Испытание временем

- Перси, хватит, - если бы у меня было право выбора, то я бы, наверное... Все равно не перестал бы щекотать девушку, прижимая прикрытое простыней голое идеальное тело Аннабет к себе и целуя каждый миллиметр ее гладкой нежной кожи. - Перси..! - Больше я тебя не отпущу никуда, Воображала. Привыкай к такому времяпрепровождению. Навсегда... - и секунды не могу продержаться, видя манящие мягкие губы Чейз, которые она плотно сжала в попытке заглушить громкий истерический смех, и не прикоснуться к ним в сладостном поцелуе. Теперь я видел каждую впадинку, изгиб, родинку на ее теле, желая смотреть на это совершенство всю свою жизнь. Готов отдать душу Аиду только за одну ее улыбку, нахмуренные бровки, глаза... Ох, уж эти глаза..! - Нам нужно вставать. Талия и Нико... Они могут... - Никто не войдет, Аннабет. Неужели ты стесняешься меня? Это даже не смешно, - но смешок все же сорвался с моих губ, когда я опустился на девушку, положив голову ей на живот, ощущая щекой любимое тепло даже сквозь материал простыни, и положил свои ладони на оголенную чувствительную спину Аннабет, желая распасться на атомы, раствориться в ней, как и пару минут назад. Уменьшится ли моя зависимость от дочери богини мудрости? Отвечу, как методом ди Анджело. Черта с два! - Перси... - Я не смогу отпустить тебя, Аннабет. И поэтому, пожалуйста, не нужно устраивать сейчас допрос. Я хочу взять от этих минут... все, - я чуть ли не промурлыкал это, пребывая на пике блаженства от пальчиков Аннабет, так нежно и трепетно перебирающих мои как всегда спутанные волосы и массирующих кожу головы хаотичными круговыми движениями. - Прости... - Не извиняйся, Рыбьи Мозги, - я приподнялся на локтях, недоверчивым, прищуренным взглядом всматриваясь в любимые, но омраченные беспокойством темно - серые глаза. - Что? - Рыбьи Мозги. - Рыбьи Мозги? - Да. Ты всегда меня так называешь, если я что-то натворил, - объяснил я, неотрывно следя за каждой мелькнувшей на лице Аннабет эмоцией. - Не правда... - Правда, - упрямо произнес я, примирительно потеревшись о ее нос своим. - Правда... - Аннабет сказала это так медленно, словно слышала это слово первый раз в своей жизни и усердно старалась его запомнить. - Ты другого выбора мне не даешь. - Знаю, Воображала, - почему мир вечно нуждается в героях? Почему нельзя оставить в покое нас? Забыть о нашем существовании, навсегда... - Почему ты меня так называешь? - Что? - переспросил я, не успев из-за собственных мыслей до конца уловить смысл вопроса Аннабет, и без того отвлекающей меня невесомым поглаживанием по щеке. - Почему... Воображала? - Хмм... Ты же не думаешь, что двенадцатилетний мальчик не может помечтать о будущей девушке? - Я полагала, что в таком возрасте мальчики больше мечтают о приставке и продолжают писать письма Санте... - Это мне не мешало думать о будущем! - видимо, шутка удалась, чему свидетельствовало умилительное хихиканье Аннабет. - И каким же думам предавался? - О тебе, - взгляд дочери богини мудрости резко изменился с веселого на удивленный, заставляя меня немного сбавить обороты своего откровения. - Что это значит? - осторожно спросила она, а ее рука застыла на моей щеке, перестав дарить ласку. - Я... Наверное, я был слишком мал и считал это лишь кошмарами, пока... - Пока что? - нетерпеливо произнесла девушка, мило нахмурив брови. - Пока однажды ты не рассказала о своем детстве. Точнее... о пауках, помнишь? - ее тело покрылось мурашками от одного только упоминания о прошлом, из-за которого она и сбежала из дома, покинула любимого отца и обрекла себя на годы скитаний и побегов от монстров. Моя сильная, смелая девочка... Она никогда не принимала моей помощи, боролась одна против всего мира, уверенно и преданно достигая поставленной цели. Иногда жертвуя своей свободой во благо других, но не проронив ни одной слезинки. Считали бесчувственной, гордой, отчужденной от всего мира. А она просто желала сделать все одна. Не доверяла, не подпускала ближе, боясь предательства и потерь... - И... что..? - тихо прошептала Аннабет, словно могла в любую секунду исчезнуть, отчего я лишь крепче обнял ее, не давая погрузиться в нелицеприятные воспоминания. Столько лет об этом не вспоминала, а теперь у нее есть я. И я не позволю ей такой роскоши! - На какое-то время этот сон вернулся, но уже после того, как я посетил... остров Калипсо, - уткнувшись