Испытание временем

- Воображала, это уже ни в какие рамки приличия не входит, - что еще мог сказать Перси Джексон, когда я самым наглым образом стащила с него одеяло, да еще и позволила себе разбудить таким варварским способом сына Посейдона. - Сколько можно спать? - удивленно произнесла я, потянув на себя испачканное постельное белье и тем самым - честно, это вышло случайно - столкнув Перси с кровати. - А это за что? - до меня донесся сдавленный стон сына Посейдона, после чего услышала... смех? - Ты в порядке? Не ушибся? - я подлетела к смеющемуся и валяющемуся на полу парню, удивленно наблюдая на ним сверху вниз. - Не знал, что ты самка богомола, Воображала... - Что? - непонимающе произнесла я, опустившись на колени перед ним. - Пытаешься убить после ночи..? - Дурак! - воскликнула я, несильно ударяя парня в живот и все равно не сумев сдержать ответной улыбки. Все же это... Джексон. - Твой дурак, - не успела я вскрикнуть, как парень молниеносно потянул меня за руку, оставшуюся на его искаженном кубиками пресса животе, и поцеловал так нежно трепетно, словно боялся обжечь своими чувствами. - Мой... - прошептала я уже в его шею, стоило Перси прервать поцелуй из-за нехватки воздуха в наших легких. И как я могла столько лет скрывать свои чувства к этому несносному сыну Посейдона? Не знаю... Может именно поэтому меня разрывает сейчас от них..? - Вставайте! Приспешник Гекаты у нас в руках! - в номер буквально вломился ди Анджело, от резкого крика которого я отскочила от Перси и чуть было не ударилась головой о тумбочку. - С ума сошел, Нико?! Какого ты..? - Что ты сказал?! Повтори, что ты сказал?! - слова сына Аида проникли в мой разум намного быстрее, чем Перси смог закончить свою фразу. - Приспешник Гекаты в моем номере. Без вас я начать допрос не могу. И... оденься, Джексон. Не думаю, что твой оголенный торс кто-нибудь оценит, кроме дочери богини мудрости, конечно же... - Откуда он..? - Сейчас не об этом, Аннабет! Сейчас каждая секунда драгоценна для нас, - с этими словами парень оставил нас с Перси в полном оцепенении. - Перси... - Опасно оставлять приспешника Гекаты в компании с ди Анджело, - он снова закрылся от меня, отвергая мою помощь и самостоятельно поднимаясь на ноги. - Не нужно этого, Перси... - Чего не нужно, Чейз? Я спокоен и собран, что еще необходимо для допроса? - Не закрывайся от меня. Пожалуйста... это причиняет мне боль... - Прости, - через секунду я оказываюсь в его объятиях, а раскаивающийся нежный шепот окутывает меня плотной защитной оболочкой, излечивая каждую кровоточащую рану в моей душе. - Я хочу быть спокойным, Аннабет. Хочу... - Знаю, хороший мой. Все будет хорошо, верь мне, - кажется, что еще крепче прижимать его к себе невозможно, а сердце не может с такой частотой отдаваться пульсацией в моей голове, но... Может! Может, нарушая все природные и научно доказанные законы. Оно то сжимается до немыслимых размеров, то рассыпается на части и вытягивает по крупицам боль из души Перси. Но это невозможно! Именно так я бы раньше прокричала, приводя уйму доказательств своей правоты. А сейчас сама поражаюсь силе когда-то презираемой мною любви. - Мне всего мало с тобой. Я хочу каждую секунду своего времени тратить на тебя, Воображала. И это так... страшно... - И мне страшно, родной мой. Но мы сейчас вместе. А завтра..? Я боюсь тебя потерять, понимаешь? Я никогда и никого не боялась так... любить. Но я хочу тебя любить, Персей, и никогда не смогу противиться этому чувству. Я твоя... вся, веришь? Я... лучше отдам свою душу Аиду, но не позволю тебе больше страдать... - Тише, Аннабет... Тише... - он гладил меня по волосам, щеке, спускаясь к шее и приподнимая мое лицо за подбородок. - Я не хочу сейчас говорить о будущем. Будем наслаждаться настоящим, Чейз. Но нам нужно идти, пока Нико не сотворил чего-то непоправимого, - Перси отстранился от меня, забирая вместе с собой и желаемое тепло. Слишком быстро... - Можно я... помогу тебе? - неуверенно произнесла я, достав из шкафа его рубашку и приблизившись к обездвиженному парню, грудь которого медленно поднималась и опускалась при равномерном дыхании.       