Гарри Поттер и месть Некроманта

      Вопреки ожиданиям Самсона Стефердсона, Гарри пролежал в постели с температурой под сорок до четверга. Странная магическая болезнь нещадно терзала подростка все эти дни, но когда с опухшей стопы сняли бинты, Фоукс уже не испугался раны и обронил несколько слёз, возвращая Гарри в строй. Сам же доктор Стефердсон, даже слишком напоминая Поттеру Снегга, вливал в больного пинты зелий.       В доме на площади Гриммо царило предпраздничное настроение, которое не омрачали ни воспоминания о приступе Дамблдора, ни о переделке Гарри, ни то, что скоро будет война. Фениксы разъехались покупать подарки родным и близким, и в доме, кроме Гарри, был только Дамблдор. Владелец дома обнаружил наставника на кухне, неспешно пьющего зелёный чай.       — Гарри, а я надеялся, что ты проснёшься немного раньше, — приветствовал Поттера Альбус.       — Да из-за магической заразы… — Гарри зевнул. — Всё ещё восстановиться не могу.       — Как ты себя чувствуешь?       — Нормально, — буркнул Гарри, присаживаясь за стол — перед ним тут же появилась овсяная каша.       — Это очень хорошо, ты ведь ещё не купил подарки друзьям, а на дворе уже двадцать четвертое декабря, — напомнил Дамблдор. — Я сегодня как раз собирался в Косой переулок. Не составишь мне компанию?       — Боитесь, что я опять куда-нибудь убегу? — ухмыльнулся Гарри.       — Да нет, — улыбнулся в ответ на шутку Дамблдор, — но ведь тебе же нужно в Косой переулок.       — Нужно, — кивнул Гарри.       — Тогда я тебя подожду, — улыбнулся Дамблдор.       Одеваясь у себя в комнате, Гарри с ужасом обнаружил, что за пару дней болезни отощал на «дырку» в ремне. С подозрением он натягивал на себя рубашку, которая теперь висела на нём, как на вешалке.       — Ничего себе заклинаньице… — пробормотал Гарри, надевая свитер, который стал на пару размеров больше.       Через десять минут Гарри, собравшись, спустился в прихожую. Дамблдор уже ждал его, поглаживая пальцем Фоукса на своём плече:       — Готов?       Гарри машинально охлопал себя по карманам: деньги, палочка — всё на месте:       — Да.       — Фоукс, — попросил Даблдор, хватая подростка за плечо.       С яркой вспышкой они оказались в каком-то помещении. Ещё до того, как у Гарри прошли яркие круги перед глазами, он услышал незнакомый голос.       — Белый! Напугал! — ругался хозяин помещения. — БА! Да ты не один.       — Познакомься, Красный, это…       — Да сам вижу, Гарри Поттер, — маг хихикнул.       Проморгавшись, Гарри огляделся. Они стояли посередь магического магазина — маленького здания, все стены которого были увешаны полками со странными магическими предметами. Хозяин магазинчика, маленький, краснолицый человек, чем-то неуловимо похожий на паука, приветливо протягивал ему руку.       — Максимиллиан Стробберри, — улыбнулся он, — для друзей Альбуса можно просто — Красный.       — А почему Красный? — спросил парень, пожимая руку мага.       Маги обменялись красноречивыми взглядами. Дамблдор виновато улыбался, Максимиллиан разочаровано хмурился.       — А у нынешнего поколения нет привычки давать подпольные клички друзьям? — спросил Максимиллиан.       Вопрос тут же заставил Гарри вспомнить Мародёров: Бродяга, Сохатый, Лунатик и Хвост.       — Нет, у них так уже не принято, — с жалостью в голосе сказал Дамблдор. — Спасибо, мы у тебя соберёмся через пару часов.       — Ты, Белый, можешь приходить в любое время, — открывая скрипучую ветхую дверь, сказал Красный.       Выйдя из тёплого магазина на морозец улицы, Поттер поёжился. Рядом с ним встал Дамблдор.       — Ну, давай на этом месте через два часа, успеешь? — спросил он.       — Я могу и сам домой вернуться. У близнецов есть камин… — начал Гарри.       — Зачем лишний раз просить близнецов? — притворно удивился Дамблдор. — Да и я хотел познакомить тебя с ещё одним своим другом — могу дать слово мага, что ты не пожалеешь, — хитро улыбнулся старый колдун.       Гарри не знал, что задумал Дамблдор, но подумал, что не стоит отказывать директору в компании. Тем более, что в одиночку или с друзьями у Гарри получалось влипать в различные переделки.       «Так почему бы разок не влипнуть с Дамблдором?» — полушутя подумал Гарри, чем вызвал незаметную улыбку директора.       — Хорошо, сэр, я постараюсь успеть, — кивнул подросток, и они разошлись в разные стороны.       Косой переулок, заново отстроенный в конце лета, сейчас бурлил полной жизнью. На волшебной улице у особо больших магазинов было не протолкнуться — магическая Англия заготавливала подарки к Новому году.       Гарри это радовало, потому что в такой толкучке на него не обращали никакого внимания. Первым делом он направился к магазину письменных принадлежностей, но неудачно поскользнулся и врезался в высокую женщину.       — Аккуратнее, мистер Поттер, — раздался у него над головой голос Минервы МакГонагалл.       — Здравствуйте, профессор, простите, — улыбнулся Гарри, заметив, что у прилавка стоит Леккс Дизлеспи.       Заняв очередь за своим деканом, Гарри купил новый набор пергамента, перьев и чернил — за осенний семестр он почти полностью извёл «стандартный» комплект. Около книжного магазина парень наткнулся на Крайста Делда. Бурча что-то про то, что чтение никаких навыков не даст, немец вертел книгу о магии африканских шаманов.       