Однажды в Сторибруке

1 ...Машину внезапно занесло на крутом вираже, и Регина выругалась, с трудом удерживая ее на скользкой после недавнего дождя дороге. Доктора Вейла в больнице она не застала, и теперь, вне себя от злости и разочарования, ехала к его дому, петляя по темным улицам. Мягкое сиденье ее дорогой машины слегка смягчало ноющую боль в истерзанных ягодицах, но о полном избавлении от нее оставалось лишь мечтать. В окнах дома Вейла горел свет, однако доктор ей не открыл. Для верности она постучала еще разок, а потом со злости пнула дверь носком туфельки. Это все было просто возмутительно. Кем он себя вообразил?! – Сволочь! – с чувством сказала Регина, разворачиваясь, чтобы уйти. В этот самый момент дверь открылась. Лицо хозяина дома отнюдь не выражало радости по поводу прихода поздней гости. – Мисс Миллз, – вежливо улыбнулся доктор Вейл. – Чем обязан визитом мэру... – он бросил быстрый взгляд на наручные часы, – в половине одиннадцатого вечера? Регина окинула его ледяным взглядом. Потом оглядела улицу. На другой стороне дороги остановился автомобиль с выключенными фарами, но никто из него не вышел. Внезапно она ощутила укол паники. Уж не за ней ли следят? Или это любопытные соседи, узнавшие ее на пороге дома доктора Вейла и решившие остаться посмотреть, в чем там у них дело? В любом случае, затягивать сцену не следовало. – Впустите меня, – потребовала она уже менее решительно. – Зачем? – его улыбка стала еще шире. Регина испепелила его взглядом. – Вы прекрасно знаете, зачем! Не вы ли сегодня днем исполосовали мне кожу до крови? К кому я, по-вашему, должна была обратиться за помощью? Да впустите же меня, черт вас побери! Но Вейл и не подумал ее впускать. Вместо этого он сам вышел на порог, притворив за собой дверь. Скрестив руки на груди, Вейл пристально посмотрел на нее. – Вы сказали – до крови? Странно. Обычно я так не делаю. Кровь бросилась Регине в лицо и застучала в висках. Обычно?! Так, значит, она не первая, с кем он играет в «50 оттенков серого»? Сукин сын! Последнее похоже, она сказала вслух, потому что Вейл нахмурился. – Можете сами посмотреть! – с вызовом сказала Регина и сделала попытку просочиться мимо него в дом. Однако Вейл шагнул в сторону, преграждая ей дорогу. – Хорошо, – тихо сказал он. – Я осмотрю вас. Но позже. Приезжайте через пару часов и... Она посмотрела ему в лицо и ощутила дрожь во всем теле. Не от волнения – от ярости. – Вы не один? – сдержанно осведомилась Регина, с трудом сдерживая желания выцарапать ему глаза. – Ну вы и подонок! Вейл бровил пристальный взгляд на темный автомобиль на другой стороне дороги. Очевидно, паранойя была не только у Регины. – Ладно, заходите, – решил он. – Только ведите себя тихо. Я постараюсь выпроводить ее побыстрее. – Ее? – язвительно отозвалась Регина, переступая порог. – Потише. А что вас удивляет? Фыркнув, она покачала головой. – С такими темпами, как у вас, в этом городе скоро не останется никаких «ее», – заметила она. – Во всяком случае, среди тех, кому вы не присунули хотя бы раз. Что будете делать тогда? Идущий впереди нее Вейл с удивлением обернулся. – «Присунули»? – повторил он. – Что за выражения, госпожа мэр? – И что вы со мной за это сделаете? – яростным шепотом осведомилась она. – Снова накажете? Он открыл перед ней дверь кабинета, пропуская Регину внутрь. – Если понадобится, – небрежно бросил Вейл. – Ждите здесь. С этими словами он закрыл за собой дверь. 