Idfc

Луи пропал, исчез, растворился. Его нигде не было: ни на парах, ни в библиотеке, не отвечал мне на звонки и смс, даже Зейн отмалчивался и увиливал от разговора, даже на утренней прогулке с Джесс он уже не ждал нас в парке с горячим кофе. Он пропал. Я не находил себе места и начал винить себя в том, что игнорировал его в последний месяц, и мне катастрофически не хватает его сейчас. Мне нужен его голос, улыбка, от боли начинает сводить кости, я словно чувствую, что мне нужна новая доза, я словно наркоман.

***

 — Куда ты?  — Иду забирать свои документы и вещи из университета.  — Действительно решил уйти? — Луи сжал зубы и нахмурился. Он был зол и расстроен.  — Не хочу больше его видеть. — девушка улыбнулась и соскользнула со стола и обняла парня со спины.  — Я тебе говорила, что так и будет, — он молчал — это из-за портрета.  — Да.  — Это не был вопрос, я знаю, что это так.  — Ненавижу его.

***

Я долгое время наблюдал за ним, и твердо вынесенный приговор Найла был абсолютной ложью. Он не идиот. С ним что-то происходит, и я вижу это и возмущаюсь по поводу того, почему все остальные так слепы. Я вижу, как он натянуто улыбается и фальшиво смеется, я вижу, как иногда его взгляд проходит сквозь тебя, в такие мгновения мне действительно хочется понять, что происходит в его голове, я вижу, что опасается прикосновений, потому что он никогда не пожмет кому-то руку и никогда не бросится кому-то в объятия, я вижу, как он замирает на насколько секунд, словно заметив какое-то движение, я вижу, что он скрывается, и я вижу, что Зейн для него единственный, кто может быть рядом, и единственный, кто видит его. Почему Зейн? Почему не я? Он так близок, я вижу его прямо перед собой, но вновь это толстое стекло, я не могу его пробить, этот огромный стеклянный куб открывается изнутри, я бессилен здесь. Тогда почему я продолжаю биться об его стены, сдирая с кулаков кожу, ведь мне должно быть все равно. Я хочу пробиться к нему, но он не пропускает. Что я делаю не так? Я помотал головой из стороны в сторону, прогоняя из сознания навязчивые образы, и столкнулся с ним.  — Блять!  — Луи?! — он упал на пол и все его ноты, что он нес в руках, разлетелись по всему пустому коридору. Я замер. Я не верил собственным глазам. Две чертовы недели я бегал за ним, искал, до позднего вечера оставался в университете, ожидая того, когда закроется последний кабинет на четвертом этаже, но вот он здесь и просто поправляет свою выбившуюся челку, как ни в чем не бывало. Сердце пропустило один удар и я упал перед ним на колени, максимально близко приближаясь к лицу, да так близко, что я мог почувствовать его дыхание: дешевых сигарет и мятной жвачки. — Где Джо?  — Что. — он замер, и я увидел испуг в его глазах, потому что между нами оставалось всего несколько миллиметров, прежде чем наши лбы столкнуться. Но именно этого и добиваюсь — я хочу его напугать.  — Где Джо — повторил я свой вопрос, требуя немедленного ответа на поставленный вопрос. Он моргнул пару раз, прежде чем отвести взгляд.  — Он дома. Заболел.  — Что ж, отлично — я поднялся с колен и, отряхнув джинсы, пошел дальше. Я не стал дожидаться, пока Луи сообразит и постарается меня догнать, я знал, что он пойдет за мной, поэтому ускорил шаг.  — Что ты делаешь, Стайлс?! — он бросил собирать разбросанные ноты и два счета оказался рядом и преградил путь.  — Делаю вид, что мне плевать на тебя — я посмотрел на него сверху вниз и ухмыльнулся.  — Что? — пискнул он и его морщинка на лбу тут же разгладилась.  — Ты пропал на две недели, и теперь ждешь, что все будет нормально?  — Чего.  — Я на тебя обиделся — я обошел его и победоносно задрал нос.  — Это я на тебя должен обижаться! — крикнул мне вслед Луи и я остановился.  — На что это, интересно?!  — Я видел твою работу! — его голос дрогнул и вмиг моя уверенность куда-то испарилась — Значит, по-твоему я пустотой?! Вот так значит, да?! — я медленно начал подходить к нему, но его голова была опущена, он даже не смотрел на меня.  — Луи, я.  — Заткнись! — он дернул плечом, когда почувствовал, что я хочу к нему прикоснуться и закрыл лицо ладонями. О, нет, — Я считал тебя своим другом, но ты. — он всхлипнул, и тут я окончательно сломался — Ты такой же как и все эти мудаки!  — Лу, послушай.

***

 — Она просто осыпала меня оскорблениями и рыдала.  — И что ты сделал, чтобы успокоить её?  — Плеснул в неё водой.  — Найл, ты идиот? — хохотнул я.  — А что мне надо было делать? Люди неуправляемы и глухи, когда злы.  — Тебе нужно было обнять её.  — Гарри, ты идиот?  — Объятия — лучший способ показать, что человек тебе дорог и ты всегда рядом, чтобы поддержать его.  — Она бы меня оттолкнула.  — Нет, она бы обняла в ответ.  — Почему?  — Потому что ты ей нужен.  — Не уверен в этом.  — Большой всплеск эмоций, Ни, если бы так же истерил, то наговорил много лишнего. Надо было просто обнять её и помочь справиться с этими чувствами.

