Сломанные

Женя вернулся в школу, после недельного отсутствия, под выдуманным предлогом, что болел, а так же подделанной старой справкой, где были просто изменены даты. Парень надеялся увидеть в школе своего лучшего друга, Артёма, но как оказалось, тот заболел и теперь отлёживался дома, пока Женя явился наконец-то. Пришлось побыть одинокой птицей, которая утыкается в учебники, в надежде, чтобы его не трогали одноклассники. И день фактически шёл прекрасно, если бы на большой перемене парня не поймал Даниэль за руку, отводя в сторону. — Что тебя от меня нужно? — раздражённо проговорил Женя, вырывая руку из хватки недруга. К слову Даниэль был хорошо сложенным высоким парнем с чёрными, густыми волосами, которые покрывали его лоб. Ровным носом, впалым лбом, тонкими губами и карими глазами. Одевался он по чисто «пацанскому» стилю. Спортивки или джинсы, а так же обязательно кофта с капюшоном, несмотря на школьную форму. Он был любителем нарушать, но с учёбой у него было даже лучше некоторых отличников, хотя по нему не скажешь, что этот человек что-то делает или учит. — Да, успокойся ты! — проговорил Даниэль, заставляя замолкнуть парня. — Я извиниться хотел. — Извиниться? — нахмурился парень, уставившись на своего недруга. — Да, извиниться! — выпалил собеседник, разводя руками. — Я не знал о твоей сестре. Поэтому прости меня. Если бы кто-то сказал такое о моей сестре, я бы убил на месте. Женя слабо кивнул, опуская голову. Снова Лера, всюду ему о ней напоминают. — Зачем ты это делаешь? — тихо спросил Женя, когда наступила тишина. — Что именно? — не понял Даниэль. — Травишь меня. Твои дружки — это понятно, ты их подбил. Но ты сам, зачем это делаешь? — сощурил глаза парень, вглядываясь в темноту глаз недруга. — Ты ведь вовсе не плохой, если убрать всю эту гниль из тебя, я бы сказал, даже хороший человек, интересный. Даниэль опустил голову, не выдерживая такого пристального, местами даже ненавистного взгляда собеседника. Тихие слова Жени доходили до самых забытых глубин души, заставляя выходить их наружу. — Неужели, ты до сих пор не забыл тот случай? Ведь это ты меня тогда сломал, а не я тебя! — уже повысил голос Женя, кривя губы. — Потому что у тебя, несмотря на всё, получается оставаться собой. Получается быть самым лучшим человеком на Земле, к которому все тянутся, хоть ты этого и не замечаешь, Латсмунтов, — проговорил Даниэль, буквально выплюнув его фамилию. — Больше не будет всего этого, обещаю. Даниэль накинул капюшон на голову, уходя прочь чёрной тенью, оставляя Женю в смятении собственных же мыслей.

