Восточная Лихорадка или с чего же все начиналось

Наконец дождавшись, когда солнце взойдёт и наступит долгожданное утро, иностранец быстро оделся и направился к покоям Его Величества. Хирша подоспел как раз вовремя. Из другого коридора, ему на встречу шла служанка с подносом еды. Европеец решил, что вне зависимости от решения императора, он должен попытаться привести свой план в исполнение и с взволнованным видом встал перед дверью, не пуская девушку внутрь. - Его Светлось, он… ээээ…. Он велел не пускать к себе никого из слуг! – стараясь ломать комедию как можно более убедительно, отчеканил Хирша, глядя на девушку взволнованно и слегка растерянно. Служанка едва заметно прищурилась. – Вы можете отдать это мне. Я сам всё отнесу! Девушка несколько секунд молча смотрела на европейца, пытаясь найти в сложившейся ситуации подвох, затем всё же отдала ему поднос и поспешила удалиться. Кажется, сработало. Иностранец выдохнул, собрался с духом и тихонько проскользнул в комнату. Подойдя ближе к кровати, которая была примерно такого же размера, как и у него самого, Хирша еле сдержал смешок. Помимо самого императора на кровати уместились оба его кота и его личный звездочёт, которые видимо были просто не в состоянии оставить больного Маркуса в одиночестве. Шатен поставил поднос на небольшой столик возле кровати и собирался уходить, но его присутствие не осталось незамеченным. Оникс поднял голову, зевнул и уставился на пришельца примерно в той же манере, как и в прошлый раз. Затем кот встал и с важным видом направился к Хирше, чуть ли не топчась при этом по всем остальным, кто остался мирно спать. - Они… ониксаха… кот! Кыш! Я должен уходить! – зашептал иностранец, на что пантера лишь недовольно зарычала и продолжила подходить всё ближе и теснить юношу к стене. Подойдя максимально близко, Ониксашахальмар вдруг поднялся на задние лапы, а передние при этом уложил на плечи европейца. Юноша почувствовал, как его сердце ухнуло куда-то в пятки, ведь в его кожу упёрлись чудовищно длинные и острые когти. Кот же не имел в мыслях ничего дурного и принялся всего лишь вылизывать пришельца, который, по его мнению, выглядел недостаточно чисто и пах при этом как-то странно. Вскоре сон покинул и Фера, который потянулся на кровати и тут же принялся тереться о Бекхана в попытке его разбудить. Звездочёт что-то промычал и нехотя разлепил глаза. - Бекха-а-ан… - сипло позвал на помощь Хирша, которому явно надоели спа-процедуры от громадной пантеры. Сев на кровати и протерев глаза, юноша зевнул и, наконец, повернул голову в сторону многострадального хиршенвальдского оленя. - Пфф! Оникс, прекрати мучить Хиршу! Уйди! – засмеялся Бекхан, сполз с кровати и мягко снял лапы хищника с плеч европейца. Дверь тихо скрипнула, и в помещение просочился Рик, держа в руках небольшой прозрачный графин с тёмно-красной жидкостью и явно негодуя. - Доброе утро, - улыбнулся послу звездочёт. - Доброе, куда там! Вы бы слышали, о чём толкуют слуги! Будто бы Его Величество за ночь слишком ослаб и не дожил до утра! Вздор! – гневно проговорил имперский посол и подошёл к постели Его Величества. Рик внимательно всмотрелся в лицо императора и, отметив, что с ним всё в порядке, вернулся к остальным. – Кто интересно вообще придумал эту небылицу?! - Я придумал, - признался Хирша, вытирая лицо платком. - Что?! – хором воскликнули Рик и Бекхан. - Тшш! Вы разбудите Его Светлость! – зашипел на них внезапно появившийся в дверях Кай. В руках генерала был поднос с едой, который наверняка пришёлся бы кстати, ведь то, что принёс Хирша уже успели съесть и разбросать по полу Фер и Оникс. – Что вы здесь устроили?! - Он… он… этот олень распустил по дворцу грязный слух! – стараясь