Восточная Лихорадка или с чего же все начиналось

Солнце достигло своего зенита, заливая своими золотыми лучами столицу Великой восточной Империи. Император стоял у окна башни звездочёта и угрюмо взирал вниз на город, что кипел жизнью там, за зелёными садами дворца, его богатыми мозаиками и неприступной стеной. Все эти люди живут в мире и спокойствии, вот уже который год, и каждый из них уверен в завтрашнем дне. Маркус перевел взгляд на горизонту. Где-то там за его линией расположена страна, таящая в себе невероятное могущество и представляющая угрозу. Что, если завтра он проснётся под рёв сигнального рога, возвещающего о нападении на юго-западную границу? От гнетущих мыслей Императора отвлёк радостный вопль Бекхана: - Я закончил, Ваше Сиятельство! - Ну, наконец-то! Слава Аллаху, мне не придётся торчать в этой башне до второго пришествия! – проворчал Маркус, подходя к звездочёту, который принялся собирать все свои свитки в одну гору и перекладывать их на низкий столик возле софы. Юу был так взволнован, что чуть не выронил из рук свой стакан с чаем. Он сидел на софе и восторженно рассматривал исчерченный пергамент, пытаясь хоть что-то в нём разобрать. Японцу ещё ни раз в жизни не составляли гороскоп, поэтому он дождался, пока Бекхан закончит, сядет поудобнее, и обратился в слух. Больше всего Юу удивляло, пожалуй, то, что его будущим был заинтересован сам Император. - Итак, - увлечённо начал звездочёт, бережно приглаживая пальцами пергамент. – Наш гость находится в одной из самых непростых фаз своей жизни. Его каждый день одолевают сомнения, но со временем они рассеются. Впереди его ждёт множество испытаний, которые, в конечном счёте, приведут к полному преобразованию его жизни и мышления. В ближайшем будущем Юу ждёт нелёгкий выбор: следовать пути, который казался ему верным до сих пор или рискнуть и попробовать что-то новое, погрузиться с головой в новый мир переживаний, позволить руководить случаю, а не предназначению. Во время своего рассказа, Бекхан увлечённо водил над своими чертежами руками, отчего создавалось впечатление, будто он проводит какой-то тайный, одному ему понятный обряд и все эти бумаги вот-вот вспыхнут синим пламенем и исчезнут. Юу поджал губы. Что-то подсказывало ему, что все вокруг него в последнее время твердят об одном и том же. Это уже начинало порядком раздражать. А что, если японец не готов сделать этот самый важный выбор в его жизни? О его чувствах вообще кто-нибудь подумал? - А ещё я вижу покой, - вдруг мягко заметил звездочёт, проводя указательным пальцем по одной из длинных овальных линий на пергаменте. – Что бы в итоге Юу не выбрал и в какую бы сторону не свернул, он будет счастлив при дворе Вашего Величества. Звёзды говорят, что его место здесь и что он оказался здесь вовремя. Внимательно выслушав своего звездочёта, Маркус кивнул и вдруг потрепал японца по волосам. - Я хочу, чтобы ты запомнил одну вещь, Юу, - с фальшивой строгостью начал Император, театрально сдвигая брови. – Ты должен как можно скорее здесь освоиться и стать счастливым. Это мой приказ. В своей Империи и тем более в этом дворце я всемогущ, по этому ты можешь обращаться ко мне по любому вопросу… Пока я тебе это позволяю, конечно. Знай мою доброту и не смей жаловаться на судьбу. Иначе казню. - Вы как всегда гениальны в вопросе воодушевления, Ваша Милость, - выдохнул Бекхан с ироничной улыбкой на губах. - Разумеется! Гениальнее меня мог быть один лишь Пророк Мухаммед, - усмехнулся Маркус, после чего снова повернулся к своему наложнику. – Я хочу, чтобы ты сделал для меня кое-что. Найди Рика и послов и скажи им, что я намерен продолжить наше общение за столом в трапезной. Юу какое-то время находился в прострации после слов звездочёта и уж тем более после того, что сказал ему Император. Юноша подумал, что ему не мешала бы долгая прогулка по какому-нибудь тихому месту, чтобы всё хорошенько обдумать. Но размышления, похоже, придётся отложить на потом. Японец оставил свой стакан и бесшумно поднялся с места. Поклонившись, сперва, Маркусу, а затем Бекхану, Юу покинул помещение, не проронив больше ни звука. - Он такой тихий. Я надеюсь, что мои предсказания не заставят его еще больше уйти в себя. - неуверенно проговорил звездочёт, аккуратно перекладывая листы пергамента и будто бы пытаясь найти в них что-то, чего он не учёл. - Я начинаю думать, что это просто особенность его натуры, - пожал плечами Маркус, откидываясь на спинку софы и вытягивая ноги. – Вот и славно, в этом балагане, наконец, появится хоть капля тишины. Бекхан поднялся на ноги, сгрёб со столика все свои чертежи, посвященные судьбе японца, и принялся последовательно прикреплять их к стене. Император молча за этим наблюдал, гадая, почему бы юноше просто не положить все эти бумажки на какую-нибудь полку и не забыть о них? Он ведь уже и так всё сказал. Но с другой стороны Маркус понимал, что Бекхан просто бесконечно любит дело, которым занимается, и хочет, чтобы всё вокруг него имело нужный порядок. Хоть со стороны и могло показаться, что звездочёт живёт в полнейшем хаосе. Наблюдать за работой другого человека было очень занятно, особенно учитывая тот факт, что у самого Императора