Молчит... даже когда я надевала на него рубашку - молчал. Проводила подушечками пальцев по горячей упругой коже, плавно спускаясь к кромке боксеров, очерчивая рельефные контуры кубиков на животе - шумно вздохнул, но не произнес ни одного слова... - Поговори со мной... - Я снова хочу тебя, Чейз. Так сильно... Думал, что это сумасшествие пройдет после этой ночи, но оно только... возросло... - Джинсы или шорты? - откровение Перси выбило меня из равновесия, поэтому мне пришлось сменить тему, только бы не потерять свое здравомыслие окончательно. Думала, что только в моей голове зародились подобные мысли, но и Перси ощущал то же помешательство, которое сейчас боролось с моим воспитанием. - Можно те, которые были на мне вчера, - ответил сын Посейдона, ухмыльнувшись и на ощупь застегнув прозрачные пуговицы на бледно - серой рубашке. - Оу... они... немного выпачканы... - В чем? - от этого вопроса мои щеки покрылись предательским румянцем. Боги! Не могу же я ему сказать, что «в порыве страсти» он случайно кинул их в приоткрытое окно, а теперь они, подобно флагу капитуляции, развиваются на ветру, зацепившись за спутниковую антенну. - Какая разница? Я их постирала, и сейчас они высыхают... - И мне в таком виде устраивать допрос? - скептически произнес Перси, раскинув в стороны руки и продемонстрировав мне свой комичный... прикид, как говорят подростки. - Тебе очень идет, - сдержать смешок у меня не получилось, достав также из шкафа его вторые по степени «любимые» джинсы и вложив их в руки Перси. - Я в этом не сомневаюсь, Чейз, - пока сын Посейдона пытался натянуть на себя джинсы, я беззастенчиво стала одеваться сама, не боясь присутствия в этой комнате Перси. Теперь было бессмысленно стесняться, потому что мы были так близки друг с другом... - Как бы я хотел сейчас увидеть тебя, Аннабет... - прошептал Перси в мое ухо, опаляя его своим горячим дыханием, отчего мое тело затрепетало в его руках. И вовсе не из-за страха... - Нам нужно идти, - передразнила я Перси, шумно сглотнув от нежного прикосновения его губ к моей оголенной лопатке. - Неужели? - Да. - В самом деле? - Приспешник Гекаты... - не успела я закончить фразу, как Перси резко отстранился от меня, прекращая любые утренние ласки и вмиг меняя тон своего голоса от игривого к серьезному. - Ты права, пора покончить с этим... - нет, нет, нет... Я не хотела, чтобы он уходил... Боги, Аннабет, когда ты научишься думать в его присутствии?       Больше мы не проронили ни слова в обществе друг друга, пока за нами не закрылась дверь в логово ди Анджело: - Почему вы так долго? Я уже не могу находиться с этим... уродом и не притрагиваться к нему! Но теперь вы здесь, что и дает мне право начать допрос... - свет в комнате был приглушенным, несмотря на яркие солнечные лучи, бьющие в окно, но не попадающие в гостиничный номер сына Аида из-за плотного материала черных штор. Единственным источником света в помещении был ночник, тускло озаряющий лишь середину комнаты и привязанного жесткой веревкой к стулу мужчину в бессознательном состоянии. - Бальтазар! - Но в нем еще столько энергии, Хоз... Нико... - Я не буду повторять дважды! - дикий рык ди Анджело ввел мое тело в ступор, заставив вжаться в поисках поддержки и защиты в тело сына Посейдона. Но это было лишь сущей ерундой по сравнению с тем, что выступило из темноты... Сначала это были лишь два