Восточная Лихорадка или с чего же все начиналось

- Хирша, какой же ты болван! – воскликнул Рик, сжав друга в крепких объятиях, стоило им отойти от дверей тронного зала достаточно далеко. – Явиться к самому Императору да ещё и с таким делом, никому ничего не сказав! Твои выходки когда-нибудь сведут тебя в могилу! - Рик, я тоже по тебе соскучился, - беззаботно улыбался европеец, обнимая посла в ответ и целуя его в макушку. – Ты говоришь прямо как моя мать! - А Её Величество Вероника Амелинда! – опомнился посол, немного отстраняя от себя шатена. – Она будет в бешенстве, когда узнает, что её сын на коленях просил дать ему шанс послужить Империи! Ты чем думал, когда брал на себя это задание? Разве в Хиршенвальде мало послов для этого?! - Моя мать не в курсе, что я здесь, а посла я подкупил, - признался Хирша, невинно подмигнув своему другу. - Что?! - Пойми, я должен был приехать. Дела в стране не давали мне покоя. Это я уговорил мать написать Его Величеству и заранее решил, что лично доставлю послание. Рик, не злись. Неужели, ты не рад меня видеть? - Я вам не мешаю? – слегка обиженным голосом напомнил о своём присутствии Бекхан. - Ой, извини! – первым опомнился иностранец и, повернувшись к звездочёту, принялся пожимать ему руку. – Большое тебе спасибо за то, что поддержал меня. Не знаю, чем заслужил такую честь, но я безмерно рад! - Да чего уж там, - улыбнулся в ответ юноша, сжимая пальцы европейца в ответ. – Рик прав, ты поступил очень опрометчиво, но я рад, что всё закончилось хорошо. - Не думал, что попав во дворец, отыщу столько друзей, - засмеялся Хирша. - Тебе просто, как обычно, повезло! – надул губы посол и пошёл вперёд. Факт того, что Хирша приехал и добровольно вступил на службу к Его Величеству, стал для Рика большим потрясением. Этого парня силком не удержишь на месте, он с пелёнок привык разъезжать по свету, ночевать в хлевах или даже под открытым небом, подложив под голову дорожную сумку. И это не смотря на то, что в его жилах течет королевская кровь. Европеец не имел в себе той гордости, небрежности и высокомерия, что были присущи наследникам престола. Рик охотно верил в то, что Хирша действительно будет служить Марку верой и правдой, ведь вернее человека, чем его друг, не сыщешь. Но вместе с тем, слишком уж этот парень ветреный. Сможет ли юноша, привыкший двигаться в неизвестном направлении, смирно сидеть во дворце и не совершать при этом глупостей? Всё время, что молодые люди шли вдоль бесконечных коридоров, Бекхан расспрашивал европейца о дате его рождения и прочих мелочах, увлечённо записывая все его ответы в один из своих свитков. Рик в ответ на всё это лишь качал головой, ведь знал, чем всё кончится. Звездочёт наверняка будет сидеть над полученными сведениями пару ночей напролёт, а потом предоставит Хирше полный гороскоп с предположительными датами разнообразных свершений в его жизни. - Так, думаю, вот эта комната подойдёт, - проговорил Рик, открывая дверь перед другом и пропуская его вперёд. Оказавшись в просторной светлой комнате, пол и стены которой были выложены яркой мозаикой, иностранец невольно присвистнул. Хирша не ожидал, что ему предложат настолько богатые покои, хотя в этом дворце, кажется, понятие «скромность» неизвестно даже слугам. Посреди комнаты стояла большая кровать, застланная тонкими шёлковыми простынями и заваленная множеством красочных подушек. Над ложем раскинулся широкий балдахин с золотой бахромой и многочисленными кисточками, что забавно покачивались, когда по комнате гулял сквозняк. Комната имела небольшой балкончик, что выходил прямиком во двор, где вовсю буйствовала растительность, отчего была наполнена запахом зелени круглые сутки. Европеец быстро осмотрелся, замечая в углу вместительные кресла и небольшой столик, предназначенный для еды. Он снял с плеч свой плащ, бросая его на одно из них. - Кстати, Хирша, а что значит олень на твоей спине? – заинтересованно спросил Бекхан, преспокойно устраиваясь на просторной кровати. - Это фамильный герб. И я, как старший сын, был назван в честь священного покровителя моего рода - благородного оленя, - улыбнулся иностранец. - Тебе