дел было просто по горло. Но сейчас он не был готов ими заниматься. Голову Его Величества занимали тревожные мысли, и, наблюдая за Бекханом, он всё пытался решить, нужно ли делиться ими с ним и просить его обратиться к звёздам или нет. Юноша чувствовал на своей спине пристальный взгляд Императора, но не собирался его торопить, зная, что тот сам начнёт разговор, когда будет готов. Какое-то время в башне звездочёта царила тишина, прерываемая лишь порывами ветра за окнами и тихим звоном разноцветных стёклышек, что висели у штор. - Вчера вечером, когда мы сидели с послами… - наконец подал голос Император, чем мгновенно заставил своего собеседника отложить все свои чертежи в сторону. – Разговор снова зашёл об этих пропащих землях… Бекхан вдруг удручённо вздохнул, закатил глаза и снова принялся складывать на стене свою хитроумную мозаику из исписанного пергамента: - А я уж было подумал, что Ваше Величество изволит расспрашивать меня о грядущей любви, о которой мне шепнули звёзды накануне… - Какая чушь! – фыркнул Маркус, закидывая ноги на софу и по-свойски на ней разваливаясь. – Это меня как раз совершенно не волнует! У меня нет времени на подобные глупости, когда явно недружелюбный сосед собирает свои легионы прямо у меня под носом и не сегодня-завтра намеревается напасть! - Но мы ведь не можем судить о намерениях этой страны хотя бы потому, что между нами и переговоров как таковых не велось! – возразил Бекхан, прикрепляя, наконец, последний лист к стене и поворачиваясь к своему правителю лицом. - А ты вспомни, почему ещё мой отец прекратил высылать делегации в Эрезуишдаха с предложением мира, - огрызнулся Император, сжимая кулаки. – Не спорь со мной и скажи, что говорят звёзды. Это приказ! Темноволосому юноше ничего не оставалось, кроме как оставить своё мнение при себе и направиться к ряду книжных шкафов, что закручивались спиралью вокруг винтовой лестницы в центре комнаты. Что-то недовольно ворча себе под нос, звездочёт принялся искать нужные книги и свитки. К великому удивлению Маркуса, Бекхан нашёл всё необходимое довольно быстро, будто заранее готовился к такому повороту событий. Звездочёт вывалил на стол четыре толстых фолианта в изысканном кожаном переплёте, какую-то очень ветхую книжонку в тонком переплёте и две карты звёздного неба, на одной из которых было изображено северное полушарие, а на другой – южное. Его Мудрейшество тем временем, наконец, принял положение сидя и сложил руки на груди, наблюдая сверху вниз за тем, как юноша принялся открывать книги на нужных страницах, не переставая что-то бормотать себе под нос. - Я уже говорил о том, что на данный момент и в ближайшем будущем Эрезуишдаха заключает в себе страшную силу и опасность, но при этом не представляет угрозы для Империи, - проговорил Бекхан, водя пальцами по созвездиям и сверяясь с какими-то схемами в книгах. – С тех пор ничего толком не изменилось. - Меня преследует ощущение, что ты чего-то недоговариваешь или упускаешь какие-то детали, - продолжал упрямо стоять на своём Император, не сводя глаз со своего звездочёта, будто тот должен вот-вот сделать чистосердечное признание, и выдать всю ужасную правду. Бекхан обиженно надул губы, но продолжил вчитываться в карты, а затем взял перо и принялся выводить на чистом пергаменте какие-то эллипсы и окружности. - Итак, если проследить за движением Марса и сверится с положением луны… - обречённым тоном начал звездочёт, ведя пальцем вдоль одной из линий. – То можно заметить, что никаких пересечений нет, а значит и войн никаких не будет! - Это сейчас, но что будет потом?! – не унимался Его Величество, нервно постукивая пальцами по своей руке и скрещивая ноги на софе. - Смею заверить, что всё в порядке, - с ноткой раздражения в голосе проговорил темноволосый юноша, снова обращаясь к одной из книг. Бекхан перевернул пару страниц, пробежал глазами по верхним строкам и вдруг замер. Маркус уловил эту перемену в поведении молодого человека и напрягся ещё больше. Звездочёт вдруг перевернул свой исчерченный линиями пергамент вверх ногами и принялся вдвое усерднее что-то на нём чёркать. - Я увидел одну интересную вещь, Ваше Сиятельство, - осведомился юноша, не отрываясь от работы. – Если проследить за течением времени, то Эрезуишдаха, как я уже говорил, для нас не опасна, но в будущем она как бы…. Эм… Она как бы окружает Империю, будто берёт её в кольцо и… - Окружает?! – всполошился Император, вскакивая со своего места. – Хочешь сказать Империя станет колонией Эрезуишдаха? Она падёт?! Ну уж нет… Только не тогда, когда ею правлю я! Я ни перед кем не собираюсь падать на колени и молить о пощаде! И как ты вообще можешь называть подобное «интересной вещью»?! - Но я ещё не договорил, я имел в виду, что… - попытался оправдаться Бекхан, но Его Величество уже не слушал. Маркус не стал дожидаться последующих объяснений. Он был слишком зол, чтобы думать, поэтому поспешил покинуть помещение, стены которого вдруг стали для него невыносимо тесными и в каком-то роде даже враждебными. Звездочёт тяжело вздохнул, но пытаться остановить Его Величество, чтобы всё объяснить не стал. Он прекрасно понимал, что ничего, кроме скандала, этим