Такого ажиотажа, как во «Всевозможных вредилках», не было ни на улице, ни около магазина мётел, где выставили новую, самую быструю метлу в мире. Сейчас у близнецов было дел невпроворот: за кассами стояли их девушки, а сами близнецы то и дело выносили коробки, пакеты и банки со своей продукцией.       — Гарри, берегись! — В поясницу волшебнику тут же влетела тяжёлая коробка.       — О! Гарри! — Джордж, держа в левой руке опасно шатающуюся башню из трёх банок, а палочкой в правой руке левитируя над посетителями коробку, из которой вырывались струи разноцветного дыма, проходил, разгоняя первокурсников с Гриффиндора.       — Тебе всё что угодно, в любых количествах и бесплатно, — сказал Фред, распихивая той коробкой, которой он попал в Гарри, знакомую компанию во главе с третьекурсником Томом.       — Мистер Прайз, я бы не злоупотреблял на вашем месте забастовочными завтраками, — раздался у кассы голос Дамблдора.       В магазине тут же началось что-то невообразимое: на полках появились все взятые «вредилки». А сам магазин наполнился паническими вскриками: «Дамблдор! Здесь Дамблдор!»       — Здесь ещё и староста Гриффиндора, — страшным громким шёпотом подсказывали близнецы.       На секунду Гарри увидел, как ему подмигивает кто-то из близнецов — «подыграй».       — Минус двадцать баллов с Гриффиндора, мистер Прайз, тридцать с Пуффендуя, мисс Джарлакс, и…       Дальше он не выдержал и расхохотался. А через несколько мгновений весь магазинчик наполнился безудержным смехом. Успокоившись и осознав, что ничего им не будет ни от директора, ни от старосты, покупатели вернулись к выбору «вредилок». Утирая слёзы смеха, к ним подошёл Дамблдор.       — Даже я поверил, — смеялся он.       — Профессор, мы учли ваше пожелание, больше трёх батончиков в неделю всё равно не сработает, — сказал Фред.       Гарри непонимающе посмотрел на близнецов.       — Ну, мы изучали рынок… — начал объяснять Фред.       — …и тут выяснилось, что неограниченное поедание забастовочных завтраков привело к тому, что… — продолжил Джордж.       — …уровень оценок младших курсов и количество прогулов стали такими, что МакГонагалл не в шутку хотела подать на нас в суд…       — …но профессор Дамблдор предложил ввести ограничение по количеству употребления батончиков в сутки, — закончил Фред.       — Так что больше двух уроков в неделю не получится пропустить, — улыбнулся Джордж.       — Как раз хватит для занятий Снегга, — подмигнул Фред.       Пока они рассказывали про хитросплетения торговли забастовочными завтраками, Дамблдор успел купить палочку-шутку, которая превращалась в курицу, и, кивнув Гарри, покинул магазинчик. Сам он, вопреки отказам близнецов, оплатив пятью галеонами свои покупки, направился в кафе-мороженое. Хоть был и не сезон, в кафешке Поттер увидел Дану Хорнер — она, узнав однокашника, отсалютовала ему стаканом с коктейлем. Приветственно кивнув девушке, Гарри попросил себе такой же и, неспешно потягивая густой молочной коктейль со вкусом лесных ягод, смотрел, как за окном по Косому переулку ходят радостные в преддверии праздников маги.       «Рону подарок есть, — мысленно перечислял Гарри, — Джинии тоже… Остались Невилл и Гермиона…»       Воспоминание о девушке почти мгновенно отозвалось тоской по возлюбленной. Гарри безумно хотелось, чтобы Гермиона была рядом с ним. Хотя бы просто сидела рядом…       «Для неё нужен особый подарок», — решил Гарри и вышел из кафе-мороженого.       Найти подарок для Невилла оказалось простым делом: в магазине «Травы на все случаи жизни» Гарри присмотрел превосходный цветочек из семейства магической полыни — в Англии это растение приживалось крайне плохо, и поэтому подросток рассчитывал порадовать друга таким подарком.       А в витрине соседнего магазина он увидел роскошный набор магических красок — сияющая на зимнем солнце серебряная краска напомнила Гарри о Полумне. Решив, что девушка обрадуется, он, не задумываясь, приобрёл наборчик.       Рюкзак за спиной Гарри от этого подарка стал ощутимо тяжелее. Но сам процесс покупок радовал Гарри: он не был транжирой, но считал святым делом порадовать друзей подарками на Новый год.       Думая о подарке для возлюбленной, Гарри плёлся обратно к магазинчику волшебных артефактов Стробберри. Там его уже ожидал Дамблдор — на импровизированном столе, которым была шахматная доска, летающая по воздуху, стояли две кружки с пивом.       — Ты чего такой задумчивый? — увидел Гарри Максимиллиан.       — Подарок не купил для девушки, — хитро прищурился Альбус.       Гарри слегка покраснел и кивнул.       — Ну тогда ты в самом нужном месте! — маг со странной «подпольной кличкой» Красный пружинисто вскочил с кресла и начал панибратским тоном предлагать самые фантастические артефакты. — А насколько глубоки чувства? А то вот кольцо вечной любви — сегодня подарил, а завтра можно под венец! Или серьги от сглаза — эти точно работают! Нет, ну тогда…       Таких магических вещей Гарри в жизни не видел — зеркало Еиналеж да дневник Тома Риддла, в который он каким-то образом запечатал часть себя, ни в какое сравнение не шли с тем, что ему демонстрировал мистер Стробберри.       Красный настолько вдохновенно рассказывал про артефакты, что даже Дамблдор соблазнился на один.       — Бери-бери, — увещевал Максимиллиан. — Зелёный обрадуется — он ба-а-альшой любитель таких артефактов!       — А кто такой Зелёный? — спросил Гарри, смотря на чётки, способствующие восстановлению магического потенциала.       — Ещё один маг из нашей братии, — ответил Белый, протягивая ему артефакт в виде пепельницы.       — Не бросишь курить — я тебя съем! — громко заявила пепельница и облизнулась.       Они потратили более часа, рассматривая товары друга Дамблдора, пока Гарри наконец не нашёл то, что считал идеальным — медную закладку, которая сама ищет нужный раздел в книге. Посчитав, что Гермионе она будет полезна, Гарри осчастливил Максимиллиана.       — Ты готов «вляпаться в приключение с Дамблдором»? — улыбнулся маг.       — Да, спасибо вам большое, мистер Стробберри.       — Не за что, заходи ещё, — расплылся в улыбке владелец магазина.       Гарри не загадывал, куда их перенесёт Фоукс на этот раз, но место, где они оказались, поразило его до глубины души. Они стояли на небольшом каменном козырьке в горах, окружённых туманом. Всё, что смог увидеть Гарри — это пещера в горе перед ними, сама гора терялась в тумане, за ними, над ними — везде был непроглядный туман.       — Где мы? — с удивлением спросил Поттер.       — Понятия не имею, — весело признался Дамблдор и пошёл в пещеру, — нам точно туда.       Не рискнув отстать от директора, гриффиндорец быстро пошёл рядом с ним. Через несколько мгновений они оказались в кромешной тьме пещеры. Освещая каменный коридор волшебными палочками, они шли минут десять, пока коридор не стал расширяться, открывая им большую залу.       Каменная полусфера была убежищем всего одному человеку — он сидел в позе лотоса в самой середине пещеры, в центре странного, мерцающего насыщенным синим светом круга, внутри которого были изображены руны, незнакомые Гарри знаки и просто линии. Поттер бегло огляделся — обстановка в странной обители была просто спартанская: вдоль стены пещеры разместились книжные шкафы, напротив входа был устроен камин, недалеко от которого стояла кровать. Едва Дамблдор сделал шаг в пещеру, как маг моментально вскочил на ноги и бросился к гостю с воплем:       — Альбус Персиваль! Вульфрик Брайан! Дамблдор! Белый! — Объятья безымянного мага были столь сильны, что даже Гарри услышал, как хрустят рёбра у Дамблдора.       «Кто он? — успел подумать юноша прежде, чем маги повернулись к нему. — Тот самый Зелёный, про которого говорил мистер Стробберри?»       — Белый, чёрт, ты не представляешь, как я раз тебя видеть! — обитатель пещеры с силой хлопнул Дамблдора по плечу.       — Ну и зарос же ты!       — Да тут в одиночку достаточно скучно. Вот и перестал за собой следить, — маг откинул с лица длинные волосы, потом разделил бороду, доходившую ему до колен, на две равные части и закинул за плечи, где стянул все волосы зелёной лентой.       — Гарри, познакомься, это — Зелёный, — сказал Дамблдор, а хозяин пещеры уже протягивал подростку руку.       — А как ваше настоящее… — хотел спросить Гарри, но маг отмахнулся от этого вопроса, с силой сжав руку.       Хозяин пещеры был немного ниже Дамблдора, с очень длинными, десятилетиями не стриженными волосами. Маг был необычайно худ, так что даже спортивная мантия висела на нём мешком. Лицо мага со впалыми щеками, с ястребиным носом и тёмными глазами, в которых читались огромные знания и мудрость. Над глазами были старческие, очень густые брови, а нижнюю часть лица скрывала борода.       — С Рождеством тебя! — Дамблдор протянул другу палочку-шутку.       — Спасибо-спасибо! А какой нынче год-то? — низко склонился в поклоне маг.       — Одна тысяча девятьсот девяносто шестой начнётся.       — Много я здесь уже, — горестно вздохнул Зелёный и замахнулся палочкой. — А ну-ка, стол!       Закудахтав, палочка превратилась в цыплёнка. Старый маг минут пять ржал, он не смеялся, а именно ржал, согнувшись пополам и держась за живот. Крупные капли слёз смеха падали перед ним на каменный пол, пуская по странной обители гулкое эхо. Так могут смеяться только не стареющие душой люди.       — Ай, и Белый! Ай, и старый лис! Разыграл! — Зелёный дружески ударил Альбуса в плечо. — Порадовал старика!       — Какой же ты старый? Ты же на год меня младше! Молодой! Зелёный!       — Так ты уже вообще древность! — не остался в долгу Зелёный. — Как тебя только в архив Отдела тайн ещё не забрали!       Он машинально достал из кармана палочку и, посмотрев на неё, снова расхохотался. Отсмеявшись, он наколдовал стол с едой и три стула. Старые маги тут же расселись, а Гарри, помня одно из ограничений магии, замешкался и с подозрением посмотрел на наколдованную еду.       — Это не трансфигурация — еда настоящая, — обиженно сказал Зелёный, отламывая куриную ножку, от которой ещё поднимался пар.       Гарри присоединился к магам и попробовал салат — на вкус не хуже, чем делали домовики в Хогвартсе.       — Как Серый, как племянница? — осторожно спросил Зелёный.       — Превосходно, — с сарказмом ответил Дамблдор, — Аберфорт со мной старается даже не пересекаться, а племянница не общается с ним.       — Пора вам мириться, всем троим.       — Пора-то, конечно, пора, но ты же знаешь моего брата…       — Да, помню-помню, — задумчиво произнёс хозяин пещеры.       Гарри молча слушал, как они переговариваются. Он уже понял, что Альбус Дамблдор не просто так взял его с собой. Несколько минут маги молча жевали, но Зелёный снова нарушил тишину:       — А еще есть какие новости хорошие?       — Тебе Красный привет передаёт, — Дамблдор протянул другу артефакт.       