светящихся кошачьих глаза, с интересом наблюдающих за моими жалкими попытками казаться увереннее и бесстрашнее, приобнимая за талию напряженного Перси, а потом из тьмы вышел человек, точнее... Дьявол!.. Не задумываясь, мой мозг выдал верный ответ. Боги... - Бальтазар..? - Рад встречи, Аннабет Чейз, - меня бросило в жар от одного взгляда на прошлого «знакомого», о существовании которого мне хотелось бы забыть навсегда. - Бальтазар..! - Как пожелаете, Хозяин... - рука Дьявола грациозно легла на плечо приспешника, после чего послышался сдавленный всхлип и глаза полубога открылись. - Идиоты... - Заткнись! - Нико за два шага преодолел расстояние, отделяющее его от приспешника, и ударил того по щеке, вышибая с его губ... смех. Представьте, смех! - Замолчи, Дамианос..! - Дамианос..? - от хриплого ошарашенного голоса Перси мое сердце прекратило функционировать, забившись через секунду с удвоенной силой. - Проклятье тебе к лицу, Персей Джексон. Я вложил всю свою черствую душу в него... - Верни мне зрение. Верни его! - отчаянный крик сына Посейдона наполнил собой все пространство комнаты, а парень уже двигался в том направлении, откуда раздался голос приспешника. - Успокойся, Джексон... - Отпусти меня, ди Анджело, иначе я не сдержусь, - попытки Нико остановить напирающего Перси закончились тем, что уже через мгновение сын Аида лежал на полу, удивленно смотря на обезумевшего сына Посейдона. - Остановись, Перси! - Не подходи, Чейз! Я не хочу тебя покалечить... - Нет, Рыбьи Мозги! Слышишь меня?! Это не ты. Передо мной сейчас не тот Перси, который готов отдать свою жизнь за жизни своих друзей! Умоляю тебя, хватит... - я крепко обняла его со спины, не давая возможности дойти до гадко ухмыляющегося приспешника Гекаты. - Не надо, Аннабет. Прошу тебя, Воображала... - Что принесет тебе месть? Я не меньше тебя хочу ударить его, но... остановись. Остановись, пока и вовсе не погряз в отмщении, - его тяжелый вздох говорил больше десятка бессмысленных слов - остановился, отступил... - Отвратительно от твоей слабости перед дочуркой Афины. Ублюд... - договорить ему не дал очнувшийся от оцепенения ди Анджело, приблизившийся к подонку и схвативший того за ворот темно - синей мантии, заставляя приспешника Гекаты смотреть в его потемневшие почти черные глаза. - Нет!.. Нико, не надо..! Нико! - Ты причинил боль моему другу. Ты ничтожество, Дамианос. И даже связывающие нас годы дружбы не смогут стереть той ненависти, которой сейчас переполнено мое сердце. Смотри мне в глаза и кричи, - шепот Нико проникал в мое сознание, скручивая в тугой узел внутренности моего организма. Но страшнее всего был отчаянный истерический крик Дамианоса, сгущающий кровь в моих сосудах. - Отойдите от нее! Ева! Ева..! Не надо! Не трогайте ее. Моя Ева! - из глаз приспешника Гекаты брызнули слезы, вселяя в каждую клеточку моего тела леденящий душу страх. - Моя Ева!.. - Боги! Что они сделали с ней..? Дамианос? Дамианос, что они сделали с Евой?! - на этот раз кричал ди Анджело, встряхивая рыдающего полубога и стараясь скрыть мокрые дорожки слез на своих мертвецки бледных щеках. Нико... плачет..? - Они убили ее! Они убили ее из-за него! Это он во всем виноват! - красные и опухшие от слез глаза мужчины были уставлены немигающим взглядом на сына Посейдона. - Перси не виноват... - Они убили мою Еву, желая отыскать Персея Джексона! Приспешники Гекаты сожгли ее на моих глазах. Она билась в конвульсиях, кричала от боли, пока пламя поглощало ее тело! Она мертва, а вы живы и счастливы. Моя Ева превратилась в прах, когда сын Посейдона и чертова дочурка Афины играют в любовь! - Почему ты не защитил ее..? - Нико обессиленно сполз по стенке на пол, запуская руки в свои заметно отросшие волосы и стеклянным, пронизанным болью