не слишком шуметь, процедил сквозь зубы имперский посол. - Я в курсе, - выдохнул военачальник, поставил поднос повыше, чтобы коты до него не добрались, и подошёл к кровати императора. Кай поправил сбившуюся простынь и осторожно накрыл Маркуса шёлковым покрывалом. Генерал видимо тоже плохо спал этой ночью, но всем своим видом демонстрировал решимость и уверенность в собственных силах. Он всю ночь переживал и думал о том, что предложил ему Хирша, но решения принять так и не смог. - Я сделал это не просто так, - тихо проговорил иностранец, обращаясь к звездочёту и послу. – Я подумал, что если никто не будет знать, что император жив и здоров и все мы будем делать вид, что что-то произошло, то расползутся слухи о смерти Его Величества, что вынудит его врагов явиться во дворец, где мы сможем, наконец, схватить их. - А это неплохая идея! – улыбнулся Бекхан, - Братья Маркуса ни за что не догадаются, что всё это спектакль! Они только и знают, что прятаться, так что такая новость вряд ли оставит их равнодушными! - Но на то, чтобы слухи разошлись достаточно далеко, потребуются недели… - заметил Рик. – И всё это время нам придётся прятать императора ото всех и никого не пускать в его комнату. - Разве это проблема? – удивился Хирша. – Пара деньков безделия ещё никому не навредили, а в крайнем случае можно усыпить Его Величество с помощью… - Я сейчас кого-то усыплю и казню! – вдруг раздался недовольный сонный голос откуда-то из-под покрывала и подушек. - Маркус! Ты проснулся! Как себя чувствуешь? – тотчас же всполошился Кай, садясь рядом с больным на кровать. - Поспишь с вами, - съязвил владыка Империи и с трудом сел. – Жить буду. Всем вам на зло! Какого дьявола вы здесь устроили?! Маркус гневно воззрился на Хиршу и тому пришлось ещё раз рассказать свой план, но уже более детально. Император сдвинул брови и молча уставился куда-то в сторону. Безумный план, бесспорно, но действенный. После пары минут раздумий, Его Величество, наконец, поднял глаза и внимательно оглядел всех своих приближённых. - Не могу сказать, что мне нравится этот план, - начал было император, а на лице звездочёта уже расцвела улыбка. – Но мы поступим так, как говорит Хирша... На том и порешили. Ровно сутки император тщательно скрывался от советников, слуг и прочих придворных, а Рик, Бекхан и Кай ходили встревоженные и постоянно между собой перешёптывались. Всё выглядело так, что с Его Светлостью случилось что-то ужасное, но никто толком не мог понять, что же именно. Слух о том, что великий император ни то при смерти, ни то вовсе скончался, разлетелся со скоростью звука и, наконец, попал в нужные уши. На дворе стоял очередной жаркий, наполненный светом солнца день. Листву в садах колыхал ветер, шумели фонтаны. Придворные спешили по своим делам. Ничто не предвещало беды, как вдруг со стороны главной дороги послышался оглушительный стук копыт. Игнорируя стражников, в центральный двор внеслось около десятка всадников, возглавляемые никем иным, как их высочествами принцами. Три высоких молодых мужчины спрыгнули на землю и смело двинулись прямиком во дворец, чтобы не решать свои вопросы прямо на улице. - Вот так встреча, Реммао, Наджа, - слащаво проговорил один из принцев, когда они уединились со своими приспешниками в восточном тронном зале. – Как здорово, что вы пожаловали на мою коронацию! - Даже не надейся, что трон достанется тебе только потому, что ты старший, Казим! – зашипел на него другой. – Всю грязную работу пришлось выполнять мне! Знаете, сколько денег мне стоили все эти наёмники?! - И, тем не менее, этот сопляк был убит не мечом, а ядом, который я раздобыл! – встрял третий. Перепалка разыгралась не шуточная. Братья кричали друг на друга