не добьется. Маркусу нужно немного времени. Сейчас он слишком взволнован, чтобы слушать кого-то, кроме себя. Темноволосый юноша снова опустил взгляд на разложенные на столе свитки пергамента, карты и книги. И всё-таки не зря же он заметил эту линию только сейчас… Нужно поскорее найти подтверждение своей теории и на этот раз правильно подать её Повелителю, не используя при этом ряда слов, связанных с захватом и подчинением. Не став слишком долго сидеть без дела, Бекхан снова занялся изучением движения звёзд и этой новообразовавшейся линии. Юноше хотелось как можно скорее найти ответ, ведь эти сведения могли кардинальным образом повлиять на будущее Империи. Звездочёт впервые в жизни подумал о том, что ошибся на счёт Эрезуишдаха. Может быть, стоило ещё давным-давно взглянуть на ситуацию с другой стороны. Пока Бекхан корпел над своим чернильным небом, Маркус уверенным шагом двигался в сторону своего кабинета. Он хотел взглянуть на карты, отчёты, перепись – на всё и сразу! Волнение настолько вскружило Императору голову, что он напрочь забыл о своих японских гостях и о том, что специально послал за ними Юу. Его Величество был доволен тем, что его новый наложник не задавал слишком много вопросов и был весьма покладист. Во дворце было достаточно посыльных и прочих слуг, которые бы с радостью исполнили любой его приказ, но Маркус был слишком капризен и не любил, когда вокруг него вились посторонние. Наверное, именно поэтому все те несчастные, что считались приближёнными Императора, были вынуждены регулярно исполнять все его мелкие поручения. Попробовал бы кто-нибудь из них пожаловаться! Маркус преодолел небольшой сад и свернул в широкий коридор, потолок которого был сплошь усыпан золотой мозаикой. Иногда даже самому Императору его дворец казался просто невыносимо огромным. Дойдя до конца коридора, юноша поднялся по лестнице на третий этаж и снова свернул уже в более узкий и тёмный коридор. Его Величеству редко доводилось ходить по дворцу в одиночестве, а тут ещё и ни одного слуги, ни одного придворного на пути не попадалось. С одной стороны это был повод для радости, но учитывая каким параноиком сделала Маркуса жизнь, то он лишь ещё больше разволновался и ускорил шаг. Только когда Его Мудрейшество наконец оказался у больших дверей из красного дерева, он наконец смог вздохнуть спокойно и поспешно вошёл в свой кабинет. Здесь было безопасно и тихо, ведь никто бы не посмел вломиться в рабочее пространство самого Императора. Помещение представляло из себя средних размеров комнату со светлыми стенами и множеством книжных полок на них. У окна располагался большой письменный стол из тёмного дерева, который вечно был завален различными бумагами и свитками чрезвычайной важности. Помимо стола в комнате имелся небольшой низкий диванчик, усыпанный пёстрыми подушками, глобус диаметром в целый метр, а на полу был расстелен красивый, но не слишком броский ковёр. Плотно закрыв за собой дверь, Император прошёл к своему рабочему столу и взял с него первый попавшийся свиток. Это оказался отчёт одного из военных разведчиков, датированный двумя неделями ранее. Значит, этот свиток пришёл всего пару дней назад. Маркус принялся жадно вчитываться в каждую строчку. Ещё одно южное королевство пало… Над его замками реют флаги Эрезуишдаха и значит это только то, что следующей под удар может стать одна из провинций Империи. Отбросив отчёт с недобрыми вестями в сторону, Его Величество бросился к одной из стен и сорвал с неё карту континента. Она как раз была начертана во времена правления отца Маркуса, а значит ещё до того, как Эрезуишдаха начала разрастаться. Все те земли, что сейчас были под юрисдикцией Империи Серебряного Дракона, стояли отдельно, как самостоятельные государства. Схватив со стола перо с фиолетовыми чернилами, Император принялся поочерёдно закрашивать каждую из захваченных стран. Две, шесть, девять… За последние шесть лет Эрезуишдаха захватила одиннадцать стран и по своей теперешней территории превышала размеры Империи. Как Маркус мог не замечать этой постепенно надвигающейся угрозы раньше? Над золотыми куполами его несокрушимой Империи нависла чёрная тень, которой ничего не стоило поглотить её провинции одну за другой, точно так же, как все эти королевства. Император поднял взгляд на земли, что располагались севернее. Похоже, Вероника Амельинда начала беспокоится за своё королевство уже тогда, когда их с Эрезуишдаха стал разделять всего один горный хребет и пара заповедных лесов. Но, даже приняв помощь Хиршенвальда, сможет ли Империя противостоять этой нечеловеческой мощи, надвигающейся с юго-запада? Маркусу вдруг вспомнились слова Бекхана. Звездочёт сказал, что Эрезуишдаха возьмёт Империю в кольцо, окружит… Рано молодой Император начал радоваться своей долгожданной свободе от своих кровожадных братьев. Беда всё ещё ходит за ним по пятам и в её планы явно не входит оставлять правителя в покое. Ещё какое-то время Его Величество сверлил взглядом проклятую карту и фиолетово-чёрную кляксу на ней, что в мыслях правителя уже поражала его дражайшую Империю, точно неизлечимая болезнь. Когда это занятие, наконец, вывело Императора из себя, он одним резким