лицом в шею Аннабет, я прислушивался к ее участившемуся дыханию и нещадно бьющейся жилке на шее, приструняя поднимающееся из глубин моего подсознания желание. Конечно, я хотел Чейз, но сейчас нам нужно было совсем иного рода занятие - разговор. Казалось, что прошла целая вечность с того времени, когда мы вот так откровенно разговаривали. - Я помню. Калипсо... - Я никогда не давал тебе поводов для ревности. - Я не ревную, Рыбьи Мозги! - Я вижу. И я опять сказал чушь? - сарказма, к сожалению, в моем голосе было чересчур много, и Аннабет с легкостью это почувствовала, на удивление, обвив мою шею руками и примирительно поцеловав в щеку. - Не отвлекайся, Перси. Я хочу знать ответ на свой вопрос. - Ты просто ненасытна на новую информацию, Воображала. - Приходится мириться с генами. Тебе ли не знать, Джексон, - права. Во всем и всегда права... - В этом сне я сидел в темном холодном углу и наблюдал... Смотрел в испуганное лицо маленькой белокурой девочки, зовущей на помощь, пока к ней медленно подползали отвратительные мохнатые... - Боги! Не описывай их. Я не выдержу этого. - Не бойся, я рядом. Я был в том углу и следил за тобой. Говорил, что тебе не нужно их бояться, что они маленькие, и я смогу защитить... тебя. Но ты не слушала. Никогда не слушала, пока однажды не посмотрела в мою сторону. Вот так просто... Слезы текли по твоим щекам, и я... улыбнулся. И ты улыбнулась мне в ответ, спрыгнув с кровати и побежав ко мне. На этом сон закончился, - впервые я видел, чтобы Аннабет Чейз молчала и даже не решалась ни о чем спросить меня. - Больше ты мне не снилась, а я просто забыл об этом. Ты всегда была в моей голове,Воображала. Твой образ, уверенный взгляд, улыбка... Подсознательно ты всегда была со мной. - В твоем воображении? - До определенного момента я так думал. Считал, что вообразил тебя, создал идеал, чтобы потом искать его в каждой. Наверное, дуракам везет, потому что я так быстро нашел тебя, - молчала... Не знала что сказать? Испугалась? Шокирована? - Засчитано, - самая любимая мною улыбка на свете расцвела на ее губах, в уголки которых я поочередно и поцеловал Аннабет. - А почему Рыбьи Мозги? - Хмм... Моя история менее романтична. - Но любить тебя меньше из-за этого я не буду, - Аннабет лишь утвердительно кивнула, убрав с моего лба отросшую челку. - У тебя нет другого выбора, Джексон, - поцеловав меня в лоб, девушка вмиг стала серьезной, смотря в мои глаза. - Что ты сделал, Перси..? Почему Дамианос вернул тебе зрение? Что изменилось? Не думаю, что полубог, столько лет мечтавший об отмщении, решил покаяться и помочь тебе! - Тогда зачем спрашиваешь, Аннабет? Я не хочу сейчас это обсуждать. Это я сделаю в одиночк... - Не позволю! - не успел я среагировать, как оказался под дочерью богини мудрости, оседлавшей мои бедра и гневно смотрящей на меня уже сверху вниз, прижимая свои ладони к моей груди. - После всего, что..? После этого разговора?! И даже за эту неделю в твоих Рыбьих Мозгах не появилось просветления?! Не смей никогда больше говорить мне подобного. Ты не идиот, Джексон, но ведешь себя гораздо хуже! Когда ты уже научишься ценить свою жизнь? Хотя бы ради того, чтобы не причинять боли мне?! - Аннабет... - Нет! - воскликнула она, зажимая своей рукой мой рот и предусмотрительно наставляя на меня указательный палец. - Теперь моя очередь говорить, потому что за эту неделю я делала все. Все, Джексон, слышишь?! Я терпела твои истерики, прощала и упорно молчала, пока ты кричал оставить тебя в покое. Хватит! Я не оставлю тебя в покое никогда, Джексон! Понятно?! Если хочешь, то можешь прогнать меня сейчас, выкинуть из номера и хлопнуть дверью перед моим носом! Вот только я никуда не уйду. Буду преследовать тебя, поджидать на каждом углу, провожать взглядом, стоя в нескольких местах от тебя, но не брошу. А теперь, когда мы расставили все точки над «i», я хочу знать... И лучше тебе ответить на этот вопрос, Джексон, - предостерегающим шепотом оповестила меня Аннабет, сократив расстояние между нашими лицами до считанных миллиметров, удерживая мое лицо за подбородок и неотрывно сжигая на костре своих огненных, полыхающих ярким пламенем глаз. - Что ты пообещал Дамианосу взамен? Какова цена? - Я не скажу. - Прошу... - Боги! Пусть лучше злость и гнев мелькают в ее глазах, чем боль и отчаяние. Не могу видеть слез Аннабет. И она это знает... - Цена высока...