и вели себя не лучше базарных бабок. Благо, никто из них пока что не решался обнажить оружие. - Вы только поглядите на них, - тихо проговорил себе под нос Маркус, наблюдая за происходящим со второго этажа, стоя чуть поодаль так, что его не было видно. Рядом с императором были его верный посол и звездочёт, которые были готовы в любую секунду прийти на помощь, если Его Величеству вдруг снова станет дурно. – Грызутся, точно псы и мнят, что смогут управлять Империей. Никому из них нет дела до народа, лишь бы поскорее добраться до казны и вернуть себе все те деньги, что они истратили на попытки от меня избавиться. Какая ирония. Маркус сделал небольшой шаг вперёд и подал знак Каю. Имперский генерал ждал этого момента очень долго. Двери тронного зала, коих в нём было без малого четыре, с треском распахнулись и внутрь ворвались стражники, окружая врагов императора и перекрывая им все возможные пути для отступления. Принцы были сбиты с толку, они в панике оглядывались по сторонам и были крайне возмущены. - Три года, - раздалось откуда-то со второго этажа, и взгляды всех разбойников приковались к резному бортику, за которым вскоре появился никто иной, как Его Мудрейшество император Маркус. – Три года я выслеживал своих палачей по всей Империи, прочёсывал поместья, терпел письма с угрозами и покушения, а стоило мне залечь на дно, как они сами пришли в мои руки! Ни за что бы не подумал, что час расплаты наступит так скоро и будет так сладок. - Ты… - зашипел Казим, и хотел было обнажить саблю, как почувствовал у своего горла холод стали. - Бросай оружие и подними руки, - прорычал имперский генерал, который ждал этой минуты не меньше чем сам Маркус. Будь его воля, он бы всех здесь перерезал, без разбирательств и ненужной болтовни. Но решал не он, по этому Каю оставалось только держать ситуацию под контролем и не сводить с преступников глаз. – Это касается всех! Принцам и их свите пришлось подчиниться приказу военачальника. Бешенство в их лазах не знало границ, но они уже не имели другого выхода. - Властью данной мне моим отцом, я приговариваю принцев Казима, Реммао и Наджа к пожизненной ссылке из Империи, - провозгласил Маркус, строго взирая на своих старших братьев сверху вниз, – врата всех городов моих владений навсегда закрыты для вас. - Ты не смеешь, мерзкий щенок! – выкрикнул Наджа, на что кольцо из стражи сузилось вокруг него только теснее. -Твоё неуважение могло бы стоить тебе жизни, но не моя вина, что родители не побеспокоились о твоём воспитании должным образом, брат, - спокойно ответил император, не сводя пристального взгляда с людей, которых он больше никогда не увидит. – Выставить этих проходимцев вон из моего дворца и проследить, чтобы они покинули земли Империи! - Как прикажете, Ваше Величество, - прорычал Кай и толкнул одного из братьев вперёд с такой силой, что тот еле устоял на ногах. Маркус ещё долго стоял на главной стене дворца, наблюдая за тем, как небольшой караван медленно скрывается из виду. Все три брата, что принесли Его Величеству столько беспокойств, были скованы и с каждой минутой отдалялись всё дальше, чтобы исчезнуть из его жизни навсегда. Император был в какой-то мере даже немного растерян. Неужели этот кошмар наконец закончился? Больше не надо прятаться и спать с ножом под подушкой, не нужно постоянно оглядываться по сторонам и прислушиваться. Сможет ли Маркус когда-то отвыкнуть от постоянного страха за свою жизнь? - Ваше Величество, - раздалось позади, и император слегка вздрогнул, наконец, приходя в себя и отгоняя прочь тяжкие думы. Маркусу не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто именно к нему пожаловал. Этот преданный тон нельзя было спутать ни с чем. - Должен