Проследив движение, Гарри увидел, как Зелёный, пристально смотря на артефакт, с силой моргнул, и его глаза, ещё мгновение назад бывшие темными, стали вдруг глазами слепого человека — с одним большим серым пятном на месте зрачка и радужной оболочки. Не успел Гарри осознать и удивиться этому, как маг моргнул ещё раз, и его глаза снова стали чёрными.       «Что это такое?» — подумал Гарри.       — Знатная вещица! — восхитился Зелёный. — Спасибо Красному передай. Кстати, как он? — добавил он каким-то другим тоном, будто хотел, чтобы его понял только Дамблдор.       — Ну, почти в порядке, — улыбнулся Белый, — паутиной не брызжет.       Гарри подумал, что его чувство, что в Максимиллиане Стробберри было что-то паучье, совершенно не было ошибкой.       — Это хорошо. А как Фиолетовый поживает?       Дамблдор помрачнел и прикоснулся к груди рукой:       — Убили его…       — Как убили?       — Дисемптрой.       Зелёный молча потянулся к бутылке вина и сделал несколько жадных глотков.       — Какой ещё, к чертям, Дисемптрой? О ней же уже почти никто не знает. Сам посуди: я — здесь, тебе это и за деньги не надо, Красному — тоже, Фиолетовый тебе предан был, Серый — молчать будет из принципа. Кто мог?       — Пурпурный, — обронил Дамблдор.       — Ты видел труп этого человека!       — Он жив, — холодно отрезал Белый.       «А это уже интересно, — успел подумать Гарри. — Пурпурный — это случайно не Слизнорт?» — но вмешиваться в разговор магов он даже не пытался.       — Ты нашёл его?       — Нет, Гарри сказали, — с особым ударением на «сказали», ответил Дамбллдор.       — Значит, у него всё-таки получилось! Вот ведь сукин кот!       — Что у него получилось?       — Создать настоящий хоркрукс, — удовлетворённо, даже с гордостью, сказал Зелёный.       — Быть того не может! Он же знал технику подчинения магии, и то на очень посредственном уровне, — парировал Дамблдор. — Как он мог сделать настоящий хоркрукс? Или тогда он же рассказал Тому Риддлу про них.       — Нет, не он, — Зелёный вытянул руку, и к нему подлетела книга. — Узнаёшь? Братья Джонсон, Джилл Хаус и сотоварищи. Альманах «Достигнутые пределы магии. Издание пятое. Дополненное, с иллюстрациями». Тысяча пятьсот восемьдесят какой-то год. У тебя такая стоит в библиотеке, даже в разделе открытого доступа, — сказал Зелёный. — Страница девятьсот восьмая.       — …И мы не будем говорить о хоркруксах, как о самой тёмной магии, на какую только способен маг… — зачитал Дамблдор. — Выходит, зря я на Пурпура думал.       — Именно, — кинул Зелёный, возвращая книгу на место, — но он много чего знал.       — Вот как он сбежал от Тома Риддла?       — Очень просто, он сделал правильный хоркрукс, Риддл его убил…       — Как такое может быть? — Гарри не сдержался и встрял в разговор — ему быстро надоело, что маги говорят на каком-то непонятном языке. — Что вообще значит правильный или неправильный хоркрукс?       — Хоркрукс — это техника магии, запрещённая Смертью. Она позволяет разделить душу мага на несколько частей и запечатать их в предметы, важные для мага. Если хоркрукс сделан правильно, то в момент смерти мага из хоркрукса создаётся новое тело с душой. Маг полностью оживает. Страховка на случай смерти, — спокойно рассказал Зелёный. — Эта техника считается аморальной, потому что требует человеческой жертвы, да и с восстановлением, как подтвердил Риддл, не всё хорошо получается. А Пурпуру удалось, видимо, создать хоркрукс правильно, и, судя потому, что он жив даже после самоубийства, не один.       — Фантастика, — выдавил из себя Гарри.       — Ничего фантастического, просто магия, — равнодушно парировал Зелёный.       — Вот поэтому-то, Гарри, я гораздо больше испугался новости, что Пурпур жив, чем остальных. Ибо его знания гораздо шире того, с чем ты столкнулся.       — А с чем он столкнулся? — с интересом спросил Зелёный.       — С техникой подчинения пространства и дисемптрой, — ответил Дамблдор.       — Вижу-вижу, — пробормотал Зелёный, снова сделав свои глаза «слепыми», — по пятке попали, да?       — Я искал дом Слизнорта, — ответил Гарри. — А что это за заклинание «Дисемптра»?       — Заклинание того же уровня, что и Авада Кедавра, и Патронус, техника магии, запрещённая Честью. Оно универсальное оружие против магов, создавших себе хоркруксы, уничтожает тело и душу самого мага, а потом по остаточным связям переходит на хоркруксы.       Гарри поражённо молчал. Он понял, как близко в этот раз была смерть.       — Вот так вот, Зелёный, — вздохнул Дамблдор, — новостей хороших мало. Проблемы, как ком снежный.       — Да, — задумчиво буркнул тот, смотря в тарелку, — не гладко у вас там всё. Что ещё интересного Гарри сказали?       — Что война будет пострашнее хоркруксов, — ответил Гарри.       — Некромантия, Белый, — спокойно произнёс Зелёный. — Думаю, что они хотят собрать обратно Ксандро — больше я выдумать не в состоянии. Как сам-то не догадался?       — Ты же помнишь нашу клятву — мне подумать-то об этом было страшно. Не говоря уже про то, чтобы допустить хотя бы в мыслях такой ужас.       — Что будешь делать? — настороженно спросил Зелёный.       Он знал, как тяжело Дамблдору, но раз Белый пришёл сюда, значит, он уже морально готов изложить свой план другу.       — Он ведь по нашим стопам идёт. Хочет сделать мир лучше, но почему-то от этого получается только хуже… — Дамблдор вздохнул и достал зелье от сердца.       — Да дайте вы ему эту власть — пусть подавится, — ответил Зелёный.       — Нет! Этого нельзя делать — он просто-напросто убьёт всех полукровок! Этого нельзя допустить! — закричал Гарри.       — Не кричи, не поможет. А мир магов уже к закату катился, когда мы с Белым ещё учились в Хогвартсе. Это понятно, чистокровных волшебников слишком мало, чтобы сохранить популяцию, без свежей крови маги вымрут за несколько поколений. Так что идея чистокровности магов — это самоубийство. Кроме того, как он хочет управлять миром? Да ладно миром — страной хотя бы? Да его без всякой вашей помощи свергнут за год! — раздухарился Зелёный.       — Его нужно остановить, и я — единственный, кто может его победить, — процедил сквозь зубы Гарри. — Лучше научите этому заклинанию — Дисемптре.       — Белый, а ты как думаешь?       — Он прав, — кивнул Дамблдор. — Помнишь, как мы сделали, когда сражались с учениками Гриндевальда? Ты бы мог…       — Нет! Вот так мы делать не будем. Хватит с нас чужой крови, Белый. Хватит. Сколько человек тогда осталось за тот год, что я из вас тренировал команду?       — Очень много, — понуро склонил голову Дамблдор, — но тогда-то мы были не готовы, а сейчас есть я, Красный и Серый… Мы…       Зелёный рассмеялся.       — Ну да, та еще картина: три старпё… — Зелёный запнулся под взглядом Дамблдора, — эм… пожилых почтенных мага, — исправился он, — против орд низшей нежити и учеников Гриндевальда, поднятых в высшие зомби. Вас не хватит и на пять минут.       — Не трави душу, Зелёный, — посмотрел на друга Дамблдор. — Ты думаешь, я не понимаю. Всё я понимаю, и помню всё не хуже тебя. Но по-другому уже ничего не получится.       — И эту фразу ты тогда говорил, и что вышло?       — Плохо вышло! — с вызовом ответил Дамблдор, вскидывая голову. — Но без этого было бы ещё хуже.       — Весьма вероятно, — примирительно поднял руки Зелёный, — Ну ты сам подумай… Это тебе не зелья, не трансфигурация, не заклинания… И чем такое обучение чревато, ты в курсе, как никто другой.       Гарри никогда бы не подумал, что он может анализировать информацию с такой скоростью:       «Зелёный, Максимиллиан — Красный, Гораций — Пурпурный, Дамблдор — Белый и его брат Аберфорт — Серый знают и умеют такое, что хоркруксы и рядом не стояли. Но эти техники магии, видимо, слишком опасны как в применении, так и обучении».       — Профессор Дамблдор, а почему вы нас не можете учить? — спросил Гарри.       — Знает мало, — хмыкнул Зелёный, — я единственный, кто способен обучать магов техникам запретных уровней. Они их толком использовать-то не могут, — маг задумался, — до конца не обучились.       Дамблдор смотрел на свои руки. Гарри изучал пещеру. Зелёный молчал, глубоко задумавшись.       — А помнишь, как мы из-за Синей дрались?       — Это когда ты в меня Аморехом запустил? — ответил Дамблдор.       — Я тогда страшно боялся, что попаду — она бы меня убила, — улыбнулся Зелёный.       — Я тоже боялся, что ты в меня попадёшь, — согласился с ним Белый. — А помнишь, как Пурпур над Биннсом пошутил?       — Окрасил его в пурпурный цвет, — оба мага засмеялись.       — Профессор Дамблдор, а почему у вас у всех такие имена были в честь цвета?       — Да это было просто: тогда была мода на клички, ну и Альбус стал Белым — он был у нас главным заводилой. Аберфорд— был серым кардиналом — мог такую многоходовку завернуть, что только завидуй. Я был Зелёным, потому что слизеринец, Гораций, тоже слизеринец, стал Пурпурным за шутку над Биннсом, Синяя была с Когтеврана.       — Ради них, Зелёный, — попросил Дамблдор, — ради будущего.       — Сколько у меня времени?       — Максимум — полгода.       — Этого безумно мало, я не успею, Белый… И я против этой идеи — хватит. Навоевались!       — Нас покорят. Так лучше погибнуть в бою, чем как крысам, зажатым в углу, — парировал Дамблдор.       — Скарл?       — Скарл, — подтвердил Дамблдор и пояснил для Гарри: — Скарл — один из учеников Гриндевальда.       — Мы его вдвоём с Белым и убили, — дополнил Зелёный.       Маги надолго замолчали, вспоминая войну с Гриндевальдом. Гарри про это почти ничего не знал, лекции Биннса практической информации не давали — были, воевали на стороне того-то, убиты там-то. Но имени Скарла Гарри так не смог вспомнить.       «Проспал, скорее всего», — разочарованно решил подросток и тут же выпалил: — А почему Гриндевальд не обратился к Некромантии?       Его собеседники удивлённо переглянулись. В глазах Зелёного была какая-то непонятная Гарри жалость, у Белого — испуг.       — Он не любил эту технику, — обронил Дамблдор, — считал её аморальной. Он всегда говорил, что тревожить мёртвых не надо.       — Иначе когда-нибудь могут потревожить и тебя. А Том Риддл ведь пойдёт на такое, — задумчиво произнёс Зелёный, — он, наверное, хочет сам стать некромантом. А это ведь уничтожит все его хоркруксы. Все, Белый, — Зелёный повторился, кидая заметный лишь старому другу взгляд на Гарри.       Дамблдор сидел, как громом поражённый.       — Почему? — сипло спросил он.       — Некромантия уничтожает душу. Дальше он будет уже без неё. Хоркруксы будут уничтожены, и я думаю, что в этот момент нужно быть подальше от них.       «Только использовать это оружие нужно в нужный момент… — вспомнил Гарри. — У меня ещё никакого оружия нет, а я знаю, что использовать его надо после того, как Волдеморт станет Некромантом… — выдохнул Поттер. — Так или иначе, даже если я не успею найти это оружие, чем бы оно ни было, нужно, чтобы даже без него у нас были шансы на победу…»       — Мистер Зелёный, сэр, могут ли запретные техники склонить чашу весов в войне в нашу пользу?       — Это будет всё равно лучше, чем ничего не делать, — добавил Дамблдор, стараясь интонацией донести всю важность положения до Зелёного.       — Белый, когда Геллерт начинал собирать своих учеников, он выбирал лучших из лучших. Самых способных, самых сильных, с огромным магическим потенциалом.       — У Скарла было всего чуть больше, чем у меня, за душой, — парировал Дамблдор.       — Из них он по трети просто концентрировал в руке, а на оставшийся потенциал использовал технику подчинения пространства настолько хорошо, что убил Синюю. У остальных было куда больше, я тебе напомню — выше, чем у тебя, — жёстко оборвал друга Зелёный. — И кого ты предлагаешь мне в ученики? Несовершеннолетних студентов? Невыразимцев? Мракоборцев? Это бесполезно. Они не справятся.       — Я готов учиться! — резко ответил Гарри. — Или вы считаете, что главное — это магический потенциал мага? Я сам учил своих друзей весьма сложным чарам, таким, как Патронус. И они справились! Там чем ваши техники, пусть и запрещённые Смертью, да хоть всем Миром, сложнее? Нужен только учитель, который покажет, что и как делать, поправит и поможет, когда не будет получаться.       Зелёный смотрел на него с разочарованием и обидой.       — Зелёный, пожалуйста, — испуганно произнёс Дамблдор, — не надо…       — Ты хочешь увидеть, с чем вам придётся столкнуться? — зашипел Зелёный в лицо Гарри, не обращая внимания на слова друга. — Сейчас ты это увидишь!       — Зелёный… — пытался остановить друга Дамблдор.       Но тот резко оттолкнулся назад, как призрак пролетел сквозь спинку стула и встал у стены. Широко раскинув руки в стороны, он заговорил громким голосом:       — Хорошо, мистер Поттер, сейчас вы увидите, на что были способны настоящие боевые маги всего-то полвека назад! — маг перевёл взгляд на Дамблдора. — Белый, не смей мне мешать, или в этот раз я Аморехом не промахнусь!       — Зелёный, дай слово мага, что обойдётся без жертв!       — Как получится, — рассмеялся маг, — всё от него зависит, — кивнул Зелёный в сторону Гарри, — если он сможет выжить, то обойдётся, — улыбка мага превратилась в пугающий оскал.       Парень уже стоял с палочкой наготове, но сила, исходившая от мага, его пугала — он уже видел, как маги пролетали сквозь предметы, и тогда чуть не лишился жизни.       — Итак, я начну! Я использую семь разных атак, и если после них ты ещё сможешь сказать, что способен у меня учиться, я и вправду подумаю над предложением Альбуса.       Гарри уже понял, насколько высоки ставки в этой дуэли, но Зелёный не дал ему и лишней секунды, чтобы оценить ситуацию.       — Начали! — рявкнул он и сложил ладони вместе. — Первая атака! Техника, запрещённая Смертью. Магические печати, — маг резко дёрнул руками и сложил их в фигуру — четырьмя пальцами правой руки он сжал левый большой палец, а в левой ладони оказался правый. Следующим движением он ударил основаниями ладоней, потом скрестил ладони как бы крестом — расположив ладони между средними и безымянными пальцами. — Печать, — дальше ладони складывались в такие фигуры, что Гарри не мог ни запомнить, ни понять, как так можно расположить пальцы, — подчинения Земли, — сложив более десятка фигур, маг резко хлопнул в ладони. — Зыбучий песок! — мгновенно сев на корточки, маг коснулся правой рукой пола в пещере.       Гарри только заметил, как под ладонью Зеленого земля прошла волной, и через мгновение Поттер по пояс провалился в настоящий зыбучий песок. Его продолжало затягивать, но от удивления он не сразу даже смог понять, что делать. Трижды он пытался вырваться из песчаного плена, но каждый раз его затягивало всё сильнее. В сознании уже появилась паника — Зелёный явно не намеревался его спасать и вряд ли позволит это Дамблдору. В отчаянии Гарри дёрнулся ещё сильнее и, чуть развернувшись, увидел камин, высеченный прямо в стене пещеры.       — Акцио камин! — сжал обеими руками палочку Гарри.       «Наверное, так себя чувствует рыба на крючке», — подумал Гарри, чувствуя, как магическая невидимая нить вытаскивает его из песчаной ловушки.       — Хорошо! — маг снова начал складывать ручные знаки. — Печать подчинения Воды. Ледяные иглы! — звонко хлопнув, маг развёл руки в стороны. Между пальцев мага появились острые, идеальной формы сосульки — Гарри ни на мгновение не стал сомневаться ни в их прочности, ни в меткости Зелёного.       Вспомнив самое сильное щитовое заклинание, Гарри не был уверен, что оно выдержит, и в большей мере рассчитывал на ловкость: от первой иглы он увернулся. Руки Зелёного описали параллельные полу полукруги, и в подростка полетели ещё две сосульки, и ещё две.       — Секо! — крикнул Гарри, уворачиваясь от третьей пары ледяных игл.       Но Зелёный лениво взмахнул рукой, и луч режущего заклинания врезался в восьмую льдинку. А последние две летели в Гарри.       — Протегус Щилд Максима! — выставил самый мощный щит парень.       И через мгновение получил сильный удар в грудь — щит не выдержал попадания. Перед глазами плясали искры, а грудь горела огнём.       — Вот и всё! Всего-то две атаки! Я ожидал большего от самого сильного ученика Дамблдора!       — Импедимента! — крикнул Гарри, стараясь забыть про боль.       Зелёный ленивым взмахом руки сотворил щит, полностью остановивший заклинание.       — Это уже лучше! — он начал в третий раз складывать руками фигуры. — Третья атака! Печать подчинения Воздуха. Режущий ветер! — он хлопнул в ладони, и прямо перед ним образовалось лезвие, сотканное из ветра.       Гарри старался отбежать в сторону, но ветер страшной силы бросил его в стену. Ветер был настолько сильным, что в прямом смысле слова резал всё на своем пути — с острой болью Гарри чувствовал, как всё его тело покрывается тонкими ровными царапинами. Усилием воли он поставил перед собой щит, но на ветер заклинание не произвело никакого действия — сила стихии воздуха даже не замедлилась. Выдержав третье нападение, Гарри догадался, что четвёртой атакой будет Печать подчинения Огня. Держась левой рукой за повреждённую грудь, Гарри приготовился наколдовать водяную струю.       «Надеюсь, что Дамблдор не позволит меня убить», — рассчитывая, что директор следит за ним с помощью легилименции, подумал Гарри.       — Печать подчинения Огня. Огненный шар! — после хлопка в ладонях Зелёного появились два шара из огня. Один из них отправился в лицо Поттера.       — Акваримерти! — прицелился в летящий на него огонь Гарри.       Столкнувшись, огонь и вода породили облако пара, закрывшего Поттеру обзор — второй фаерболл пронёсся буквально в сантиметрах над головой волшебника и с громким взрывом попал в стену. В нос Гарри ударил запах горелых волос.         — Это было четыре! Секо! — стараясь устоять на ногах, сказал Гарри.       — Браво! Но это была всего лишь одна техника. Впереди у тебя ещё три, — Зелёный улыбнулся и продолжил: — Техника запрета Смерти. Подчинение магии, времени и пространства.       Руки мага исчезли в сине-фиолетово-пурпурном тумане, который быстро приобрёл форму прямого лезвия. А спустя секунду маг оказался за спиной Гарри. Реакция ловца спасла волшебника, когда он в последний момент успел отскочить от летящих ему в спину лезвий из магии.       Вспомнив уроки Паладина, Поттер старательно уворачивался от ударов магических клинков — несколько раз лезвия попадали по стене, оставляя оплавленные глубокие борозды, убедившие Гарри в том, что приключения в его жизни с каждым разом становятся всё опаснее и опаснее.       «Если это техника запрета Смерти, то что же тогда представляют из себя техники запрета Мира?» — парень ещё раз уклонился от магического клинка.       Полученные им в предыдущих атаках травмы разрывали тело болью, лишая Гарри последних сил, чтобы сделать новый вдох. Но всё же собравшись с силами, он успел уткнуть палочку в бок мага и прошептать: «Секо».       — Скоро узнаешь, что скрывается за запретом Порядка, — рассмеялся Зелёный, отходя на шаг назад и смотря, как Гарри судорожно переводит дыхание, — будем считать, что это испытание ты прошёл.       Поттер посмотрел на бок, куда угодило режущее заклинание. Несмотря на то, что заклинание попало всего несколько мгновений назад, в дыре одежды мага было видно абсолютно целое тело, рана мгновенно затянулась, и о ней теперь напоминало только кровавое пятно на ткани.       — Это тоже техника, запрещённая Порядком — Регенерация. Не хуже хоркруксов, — сказал Зелёный с гордостью в голосе. — А тебе сейчас предстоит встреча с куда более сильной техникой, чем печати.       Он мгновенно оказался у противоположной стены пещеры и снова начал складывать руки в знаках — по оценкам Гарри, в этот раз он складывал фигуры намного дольше, а потом пояснил:       — Печать концентрации!       А на полу с центром в его ладони образовалась круглая магическая печать: тонкие синевато-пурпурные линии образовали сложный рисунок, в центре которого сидел Зелёный, когда Гарри и Дамблдор только вошли в пещеру.       — Техника материализации, запрещённая Миром. Чёрная Вдова!       Посередине между ним и Гарри возник гигантский паук — «чёрная вдова». Она появилась просто из небытия. Шевеля лапами, арахнида побежала к Гарри.       — Секо! Экспеллиармус! Импедимента! — заклинания одно за другим пролетали мимо паука.       — Чёрт!       Жвала разошлись в стороны, и из пасти паука в Гарри полетела страшная зелёная жижа. Когда жижа зацепила рукав мантии, он задымился, а рука тут же онемела. Гарри ощутил, как в руке перестает пульсировать кровь, и она леденеет. Он почувствовал, что подобное уже с ним было — сознание начинало тонуть в панике. Из-за этого он пропустил следующую атаку паука — и паутина крепко приклеила его к стене.       — Вот и всё, Поттер, — сказал Зелёный, взмахом руки растворив в воздухе вызванную им паучиху, но паутина, держащая Гарри, не исчезла.       — Мне почти каждый год говорили, что я уже не жилец, и, как видите, я до сих пор жив и не намерен сдаваться, — яростно ответил подросток, тяжело дыша, из последних сил стараясь вырваться из капкана.       Зелёный взмахом руки освободил Гарри от липкой массы. И не спеша шёл на исходную позицию — последняя атака запретными техниками.       «Надо хотя бы прошептать, что хочу у него учиться», — решил Гарри и приготовился просто выстоять из последних сил.       — Техника подчинения Сознания. Уровень — запрет Мира, — назвал своё последнее оружие Зелёный.       Гарри равнодушно ждал.       — Посмотри мне в глаза, Гарри Поттер! — прокатился по пещере голос мага.       