движением сбросил массивный лист пергамента со своего стола вместе с остальными осточертевшими бумагами и свитками. Никакого проку от всей этой писанины, только место загромождает! Маркус обречённо выдохнул и опустил голову на поверхность стола. В эту минуту он совершенно не представлял, что ему делать. Наверное, именно для таких случаев и существуют всякие высокопоставленные советники Императора, в иных государствах таких умников собирают в целые парламенты. Все эти бесконечные подлизы в пёстрых тюрбанах, обвешанные шелками и дорогими украшениями никогда не внушали особого доверия. Они только и делали, что кичились тем, что иной раз к ним прислушивается сам Император. Что же касается самого Маркуса, то он в своё время прислушивался лишь к одному человеку – к своему отцу. После того, как предыдущий Император почил с миром, молодому правителю не у кого было спросить совета на тему ведения дел в стране. До этого момента Маркус и сам неплохо с этим справлялся, ведь начал обучение ещё будучи мальчиком, и проводил за книгами гораздо больше времени, чем все его братья вместе взятые. Может быть, есть смысл посоветоваться с Каем? Да, он вроде и сам хотел поговорить о чём-то важном. С другой стороны, что может посоветовать военачальник? Конечно же, немедленно начать мобилизировать войска и готовится отражать атаку, которой, может быть, ещё нет и в помине. Бекхан уже высказался на этот счёт и снова слушать о том, что Эрезуишдаха каким-то чудом окружает Империю, Маркус явно не собирался. Рик вроде как говорил о том, что даже под страхом смерти не поедет вести мирные переговоры со столь беспощадным правительством. Кстати об этом… Его Мудрейшество вдруг вспомнил о том, что пару месяцев назад находил одну крайне важную запись, которой как раз было около шести-семи лет. На поиски нужной книги ушло некоторое время, ведь всё то, что ранее месяцами складировалось на столе, теперь было разбросанно по полу. Искомые записи, наконец, были найдены, и Император с блаженным стоном опустился на диванчик в центре кабинета, чтобы как можно скорее найти нужные сведения. «По неизвестной причине наша переписка с правителем Эрезуишдаха прекратилась и ни один из всех тех многочисленных людей, которых я выслал в эти земли, так и не вернулся» - прочёл Маркус на одной из страниц и мгновенно узнал почерк своего отца. Однако только было молодой правитель впился глазами в строки, как обнаружил что следом за списком тех самых несчастных, коим так и не посчастливилось вернуться на родину, следуют пустые листы. Прекрасно, даже здесь всё упирается в тупик! Император отложил летопись, и устало потёр глаза. Ещё и эти послы, которые ждут его в трапезной… Точно! Послы, чёрт бы их побрал! Нужно немедленно бежать к ним, пока они не начали разводить беседы без Его Величества, вдруг они знают об этой проклятой Эрезуишдаха что-то ещё! На этой торжественной ноте, Император вскочил с диванчика, поправил свои одежды и с бодрым видом покинул свой кабинет. * * * Юу к своему огромному счастью случайно столкнулся с Риком в одном из коридоров, так что бедному иностранцу не пришлось битый час блуждать по дворцу в поисках покоев, отведённых послам. - Говоришь, тебя послал Маркус? – удивился Имперский посол, пока они с молодым человеком двигались в сторону восточного крыла. Юу кивнул, но затем поспешил добавить: - А это… разве странно? - Да нет, - пожал плечами Рик. – С Его Величеством можно было уже привыкнуть к подобному… - Это я уже понял, - отозвался японец, резво семеня вслед за послом в своём цветастом кимоно, которое в обстановке дворца смотрелось на удивление к месту. Рик и Юу встретили послов в одном из дворцовых садов, где те восхищались богатствами Имперской земли. Светловолосый юноша отметил, что Имперский посол ведёт себя крайне вежливо и практически безупречно говорит на японском языке. Рик действительно умел должным образом к себе расположить и казался бесконечно ответственным и надёжным, не смотря на свой возраст. Юу вдруг подумал, что хотел бы быть таким же рассудительным и внимательным, как он, ну, или, по крайней мере, казаться таковым. - Почему бы нам не устроиться где-нибудь на свежем воздухе? Во дворце имеются потрясающие резные беседки. Мы вполне могли бы расположиться в одной из них и продолжить ваше с Императором общение. Что скажите? – с мягкой улыбкой предложил Рик, слегка склоняя голову и сверкая своими серо-голубыми глазами. Ну, вот, как такому отказать? На том и порешили. Юу с послами отправились к одной из уютных беседок, а Рик – распоряжаться, чтобы в эту самую беседку принесли еду и напитки. Но пришельцам из далёкой страны не пришлось слишком долго сидеть в одиночестве. Из одного из коридоров вдруг вышли Кай и Хирша, что не переставали бурно обсуждать что-то своё и явно не сразу поняли, куда забрели. - О, у нас здесь никак продолжение? – вдруг оживился хиршенвальдец, смело забираясь в беседку, и вежливо кивая послам. - Да, мы оказались здесь очень вовремя, - поддержал друга Имперский генерал, подходя к утончённому сооружению, но не спеша проходить внутрь. - Красота этих мест порою просто завораживает. Хотел бы я, чтобы моя Джун это увидела, - мечтательно