признать, вопреки всем моим ожиданиям, твой план сработал, Хирша, - произнёс владыка Империи, повернувшись к европейцу лицом. – Я обязан тебе жизнью. - Это не так, Ваше Величество, - покачал головой шатен, затем подошёл к Маркусу и опустился перед ним на одно колено. – Для меня честь служить такому человеку, как вы. Я восхищаюсь вашей преданностью Империи и слову, данному отцу. Император еле удержался от того, чтобы фыркнуть. Честное слово, манера этого оленя падать перед ним на колени уже начинала порядком выводить Его Мудрейшество из себя. С одной стороны этот европеец всё правильно делает, восхищаясь персоной императора и во всём пытаясь его превознести, но ведь всему есть предел! Маркус не привык к тому, что ему столь часто клянутся в верности и искренне стараются угодить, зачастую это делалось с корыстными целями или, как минимум, с намерением лишний раз польстить. А этот иностранец старается вести себя до того благородно, что аж в дрожь бросает. В итоге император просто не знал, куда себя деть и что ответить на подобное заявление. - Ваша Свет… Ох, простите, что прерываю столь интимный момент, - на площадку вбежал Рик, которому Маркус был рад, как никогда, учитывая сложившуюся ситуацию. - Что опять стряслось? – проворчал император, деловито проходя мимо Хирши и останавливаясь рядом со своим послом. - Его Высочество принц Хиккарийский прислал дары, - загадочно улыбнулся Рик. - Принц? Дары? И с какой это стати? – фыркнул Его Величество, складывая руки на груди. Хотя проблеска интереса в своих глазах молодой человек скрыть не смог. - В знак своего к вам расположения, - улыбка на губах посла стала ещё шире и Маркус откровенно заволновался. Что такого этот лис наговорил принцу, что незнакомый вельможа теперь заваливает его своими заморскими подарками? - Ухты, вы знакомы с Его Высочеством Принцем Алексом? – как обычно встрял Хирша, оказавшись рядом с императором. - Лично – нет, - бросил было Маркус, но затем вдруг замер и снова посмотрел на европейца. – Погоди, а ты откуда…? - О, Его Высочество желанный гость в Хиршенвальде, - как бы в подтверждение своих слов кивнул Хирша, в то время, как императора от возмущения аж передёрнуло. Такое ощущение, что этот олень специально изучил всё его окружение вплоть до цвета любимых тапочек. Да еще и знаком с теми, с кем даже сам император не имел возможности встретиться. – Он и моя мать познакомились, когда я был ещё мальчишкой. Всё детство моих старших сестёр прошло в его обществе и к тому же… Принц Хиккарийский помолвлен с моей сестрой Кримхильдой, так что мы практически родственники! Рик почему-то вздрогнул и посмотрел на иностранца с недоверием. Тот как обычно улыбался и выглядел совершенно беззаботным, значит, не солгал. Но, как же так? Пока имперский посол собирался с мыслями, император прошёл мимо него и остановился у самого выхода. - Я желаю посмотреть на то, что прислал этот твой принц, так что пусть все соберутся в восточном тронном зале, - бросил Маркус, поправляя свои светлые одежды, и скрылся из виду. - Это правда? – взволнованно спросил Рик, хватая друга за плечи. – Алекс помолвлен? - Не знал, что вы настолько близки, - протянул Хирша, слегка щурясь. – Откуда такой интерес? - Я прожил в Японии подле Его Высочества больше трёх месяцев, за это время мы стали хорошими друзьями, - отмахнулся Рик, а затем приложил пальцы к подбородку и уставился в одну точку. – Тогда зачем...? - Что зачем? – хиршенвальдский принц заинтересовался ещё больше. - Нет-нет, это не важно. Пока что не важно, - отмахнулся посол и снова поднял на друга глаза. – Я обязательно обо всём тебе расскажу, как только придёт время. *** После того, как опасность миновала, и жестокие