***

- Нет! - уверенно произнес я, поворачиваясь к мужчине спиной и намереваясь уже покинуть пропитанную потом и кровью комнату. Поставить на кон судьбы своих близких? Да послать бы куда подальше этого урода! - Уверен? - Другого я не выберу. Ты же знал ответ на мой вопрос, раз зачем спрашивать? А теперь, если не сложно, мог бы подсказать выход отсюда? - Конечно. Но после того, как ты кое-что увидишь... - Смешно! Я ни черта не вижу. И все благодаря тебе! - закричал я, чуть не порвав свою рубашку от ярости. - Поверь на мне слово, Персей, это ты сможешь увидеть... - шепот остался где-то по ту сторону того света, который вытеснил темноту из моих глаз. И лучше бы я сгнил во тьме, чем увидел... - Аннабет..? - девушка, похожая на мою Воображалу, лежала на полу в нашей квартире, в нашей с Аннабет спальне, притягивая к себе взгляды всех собравшихся. Среди этой толпы мелькнули знакомые лица ребят из лагеря Полукровок, Пайпер, безудержно рыдающая и уткнувшаяся в грудь Джейсона, Талия и Нико, Хейзел и Фрэнк, даже Рейчел, Пол и... мама... Девочка на ее руках..? - Мне жаль, мой мальчик, - прошептала она, смотря на меня, как и каждый из них. В этих глазах была боль, сожаление. Но почему..? - Где Аннабет? Кто эта... девушка..? - сделав один шаг вперед, я больше не смог произнести ни одного слова. Передо мной лежала... Нет... Нет. Нет. Нет. Нет! - Аннабет..? Аннабет? Аннабет, открой глаза?! - упал на колени перед бездыханной девушкой, переворачивая на спину и несильно ударяя по щеке. - Очнись. Очнись, Чейз! Ты не можешь!.. Не можешь меня оставить... Воображала, пожалуйста. Я прошу тебя, открой глаза, посмотри на меня. Умоляю, Аннабет. Это не смешно. Чейз, умоляю! Умоляю! Я не смогу без тебя! - слезы текли по моим щекам, капая на мраморную холодную кожу Аннабет. А я стирал их, тут же стирал их с ее лица, только бы не очернить тело любимой своей болью. Нет!.. Она жива. Моя родная... - Пока жива! Но если ты не примешь мое предложение, тогда мне придется... убить твою ненаглядную дочурку Афины. И не только! - щелчок - позади меня раздался грохот упавшего с высоты своего роста мертвого тела. Щелчок - уже передо мной замертво упала маленькая девочка из лагеря Полукровок, семилетняя дочь Афродиты. - Не нужно! Я не позволю тебе этого. Я убью тебя! - Поздно, Персей Джексон. Перед этим умрут все твои любимые. Ты потеряешь все! - звон в моей голове и вновь щелчок... Они падают, падают и умирают, еще не коснувшись деревянного пола. А частота щелчков усиливается - теперь с молниеносной скоростью редеют ряды моих близких, родных, любимых. Он убивает их, а я продолжаю прижимать к себе ледяное тело Аннабет, пропитывая ее блузку горькими слезами. - Мама! - она осталась одна и с расширенными от ужаса глазами встречает мой испуганный взгляд. - Помоги мне, мальчик мо... - Нет! Не надо! - щелчок... Моя сестренка падает с безвольных рук матери, погибая на моих глазах мучительной смертью. - Хватит! Прошу... - Ответ! Твой ответ, Персей? - Согласен... Я согласен! Согласен! - тишина окутала меня прозрачной, непроницаемой сетью, заставляя открыть глаза и встретиться с надменным взглядом подонка. - Убью..! - Ничтожен! Так ничтожен сейчас, что я даже руки не буду об тебя марать. - Ублюдок, - прошипел я, поднимаясь с пола и стирая слезы. - Запомни, я выполнил условия сделки. Теперь твоя очередь...