взглядом наблюдая за обезумевшим Дамианосом. - А почему тебя не было рядом?! Они вышли из лесов глубокой ночью, напав на наш лагерь и перерезав глотки каждому. Мы слишком поздно очнулись. К этому времени все мои люди были мертвы, а Ева... Они... Нико, они сожгли ее заживо. Моя Ева. Моя девочка... Она пылала ярким пламенем, сотворенным одним из приспешников Гекаты... - И поэтому ты примкнул к ним?! Ева никогда бы не приняла эту месть... - Закрой свой гребанный рот, сын Аида! Ненавижу тебя. Ненавижу себя за свою беспомощность... Моя Ева... - Дамианос завыл от той боли, которая за считанные минуты вселилась и в мое сердце, омерзительно горьким ядом распространяясь по всему моему организму вместе с кровью. - Но Перси не виноват, Дамианос. Вы можете вернуть ему зрение? Заберите, умоляю вас, свое проклятие, - я опустилась перед мужчиной на колени, пытаясь не зарыдать в одной с ним тональности, ощущая пульсирующее отчаяние в своей груди. - Я не могу изменить прошлое. Даже если бы захотел. Я никогда не возьму свое проклятие назад! Он заслужил это, Аннабет Чейз! - Чем он это заслужил?! Перси не убивал Еву! Мы даже не знаем, кто она... - Но это не вернет мне ее! Видишь этот кулон? - моя рука непроизвольно потянулась к висящему на серебряной цепочке кулону, в форме полумесяца, пустота которого была наполнена темно - серым... песком... - Ее прах. - Боги! - испуганно вскрикнула я, отшатываясь от приспешника Гекаты и встречаясь с шокированным взглядом ди Анджело. - Магический огонь обугливал ее кожу, превращая в... кучку пепла, пока она не перестала кричать от боли. Она просто перестала... кричать. Умерла... И поэтому именно ты должна была лишиться зрения, Аннабет Чейз. - Почему..? - еле слышно произнесла я, уступив место эмоциям и потеряв окончательно голову от сковавшего мое тело ужаса. Почему именно я должна была? - Потому что Персей должен был страдать, понимаешь? Потому что сын Посейдона должен был страдать! Страдать и душевно умирать внутри своего тела от собственной беспомощности! Я хотел, чтобы его душа сгнивала каждый раз, когда он смотрел на тебя и боролся со своей слабостью. Представляешь, как он бы мучился, не имея возможности вернуть тебе зрение? - Ты же не такой... - Я всегда был таким, ди Анджело! Просто на свете нет ни одного полубога, способного подавить мое темное «я», - громкость его сумасшедшего смеха с каждой секундой лишь повышалась, пока и он вовсе резко не оборвался. - Я хочу говорить сейчас с сыном Посейдона. Я хочу, чтобы в этой комнате осталось лишь два инвалида. Остальные пошли вон, иначе ваш обожаемый Персик никогда не сможет увидеть свою еще неродившуюся сестренку... - Не смей упоминать о моих родных, ублюд... Вот же..! - Перси!.. - сын Посейдона споткнулся и упал, приближаясь к связанному приспешнику. Я незамедлительно подползла к нему, но... - Уйдите! Он сказал уйти и оставить нас наедине. Оставь меня, Чейз! - Но... Перси..? - Забери ее, ди Анджело! Уведи ее отсюда! - не успела я ответить, как сильные руки Нико обхватили мою талию, а сын Аида стал тащить меня к выходу из гостиничного номера. И действительно тащить, потому что я вырывалась из последних сил, не желая оставлять Перси одного. - Я не оставлю тебя с ним! Перси, пожалуйста... - Я не хочу сейчас слышать тебя, Чейз. Убери ее. Убери ее, пока я сам не вытолкал ее отсюда силой, ди Анджело! - эти слова звонкой пощечиной хлестнули меня по щеке, отчего из моих глаз полелись слезы. Вот только я больше не ощущала ни горячих мокрых дорожек на щеках, ни солоноватого привкуса предательских слез на языке от дикой раздирающей на жалкие клочки мою душу. Он снова оттолкнул. Но я ведь должна уже привыкнуть к этому, правда? Так почему же так больно..? Я спрашиваю, почему так больно?!