старшие браться были сосланы далеко за горизонт, Маркусу больше всего хотелось устроить какой-нибудь праздник и напиться. Ведь один только алкоголь, по его убеждению, смог бы позволить Его Величеству забыться и перестать вскакивать посреди ночи после всего произошедшего. Но куда там, какой пир, когда тут всякие японские принцы со своими дарами. Единственным, что радовало императора, было приближение Рамадан-Байрама, священного праздника в который сам Аллах велел радоваться, есть и пить. Тронный зал был полон придворных и советников, все с нетерпением ждали момента, когда двери распахнутся, и послы Его Высочества принца Хиккарийского предстанут перед Маркусом и вручат ему дары. Сам император восседал на своём троне, сохраняя при этом завидное спокойствие. Ничто в его внешнем виде не выдавало того, что он, как и все, был взволнован. Ему ещё не доводилось видеть японцев воочию. К тому же Его Величество был крайне заинтересован в том, чтобы между этой необычной страной и Империей родился крепкий союз. Япония пусть и была очень маленькой страной, но населена людьми с уникальными качествами и неподражаемому стремлению к жизни. Отец не раз рассказывал Маркусу о том, как бывал на берегах этой сказочной страны, но в его время союз с Японией был невозможен. Ещё в детстве юный император решил, что воплотит мечту отца в жизнь и теперь он, кажется, наконец, был у цели. Подле Маркуса как обычно были его верный звездочёт, Рик и Хирша, который удивительно быстро взял в привычку всюду следовать за Его Величеством. Одного Кая всё не было видно. Он так и не вернулся после того, как спровадил принцев прочь из страны. Неужели решил проследить за караваном? Не может быть, там ведь кругом пустыня! Любая попытка побега со стороны братьев равноценна самоубийству! Зачем ему так рисковать?! Нет-нет, хватит об этом думать. Кай явится с минуты на минуту. Раньше император и минуты бы не высидел спокойно, если бы его генерал не стоял за его спиной. А теперь… С приездом этого хиршенвальдского оленя всё как-то разом переменилось. В прочем, Бекхан именно так и предсказал, увидев в созвездии северного оленя новую звезду. Настал тот долгожданный миг, и двери восточного тронного зала распахнулись настежь. Все разговоры угасли, точно свечи, пламя которых было украдено сквозняком. В помещение вошли двое мужчин, одетых в свободные шаровары хакама и длинные верхние рубашки кагинуки. Их волосы были завязаны в низкие хвосты. Один из японцев был немного выше и явно опытнее, а второй выглядел как нельзя более доброжелательно. Вслед за двумя послами следовало четыре пожилые женщины с музыкальными инструментами, несколько человек, нёсших большие сундуки, и завершало процессию изысканный паланкин, который несли ещё четыре человка, коими являлись уже имперские стражники. Японцы приближались к центру зала в полной тишине, отчего был слышен каждый их шаг, каждый шорох многочисленных складок ткани. Марку казалось, что помимо всех этих мимолётных звуков до его ушей доносилась музыка. Но руки музыкантов по-прежнему опущены, так откуда же ей взяться? Наверное, это именно то, о чём говорил отец. Этим людям не нужно прикасаться к инструменту, чтобы создать нужную атмосферу. Даже то, как они двигались, как опускали голову при поклоне, можно было считать искусством. Его Величество замер и не мог оторвать от послов глаз, в то время, как Рик выступил вперёд, поклонился им в ответ и улыбнулся: - Добро пожаловать во дворец Его Величества императора Маркуса. - Для нас честь присутствовать здесь, - с заметным акцентом, но очень уверенно проговорил один из мужчин, что явно был более открыт и приветлив, в отличие от своего спутника. – Его высочество принц Хиккарийский