***

      Аннабет не проронила ни одного звука с тех пор, как я начал свой рассказ, не забыв озвучить условия нашего договора с самим Сатаной. И сейчас... она молчала и продолжала смотреть в мои глаза немигающим взглядом, беспокоя меня от минуты к минуте своим гробовым молчанием. Нет, только не гробовым..! - Скажи хоть что-то? - умоляюще прошептал я, нерешительно касаясь ее ключицы. - Ох, Перси, - заключила в объятия, уткнувшись лицом в мою шею и поцеловав чувствительную кожу. - Я рядом, хороший мой. Я живу, дышу, говорю... Вот! - оторвавшись от моей груди, Аннабет схватила мою руку и прижала к своей груди, позволяя почувствовать под своей ладонью учащенное сердцебиение дочери богини мудрости. - Бьется... - Конечно, бьется! И всегда будет биться, но только рядом с тобой. Пожалуйста, Перси... - Нет, Аннабет. Нет! Я выбрал этот путь и пройду его один! - Делай, что хочешь, Джексон! - прорычала Чейз, со всей силы ударив меня в грудь и поднявшись с кровати, быстро подбирая свои вещи с пола одной рукой и придерживая другой простынь на своей груди. - Аннабет... - Что, Джексон?! Ты же уже все решил. Что тебе еще от меня нужно?! А знаешь, Перси..! - Не глупи, Чейз! - в тон ей ответил я, подлетая к яростной дочери богини мудрости и вырывая вещи из рук с такой силы, что с нее чуть было не спала чертова простынь. И плевать! - Хватит прикрываться! Ты ведешь себя, словно... Гордая, упрямая дочь Афины! - Если не забыл, то я и есть гордая, упрямая дочь Афины! - Я должен один пройти этот путь. Как ты не можешь этого понять?! Я не могу тебя потерять! Не могу, слышишь?! - хорошенько встряхивая Аннабет за плечи, прокричал я. - А как ты не можешь понять того, что я не позволю тебе одному противостоять всему миру?! Я люблю тебя, Рыбьи Мозги. Но тебе же нужно быть героем. Ах, дай угадаю... Хочешь снова умереть за своих близких? - Всегда! - прошипел я, отпуская ее и запуская руки в свои волосы. - Ну, а я не позволю тебе погибнуть, идиот! Тебе не удастся в этот раз героически уйти из жизни. Я не дам тебе такого шанса! - Боги, Чейз! - устало произнес я, осознавая, что проиграл схватке, и позволяя Аннабет обнять себя. - Я так боюсь... - Я тоже. Думаешь, я не боюсь? Каждый день, каждую минуту, секунду я боюсь, что, возможно, это последний раз, когда я вижу тебя, могу прикасаться к тебе, чувствовать тепло, любить... Но я хочу до последнего вздоха быть рядом с тобой. Понимаешь? Я пойду до конца. - И что я должен сказать после этого? - Позволь... - Ты будешь выполнять все, что я тебе скажу. Прикажу беги - ты побежишь, Чейз! И я не шучу. - Ты же меня знаешь. - Вот именно. Обещаешь? Это будет не клятва от Аннабет Чейз, дочери Афины. Это будет обещание от моей Воображалы, которое она выполнит при любом раскладе. - Перси... - Обещаешь? - каким бы ужасным я не казался в этот момент, но хотя бы так я смогу обезопасить мою вероломную дочь богини мудрости от самой себя. - Обещаю, - произнесла Аннабет в считанных миллиметрах от моих губ, желая поцеловать. - Этот псих сбежал! Дамианос сбежал!