявления, ещё долго смотрел вслед удаляющемуся семейству и раздражённо дёргал ушами. Дожили, его учит манерам человеческая женщина…и, между-прочем, уши у него настоящие… От раздумий его отвлекли непонятные звуки, которые издавала Нанами, всё так же уткнувшись носом в его плечо. Томоэ аж похолодел, подумав сначала, что она плачет, но, прислушавшись повнимательнее, он облегчённо вздохнул, поняв, что его Богиню просто пробил нервный смех, который вскоре, к слову сказать, успокоился и девушка, наконец- таки смогла поднять на него глаза. - Что ж, видимо прелюдия – это не твоё, – улыбнулась Нанами, делая шаг в сторону от Томоэ, который в этот раз ей не препятствовал и не пытался удержать. - Похоже на то, - недовольный таким поворотом событий, пробурчал ёкай и тут же усмехнулся. - Что ж, в таком случае у тебя есть прекрасная возможность поведать мне свою историю. И лучше бы, чтобы звучала она поубедительнее. Нанами тяжело вздохнула, поправляя изрядно помятое кимоно и съехавшую набок накидку, и, взглянув на него практически умоляюще, произнесла. - Давай хотя бы найдём другое место, чтобы уж точно никого не шокировать твоими ушами и моим немного потрёпанным видом. Губы лиса растянулись в ехидной ухмылке и, скрестив руки на груди, он на полном серьёзе заявил, не спуская глаз с горящего лица девушки: - А мне ты такой больше нравишься…столько страсти и женственности… - Томоэ! - Хорошо-хорошо, - смеясь, воскликнул хранитель на негодующий вопль своей хозяйки, которая покраснела ещё сильнее и опустила смущённо глаза, - ты права, надо найти место поспокойнее. С этими словами он молча подошёл к ней и, взяв на руки, понёс в сторону оставленной им неподалёку повозки.