2 Оставшись в одиночестве, Регина огляделась. Черное и белое, ровные чистые линии и безупречный порядок – ни у кого из тех, кто был знаком с доктором Вейлом, не вызвал бы сомнений тот факт, что этот кабинет принадлежал именно ему. Строгость разбавляли симпатичные необычные вещицы, что стояли на книжных полках и письменном столе. Регина подошла к столу, чтобы разглядеть антикварный прибор, состоящий из каких-то колбочек и трубочек. Она протянула руку, коснулась кончиками пальцев темного блестящего металла и сверкающего чистотой стекла, а потом вытянула одну из колбочек, чтобы рассмотреть поближе. На ее беду, элементы загадочной конструкции оказались соединены между собой слабее, чем она ожидала. Стоило ей выдернуть один из них, как прибор рассыпался. Стеклянные колбы моментально раскатились по столу – Регина и опомниться не успела, как одна из них перевалилась через край и со звоном ударилась об пол, засыпав ее туфли стеклянными брызгами. Регина замерла. Это было совсем нехорошо. Что, если Вейл придет на шум вместе со своей подружкой? Как она объяснит свое присутствие? Да завтра об этом будет знать весь город! Этого никак нельзя было допустить. К счастью, Вейл пришел один. – Вы что тут буяните? – тихо поинтересовался он. Глаза у него блестели, а на рубашке была расстегнута пара лишних пуговиц. Было очевидно, что он не терял времени даром. – Я тут разбила у вас... что-то, – Регина кивнула на пол. – Простите. Я пришлю вам чек. – Вы обещали вести себя тихо, – напомнил Вейл, не обращая внимания на поломку. Видимо, непонятная вещица была ему не особенно дорога. – А вы обещали поскорее разобраться со своей... пассией, – парировала Регина. Он улыбнулся. – Я не люблю торопиться, – сказал он. – Вы же помните. От одного воспоминания у Регины сладко заныло в низу живота. Она прикусила губу, чтобы не застонать. Ее волнение не укрылось от внимания Вейла. Он подошел к ней вплотную. – Или, может быть, вам напомнить? Его губы были на ее губах прежде, чем Регина успела с ответом. Поцелуй был долгим, медленным и головокружительно-сладким. Регина приоткрыла рот, чтобы пропустить кончик его языка, а потом сжала его губами. Чудесно. Она ждала этого весь день. Вейл прижал ее к себе, и Регина поняла, что пропала. О боже, она была готова отдать что угодно, лишь бы он не останавливался! Но даже самый прекрасный поцелуй не бесконечен. Оторвавшись от ее рта, Вейл достал из кармана брюк свой лиловый галстук. – Ложитесь, – сказал Вейл, кивком указывая ей на обтянутый черной кожей диван в углу комнаты. – Что? – Регина едва стояла на ногах. В голове шумело, а губы еще хранили вкус его горячего рта. Вейл улыбнулся. – Доверьтесь мне. Регине ничего не осталось, кроме как подчиниться. Она легла на спину и, вызывающе улыбнувшись, подняла руки над головой. Вейл крепко связал ее запястья галстуком и провел ладонями от кончиков ее пальцев до плеч. Потом сжал ее грудки и свел их вместе, большими пальцами поглаживая соски. – Не больно? – поинтересовался он, но Регина лишь головой покачала. Что бы он ни задумал, она хотела быть частью этого плана. – Теперь ноги... – отстранившись, Вейл вытянул из брюк черный кожаный ремень и стянул ей лодыжки. – А так? – Не больно. Что теперь? Вейл окинул ее взглядом. Она лежала на спине, совершенно забыв про страшные раны, которые он якобы ей нанес, связанная и абсолютно беспомощная. Ее беззащитностью так и тянуло воспользоваться. Судя по раскрасневшимся щекам Регины и лихорадочному блеску темных глаз, она была бы совсем не против. – Приподнимите бедра. Регина не без удовольствия подчинилась. Нехорошо улыбнувшись, Вейл взял одну из диванных подушек и просунул ей под спину. – Что вы делаете? – поинтересовалась Регина. – Обеспечиваю себе несколько минут тишины, – ответил он. – Лежите смирно. Я вернусь и мы продолжим. – Но... – возразила было Регина. – Шшш, – он приложил палец к ее губам. – Больше ни звука. Или мне использовать кляп? – в доказательство серьезности своих намерений он вытащил из кармана безупречно-чистый носовой платок и поднес его к самому лицу Регины. – Не надо, – прошептала она. Наклонившись, Вейл быстро поцеловал ее. – Вот и умница. На этот раз дверь осталась открытой настежь. 