выражает Его Величеству своё глубокое почтение. Посол, наконец, осмелился поднять взгляд на императора, на что тот кивнул, чувствуя, что пора собраться и прийти в себя. Слишком уж необычными и красивыми оказались эти японцы. - Рад видеть тебя, Нао, как вы добрались? – улыбнулся Рик, обращаясь к гостям по-японски. - Мы в полном порядке, не стоит переживать, - кивнул в ответ дружелюбный японец и снова посмотрел на императора. Маркус вздрогнул и обратился в слух. - Из страны восходящего солнца мы привезли ко двору Вашего Величества редкий цветок, - начал японец, в то время, как за его спиной начались приготовления к представлению. Император оживился. Он очень любил спектакли, особенно заграничные. Маркус, конечно, не мог до конца понять, что же именно ему покажут, но заранее был в восторге. Рассказы и долгие баллады утомляли, другое дело – действие! Женщины-музыканты сели в ровную линию по левой стороне, а сундуки, наполненные драгоценностями, как предполагал император, были выставлены по правой, а в центре был оставлен паланкин, который по своей форме чем-то напоминал большой бутон. – Этот цветок мы зовём искусством и он – самое ценное, что у нас есть. Столетиями мы оттачиваем своё мастерство и сегодня желаем поделиться своим сокровищем вместе с вами, Ваше Величество. Маркус снова кивнул. Он так разволновался, что не мог произнести ни слова. Сколько тонкости и благородства в этих людях, просто дух захватывает! Послы низко поклонились и отошли в сторону, вставая рядом с Риком, Хиршей и Бекханом. В абсолютной тишине раздалась тонкая трель флейты. Внутри шатра что-то шевельнулось. Звуки флейты очень напоминали дыхание ветра, которое чуть покачивало лёгкую ткань. В какой-то момент послышался тихий щелчок, и ткань шатра упала на пол, раскрываясь подобно цветку и открывая взгляду изящную девичью фигуру. В центре зала стояла хрупкая японка, одетая в традиционный наряд цвета слоновой кости, с многочисленными вышивками, изображающими растения и птиц. Её чёрные, как смоль, волосы были уложены в аккуратную причёску, украшенную различными яркими заколками под цвет массивного пояса, что был обвязан вокруг её талии. Из-под длинных рукавов выглядывали тонкие белоснежные пальцы, сжимающие веер, которым девушка прикрывала лицо. Переливы флейты стали более громкими, к ним присоединились эрху и сямисен, создавая нечто совершенно новое и бесспорно волшебное. Японка слегка отодвинула веер от своего лица, позволяя зрителю на мгновение увидеть кусочек своего фарфорового лица, и снова спряталась. Затем снова повторила этот трюк. Девушка двигалась в такт музыке, чувствуя каждый звук и выглядело это до того изящно, что создавалось впечатление, будто она вовсе не живой человек, а гибкая лоза, что колышется на ветру. Японка осторожно отвела веер от своего лица и продолжила свой танец, больше не скрываясь. Никто из присутствующих раньше не видел ничего подобного. Белое, как мел, лицо, чёрные стрелки, обрамляющие узкие глаза, один мимолётный взгляд которых заставлял замереть и затаить дыхание, красные губы – всё это было далеко от стандартов красоты Империи. Но абсолютно все и каждый наблюдали за лёгкой походкой этой девушки, не дыша, боясь, что эта прекрасная юная особа окажется лишь плодом их воображения. Темноволосая красавица достала из-за пояса второй веер и продолжила своё выступление. Девушка обращалась с атрибутами своего танца невероятно легко, она ловко крутила их на пальцах, подбрасывала в воздух и снова ловила. Рик никогда в жизни не видел Маркуса настолько увлечённым. Но он прекрасно его понимал. Имперский посол тоже не мог оторвать глаз от гейши, что перед ними выступала. Во время своего пребывания в Японии, Рику