протянул Нао, присев на мягкий диванчик, что располагался по периметру беседки. - Не знал, что вы женаты! – воскликнул Хирша и подсел ближе к японцу. – Почему же вы не взяли свою жену с собой? Она у вас должно быть красавица… - Это деловая поездка, к тому же Джун не любит путешествовать, - немного смутился Нао. - Я вот жениться вообще не собираюсь, по крайней мере, пока весь свет не увижу, - протянул наследный принц Хиршенвальда, закидывая руки за голову и устраиваясь поудобнее. – Человек, который смог бы меня вынести, ещё наверняка не родился! - Согласен, ты порою просто невыносим! Всюду лезешь и даже не пытаешься обзавестись чувством меры, - прошипел Рик, который вдруг появился на мощённой тропинке с подносом в руках. Имперский посол оставил принесённую еду на круглом столике в центре беседки и с явным недовольством уставился на своего друга детства: - Ты снова докучаешь нашим гостям своими несусветными байками? - Нет, на этот раз он разыгрывает из себя неуловимого странника, который навеки спасён от оков брака, - усмехнулся Кай, наконец, проходя под свод беседки и присаживаясь на диванчик рядом с европейцем. - И почему это сразу разыгрываю?! Вы никак во мне сомневаетесь! – надул губы Хирша, на что Рик лишь рассмеялся. - Учитывая КТО твоя мать, не думаю, что тебе удастся избежать своего долга перед страной! – заметил Имперский посол ни то серьёзно, ни то в шутку. - Разве женитьба – это плен? – вскинул брови Имперский военачальник, складывая руки на груди. - Только если право выбора тебе не предоставлено, - вдруг достаточно серьёзно проговорил хиршенвальдец, но поспешил добавить, чтобы немного разрядить обстановку: - В любом случае, пока я служу Его Мудрейшеству, мне ничего не угрожает! - Прямо таки, - прыснул Рик, тоже присаживаясь за стол и слегка прищуриваясь. – От опасности влюбиться ты не защищён нигде и никогда. - Японская мудрость гласит, - вдруг подал голос Нао, придвигаясь к Хирше ближе и щуря глаза с такой же хитрецой, что и его Имперский коллега, - что каждый человек в нашем мире связан со своей второй половиной невидимой красной нитью. Европеец немного напрягся, но перебивать не стал, в то время, как гость из Японии вдруг опустил кончики пальцев на его плечо и поднял с него кусочек красной шёлковой нити, что приклеилась к одежде. - Эта нить может запутаться и в неё может попасть множество посторонних людей, но она никогда не порвётся, - продолжал говорить японец, завязывая на своей находке петлю, а затем с лёгкостью её распуская. - Но как же узнать этого особенного человека, если нить невидима? – продолжал строить из себя Фому неверующего хиршенвальдец. - Это нужно понять сердцем. Нить не несёт ответственности за то, что люди в силу своей невежественности так и не найдут друг друга, - сдержанно улыбнулся Нао, на что Хирша лишь фыркнул. - Хорошо хоть происхождение этой нити мне известно. Она принадлежит тебе, - забрав предмет разговора из пальцев японца, шатен повернулся к Имперскому генералу. – Наверное, слетела во время нашей с тобой утренней зарядки. Только один человек во всём дворце носит одежды такого характерного цвета. Вдруг ты и есть моя судьба? - Не обольщайся, - усмехнулся Кай. – Я знаю пару слуг в красных робах, чего уж и говорить о форме нашей славной Имперской армии. - Ты должно быть просто забыл о том, как упорно нас с тобой сталкивала жизнь, - не унимался европеец. - Аллах с тобой, Хирша! Если я признаю, что это судьба, ты избавишь всех нас от очередного рассказа о том, как мы с тобой познакомились?! – простонал генерал, закрывая лицо ладонью. - Я думаю, нашим гостям было бы куда интереснее послушать о чём-нибудь другом, а может и самим чем-то поделиться, - примирительным тоном проговорил Рик, вставая со своего места и для надёжности садясь между Каем и Хиршей, чтобы второй, наконец, перестал докучать первому. - А вы слышали об Ордене Пурпурного Скорпиона? – неожиданно для всех напомнил о своём присутствии Юу, что до этого момента тихо сидел на краю диванчика и наблюдал за происходящим. Все присутствующие обратили свои взоры в сторону молодого человека, в то время, как сам японец в который раз пожалел о том, что не удержал язык за зубами. - Ты, должно быть, говоришь о Легенде про Орден Пурпурного Скорпиона, - уточнил Кай, укладывая руки на стол и сплетая пальцы в замок. - Нет-нет, этот орден существует на самом деле, - парировал один из послов. – Все самые опасные и кровожадные убийцы собраны вместе для совершения одной цели, которая заключается в том, чтобы в корне изменить наш мир! - А я слышал, что этот орден подчиняется лишь одному человеку. Сильнейшему из всех правителей, властителю самой Преисподней! – добавил другой японский гость. - Ну, разумеется, - закатил глаза Имперский Генерал. – Видать, тому самому, который поднял свою армию из Ада и планирует подчинить себе весь мир. - На вашем месте, я бы не шутил с подобным, - вдруг нахмурился Нао. - Я согласен с Каем. Не стоит доверять слухам. Большинство из всех этих легенд враки, - развёл руками Хирша. – Вы не считаете, что мы уделяем сплетням об Эрезуишдаха слишком много внимания? - А тебе не приходило в голову, что мы наоборот недооцениваем