3 Не прошло и минуты, как Регина услышала знакомый голос. – Что это было? Ее глаза расширились, а рот возмущенно приоткрылся. Белоснежка! Проклятая падчерица и тут ее обошла. В то время как Регина будет томиться здесь, связанная, эта мерзкая девчонка получит все то, что предназначалось совсем не ей. Одна мысль об этом заставила Регину буквально зубами скрипнуть от злости. – Должно быть, сквозняк! – сказал между тем тот, кто занимал ее мысли. – Ты в порядке, Мэри-Маргарет? – Да, – едва слышно ответила та. – Признаться, я хотела сбежать. – И почему не сбежала? Ответа на этот вопрос Регина так и не дождалась. Зато спустя какое-то время услышала стоны Белоснежки. Теперь, при открытой двери, слышимость здесь была просто отличная. Должно быть, Вейл сейчас целовал ее, – ровно так же, как несколько минут назад – Регину, – поглаживая при этом по спине и бедрам. Даже представлять такое оказалось мучительно. Еще мучительней было то, что Белоснежка оказалась весьма громкой любовницей. Она вздыхала, вскрикивала и называла Вейла по имени. Несмотря на досаду и злость, Регина ощущала, как накатывает возбуждение. Будь ее руки свободны, она бы сейчас уже бесстыдно ласкала себя в такт сладострастным всхлипываниям Белоснежки, однако чертов Вейл не оставил ей для этого не единой возможности. Она даже не могла потереть бедра друг о друга – подушка, подложенная под спину, сводила все ее усилия на нет. Так что когда Белоснежка разразилась очередным «мммм-о-боже-как-хорошо-еще-умоляю-да», Регина едва не заплакала от досады. 4 Наконец они угомонились. Регина не знала, сколько точно прошло времени, но ей почудилось, что целая вечность. Белоснежка оказалась совершенно ненасытной – вот что значит долгое воздержание! – да и Вейл от нее не отставал. Судя по звукам, которые доносились до Регины, оба получали от процесса огромное удовольствие. Проклятый доктор Вейл! Регина мысленно поклялась убить его, как только он ее развяжет. Спина у нее затекла, руки и ноги – тоже, и неудобство уже почти перекрыло возбуждение, когда Белоснежка наконец-то засобиралась домой. Еще несколько томительных минут – и входная дверь хлопнула. Сердце Регины учащенно забилось. Не от волнения – от бешенства. Она была до того зла на Вейла, что была готова его разорвать. Он появился в дверях ее темницы спустя минуту, держа в руках аптечку. Брюки, майка и самодовольная ухмылка насытившегося кота – вот и все, что на нем было. – Вам понравилось шоу? – поинтересовался он у Регины, не утруждая себя вопросами об ее самочувствии. Та дернулась в своих путах. – Сукин ты сын, – прошипела она. – Немедленно развяжи меня! Он покачал головой. – Всему свое время. Сначала я вас осмотрю, как и обещал. А я привык держать слово, мисс Миллз. С этими словами он перевернул Регину на живот, потянул ее юбку вверх и спустил до колен ее трусики. – Не брыкайтесь, – предупредил Вейл, когда она попыталась лягнуть его. – А то вкачу вам успокоительного. – Ненавижу! – с чувством сказала Регина. – Как только выйду отсюда – сразу пойду к шерифу и скажу, что меня держали здесь в плену. Покажу следы от ремня на лодыжках – и вам конец, Вейл! Я отправлю вас за решетку, я вас уничтожу! На доктора ее тирада не произвела ровно никакого впечатления. – Не забудьте показать мисс Свон и вот это, – он провел ладонью по ее ягодицам. Прикосновение было легким, едва ощутимым, но тело Регины словно пронзил