Slave

— Чонгук-и, доброе утро, — невинно улыбался Тэхен, неловко поправляя пижамные штаны, слетевшие с пояса. Черноволосый не вправе осуждать своего хозяина, он, в принципе, не может говорить и слова против. Но молчать совсем не хотелось после той ночи. И все, что оставалось бедному слэйву: осуждающе смотреть на него, прожигая каждую клеточку тела. Тэхен днем вовсе не такой. Сейчас он милый и пушистый, даже помогает дворецкому с едой, весело смеясь. Чонгук просто не верит своим глазам. Может быть на парня так действуют наркотики? Выводят его из себя, превращая в самого настоящего неугомонного зверя, желающего больше и больше, мучений и страданий. Чонгук сидел за барной стойкой на кухне и внимательно наблюдал за своим хозяином, пытаясь понять произошедшее и переварить свою нынешнюю жизнь. Если так представить, то он еще никогда не жил в таких хоромах. Максимум где он смог насладиться жизнью, так это с пожилой миссис Нам, которая увезла Чонгука на край света. В основном черноволосого покупали для секса на неделю, максимум на полмесяца. Не у всех в кошельке имеется целое состояние. — Чонгук-и, не хочешь съездить со мной в магазин? Хочу сделать тебе подарок, но я не уверен, что наши вкусы совпадают, — когда с завтраком было покончено, внезапно спросил Тэхен, выводя Чона из глубоких раздумий. — Как скажешь, — без какого-либо интереса ответил Чон и последовал за Кимом, как маленький и послушный хвостик. Тэхену безусловно нравилось это — иметь собственную игрушку. И совсем неважно, что Чонгук человек. У него клеймо на шее «slave», что означает пожизненный раб. Он уже давно себе не принадлежит. Чонгук был весьма обескуражен, когда машина остановилась у странного магазинчика, совсем не привлекающего внимание прохожих. А внутри оказалось довольно ярко, и красный цвет противно резал глаза. По всей видимости Тэхен был здесь не в первой, и продавец-консультант бодро встретил их, переходя сразу на неформальности. — Чонгук-и, иди присмотри себе что-нибудь, а мне нужно поговорить, — ласково приказал Тэхен и крепко обнялся с продавцом, даря тому нежный поцелуй в щечку. Черноволосого смутили эти телячьи нежности, но ослушаться приказа он не может, поэтому ступил в главный зал и… ахуел. Товара было слишком много и выглядел он до помутнения в глазах пошло и развратно. От простых анальных пробок, до гигантских фаллосов. А сколько здесь было костюмов и плеток! Чонгуку стало плохо… Он не выживет полгода у Тэхена, кажется, умрет прямо здесь. Но нет, Тэхен уже успел наговориться с хорошим приятелем и теперь стоит позади Чона, обвивая свои длинные руки вокруг его талии. — Нравится? — промяукал на ушко Ким, в заключение лизнув мягкую мочку младшего, разводя по всему телу Чона табун мурашек. — Нет, — честно ответил Чон и прикусил язык, понимая, что только что совершил роковую ошибку и лишь разозлил своего хозяина. Тэхен разочарованно выдохнул и отпустил Чонгука. Старший осторожно подошел к полке с хвостами, внимательно высматривая самый красивый и пушистый. Взяв один рыжий хвост в руку, в другую руку белый, Тэхен начал на глаз примерять их Чонгуку. — Эй, повернись задом! — рявкнул Ким. Чонгук лишь закатил глаза и повернулся задницей к Тэхену, тем самым открывая себе вид целой стены вибраторов. Они выглядели слишком пошло, и их было чертовски много, отчего щеки младшего невольно раскраснелись и хотелось поскорее выйти на свежий воздух и забыть об этом месте раз и навсегда. И мечты Чонгука почти были исполнены: Тэхен пошел на кассу, набрав целые руки различных игрушек. Эта гора равнялась с Эверестом по длине, вызывая панические мурашки по телу младшего. Он не хочет идти