эту страну? – вдруг раздалось со стороны тропинки. - Ваше Величество! – всполошился Рик и вскочил со своего места, приглашая Императора присесть. - Не волнуйтесь, на этот раз я закрою глаза на то, что никто не удосужился сообщить мне о том, что наши гости предпочли беседку на свежем воздухе душной трапезной, - с нескрываемым недовольством проговорил Маркус, садясь между послами и жестом повелевая русоволосому юноше сесть на место. - Ваше Мудрейшество, - вдруг совершенно простодушно подал голос Хирша. – Почему вы воспринимаете Эрезуишдаха, как своего врага, если с их стороны не следовало никаких угроз? Повисла напряжённая пауза, во время которой Маркус силился не вскочить на ноги и не приказать Каю казнить этого дерзкого европейца прямо здесь и сейчас. Уже очень давно Император не попадал в положение, когда ему абсолютно нечего сказать. Его Величество плотно сцепил зубы, и уставился на хиршенвальдца так, будто тот должен был сию секунду всё осознать и пасть ему в ноги, моля о прощении. Хирша, видимо, об этом даже не догадывался и всё так же пытливо смотрел на Императора в ответ. - Угроз со стороны Эрезуишдаха не было только потому, что Империя не стоит у них на пути. Пока что… - процедил Его Милосердие сквозь зубы, пытаясь взять себя в руки. - Допустим. Но почему бы не попытаться сделать столь мощное государство своим союзником? – парировал европеец, складывая руки на груди и слегка приподнимая бровь. - Не много ли ты на себя берёшь, Хирша? – оскалился Маркус, упирая руки в стол. – Или ты считаешь, что твой Император не удосужился просчитать все возможные варианты? Эрезуишдаха ни разу не вышла на контакт с Империей с тех пор, как я взошёл на трон! - Так может быть стоит рискнуть и сделать первый шаг? – спокойно проговорил хиршенвальдец, отчего у Императора аж дыхание спёрло. Да как этот несчастный вообще смеет разговаривать с ним в подобном тоне?! Атмосфера накалилась и Его Величество, кажется, утратил последние крупицы своего терпения. - Я не стану рисковать своими людьми, после того, как дюжина послов моего отца не вернулись из этих проклятых земель! – воскликнул Маркус, вставая на ноги и упираясь руками о столешницу. - Так не рискуйте! Отправьте туда того, кого не жалко! Пожертвуйте мной! – на полном серьёзе проговорил Хирша, тоже поднимаясь со своего места и силясь не повышать на Императора голос. - Не строй из себя всемогущего, мальчишка! – рассмеялся молодой властитель Империи, не скрывая в голосе издёвки и раздражения. - К тому же ты не только парламентёр, но ещё и наследный принц. Как думаешь, что скажет твоя мать, когда узнает, к кому в плен угодил её старший сын?! - Моя мать убеждена в том, что я сейчас на другом континенте. Я подкупил послов, которые должны были приехать к Вам, и прибыл вместо них, - резко, но с каким-то еле уловимым надрывом проговорил хиршенвальдец. Со стороны это было незаметно, но эти слова дались юноше нелегко. На каких-то пару секунд Император потерял дар речи, а все присутствующие напряглись ещё больше. - Так ты… Ты ещё и… - слетело с губ Маркуса, но Хирша сдаваться не собирался. - Прошу, отправьте меня туда. Я вернусь, не пройдёт и недели. Не верите мне, пусть вместе со мной поедет Рик! Позвольте мне попытаться! - Нет. - Но, Ваше Величество… - Я сказал, нет! Рик никуда не поедет, а ты… - молодой человек уже практически задыхался от гнева. – Ты немедленно отправишься в Хиршенвальд и будешь молить там прощения у своей матери до тех пор, пока… - Нет же, послушайте…! - Это ты послушай! Я запрещаю тебе ехать в Эрезуишдаха, и отныне никто не станет говорить об этой стране без моего разрешения! Я Император, а посему моё слово – закон! Ты не посмеешь меня ослушаться. Хирша поджал губы. Дух противоречия горел внутри него ярким пламенем и больно обжигал душу, но юноша этого не показывал. Он должен был держаться, ведь с его стороны уже и так много было сказано. Может быть даже слишком много. Сердце громко стучало в висках, глаза горели, как у взбешённого дикого животного, но хиршенвальдец не произносил ни звука. Он всё так же твёрдо стоял перед своим Императором, сдерживая бурю внутри себя и всем сердцем желая, чтобы Маркус вдруг выдохнул, остыл и разрешил ему остаться. Но Его Величество не спешил менять своего решения. - Ступай, Хирша, - строго сказал властелин Империи, убирая руки со стола и сжимая их в кулаки. – Твоя мать должна тобой гордиться, ведь ты своего всё-таки добился. Я принимаю предложение Вероники Амелинды, но не готов отбирать у неё сына ради этого. Шатен хотел было возразить, хотел закричать, что остался подле Его Величества по собственной воле и совсем не на зло своей матери, но продолжал сохранять покорное молчание. Европеец смотрел в глаза Императора и прекрасно понимал, что уже никак не сможет на него повлиять. Слишком много гордости было в этих серо-зелёных озёрах, к тому же молодой повелитель должен был нести ответственность за свои слова и не мог отказываться от своих решений так просто. - Кай проследит за тем, чтобы ты добрался до границы в целости и сохранности, - уже более спокойно, но не без горечи в голосе проговорил Маркус, переводя взгляд на своего генерала. - Я