нужно переодеться. Даже не вздумай светить тут своими знаками отличия, раз вступил на службу к Его Величеству! – строго, хотя скорее немного ворчливо, заметил Рик и подошёл к небольшому шкафу с резными дверцами. Хирша обречённо вздохнул и одним движением стащил с себя рубашку. Не беда, ведь она всё равно была испачкана кровью. Бекхан к такому развитию событий готов явно не был и поспешил смущённо отвернуться, на что европеец лишь беззаботно улыбнулся. Порывшись в шкафу, посол извлёк из него комплект чистой одежды тёмно-зелёного оттенка и всучил её другу детства, чтобы тому не пришлось разгуливать с голым торсом. Хирша не стал просить оставить его, чтобы он смог переодеться. Он никогда не отличался чрезмерной застенчивостью в подобных вопросах, как, впрочем, и чувством такта, поэтому продолжил стаскивать с себя одежду под грозное и весьма недовольное сопение Рика. - Как думаете, Его Величество станет мне доверять? Я ведь… я сегодня жертвовал ради него жизнью, - осторожно начал европеец, чтобы развеять повисшее в воздухе напряжение. - Ха, размечтался! – усмехнулся Бекхан, снова поворачиваясь к иностранцу лицом. – Маркус ни за что не доверится незнакомцу вот так сразу! Хоть ты целое войско уложи во имя Его Величества! Его доверие и расположение надо заслужить. Некоторым на это требуются годы… - Вот как... А как, кстати говоря, этот убийца вообще проник во дворец? И главное, зачем кому-то понадобилось убивать Императора? – продолжил Хирша, надевая свободные штаны из мягкой ткани и перевязывая их длинным позолоченным поясом. - Боже, какой же ты недалёкий. Ясное дело, что этим промышляет никто иной, как братья Его Величества, - проговорил имперский посол, подавая другу сменную обувь и придирчиво осматривая его новый наряд. – Борьба за трон не будет окончена до тех пор, пока хотя бы один из соперников останется в живых. - Вот уж не говори. Ни дня нет, чтобы Его Светлости не написали письма полного угроз или не подослали убийцу! – вознегодовал звездочёт, складывая руки на груди. – Сколько дворец не охраняй, а они всё равно найдут лазейку и попытаются снова добраться до Маркуса! - А почему бы Его Величеству не нанести ответный удар? Почему бы не перебить, наконец, мерзавцев, что портят ему жизнь? – вскинул брови европеец. - Да куда там. У Его Величества и так дел по горло. К тому же эти твари отлично прячутся. Кай не единожды пытался их схватить, но всё без толку, - заметил Рик, подходя к Хирше и поправляя на нём одежду. - Кай отличный стратег и полководец, неужели за время, пока мы не виделись, появились враги, способные его провести?! – ещё больше удивился иностранец. - Если бы у нашего генерала было больше времени, - вздохнул Бекхан. Хирша промолчал. Он отлично помнил, как однажды угодил в лагерь к имперцам во главе с Каем. Его тогда приняли за простого путника и не тронули, даже наоборот. Они тогда впервые сошлись с генералом в дружеском поединке, много болтали о стратегиях, европеец даже подсказал Каю парочку хитростей по поводу ведения боя в лесу. Хирша сразу понял, что они с ним очень похожи и смогут найти общий язык во все времена. И сейчас шатену было неприятно слышать о том, что его блистательный знакомый не может справиться с кучкой наемников. Нужно будет побольше разузнать об этом деле и постараться помочь. - Готово. Ну, вот, наконец-то, стал хоть немного на человека похож, - улыбнулся Рик, отходя на шаг от уроженца Хиршенвальда и глядя на него уже менее строго. Хирша осмотрел себя со всех сторон, отмечая про себя, что новая одежда хоть и была непривычной, но зато отлично на нём сидела и была вполне удобной. Бекхан одобрительно заулыбался и соскочил с кровати, хлопая в ладоши: - Ну-с, а теперь почему бы нам не устроить нашему гостю экскурсию по дворцу? - Боюсь, с этим придётся повременить, - в дверях возник имперский генерал собственной персоной. Его лицо было немного светлее обычного, но взгляд всё так же резал, точно кинжал. – Его Величество желает отобедать вместе со всеми нами. Услышав новость, с которой пришёл Кай, Хирша немного воспарял духом. Значит, Император всё же не такой замкнутый, как ему