We fight to defeat the Reapers

— Вильге, не трогай это, я тебя умоляю! Кайден бросает взгляд поверх плеча очаровательной женщины со светлыми волосами и возвращается к картам. — Озай, не поджигай ничего, это казенное имущество! На ор отвечающего откликается даже абсолютно и совершенно скучающий Колят, который выбыл из игры минут восемь назад. — Как думаете, скоро он новеньких утихомирит? — Не думаю, — Кайден снова поднимает взгляд, чтобы увидеть, как подросток пытается разнять двух магов из разных фандомов. — Сам знаешь, у них такая истерика, когда они приходят и видят, что будут жить как в коммунальной квартире. — Не знаю, что их не устраивает, — смуглый эльф протискивается в комнату мимо искрящейся парочки и отвечающего с подносом. — Но чай и выпечка тут вполне съедобные. — Проголодаются — успокоятся, — философски отзывается еще один эльф, наполовину высунувшийся из окна. — Жарко как в Алик’ре, мать моя Азура. — Могу остудить ваш пыл, дорогой, — с чересчур доброжелательной улыбкой отзывается противница Кайдена в игре. — Но не думаю, что вам понравится. — Знаете, Мэйварис, я, пожалуй, откажусь. Кайден тихо фыркает, переводя карты на молчаливого эльфа в черной мантии. Он раздраженно цыкает языком. — Человеческие игры меня угробят, — ворчит он, загребая все к себе. — Подумать только, ученик Рейстлина Маджере… — Рейстлин дурак! На крик отвечающего Колят закатывает глаза: — Ответы нормальные писать научись! Оскорбленный подросток уже заглядывает в комнату, открыв двери, как за его спиной что-то взрывается и, видимо, горит, и он исчезает так же быстро, как и появился в кайденовом поле зрения. — Не будьте так строги, — мурлычет Зевран. — Не все так плохо, как могло бы быть. — Не тебя он записал в Цербер, — Кайден вздыхает, подбрасывая Мэйварис две восьмерки. — И не тебя шипперит сразу с двумя персонажами. — О, да что ты? — Довакин закрывает окно и возвращается в круг несчастных. — У меня что-то около тринадцати любовников, большая часть которых мертвы. Ну, ладно, хорошо, я не против, хотя вот Руро очень даже. А еще у этого отвратительного молодого человека весьма бурная фантазия на ночные кошмары. Кайден сочувствующе вздыхает. — А где Гелебор? — осторожно интересуется единственная женщина в их компании великомучеников. Довакин жмет плечами. — Ушел за Виртуром. На самом деле, достаточно романтично. Инцестно, но романтично. Кайден переглядывается с Зевраном и Мэвайрис и обменивается с ними кивками. Когда персонажи уходят — это, без сомнения, несколько печально. Когда Кайден уже хочет сказать, что у него осталась последняя карта, и, в общем-то, она козырь, поэтому он может сходить и поискать пропавшего на кухне Дэмиана, в комнату впихивают растрепанных магов. Кайден не уверен, что у Вильгефорца должна быть настолько подпаленная мантия, а у Озая — настолько яркий фингал под глазом, но уж что есть. — Добро пожаловать, — со смешком реагирует Мэйварис. — Булочек? Чаю? Партию в карты? Маг огня морщится и с поистине королевским величием устраивается на разворошенной постели отвечающего, абстрагировавшись ото всех. Чародей из вселенной Сапковского наоборот осторожно подступается к ним. — Присаживайтесь, мэтр, — Даламар хлопает по пустующему месту рядом с собой. — Аленко, сдавай уже своего козырного короля, его только ленивый не увидел. Кайден фыркает, кладет карту поверх червовой дамы и встает. — Я поищу наших героев Войны за Независимость и готического папочку, а вы не скучайте. Уходя, он слышит о том, как Мэйварис расспрашивает новоприбывшего в круг коллегу о магии в его мире. На кухне действительно обнаруживаются все пропажи: магистр Тамплиеров в треуголке, первый президент США, разливающий чай поклонник Викторианской эпохи и замученный отвечающий, увлеченно целующийся со столешницей. Кайден салютует им своей пустой чашкой. — Нахуя вас так много, — плачется подросток. — Серьезно, нахуя? Мне срочно нужно еще одно адекватное рыло или я умру. — А ты не думал просто не брать столько ролей? — со смешком интересуется Кайден. Дэмиен заботливо наливает ему чаю. — Дело не в небрании ролей, — парень наконец отлипает от стола, надевает очки и складывает пальцы в треугольник. — Видишь ли, Аленко, когда в одном месте собирается одновременно столько неадекватных