вернусь, Ваше Величество. Вернусь так скоро, что вы даже не успеете пожалеть о своём решении, - вдруг заявил Хирша, после чего вышел из-за стола, низко поклонился и двинулся из сада прочь. У Императора уже не было сил гневаться на этого непутёвого хиршенвальдца, который мнил, что ему море по колено. Он сел на своё место и постарался убедить себя в том, что ни за что на свете не пожалеет о том, что отправил этого мальчишку исполнять свой долг подальше от столицы Империи. В конце концов, в одном Маркус точно не сомневался – когда Хирша ему понадобится – он будет тут как тут. А пока что пусть посидит под крылом у матери и подумает над своим поведением. К тому же, судя по всем тем многочисленным рассказам о своих странствиях, европеец не был дома уже довольно давно. - Ваше Мудрейшество, позвольте, я… - Иди, Рик. Из нас двоих ты явно более успешный дипломат, - хмыкнул Маркус, не видя причин в том, чтобы кого-либо удерживать. * * * - Ты вообще понимаешь, что творишь? – было первым, что выкрикнул Рик, как только они с Хиршей остались наедине. - Да, и ты мне в этом поможешь, - ответил европеец, поспешно переодеваясь в походную одежду. - Что ты задумал? Хирша, ты и так вляпался в историю! Кто тебя только за язык тянул?! - Знаю, я спровоцировал Его Величество. Но так нужно. Пойми, я должен во всём разобраться… - Стоп, - вдруг резко остановил друга Имперский посол, схватив его за плечи. – Только не говори, что собираешься ослушаться и… - Именно, Рик. Я собираюсь ослушаться Императора и поехать в Эрезуишдаха, чтобы лично всё там разведать, - серьёзным тоном проговорил европеец, выпутываясь из захвата посла и продолжая свои сборы. - Ты сумасшедший! Маркус конечно отходчив и этот скандал никак не повлияет на ваши дальнейшие отношения, особенно учитывая, что вы какое-то время не сможете видеться… Но стоит тебе ослушаться… - Я не боюсь твоих страшных историй о наказаниях точно так же, как не верю во всю эту ересь об Эрезуишдаха, - отрезал Хирша, доставая свой плащ с фамильным гербом и смело его надевая. - Помниться, совсем недавно, ты сам с завидным энтузиазмом рассказывал о том, как там страшно и опасно, - не уступал Рик, пытаясь всячески отвлечь друга от его занятия. - Байки байками, но когда дело касается фактов, я предпочитаю узнавать обо всём из первых уст. К тому же, что-то подсказывает мне, что я должен ехать и что в итоге я буду прав. Имперский посол не редко видел своего друга настолько увлечённым предстоящей поездкой. Хирша был странником по своей натуре и не мог держать себя в руках, когда дело касалось приключений, пусть и сомнительного характера. Он двигался навстречу неизведанным землям смело, можно даже сказать бесстрашно, смеясь опасности прямо в лицо. - Ты понимаешь, что я просто не могу тебя отпустить? Мой долг – не дать тебе нарушить приказ Его Величества, - обречённо начал Рик, но шатен приложил ладонь к его губам. - Твой долг в качестве посла Его Величества… но не в качестве друга… Русоволосый юноша поджал губы и отвёл взгляд. - Прошу тебя, Рик, ты мне нужен, - приглушённым тоном проговорил Хирша, обнимая ладонями лицо друга и проводя большими пальцами по его щекам. Посол стоял перед нелёгким выбором. С одной стороны он был полностью согласен с Маркусом. Хирша перешёл допустимую границу и должен был понести наказание. Он вообще должен был радоваться тому, что Император не приказал прилюдно выстегать его при парадном дворе. Но с другой стороны Рик прекрасно знал, что его верный друг детства был крайне удачлив и очень может быть, что именно ему посчастливится найти решение в сложившейся ситуации. Хирша вечно лез на рожон и редко принимал во внимание чувства близких ему людей. Имперский посол в какой-то момент осознал, что переживать за этого мерзавца у него уже просто нет сил. А вдруг у юного наследника всё-таки получится, и он вернётся из Эрезуишдаха не только целым и невредимым, но ещё и с мирным соглашением для Империи в руках? - Я ещё пожалею об этом… На этот раз, тебя точно убьют, и я буду всю оставшуюся жизнь винить в этом себя, - тихо выдохнул Рик, убирая руки друга со своего лица и сжимая его ладони. – Как я смогу помочь тебе? Если Его Величество узнает или хотя бы заподозрит… - Император занят своими гостями, мне нужно, чтобы ты отвлёк Кая. Он не должен знать, что я собираюсь в один прекрасный момент свернуть с назначенного маршрута. Задержи его любыми способами. Придумай какое-нибудь происшествие и убеди его, что он должен остаться во дворце. Прошу тебя, - Хирша говорил быстро, практически шёпотом, ему явно не терпелось отправиться в путь. - Почему я вечно должен тебя прикрывать? Когда ты уже, наконец, прекратишь искушать судьбу?! – всё никак не мог успокоиться Имперский посол, продолжая сжимать руки хиршенвальдца и будто бы боясь, что стоит ему его отпустить, как он тут же сорвётся с места и наделает глупостей. - Всё будет в порядке, обещаю. Никто не справился бы с этим лучше меня, - попытался успокоить друга шатен, целуя его ладони и, наконец, отступая на пару шагов назад. - Не успел приехать, как снова куда-то мчишься… - грустно заметил Рик, убирая за ухо прядь волос. - Я вернусь, Рик. Всегда возвращаюсь… - с