Гарри нехотя, под действием заклинания, перевёл взгляд на лицо Зелёного. Самого лица он так и не увидел. Едва он повернул голову, как мир полностью окутала тьма. Она была везде — сверху, снизу, спереди, справа и слева. Вязкая, густая, как будто живая. И в ней было что-то. С первым гулким звуком удара сердца к Гарри резко приблизились полностью красные гигантские глаза с чёрными, чернее, чем тьма вокруг, зрачками. Со вторым ударом сердца глаза пропали, и Гарри снова увидел пещеру.       В ней появились люди. Слева от него, крича, как будто его режут, Рон отбивался от трёх арахнидов, прижимавших его к стене. Гарри направил на пауков палочку и хотел произнести заклинание, когда истошный крик заставил его повернуться направо. От того, что он увидел там, у Гарри, казалось, перехватило дыхание — Крэбб и Гойл ногами били Гермиону. Она была вся в крови, в разорванной мантии.       — Секо! Экспеллиармус! — заревел Гарри, но из палочки, нацеленной в Гойла, не вылетело даже искорки.       — Отойди! Я убью его! — раздался за правым плечом Гарри холодный голос, который мог принадлежать только одному существу в мире.       Волдеморт подходил к Лили Поттер и замахивался на неё палочкой. Гарри не понимал, как это может быть, но тут он увидел, как в разбитых очках, со стекленеющим взглядом, в нескольких метрах за Волдемортом лежит мёртвый Джеймс Поттер.       — Экспеллиармус! — прицелился палочкой в Волдеморта Поттер.       И снова ничего не произошло. Задыхаясь, Гарри услышал, как, перекрывая все звуки, закричал Невилл. Развернувшись, он увидел, как над другом стоит Беллатриса. Направив палочку на Невилла, она произнесла: «Круцио!» И гриффиндорец задёргался ещё сильнее.       — Не троньте меня! Гарри, где ты?! — закричала Гермиона, когда Крэбб начал стаскивать с неё разорванную мантию.         — Сука! Не тронь ЕЁ! — срывая голос, заревел Гарри.       Он рванулся к ним с кулаками, но не мог и сдвинуться с места. Он понимал, что не сможет приблизиться к ним!       — Авада Кедавра! — Яркая зелёная вспышка озарила пещеру.       Гарри увидел, как Лили Поттер падает на пол пещеры.       — Этого не может быть! Это все иллюзия!       Раздался хруст. И на Гарри попала струйка крови — один из пауков оторвал Рону ногу. Уизли только подрагивал — из раны на груди подтекала зелёная жижа.       Гарри провёл рукой по пятну крови и почувствовал влагу — кровь была настоящей.       — Этого не может БЫТЬ!!! — засипел Гарри, чувствуя, что задыхается.       — Это реальность, Гарри Поттер, — раздался голос Волдеморта.       — НЕТ!!! — визжала Гермиона.       В этот момент Гойл содрал с неё блузку в страшных кровавых подтёках.       — ГОРИ В АДУ!!! РЕДУКТО ЛАРГУ!!! — Нацелил палочку на Гойла Гарри. — БУДЬ ВСЁ ПРОКЛЯТО!!! СЕКО МАКСИМА! БОМБАРДО МАКСИМА!!!       Из палочки всё так же не вылетало ни одного заклинания. Гарри в отчаянии, панике и шоке сел на корточки и заткнул уши руками. С силой зажмурившись, он надеялся, что Волдеморт сейчас всего двумя словами остановит весь этот ужас. Тело начало остывать.       — Нет! Я не хочу! Этого не может быть! Этого не может быть!..       С непередаваемой болью в груди глаза Гарри застила тьма…       — Чтоб тебя дементоры! — раздался над ним голос Дамблдора. — Чтоб тебя самого в зомби подняли! — ругал он кого-то.       «Дамблдор? Откуда он в этом аду?» — отрешённо подумал Гарри.       — Белый, ну успокойся ты! Парень жив!       — Зелёный! У меня слов нет! Чтоб ты с дементором под кроватью спал! Чтоб ты у дракона в заднице жил! Чтоб тебя Мерлин посохом…       — Да успокойся ты! Легче ему, легче. Оклемается.       В груди Гарри начало теплеть. Он почувствовал, что лежит на холодном полу пещеры.       — Кроме того, я же не знал, что у него жизнь такая, — продолжал оправдываться Зелёный.       — А я выдержал, — выдавил из себя Гарри, — я ещё могу быть вашим учеником… — он хрипло выдохнул.       — После двух минут клинической смерти? Нет, парень, ты ещё на первом этапе проиграл, когда решил показать, что можешь со мной справиться.       Гарри с трудом открыл глаза. Над ним склонились оба старых мага. Дамблдор выглядел страшно рассерженным и с беспокойством смотрел на подростка.       — Что случилось? — спросил Гарри, стараясь сесть.       Тут он с удивлением понял, что у него ничего не болит — ни ушибленные рёбра, ни повреждённая кислотой паука рука, ни сердце, а на руке нет ни одной ссадины…       — У тебя сердце не выдержало, — совершенно спокойно сказал Зелёный, дружелюбно помогая Гарри перебраться на стул.       — Ты увидел всё, чего боишься, всё, что тебя пугает, всё, что может вызвать боль, — тихо говорил Дамблдор.       — Нет, — прошептал Гарри, — это была не иллюзия. Я не видел это, я прочувствовал это, — от воспоминаний у него вновь заболело сердце.       — Ну, можно и так сказать, — согласился с ним Зелёный, — для тебя это было полностью реальным. Причём вне зависимости от того, что ты видел. Даже если ты знаешь, что это уже произошло, или что этого принципиально не может быть. Эта техника блокирует часть сознания — ты веришь во всё, что видишь.       — Теперь я понял, что такое техника запрета Порядка, — тяжело выдохнул Гарри, залпом выпивая фужер вина.       Его всё ещё трясло. Он не мог понять, что это за страшная магия. По сравнению с этим «Авада Кедавра» была просто отличным заклинанием — смерть без мучений, раз и мёртв — это было просто прекрасно по сравнению с тем, что он увидел.       — Да, Гарри, эти техники куда страшнее и сильнее, чем заклинание мгновенной смерти, — согласился с ним Зелёный.       — Но это… это, — волшебника передёрнуло, — невозможно себе представить.