ток. – Сволочь! – она снова дернулась, пытаясь вырваться. Вейл рассмеялся. – Да прекратите уже, дайте мне посмотреть! – сказал он добродушно. – Вы ведь за этим сюда пришли. Недовольно фыркнув, Регина все-таки замерла. Прикосновение прохладных пальцев к разгоряченной коже было очень приятным. Вейл провел руками по ее заду, не то осматривая, не то лаская, а потом вынес вердикт. – Обманщица. Впрочем, так я и думал. Никаких следов, кожа нигде не повреждена. Вот здесь, – он нажал чуть сильнее, вырвав у Регины болезненный всхлип, – и вот тут будут синяки. Пройдут дней через пять, максимум через неделю. Говоря это, он продолжал гладить ее, и это совершенно лишало Регину возможности думать. – Отлично, спасибо за консультацию, – зло сказала она. – А теперь отпустите меня! Вейл молчал. Она покосилась на него через плечо. – Вы меня слышите? Он встретился с ней глазами. Вид у него был задумчивый. – Вы меня ненавидите? – неожиданно спросил Вейл. Его рука замерла на ее пояснице, и Регина сжала зубы, чтобы не начать умолять о продолжении. – Нет, – призналась она с усилием. – Это хорошо. Рука возобновила движение – теперь смелее, более ощутимо. Чуткие пальцы спустились ниже – ровно туда, где Регина жаждала его прикосновений больше всего. – Я вас измучил сегодня, – необычайно мягко сказал Вейл, нежно обводя указательным пальцем самую чувствительную точку. – Столько часов ожидания и никакой разрядки... Вы хотите этого? – он слегка надавил, заставив Регину глухо застонать, уткнувшись лицом в подушку. – Да, – прошептала она почти умоляюще. Два его пальца тотчас проникли внутрь ее тела и почти сразу же выскользнули назад, заставив Регину заскулить от разочарования. Но, на ее счастье, Вейл, похоже, закончил с играми. Он повторял этот маневр снова и снова, постепенно ускоряя темп. Ее ноги все еще были связаны, но ничто больше не мешало ей отвечать на его движения и одновременно тереться о проклятый кожаный диван, до этого самого момента казавшийся таким неудобным. Долго все это не продлилось. Напряжение, накопленное за целый день, выплеснулось в оргазме такой небывалой силы, что Регина закричала, не сдерживаясь. Удовольствие накатывало волнами, вызывая почти мучительные спазмы, и это было так головокружительно-хорошо, что она мысленно простила Вейлу все сегодняшние страдания. Но даже это ее не насытило. Ее тело умоляло о продолжении, однако Вейл, похоже, собирался проигнорировать его сигналы – равно как и бессвязные мольбы Регины. Дождавшись, пока она окончательно придет в себя, он развязал ей ноги, а потом руки. – Поезжайте домой, – велел Вейл безапелляционно. – Генри вас, должно быть, уже заждался. Это был нечестный прием – напоминать в такой момент про детей – но он сработал. Настенные часы показывали половину второго ночи, на телефоне скопилось шесть неотвеченных вызовов (все от сына), и Регину обожгло виной. Она быстро привела в порядок одежду. Вейл смотрел, как Регина одевается, откинув голову на спинку дивана. Вся его поза выражала расслабленность. – Я хочу увидеть вас еще, – без обиняков сказала она, приглаживая юбку. – Когда? Вейл лениво улыбнулся. – Вы даже не спрашиваете, хочу ли я этого, – заметил он. Регина хмыкнула. – О, вы хотите, и еще как! Вам нравится видеть меня униженной. – А вам нравится унижаться? – Нет. Вейл демонстративно облизал кончики пальцев, которыми так интимно ласкал ее всего пару минут назад. – Правда? На это она не ответила ничего. Вейл удовлетворенно кивнул, улыбаясь. – Хорошо, – сказал он. – Давайте встретимся еще. Только играть будем по моим правилам. ...Когда Регина отъезжала от его дома, автомобиль с потушенными фарами по-прежнему стоял на другой стороне дороги.