домой, только не тогда, когда у Тэхена в руках так много всего. Русоволосый с счастливой улыбкой на лице расплатился за новые покупочки и потащил Чонгука в новые магазины, подбирая тому повседневную одежду и пижамки для сна, зацикливаясь с принтами пикачу и мишек. Чонгуку совсем все равно, что носить, но принимать подобный дар от Тэхена было приятно, и мысли о покупках, которые остались в машине, улетучились и подарили парню свободу действиям и мыслям. Когда гардероб Чонгука по количеству сравнялся с гардеробом старшего, Тэхен подумал, что теперь и домой не грех поехать. Тем более зверский аппетит проснулся у обоих. — Чонгук-и, тебе нравится вино? — внезапно спросил Тэхен, пока те поднимались на второй этаж по своим комнатам. — Не знаю, никогда не пробовал, — сухо ответил Чон и повернулся к своему хозяину, чтобы спросить, не нуждается ли он еще для чего-нибудь. Но стоило Чону повернуться, как Тэхен разочарованно выдохнул и надул губки. Кажется, только что черноволосый испортил весь вид, закрывая свой упругий зад. — Я могу идти? — Угу, — промяукал Тэхен и протянул коробочку с неизвестным Чонгуку, нагло улыбаясь. — Сделай это и выходи на ужин. Я буду ждать. Чонгук, как и велено, переодевшись, вышел в столовую, где уже в ожидании сидел Тэхен. И только, когда поблескивающие глаза приятно обжигали кожу, Чонгук вспомнил, что совсем забыл про коробочку. А что там собственно лежало? Наверное, не так важно, как собственный голод и звук умирающего желудка. — Ты быстро, — удивился Тэхен и приказал дворецкому разлить сухого красного вина себе и гостю. — Я всегда быстро, — двусмысленно ответил Чонгук и сел напротив Тэхена, неловко всматриваясь в его открытые ключицы из-за глубокого разреза кофты. Русоволосый сидел как настоящий юный господин на своем кожаном стуле и внимательно наблюдал за тем, как краснеет его слэйв, но продолжает глядеть на тэхеново тело. Ким взял бокал вина в руки и сделал маленький глоток, приказывая Чонгуку попробовать все прелести этого сладкого напитка. Черноволосый повторил все то же самое за Тэхеном и поморщился от приторности вина, которое пришлось не по вкусу. Но разочаровывать своего хозяина совсем не хотелось, видя как с наслаждением поглощает вино старший. — Никому не нравится сухое красное. Юнги предпочитает пить что покрепче и огненное, а остальные пьют вино исключительно из-за того, что оно нравится мне. Эх, ну как тебе? — с надежной в голосе спросил Тэхен, переходя к главным блюдам этого вечера. — Я вообще не люблю напитки алкогольного содержания, — ответил Чонгук, ставя бокал красного вина на стол, не планируя больше к нему прикасаться. Русоволосый разочарованно выдохнул и положил на стол маленький пультик, увеличивая силу на 30%. Взгляд старшего в ту же секунду пал на Чонгука и его реакцию, но младший всего-навсего спокойно ужинал, обучено похлебывая супчик. Тогда Тэхен прибавил еще 10% и ожидал от Чонгука хоть каких-то действий и реакции его тела, но все тщетно, Чонгук кушает и наслаждается. — Тебе удобно? — нарушил молчание старший и взял пультик в руки, откладывая еду на потом. — В каком смысле? — В прямом. — Мне отлично, — пожал плечами Чонгук и заметил непонятную вещь в руках у старшего, внимательно наблюдая за тем, как тот истерически жмет на кнопку доводя показатель до максимума. — Вааа, Чонгук-и, я поражен. Вот это выдержка, надо было покупать товар похлеще, я тебя недооценил, — выпучив глаза, Тэхен подорвался со своего места и обошел стол, подходя к недоумевающему Чонгуку. — Как-нибудь расскажешь мне, где тебе так напытали. Чонгук не понимал, что творит старший, и, когда садил его на стол, тоже не понимал. Тэхен озверел в