Глава 6. Три года спустя, или возвращение домой
13 ноября 2016 г., 18:45
Три года спустя.
Гарри лежал на кровати с закрытыми глазами. Нет, он не спал. Он вспоминал.
За эти три года много чего произошло. Они с Роном стали лучшими друзьями, и от него Гарри многое узнал о мире магии. Взять, например, шоколадных лягушек, точнее вкладыши от них. Как сказал Рон, этих вкладышей чуть больше, чем дохрена, и если собрать все, то тебе дадут огромный приз, а точнее миллион галлеонов, тридцать процентов всех акций компании «Шоколадной фабрики Чарли» и годовой запас шоколадных лягушек. Надо ли говорить, что Какузу, посчитав выгоду, заставлял Гарри покупать на все карманные деньги этих лягушек?
Кстати, о Какузу. Он, изучая свод законов магического мира, чтобы проделать какую-нибудь финансовую аферу, наткнулся на такой закон: «Несовершеннолетним волшебникам запрещается использовать магию вне магических заведений». Впрочем, он не придал этому значения и неприятно удивился тому, что «колдовать вне Хогвартса запрещено». И очень рьяно начал доказывать обратное семье Уизли посредством колдунства Гарри, едва не взорвав дом.
С близнецами Гарри тоже подружился и даже научил их делать взрывную глину, изготовлению которой, в свою очередь, его научил Дейдара. Теперь их шалости стали более… взрывными. Впрочем, никто не пострадал. Пока.
Кое-чему Гарри научил и Рона, а именно фуиндзюцу, которое ему преподавал Джирайя-сенсей (он сказал называть его так). Рону очень понравилось, что он может везде таскать с собой еду в напитанном магией пергаменте, на котором он рисовал разные закорючки специальными чернилами, продающимися в Косом переулке. На данный момент он может за день нарисовать более пятнадцати взрывных печатей, но не больше, так как эти печати очень чакрозатратны, как сказал Джирайя-сенсей.
Гарри бы еще больше вспомнил, если бы его довольно грубо не прервали:
— ПОТТЕР, ЕБ ТЕБЯ В ДЫШЛО, ВСПЫШКА СПРАВА! — рявкнул Хидан так, что стекла очков, которые Гарри украдкой надел, опасно задрожали. Как сектант, будучи в голове мальчика, заставил стекла дрожать, не знал никто, в том числе и сам Хидан.
— Ты опоздал, Хидан, я уже встал.
— Странно, что ты только на третий год это сделал, — ехидно ответил адепт джашинизма. — А теперь поднимай свою отожранную на тетушкиных харчах задницу и бегом на тренировку!
— Иду уже, иду, — буркнул Гарри.
Встав, Гарри пошел будить Рона, с которым они жили в одной комнате. Ну, как будить… Гарри выбросил его из окна, как учил Джирайя-сенсей. Но внезапно Гарри получил мощный подзатыльник авторства Рональда Уизли.
— Заебал так делать, — раздраженно пробормотал рыжий. Да, тлетворное влияние Хидана, как СПИД: стоит познакомиться поближе, и ты уже заражаешь других до конца своей недолгой жизни.
— Стоп, — задумчиво нахмурился Гарри. — Тогда кого я выкинул в окно?
— Чарли, — улыбнулся Рон так, что мем тролля позавидовал бы растяжке его челюсти.
— Ты даун?! — схватившись руками за голову, истерически прошептал Гарри, так как тетю Молли ни в коем случае нельзя будить раньше, чем она сама встанет. Однажды в комнату Джинни залез вконец оборзевший гном — девичий крик разбудил весь дом… На следующий день они ели жареную гномятину.
— Да не бойся, его даже пушкой не разбудить.
— Ты даун?! — все тем же истерическим шепотом повторил Гарри. — Я его с третьего этажа скинул!
— Не беспокойся, я подготовился, — ответил Рон и указал рукой на окно, мол, посмотри.
Едва приблизившись к окну, Гарри почувствовал, что нога одного рыжего мудака отправила его в увлекательнейший полет до земли. Летел Гарри молча, боясь стать главным блюдом на завтраке, в уме же неистово матеря своего друга, и, сложив печати, создал подушку из теневых клонов, но они не понадобились, ибо приземлился он на гору подушек, мягких, как грудь Цунаде (это сравнение Джирайи, Гарри ни при чем).
— Ты что, научился делать подушки? — изумленно спросил Гарри друга, который неведомым образом за секунду оказался рядом, и тут же добавил: — Пидор.
— А то! — гордо заявил Рон, не замечая, что его оскорбили.
— М-да, хреново у тебя с трансфигурацией, — протянул очкарик. — За три года ты только подушки и научился делать. Ладно, давай занесем Чарли, — офигеть, он так и не проснулся, — домой и начнем тренировку.
***
— Ну, ты готов, Гарри? — спросил Дамблдор, привычно хрустя дольками. — Да, директор, можете идти. И дайте долек, пожалуйста. — Да-да, конечно, мальчик мой. — Нет, не тех, которые вы мне сейчас отсыпаете, а тех, которые горькие. — Гарри, окстись, тебе девять, а ты уже алкоголик, — буркнул в бороду Дамблдор. — Че? — не расслышал юный алконавт. — Ничего, Гарри, ничего, — пробормотал Альбус. — Ну, ладно, мне пора. Отойдя в сторону, бородатый волшебник трансгрессировал, оставив маленького недо-мага перед семейством Дурслей. Да, Гарри, погостившему три года у Уизли, пора было возвращаться домой. — И чего же ты не остался у… этих ненормальных? — презрительно глядя на Гарри, прошипел красный дядя Вернон. — Потому что иди на хуй, жирный ты хер, — Гарри принял «режим Хидана»: наглый взгляд, мат через слово, ехидная улыбка и прилизанные назад волосы. — Ах ты, гаденыш! — все так же шипя, Вернон протянул руки к шее Поттера. Но вряд ли он ожидал, что очкарик ногой с разворота выбьет ему все зубные коронки и заорет: — А-А-А-А-А! ПИДОБИР АТАКУЕТ! — децибел в его реве было столько, что Хидану, который вертел в руках произведение искусства от Дейдары, чуть не раскосоебило хлебало взрывом. На крик, полный ужаса и отчаяния, сбежались все соседи. И пока дядя Вернон, шепелявя от недостатка зубов, втирал какую-то дичь соседям, Гарри понял, что жить в этом доме он будет намного лучше, чем четыре года назад.