показалось, и пойдёт на контакт. *** Обед проходил в покоях достойных самого пышного банкета. На низком столе, вдоль которого были выстланы ковровые дорожки и уложены подушки, сверкала золотая посуда. Еды в ней при этом было столько, что, казалось, здесь намечается целая свадьба, а не простой повседневный обед Его Величества с приближёнными. По залу разливалась приятная музыка, что не создавала много шума и приятно ласкала слух. Молчаливые слуги стояли чуть поодаль, напоминая собой безмолвные статуи. Марк ненавидел, когда они начинали суетиться и мешаться у него под ногами. Его Величество восседал в середине стола и уже начинал терять терпение, когда в зал, наконец, вошли все те, кого он ждал. Этот европеец снова раздражал своим нескрываемым оптимизмом и чрезмерной лучезарностью. Всё оглядывался по сторонам и восторженно охал. Хотя, да, пусть восхваляет красоту этого дворца и богатство Его Величества, потому, что они воистину безграничны! Все принялись усаживаться за стол. Кай сел по левую руку от императора, а Бекхан – опустился по правую, Рик умостился рядом со звездочётом и только было Хирша хотел последовать его примеру, как Его Величество вскинул брови: - Разве я приглашал тебя к своему столу? Повисла неловкая пауза, во время которой все и каждый пытались понять, как им на подобное реагировать. Хирша уже готов был поклониться и уходить, как Маркус раздражённо щёлкнул языком и всплеснул руками: - Нет, ну надо же! Вы настолько расслабились, что уже даже шуток не понимаете! Шатен облегчённо вздохнул и сел рядом с имперским послом. Стоило всем собравшимся приняться за еду, как музыка вдруг начала играть громче. Никто, кроме иностранца, не обратил на это внимания, а он прямо-таки замер. В залу точно рой пёстрых бабочек, вбежало шесть прекрасных девушек. Все они были одеты в изысканные полупрозрачные наряды. Нежнейший шифон, из которого были пошиты юбки и шаровары прелестниц, переливался перламутровыми нитями. Их достаточно пышные формы скрывали специальные топы. Пояса были расшиты золотом и усыпаны драгоценными камнями. На их тонких ручках и лодыжках звенели браслеты, лица были сокрыты такими же шифоновыми полосами ткани, а в волосы были вплетены ленты. Танцовщицы незамедлительно пустились в пляс в центре залы, привлекая внимание звоном золотых монеток на своих поясах. Девушки поражали своей красотой и гибкостью. Хирша не сомневался в том, что все они – тщательно отобранные красавицы, прибывшие во дворец со всех концов Империи. Тонкие запястья, кукольные лица и потрясающе густые волосы, не говоря уже о том, что их танец был отлаженным и синхронным, просто не могли оставить равнодушным. - Нравится? – усмехнулся Император, не сводя лукавого взгляда с лица иностранца. Казалось, что каждая из этих танцовщиц была своеобразной гордостью Его Величества, не столько человеком, сколько предметом роскоши в его дворце. - Я восторгаюсь этим местом всё больше с каждой минутой, Ваше Мудрейшество, - честно ответил Хирша, наконец, отрывая взгляд от девушек и опуская глаза. – Я много путешествовал и бывал в самых разных странах и хочу заметить, что ваша поразила меня больше всех. Маркус слегка прищурился, словно пытаясь определить, льстит ли ему этот юноша или говорит серьёзно. Его Величество отметил, что этот европеец не такой уж навязчивый и шумный, как казалось на первый взгляд. Он, видимо, наконец, понял, где его место и теперь искренне желает, чтобы между Хиршенвальдом и Империей воцарился мир. Что же, тем лучше. Если этот Хирша и впрямь так хорош, как описывали его приближённые, то Императору наверняка не захочется отпускать его, если Его Светлость всё-таки убедится в верности и чистоте намерений Хиршенвальда. Маркус вообще имел привычку присваивать себе не только материальные блага, но и людей. Разве он, как Император, не имел на это права? - Почему бы тебе не рассказать немного о своих странствиях? – вдруг оживлённо спросил Бекхан, отпивая немного из своего кубка и впиваясь взглядом в Хиршу. - Ну… если Его Величество не против… я мог бы рассказать о том, как мне пришлось пересекать смертоносные Басоилунгские леса со