этими словами Хирша оставил на щеке друга прощальный отпечаток и вышел из комнаты, устремляясь в сторону дворцовой конюшни. Русоволосый юноша чувствовал определённую горечь, но ему хотелось верить в то, что каким-то чудом у европейца снова всё получится. Ведь именно он в итоге подсказал Маркусу, как ему следует избавиться от своих врагов… Не став с головой погружаться в размышления, Рик тоже покинул помещение, прекрасно понимая, что на организацию обманного маневра для Кая у него не так уж и много времени. Хирша освоился во дворце довольно быстро, учитывая, что в своё свободное время обожал разгуливать по залам и коридорам, любуясь местными красотами. Поэтому сейчас, он перемещался довольно уверенно, знал, куда нужно свернуть, чтобы ненароком ни на кого не наткнуться, знал, где его не сможет отследить стража. Единственное, чего хиршенвальдец не учёл, так это того, что Маркус приставил к нему человека, который провёл в этом дворце всю свою жизнь и знал каждый его угол и каждый потайной ход. - Я смотрю, что прощаться ты ни с кем не собираешься. К чему такая спешка, Хирша? – с нотками строгости в голосе проговорил Кай, выходя из-за одной из колонн и преграждая юноше путь. Шатен замер, но сделал вид, что появление Имперского генерала его ничуть не озадачило. В конце концов, именно этого и стоило от него ожидать. Поскорее бы Рик разобрался со лжетревогой! - Мне показалось, что приказ Императора не терпит отлагательств, к тому же… Я получил письмо из Хиршенвальда. Я должен быть там немедленно, - ровным голосом проговорил Хирша, не сводя взгляда с глаз генерала. Кай недоверчиво сощурился и сложил руки на груди: - Больно кстати ты получил это письмо. Я бы хотел взглянуть на него. Может быть, твой отъезд мог бы подождать до завтра? - Меня обижает твоё недоверие, Кай, - прямо сказал европеец, слегка повышая тон. – На моей родине случилось что-то ужасное, и я должен ехать уже сегодня. А тебя между тем искал Рик. Сказал, что случилось что-то ужасное… - С Риком я ещё успею разобраться. Тебе в любом случае придётся подождать, пока я не соберу людей в путь, - выдохнул имперский генерал, проводя пятернёй по огненным волосам. - У меня нет времени ждать, - бросил Хирша и попробовал пройти мимо Кая, но тот остановил его, схватив за плечо. - Это приказ Императора, - отрезал военачальник, глядя на юношу так, будто тот был в шаге от совершения преступления. Каких-то долгих пару секунд молодые люди прожигали друг друга взглядом. Они были примерно одного роста и могли без препятствий смотреть друг другу в глаза, отчего было трудно определить чьё-либо превосходство. - Сделаем так, - наконец, выдохнул хиршенвальдец, - я буду ждать тебя в конюшне, а ты пока разыщи Рика. Ты можешь пожалеть о том, что не прислушался к нему вовремя. - Кай! Вот ты где! – вдруг раздалось с другого конца коридора. Немного взлохмаченный и явно чем-то обеспокоенный Рик подбежал к имперскому генералу и схватил его за локоть. – Во дворец проникли неизвестные. Они пробрались через кухню. Слуги сказали, что эти мерзавцы прятались в корзинах с крупой, которые доставили сегодня утром! - Что? – опешил Кай, не зная, что его удивляет больше, сам факт попытки проникновения во дворец столь нелепым способом или то, что это произошло ровно под отъезд наследника Хиршенвальда. Однако прийти в себя и всё обдумать ему не дали. - Это могут быть последователи тех заговорщиков. Дело не шуточное, а я должен быть в пути уже сегодня. Прошу, дай мне уехать! Ты ведь мне веришь? Со мной ничего не случится, - честным голосом проговорил Хирша, на что Кай лишь сжал губы плотнее. - Дай мне слово, Хирша. Дай слово, что не ослушаешься приказа Императора и не станешь поворачивать на юг, - с немалой долей надежды в голосе сказал имперский генерал, сжимая плечо молодого человека чуть сильнее. - Я… - наследник Хиршенвальда замешкал, его сердце больно сжалось, но он всё же собрал всё своё мужество в кулак и соврал, глядя при этом генералу прямо в глаза. – Я исполню приказ. Кай внимательно смотрел на юношу, будто бы не до конца веря в то, что всё это происходит на самом деле и Хирше действительно нужно отправляться в путь прямо сейчас. - Ну, хорошо, - выдохнул генерал. – Возьми коня покрепче и отправляйся в путь. У ворот покажешь вот эту бумагу, и тебя пропустят, - Кай отдал шатену небольшой свиток пергамента, после чего хлопнул его по плечу, улыбнулся уголками губ и позволил Рику уволочь себя куда-то в сторону северного крыла дворца. До конюшни Хирша добрался без приключений, но теперь его голову заполняли сомнения. Ему пришлось лгать своим друзьям, к тому же само путешествие вполне может стать для него последним… Но стоило молодому человеку оказаться в седле и пуститься вскачь по сверкающей мощёной дороге в сторону главных ворот, как его сердце наполнилось долгожданным трепетом и он с лёгкостью отбросил все сомнения прочь. В голове остался лишь стук копыт и ликующие удары истосковавшегося по дороге сердца. Ветер свистел в ушах, путался в волосах и развевал плащ с изображением оленя за спиной, получше всякого флага. Впереди его ждёт что-то совершенно новое и неизведанное, и он непременно докопается до правды.