довелось не раз бывать в чайных домах, и всякий раз туда попадая, он терял дар речи. Он с радостью выслушал всё, что ему рассказали об этих девушках, и не было ни дня, чтобы посол не вспомнил о тех безграничных чувствах, что он испытывал в их компании. Посетив Японию, Рик многое для себя открыл и по-настоящему влюбился в культуру этой страны. Увидев сегодня эту прекрасную японку, он, наверное, снова ощутил, что его сердце было безжалостно украдено. Музыка достигла своей кульминации и медленно пошла на спад, успокаиваясь и снова превращая изящную гейшу в живую статую, скромно прикрывающую своё лицо веерами. Несколько секунд публика переводила дух после увиденного, и в зале вновь воцарилась тишина. Мгновение и зрители разразились громкими аплодисментами. Гейша низко поклонилась и робко подняла глаза на императора. Маркус моргнул и кивнул, уже в который раз! Откуда этот японский принц только знал, с какой именно стороны зайти?! Его Величество ни за что в жизни не расстанется с подобным подарком! Император протянул руку навстречу японке и поманил её к себе. Девушка явно смутилась, но перечить не стала и послушно подошла к трону Его Величества. - Могу ли я рассчитывать на то, что такое прелестное создание останется при моём дворе? – тихо спросил Маркус, встав со своего трона и подойдя к девушке. Он хотел было взять её за подбородок, но побоялся испортить искусно выполненный макияж и опустил руку. - Всё то, что мы привезли с собой – отныне в вашем полном распоряжении, - вдруг подал голос более суровый на вид японец, выступая вперёд и коротко кланяясь Маркусу. - Но… - хотел было возразить Нао, на что его спутник бросил в его сторону столь страшный взгляд, что японец вздрогнул. – Да, разумеется, Ваше Мудрейшество. Император слегка прищурился, но ничего не сказал. Он ещё раз взглянул на японку, а затем перевёл взгляд на своих приближённых. - Я хочу уединиться с послами. Рик, ты останешься со мной, Бекхан, разберёшься с сундуками, а ты Хирша, - Маркус слегка сдвинул брови. – Пойдёшь вместе с… - Юу, - подсказал Нао, который был заметно озабочен и уже не так приветлив, как раньше. - Да, ты пойдёшь вместе с Юу и отведёшь её в западное крыло верхнего гарема, - закончил отдавать распоряжения император и задержал пристальный взгляд на японке. Девушка смиренно поклонилась и посмотрела на Хиршу, у которого от этого всё внутри перевернулось. Ну, надо же. Европеец постарался взять себя в руки и повёл японку следом за собой. Не успели они дойти до середины зала, как в дверях вдруг, точно тень, возник Кай и широким шагом направился в сторону Его Величества. Имперский Генерал не отличался особой тактичностью и в моменты особой занятости совершенно не смотрел по сторонам. Мало того, что он толкнул юную гейшу плечом, так ещё и наступил на конец её юбки, отчего бедняжка оказалась на полу. - Ох, - пробубнил имперский генерал, - прошу простить меня за невнимательность. С этими словами Кай склонился над девушкой и учтиво подал ей руку. С пояса воина свесились ножны с его верным клинком, которые стали первым, что бросилось напуганной иностранке в глаза. Взгляд японки вдруг изменился. Она ловко выхватила меч из ножен, и в одно мгновение, оказавшись на ногах, приставила его остриё к горлу генерала. - Не смей ко мне прикасаться, животное! – воскликнул редкий цветок из страны восходящего солнца и с его головы вдруг спал роскошный парик из чёрных, как смоль, волос. Взгляду всех присутствующих, которых к счастью осталось немного, ведь весь двор тактично покинул тронный зал, предстало истинное лицо загадочной японской танцовщицы. Сомнений быть не могло. Это нежное создание с волосами цвета спелого персика – прекрасный молодой юноша.