сломанным копьём на одной лошади с полуживым послом и всего одной буханкой хлеба на нас двоих. Рик вздохнул. Хирша остался всё таким же неисправимым выдумщиком, каким он его запомнил. Эту историю со сломанным копьём молодой хиршенвальдский принц мог рассказывать часами и всякий раз, как имперскому послу доводилось её слышать, она приобретала всё новые краски и детали, о которых раньше не было и речи. Ведь изначально Хирша попал в этот лес случайно, один, отбившись от своих людей, так как он заснул прямо в седле. Более того, осознав, что потерялся, еще совсем юный принц поднял такой крик, что его уже через пять минут нашли спутники, не в силах проигнорировать столь истошный вопль. Что же. Оставалось только положить в рот что-нибудь из еды, чтобы не начать вставлять остроумные комментарии, и слушать, чем же этот олень будет удивлять на этот раз. Только было Хирша набрал в лёгкие побольше воздуха, как за его спиной послышалось приглушённое рычание. Юноша замер и медленно повернул голову в сторону зловещего звука. Примерно в паре метров от него стояла огромная чёрная пантера. Животное сверкало своими светло-зелёными глазищами и явно негодовало по поводу того, что какой-то чужак смеет сидеть за столом с его хозяином. Чёрный кот имел лоснящуюся шерсть, за которой наверняка ухаживали, и широкий золотой ошейник с множеством мелких монеток и достаточно крупным ониксом под цвет глаз животного в середине. Пантера грациозно подошла к незнакомому ей человеку, мягко ступая по мраморному полу, и принялась обнюхивать его лицо. Европеец не стал мешать животному, но начать рассказ тоже не мог, боясь лишний раз вздохнуть. Почувствовав, что пауза затянулась, Император оторвался от еды и снова бросил недовольный взгляд в сторону европейца. Увидев сложившуюся картину, Его Величество лишь махнул рукой в сторону своего «кота» и зашипел на него: - Ониксашахалмар, а ну брысь! Хищник обиженно поморщился, лизнул пришельца в нос и втиснулся между ним и Риком, укладывая свою морду прямо на стол. Хирша неуверенно поднял руку, а затем мягко опустил её на голову пантеры. Чёрный кот не стал возражать, он явно был сыт и пришёл сюда в поисках компании. - Если Оникс здесь, - начал было имперский генерал, глядя на любимую зверушку Его Величества, как вдруг чья-то большая голова вдруг упёрлась ему в бок и принялась о него тереться. – Ох, Фер, вот и ты… Фером звали пуму Маркуса, которая тоже отличалась ухоженностью и имела ярко-красный камень яшмы в своём ошейнике. Кот, что имел песочный оттенок, вдоволь измял одежды Кая и принялся ластиться к императору, стремясь ткнуться мордой ему в лицо. - Гимельсаферодон, ну что за манеры, прекрати, - проговорил Маркус, явно смягчившись. Верные животные пусть и были порою крайне невоспитанными, но всегда приходили на помощь Его Величеству в минуты, когда ни один человек не смог бы его понять и позаботиться лучше, чем эти хвостатые. Он очень дорожил Ониксом и Фером, баловал и подпускал к общему столу даже во время приёмов послов и прочих высокопоставленных лиц. Хиршу таковым лицом он не считал. Впечатление Хирши о дворце Императора действительно росло с каждой минутой. Ему нравилось постепенно осознавать тот факт, что Его Величество не бесчувственный чурбан и не напыщенный аристократ, как многие из знати Хиршенвальда. Да, пора забыть о том, что было дома, ведь здесь всё совсем иначе. Фер пощадил императора и не стал вылизывать его лицо, как делал это обычно. Вместо этого неугомонная пума занялась танцовщицами. Хищник гонялся за прозрачными шелками их одежд и пытался уцепиться за пояса с монетками, так что девушкам вскоре пришлось покинуть залу, ведь танец продолжать они не могли и лишь создавали лишний шум и суету. - Как видишь, в моём дворце не найти ни минуты покоя, так что вряд ли твои похождения покажутся мне такими уж грандиозными, - хмыкнул Маркус, отправляя в рот кусочек свежего рахат-лукума. – Но я послушаю. Говоря по правде, император немного завидовал этому пришельцу и всякому, кому довелось прибыть в его дворец из дальних краёв. Там ведь должно быть столько всего интересного. Столько всего, чего он просто