Сломанные

Женя по-прежнему испытывал любовь к учителю и с каждым разом, он всё больше и больше убеждался в этом. Парень был безоговорочно влюблён в мужчину. И он не знал, что с этим делать, а ещё Тёмка, который постоянно задавал вопросы и беспокоился о нём. Но Женя даже не представлял, как сказать ему об этом всём, стоит ли даже говорить, не отвернётся ли тот от него. Ведь дружбой с Тёмкой он очень дорожил. Но пока парень решил ничего не говорить об этом другу. Для начала он решил, поговорить об этом с учителем. Хотел узнать, взаимны ли его чувства. Конечно, ему было страшно немного, но Женя всегда привык всё спрашивать прямо. В этом был его небольшой плюс, потому что он старался не врать, хотя, на некоторые вопросы отвечал исключительно ложь. Однако где-то внутри парень уже думал, что его чувства взаимны. Ведь он судил по тому, как мужчина относился к нему, считал это любовью, а не просто хорошим отношением. Разговор пришёл почти спонтанно, в конце одного из факультативов. — Я могу с вами поговорить? — спросил Женя. — Да, конечно, — сказал учитель, отодвигая всё в сторону. — Это личная тема, и я хотел бы, чтобы о ней никто не узнал, кроме вас, — слегка дрожащим голосом говорил он, не отрывая глаз от учителя. — Хорошо. Женя тяжело вздохнул, на секунду прикрывая глаза, думая, стоит ли как-то красиво это сказать или подойти к этому. Но он никогда не умел красиво говорить, писать — да, но говорить — нет. Мальчик чувствовал, как у него уже начинает дрожать нижняя челюсть, от чего приходиться стискивать зубы. — Я вас люблю, — практически выдохнул он крепко, сжимая, руки в замок, чтобы унять дрожь. Мужчина слегка был ошарашен таким заявлением. Тщательно обдумывая, чтобы сказать мальчику, чтобы несильно задеть его чувства, он потёр щёку рукой. Конечно, в какой-то степени ему было это слышать приятно. Но здравый смысл в нём всё ещё оставался. И этот здравый смысл ему говорил, что его посадят за связь с несовершеннолетним учеником. — Жень, ты понимаешь, что я твой учитель, да ещё я и старше тебя на 22 года. Я не имею право вступать в связь с несовершеннолетним. Меня просто посадят, — наконец начал говорить мужчина. — Я всё понимаю, но… — запнулся слегка Женя. — Это влюблённость, Жень. Она пройдёт, и ты забудешь про меня, найдёшь кого-нибудь другого и неважно парня или девушку. Скоро каникулы, это будет тебе на руку. Так будет лучше, для тебя и для меня. Мальчик смотрел в глаза мужчины, пытаясь что-то найти в них для себя. — Извините, — пробормотал парень, вскочив, со своего места, он быстро выбежал из кабинета. Он чувствовал себя последним идиотом из-за того, что наивно предполагал, что его чувства взаимны. Парень чувствовал сильную горечь и обиду оттого, что не подумал о всех последствиях, но ещё большее стыд. Женя выбежал из школы на улицу, не ведая куда собственно. Что-то внутри него что-то очень сильно кололо. Не сердце ли это? Как он мог подумать, что тот ответит ему взаимностью? Как он вообще мог подумать, что его можно любить? Горечь жгла. Боль уничтожала. Бег ускорялся. Холодный ветер обжигал горячее лицо. И остановило парня лишь какое-то препятствие, в которое он хорошенько врезался. Судя по ощущениям, это был человек какой-то. Здорово, упав на спину из-за скользкого льда, Женя застонал от боли. — Женя? Ты чего так несешься? — раздался знакомый голос где-то над ним. Открыв глаза, парень увидел Тёмку. Странно его видеть здесь. Хотя он сам собственно не знал, где находится. — Извини, что сбил, я не хотел, — чуть дрогнувшим голосом проговорил парень. — Жень, что случилось? — спросил тот, подавая другу руку, чтобы помочь подняться. — Ничего, я… — С тобой в последнее время что-то творится. Тебя что-то грызёт, я это знаю. Жень, мы с тобой дружим уже почти 10 лет, ты можешь мне рассказать, — прервал его Тёма, своим потоком слов. Женя смотрел на своего друга. Они были одинакового роста, только волосы у парня были чуть темнее волос Жени. Тёмка был худого телосложения, с треугольным лицом, слегка припухшими губами, ровным носом и постоянно щурившимися тёмно-карими глазами. На голове у него постоянно была пышная шевелюра волос, которые он кое-как укладывал. Мальчик не знал, что сейчас сказать другу. Он ему доверял, но боялся признаться во всём, хотя очень хотел это сделать. Однако сейчас он понимал, что не может больше держать друга в неизвестности, ведь сам знал какого это. — Тём, я гей, — сказал Женя, глядя в глаза другу. — Я понял, это совершенно недавно, когда влюбился в информатика. Но я не хочу, чтобы из-за моей ориентации, ты меня возненавидел. Она ничего не меняет. И я… Просто не знаю, что мне теперь делать. Парень буквально это всё выдохнул, чувствуя, как ему тяжело уже дышать из-за нахлынувших эмоций, из-за чувств, из-за всего произошедшего. Единственная его надежда, это Тёма. Надежда, на его помощь и поддержка. — И это ты скрывал от меня? — удивлённо спросил Тёма. — Жень, то кого ты там предпочитаешь, меня вообще не ебёт. Ты всё ещё остаёшься моим другом. И то, что ты гей, ничего не меняет, ты такой же Женя, которого я знал, все эти годы. Женя глубоко выдохнул, проглатывая накопившийся комок в горле. Он не будет плакать. Он сильный и не поддастся слабости. Подойдя к другу, парень обнял его, прижимая к себе. Тёмка обнял его в ответ, похлопывая по плечу. Женя был рад, что парень его понял, что не возненавидел и не отверг, что они остаются лучшими друзьями, что теперь у него есть хоть кто-то, кто может помочь ему в этой ситуации. Он не одинок.