***

Женя влетел в туалет, судорожно хватаясь за дверь, чтобы та не ударила о стенку, заставляя её закрыться вслед за ним. Подбежав к одной из раковин, он включил воду на максимум, попутно подворачивая рукава рубашки. Наспех набрав в ладони ледяной воды, плеснул себе в лицо, освежая его и смывая, мокрые следы. Как назло от этого, стало только хуже. По туалету раздался непонятный звук, то ли всхлип, то ли стон боли. Повторив процедуру ещё два раза, Женя облокотился руками о раковину, склоняясь над ней, крепко зажмурил глаза, из которых выкатывались слёзы. Как же ему уже было противно от себя же за постоянное их присутствие. В голове так и билось постоянно: «Слабак, слабак. Сопляк. Неудачник. Тряпка». Но он не мог остановить себя же. Каждый раз, как только замолкал и вытирал свои глаза, уже намереваясь, выключить воду и пойти на урок. Слёзы вновь текли с ещё большей силой. Своими бесконечными умываниями, парень не сделал себе лучше, только намочился весь. Устав, от этой бесполезной процедуры. Он сел на пол, оперевшись спиной о стенку, закрыл лицо руками. Нужно было идти на урок и сидеть как-то дальше, но парень понимал, что не сможет этого сделать. Но даже уйти он не может, просто не дойдёт сам. А ведь Женя только вышел в школу, только недавно выбрался от расспросов отца, только убедил его, что всё в порядке. Теперь сидит тут по пояс в слезах. На секунду в голову ворвалась мысль, которая быстро заставила шевелиться. Дрожащие руки вытащили телефон из кармана, чудом не уронив его. Пальцы набрали знакомый номер. Донеслись протяжные гудки, которые тут же заменились размерным голосом. — Да, Жень, — послышалось из трубки. — Пап… — дрогнувшим голосом проговорил Женя. — Забери меня, я не могу, здесь находится. — Что случилось, Жень? — уже не прикрытое беспокойство. — Пожалуйста, забери меня, я не могу больше… — сквозь всхлипы сказал он. — Я сейчас приеду, — донёся твёрдый голос Эрнеста из трубки, а затем молчание, которое говорило, что звонок сброшен. Парень положил телефон на кафельный пол, ударившись несильно головой о стенку, бессильно прикрывая глаза. Спрашивается из-за чего сейчас это всё? Из-за Даниэля? Из-за Леры? Может, уже из-за него самого? Скорее всего, тут всё вместе. Даниэль напомнил ему о Лере, заодно и плохом событии в прошлом, а сам парень добавил масла в огонь. Когда ему было 12 лет, когда отец только уехал, когда он оклемался от постоянного избиения, когда жизнь, казалось бы, наладилась. Тогда всё и произошло. Женя тогда записался на спортивную гимнастику. Поначалу это был способ отвлечь себя от всего. Затем это превратилось в огромную мечту и цель. Мечта — это профессиональный спорт, а цель — это заставить гордиться собой. Тогда парень занимался по 5-7 часов в день, упорные тренировки не только с ребятами и тренером, но и дома самостоятельно. Всё это буквально за несколько месяцев принесло огромный результат — это большие соревнования, на которые его стали брать, это сборы и многое другое. Но Женя занимался ни один, до того, как он пришёл там занимался Даниэль, причём намного дольше. Он считался самым успешным среди всех, его брали на все соревнования и сборы, им гордились, а тут появился Женя и резко всё отобрал, как тогда показалось Даниэлю. Тогда и зародилась эта война. Даниэль подбил всех ребят против парня. Началась вторая травля в жизни Жени. Его травили за каждое падение, неудачу, ненужное слово и вообще всё. Кто бы знал тогда, что всё дойдёт до действий. На одних из соревнований Даниэль подстроил падение своего врага. Это случилось прямо во время соревнований, поэтому никто не подумал на него, все сочли это несчастным случаем, как и сам Женя поначалу. Но потом парню раскрылась правда, однако было поздно. Это падение закончилось переломом правого плеча парня, которое в дальнейшем вызвало сильные осложнения. Дорога в большой спорт отныне навсегда ему была закрыта. Сейчас после бесконечных поездок в различные больницы мира, после огромного количества денег, которые в него внесли, после года реабилитации. Женя мог функционировать правой рукой, мог заниматься спортом при определённых нагрузках. Но большой спорт — это вечный знак стоп отныне. Стоит ли говорить, как тяжело было 12-ти летнему парню пережить тот год, принимая новость за новостью? Долгое время Женя не видел и не слышал ничего о Даниэле, пока тот не появился в его новой школе. Только в школе травля началась по ранее неизведанному поводу. Теперь он знал всю правду, от которой было противно и в тоже время обидно. Парень убрал руки от лица, вытирая дорожки слёз на своих щеках.

***

Эрнест буквально примчался к школе своего сына, превысив скорость так неприлично, что, наверное, чудом его ещё не остановили. Зато «письма счастья», точно придут к нему. Но сейчас мужчину это несильно волновало. Поскольку виновник его вечного беспокойства в последнее время, сидел где-то в туалете школы, как он узнал из смс, которая недавно пришла от сына. Что случилось и что происходит — мужчина совершенно не знал в последнее время. И если признаваться честно самому себе, то Эрнест уже устал от этой неизвестности, от этих интрижек, от этой боли беспокойств внутри. Ему казалось, что он ходит по стёклам, где в любой момент может упасть и умереть. Однако он ничего не говорил насчёт этого и уж тем более не показывал, просто шёл, чтобы забрать своего мальчика, по возможности добиться каких-то объяснений. — Эрнест? — послышался чей-то голос позади, заставивший обернуться мужчину. — Да? — рефлекторно ответил он, оборачиваясь. Его взору представился Роман Станиславович Мироненко — старый друг Эрнеста, который ещё недавно работал в Сингапуре с ним. — Рома, — невольно улыбнулся Эрнест, подходя ближе к другу. — Я думал, ты в Сингапуре, — поражённо сказал Рома, крепко пожимая руку друга, притягивая к себе, заключая в крепкие объятия. — Ты что тут делаешь? — отстранился Эрнест. — Я директор этих хором. А ты давно в России? — Долгая история, — мужчина невольно кинул взгляд на лестницу, вспоминая о сыне. — Слушай, мне нужно бежать, там с Женей что-то. Давай потом обо всём? — Конечно, — улыбнулся Рома. — Номер тот же? — Да. — Тогда, созвонимся! Я побежал, — быстро бросил Эрнест, убегая в сторону лестницы. Быстро преодолев лестницу, он пытался найти туалет среди этих стен. Хвала всему, что мужчина в ту сторону, замечая нужную дверь. Зайдя внутрь, Эрнест увидел сына, который сидел на полу, закрыв руками лицо. Он присел перед ним на корточки, осторожно касаясь его рук. Женя вздрогнул от неожиданности, поднимая свои заплаканные глаза на отца. — Пошли отсюда, — прошептал отец, поднимая сына с пола. Парень опустил голову, следуя за мужчиной, не сопротивляясь. — Я устал от этого, — с трудом проговорил Женя, сглатывая стоящий в горле ком. — От чего именно? — уточнил Эрнест, обнимая мальчика за плечи. — Я убил её, это из-за меня, — прошептал парень, чувствуя, новые мокрые дорожки на своих щеках. — Что ты несёшь… — тяжело вздохнул мужчина, целуя мальчика в светлую макушку, заставляя идти вперед. А сердце так разрывалось, причём у обоих одновременно, просто причины у каждого были разные.