не может себе позволить. Маркус дал слово держать Империю в своих руках крепко и не ослаблять хватки ни на миг, чтобы люди в ней могли жить спокойно, а враги не смели даже думать о том, чтобы приблизиться к её границам. И своё слово он сдержит. Такова была последняя воля отца, чтобы его младший сын, в которого никто кроме него самого не верил, стал сильнейшим и мудрейшим правителем из всех. Какие могут быть разъезды, когда трон то и дело пытаются захватить мерзавцы, готовые ради достижения своей цели перерезать горло родной матери. Вот и остаётся расспрашивать послов и путешественников об их странствиях, слушать о непроходимых лесах и бурных морях и восторженно охать. Вот бы хоть раз оказаться на месте одного из них: одного из простых людей, которые могут ходить, или ездить или даже плавать по миру, сколько душе угодно! Император вдруг почувствовал, что в помещении стало жарче, чем обычно. К горлу подкатил ком, стало трудно дышать и по венам, будто бы, прокатился огонь. Его Величество выдохнул и попытался вернуть себе контроль над своим телом, но стало только хуже: закружилась голова, перед глазами поплыли цветные пятна. Хирша что-то там бубнил о своих приключениях и, кажется, никто не замечал, что с императором что-то не так. - Ваше Величество? – Каю хватило доли секунды, чтобы понять, что Его Величеству плохо и он тут же схватил его за плечи. – Маркус! Что происходит? Что с тобой?! Император задыхался и не мог произнести не слова. Маркус чувствовал жуткую боль по всему телу и ему казалось, что это конец, что на этот раз ему не спастись. Имперский генерал был другого мнения. Кай схватил со стола кубок с водой и принялся насильно вливать её в рот Его Величества, заставляя проглотить как можно больше. Маркус пытался сопротивляться, но хватка генерала была железной. - Бекхан, ещё воды! – скомандовал Кай, когда кубок наконец опустел. - Нет, стой… - прошептал император, но генерал будто бы не слышал его. Кай заставлял Маркуса пить до тех пор, пока того не стошнило. Только тогда, когда желудок Его Величества был очищен, он успокоился и слегка ослабил хватку. И только тогда всего на долю секунды генерал прижал голову императора к своей груди и облегчённо выдохнул. Даже великие полководцы могут испытывать страх перед потерей тех, кто им дорог. Даже такие бесстрашные воины, как Кай имеют слабости. Имперский генерал бережно взял своего императора на руки и повернулся к остальным, что замерли в трепетном ожидании. - Бекхан, приведи врача. Рик, сходи на кухню и узнай, кто сегодня должен был дегустировать еду. Как найдёшь его – прикажи казнить именем Его Величества, - отдав распоряжения практически всем, Кай развернулся в сторону выхода, и собирался было уходить, но, сделав пару шагов, остановился. – Хирша… Следуй за мной. По спине европейца пробежали мурашки. Он сомневался, что в произошедшем станут винить его, особенно учитывая то, что он прибыл один, да ещё и с предложением мира. То, что только что произошло прямо у него на глазах, было просто ужасно. Маркус был прав. То, что происходит в его дворце каждый день, не идёт ни в какое сравнение с тем, о чём мог бы рассказать Хирша. Разве это жизнь? Ходить в постоянном страхе и не иметь возможности нормально отобедать. Ведь отравиться мог не только сам император, но и все остальные и тогда никто не смог бы оказать ему должную помощь. Если бы Кай вовремя не среагировал, то всё наверняка закончилось бы плачевно. Хирша остался ждать за дверью, пока Кай, Бекхан и придворный лекарь были с Его Величеством. Европеец не мог найти себе места. Всё расхаживал туда-сюда по коридору и боялся представить, что будет, если… Наконец дверь приоткрылась и из неё вышли Кай и врач. Придворный лекарь был мужчиной средних лет с длинными чёрными с редкой проседью волосами, завязанными в низкий хвост и такими же тёмными глазами, что были наполнены мудростью. Иностранец немедленно подскочил к врачу, но говорить ему не пришлось. - Жизнь Его Величества вне опасности, - проговорил мужчина, потирая уставшие глаза и вздыхая, словно ему приходится произносить эту фразу в тысячный раз. – Яд нейтрализован, но