мгновение, даже без белого порошка. Его губы жадно впивались в сладкие губы Чона, а руки медленно спускались по спине вниз, пальцами пробираясь в штаны и заходя под белье. Черноволосый тихо простонал тому в губы, когда Тэхен страстно укусил его за нижнюю губу. Руки старшего позволяли себе слишком многого, а пальцы насухую попытались протиснуться в тугое колечко мышц, но Тэхен остановился в ту же секунду и отлетел от младшего. — Где? — разъяренно спросил Тэхен, подлетая к пультику. — Где, я спрашиваю?! — Ч-что где? — непонимающе поднял глаза Чонгук и пытался прочитать мысли старшего, дабы понять, о чем он говорит. Но этого не понадобилось, так как Ким в гневе схватил младшего за руку и повел того на второй этаж. Затолкав Чона в его комнату, Тэхен начал обыскивать его тумбочки и успокоился, когда нашел ту самую коробочку, которую передал ему перед ужином. — Ты ее даже не раскрывал? — озабоченно спросил Тэхен и открыл коробку сам, убеждаясь своим мыслям. В коробочке лежали два шарика с веревочкой, немного пугая своими размерами. Тэхен выключил свой пультик и предметы, лежавшие в коробочке, успокоились. Не может быть! Чонгук в панике сглотнул и отвел глаза от шариков, устремляя взгляд на яростного Кима. Неужто Тэхен хотел, чтобы Чон засунул эти шарики себе в зад и спокойно ужинал с ними? А по необходимости бы прибавлял силы, и эти бы два амбала гудели как сумасшедшие? Боже мой, да кто после этого сумасшедший… Тэхен! — Я совсем забыл… про… нее, — шепотом ответил Чонгук и попытался забрать коробочку из рук Тэхена, но тот кинул ее в стену и толкнул черноволосого назад, коленкой припирая пах. — Я так хотел поиграть с тобой, — нежно начал завывать Тэхен, аккуратно оглаживая мягкую щечку Чонгука. — А ты лишил меня представления. И что из этого следует? Чонгук сглотнул и почувствовал, как коленка Тэхена начала медленно двигаться снизу вверх все больше надавливая на вялый член младшего. Черноволосый громко сглотнул и закрыл глаза, отворачивая лицо от Тэхена, где царила коварная улыбка. — Развлеки меня, малыш. Хочу увидеть, как ты кончаешь без чьей-либо помощи. В твоем комоде отныне полным-полно игрушек, так что действуй, — на ухо прошептал Тэхен и отступил от Чона, оставляя его шокированным у стены. Русоволосый удобненько расположился в кресле напротив кровати и кинул маленький ключик Чонгуку от того самого комода. Тэхен не успокоится, пока Чонгук не накажет себя сам. Тэхену срочно нужно представление. Черноволосый неуверенно подошел к комоду и дрожащей рукой открыл его. Внутри находились все те игрушки, что Тэхен купил, якобы для Чонгука. Их было слишком много, разных цветов и размеров, с имеющимися пультами и обычные-большие. Чонгук невольно сглотнул и потянулся за анальной пробкой на конце которой было украшение в виде сердца из фиолетового алмаза. Он притягивал своим сверканием и выглядел довольно мило, по сравнению с остальным. Чонгук не знал, как этим он доведет себя до оргазма, но совать в себя вибрирующие фаллосы совсем не хотелось, уж точно не сам. И что делать, когда член не стоит до сих пор… ох, черт. Зачем Тэхен разделся? Его молочное тело… длинные ноги, впалый живот; его упругий длинный член и сверкающие глаза. Эту картину Чонгук запомнит надолго! Парень слишком прекрасен в его глазах. И от всего этого в штанах стало тесно, настолько, что хотелось уже прикоснуться к себе и обласкать, глядя на Тэхена. А Ким сидел и не трогал свой член руками, он знает, что кончить, не притрагиваясь к себе — самый желанный момент. Черноволосый осторожно положил анальную пробку в бархатном мешочке на кровать, а сам принялся обнажать свое тело, вяло снимая рубашку и