людей, эльфов и дреллов, мне просто необходим кто-то, кто поможет успокаивать возникающие конфликты. — Мэйварис, Дэмиен и я? — Хэйтем делает глоток из своей чашки. — Экзактли соу, — кивает отвечающий, благодарно кивая на добавившийся в кружке чай. — Спасибо, Дэми. Ты солнышко. Проблема в том, что вас стало слишком много. Я не заметил, как. — Ты вообще последний год в какой-то прострации, — Кайден пожимает плечами на чужие удивленные взгляды. — Поверьте, дольше меня его знают только Зевран и Мэйварис, и они думают точно так же. — Я просто пытаюсь не проебаться, — подросток поджимает под себя босые пятки и прижимает ладони к бокам кружки. — Я думал, что срачи у нас закончились на баттле Рена и Даламара, но Вильге и Озай мне просто все нервы вывернули. Не говоря уже о том моменте, когда Колят решил неуместно пошутить про грудь у Мэй. Или о том, когда Зевран стащил твою, Хэйтем, треуголку, и кричал, что он похож на Изабелу с членом. Или когда… — Мы поняли, — спокойно заверяет его Вашингтон. — Мы с Дэмиеном тут недавно, но это достаточно… интересный опыт. — Ай вос янгер вен ю а нау, вен ай вос гивен май фёрст комменд? — I led my men straight into a massacre, I witnessed their deaths firsthand. Кайден смотрит на смеющихся Вашингтона и отвечающего так, словно его только что выбросило в параллельную вселенную. Ах да. Колят пробирается в кухню совершенно незамеченным, и Кайден вздрагивает, когда подросток салютует ему кружкой. — Привет голубым! — хохочет он. — Ах да, вы же все тут голубые. И не только по одежде. Хэйтем и Вашингтон внимательно осматривают свои мундиры. Два взгляда явно обещают отвечающему долгую и мучительную смерть. — Ваш, не смотри на меня так, вашетт канон. — Но я и Жильбер… — Он приходит к тебе каждый вторник. А когда он уходит, ты сидишь и грустишь. Не ври мне, блять. Кайден тихо пьет чай, пока тамплиер и американец пытаются доказать молодому человеку, что гейство, о котором он говорит, на самом деле крепкая мужская дружба. — Дэми, ну скажи им, что я прав. Мирно сидящий в стороне Дэмиен давится чаем, и Кайден заботливо стучит его по спине. — Привыкай, — смеется Колят. — Это еще меньшее, о чем он может попросить. Спор между отвечающим, Хэйтемом и Вашингтоном начинает нарастать, и Кайден, прихватив дрелла и гота, поспешно ретируется из кухни на улицу — благо, частный дом позволяет сделать это без проблем в любое время дня и ночи. — Верните меня в 2185 год, — вздыхает Криос. — Там было хорошо, не было столько людей и эльфов, и Влад не убивал моего отца в каждом гребаном ответе. — О, брось, — Дэмиен присаживается на стульчик у двери и вдыхает ночной воздух. — Не может все быть так плохо. Кайден переглядывается с Колятом и тихо смеется. — О нет, может, — заверяет он Бладмарча. — Он делал из меня женщину, ИИ, церберовца, кварианца и много кого еще. Мы уже почти год знакомы, и я не знаю, что он учудит в следующем ответе. Дэмиен поджимает губы. — Я видел некоторые черновики на себя. Да и ответ про Мэри был милым. Колят давится только воздухом — потому что свою ворованную чашку с чаем у него забирает Кайден. — Это удивительно, учитывая, что он способен написать ответ по графику, просто бросив взгляд на вопрос. Он точно не ИИ? Кайден пожимает плечами. Дэмиен поднимается со стула. — Я попробую попросить его показать еще раз тот отрывок про Люсьена, может, туда что-то добавилось. Подождите минутку. Кайден пожимает плечами, философски вперившись взглядом в звезды на небе. Часы на омни-туле показывают 11:53 PM. — Хэй, — зовет его Колят. — Как думаешь, если ушли те двое эльфов и Гелебор, мы тоже когда-нибудь уйдем? Кайден поворачивает голову, удивленно приподняв брови. Он как-то об этом не думал. — Возможно, — говорит он погодя. — Не может же он всех нас вечно держать вот так, при себе, в одном доме. Колят грустно вздыхает. — Хотя, знаешь, что? Мы, может, и уйдем, но… Что мы говорим богу уходов с ролей? — О, нет, Аленко, он и тебя посмотреть заставил? — Ну что? Хороший сериал. — Я не хочу вспоминать отрубленную голову Неда Старка, ничего личного. — Мог бы хоть цитатку продолжить, предатель. — И я тебя люблю, мерзкая канадская задница. Колят фыркает на его попытку отсалютовать чашкой с чаем. Где-то вдалеке заходятся в забавной мелодии лягушки.