возможны внезапные спазмы до тех пор, пока организм полностью от него не очистится. Хирша шумно выдохнул. Не смотря на то, что он знал императора от силы несколько часов, он безумно переживал за него, такой уж у европейца характер. - Спасибо, доктор, вы свободны, - сказал имперский генерал, дождался пока мужчина отойдёт достаточно далеко, затем сложил руки на груди и внимательно посмотрел на Хиршу. Какое-то время они просто смотрели друг на друга, после чего Кай всё же вымолвил: - Не стану отрицать, что я грешным делом подумал, что ты мог быть причастен к произошедшему, но… Мои подозрения не имеют никаких оснований. Я верю тебе, Хирша и я рад, что ты здесь, - с этими словами генерал подошёл к европейцу ближе и опустил ладони на его плечи, сжимая их пальцами. – Жаль, что тебе довелось увидеть всё это, но раз ты теперь один из придворных, то готовься. Ведь то, что произошло сегодня – только цветочки. - Я хочу помочь, Кай, - смело проговорил иностранец, отступив на шаг и тем самым освободившись от ощутимого давления на плечи. – Мы должны, наконец, положить конец этому кошмару! - Я знаю, - слегка раздражённо проговорил военачальник. – Но как? Повисла небольшая, но напряжённая пауза, во время которой европеец сверлил взглядом пол и напряжённо размышлял, пытаясь найти решение. - Знаю, - вдруг сказал Хирша, чем немного удивил Кая. Что же такого могло прийти в голову этому оленю, до чего ещё не успел додуматься военачальник за все эти годы? – Мы можем воспользоваться ситуацией и отплатить им их же монетой. - Что ты имеешь в виду? – Кай снова сложил руки на груди. - Мы пустим слух о том, что Его Величество был убит. - Что? – генерал хохотнул и посмотрел на европейца, как на умалишенного. – Ты шутишь? Поднимется страшная паника. Да и к тому же, мы не знаем, кто из слуг или даже придворных может оказаться предателем и рассказать врагам, что всё это – фарс. Ты надеешься, что если мы объявим о смерти Марка, его братья ринутся во дворец? - Мы не станем ничего объявлять, - хитро улыбнулся Хирша. – Пока Его Мудрейшество прикован к постели, мы будем делать вид, что произошло что-то ужасное и тем самым собьём с толку и слуг и двор. Ведь о том, что император жив и здоров, знают всего шестеро. Если всё пройдёт гладко, то никто ничего не заподозрит и все, кто причастен к «смерти» Его Величества действительно явятся сюда. Кай задумался. Идея европейца была безумной, но именно это и привлекало. Ни к чему подобному они раньше не прибегали, поэтому этот план вполне мог сработать. - Сперва я должен посоветоваться об этом с императором, - неуверенно проговорил военачальник, потирая подбородок и очень сомневаясь на счёт того, что Маркус согласится принимать участие в этом представлении. - Могу ли я видеть Его Величество и рассказать ему о своей идее лично? – с надеждой в голосе спросил Хирша, которому явно надоело расхаживать по коридору в одиночестве. - Прости, но Его Светлость явно не в том расположении духа, - Кай снова уложил ладонь на плечо иностранца и на этот раз лишь слегка его сжал. – Лучше иди в свою комнату и отоспись с дороги. Все вопросы обсудим завтра, на свежую голову. И будь осторожен. С этого дня тебе придётся быть начеку каждую секунду. Такова жизнь при дворе Его Величества… Хирша кивнул. Он видел, как Кай переживает и от этого хотел помочь только сильнее. Ночь у европейца выдалась долгой и практически бессонной. Он всё никак не мог найти себе места на этой огромной кровати, обложенной шелками и подушками. Ни то, чтобы трава и камень вместо подушки были более благоприятными для сна, просто вся эта роскошь почему-то заставляла Хиршу чувствовать себя одиноко. Слишком уж эта кровать была широкой для него одного и слишком холодной. К тому же все эти мысли, что не давали покоя. Иностранец никак не мог перестать думать о своём плане. Как император воспримет его идею наконец положить всем бедам конец и разобраться с мерзавцами раз и навсегда? Станет ли Его Величество относится к словам европейца серьёзно? Но усталость все таки одержала верх над терзаемым рассудком и наследный принц Хиршенвальда забылся беспокойным сном.