штаны. — Нет! — завопил Тэхен. — Делай это с чувством. Делай это так, словно раздеваешь кого-то, кого любишь и безумно хочешь. Черноволосый сглотнул и предстал перед Тэхеном, медленно водя своими руками от шеи и ниже, задевая взбухшие соски. Чонгук нежно ласкал свое тело руками, не смея открывать веки и смотреть Тэхену в глаза. А тот в свою очередь мирно сидел на кресле и с аппетитом наблюдал за действиями Чона. — Кого ты представляешь? — тяжело дыша спросил Тэхен. — Открой глаза и смотри на меня! Чонгук так и сделал, но на вопрос старшего не ответил, продолжая снимать с себя оставшееся белье. Когда с вещами было покончено, Чонгук на четвереньках перебрался на кровать и разместился по середине, вынимая анальную пробку из мешочка. Его член невольно дернулся, когда холодная сталь легла в ладонь. Тэхен промямлил, что смазка у него под подушкой, и Чон медленно полез за ней, открывая Киму вид на свой голый зад. Чонгук, не торопясь, облизнул свой палец и, лёг на бок, начал осторожно совать его в свой анус, прикусывая нижнюю губу. Казалось, что засунуть целую пробку не получится, так как проход слишком тугой. Но вот уже Чонгук пошло двигает внутри себя тремя пальцами и неугомонно мычит в подушку, скрывая свое красное лицо от Тэхена. — Твой зад, конечно, красивый, Чонгук, но я хочу видеть твое личико. И Чонгук открывает его, выставляя свои заплаканные глазки на обозрение, лишь только еще больше возбуждая парня напротив. — Ты чертовски красив, — облизнулся Тэхен и уже был готов плюнуть на свои законы и вставить парню, но Чонгук уже держал в руках пробку и смазывал ее вишневой смазкой. Тэхен остался в кресле, чувствуя как подрагивает его член, когда Чонгук медленно начал совать ее в свой сфинктер, выкрикивая пошлый стон. Пробка в мгновение вошла внутрь парня, и из его зада торчало фиолетовое алмазное сердце, украшая зад, заодно и растягивая. Чонгук не мог повернуться на спину и уж тем более сесть, боясь вогнать игрушку в себя еще глубже. Он так и остался на боку, начиная медленно ласкать свой член по всей длине. — Нет, Чонгук, сядь прямо! — приказал старший, чего выполнить Чонгук просто боялся. Но попробовать стоит, и Чон медленно начал перекатывать на свой зад, занимая сидячее положение. Из уст парня вышел протяжный стон, а щеки налились краской. Чонгук уставил свой взгляд на рядом сидящего парня и прикусил губу, начиная медленно надрачивать себе самому. Перед глазами было прекрасное, и это помогало сосредоточиться. Чонгук жадно ходил по телу старшего глазами и ускорял свой процесс, нервно содрогаясь. Выдавив немного смазки себе на ладонь, Чон продолжил махинации на своем члене и стал медленно двигать бедрами, шевеля пробку внутри себя. Тэхен хотел представления, и он его получил. Чонгук водит рукой все быстрее и быстрее, выгибаясь в спине и громко стонет. Его пальцы на ногах сжались от предвкушения оргазма, который пришел в тот момент, как Чон заглянул в бездонные глаза Тэхена и увидел там огонек. Он изверг семя себе в ладонь, марая свой накаченный пресс и белые простыни. А тело по-прежнему содрогалось от столь изящного оргазма, который до сих пор оставляет послевкусие. — Вааа, Чонгук-и, я сейчас кончу, хотя ни разу к себе и не притронулся, — начал восторгаться Тэхен, протягивая свои руки к члену, чтобы довести до желаемого. Но Чонгук остановил того, тяжело дыша: — В меня… пожалуйста, войди в меня. А Тэхен довольно улыбнулся, карабкаясь на кровать, как хищник. — Ты слишком красивый, хочу тебя, — продолжал тяжело тянуть Чонгук, предвкушая жгучую ночь в постели с хёном. Быть может такого траха он не забудет никогда, и полгода покажутся ему сказкой извращенца…