***

 — Зейн был прав. Ты мудак. — плевать на его фобию, сейчас он буквально ломается на моих глазах и словно песок, рассыпается сквозь пальцы. Я теряю его. Он вздрогнул и напрягся всем телом в моих объятиях, но я не отпустил его.  — Прости — он перестал всхлипывать, но теперь он взрагивал каждую секунду, словно борясь с желанием оттолкнуть меня.  — Нет — буркнул он  — Я был зол на тебя, по понятным причинам, — я почувствовал, как дрожь постепенно проходит и вот он уже обнимает меня в ответ, сжав мою футболку на спине — но я не знал, что тебя так расстроит моя работа.  — Она очень мрачная, это не я, Гарри — я тяжело вздохнул и уткнулся носом в его макушку, вдыхая запах сигарет. Сколько же он выкурил, что волосы настолько сильно пропитались этим запахом?  — Я бы мог написать лучшую работу, если бы ты не закрывался от меня.  — Ты не внушаешь доверия — я усмехнулся и отстранился от него, заглядывая в заплаканные глаза.  — Это потому что я мудак и так сказал Зейн? — он фыркнул и скрестил руки на груди.  — Потому что ты красивый мудак. Красивым мудакам верить нельзя. Они насрут и уйдут — я почувствовал, как мое лицо залилось краской и нервно посмеялся.  — Я не мудак и уж точно не красавец.  — Оу ну конечно, — он закатил глаза и пронзительно завизжал — ой смотрите девчонки это же Гарри! Гарри привет! Аааа он помахал мне! — Луи вдруг засмеялся, и я удивился. Вот она?  — Не правда! Такого не было! — пытался защитить себя я.  — Ты здесь главный актер, Гарольд, а я — всего лишь закулисный работник, и я знаю, о чем говорят другие.  — Ты не считаешь себя красивым?  — Ни один человек не считает себя красивым настолько, чтобы никогда в этом не сомневаться в своем превосходстве.  — Это не правда, я считаю себя привлекательным.  — Именно поэтому ты все еще ни с кем не встречаешься? Нарцисс, значит. — он ехидно улыбнулся.  — Прекрати. Мне нравится, кое-кто, но этот человек настоящий мудак.  — Оу, прямо как ты?  — Гораздо хуже.  — Мне тебя жаль, потому что если вы когда-нибудь и будете встречаться, то все ваши свидания будут состоять из лицезрения своего прекрасного лица на витринах.  — Это было бы замечательно. Его улыбка прекрасна, я не прочь смотреть на неё все свидания, даже если у нас их будет сотня и тысячи — Луи удивленно вскинул брови.  — «Его»?.. — я прикусил язык, но мое положение спас из неоткуда появившийся Найл.  — Фу, как пафосно, Стайлс, — прикрикнул он, обращая на себя внимание — от твоих речей девки одна за другой юбки задирать будут.  — Ох, замолчи, Хоран. Не тебе ли про юбки говорить.  — Это уже не твое дело — сделал он замечание — А вот про красивого мудака хорошо сказано, эй ты мелкий нытик. Этот парень отбирает всех моих потенциальных девушек, хотя сам гей.  — Я не гей, Найл — блондин скривил лицо а-ля «Кого ты пытаешься наебать».  — Не неси чушь, Стайлс, все мы знаем, что ты заднеприводный, правда ведь? — обратился он к Луи, кивая в мою сторону, а тот лишь засмеялся и покачал головой.  — Даже если так, это не твое дело.  — Очень даже мое! Я — плесень этого учебного заведения.  — Плесень? — переспросил я.  — Сплетник, мы с Лувисом все про всех знаем. И я буду первым, кто донесет до всех весть о том, что наш Апполон наконец-то нашел себе партнера для спаривания.  — Боже, что ты несешь — я закрыл лицо руками, пытаясь скрыть глупую улыбку. Боже, какой же он идиот.  — Двадцать первый век, Гарри! Сейчас все делают каминг-ауты!  — Найл, не дави на него, может ему тяжело признавать себя таким, какой он есть, — Луи положил руку на мое плечо и сжал его, заставляя посмотреть ему в глаза — мы всегда любили тебя и будем любить, несмотря ни на что — я улыбнулся ему и кивнул головой.  — Хорошо.  — Сейчас тут должна заиграть романтическая музыка — прокомментировал Хоран, злобно хохоча.  — Найл, иди куда шел — отрезал я. Он закатил глаза и недовольно хмыкнул.  — Ладно-ладно, до завтра, кудрявый, и тебе Лувис, хорошего вечера.  — Ауфидерзейн, Ниэл — блондин раскланялся и скрылся за дверью.  — Вы оба до жути язвительны. Как университет не взорвался от такого количества сарказма в одном здании — я провел рукой по волосам и обошел Луи, наклоняясь и собирая с полу бумагу — Идем, нужно собрать твои ноты.  — Хей, Гарри?  — Мм? — я поднял на него свой взгляд.  — Ты же больше не злишься на меня? Мир? — он протянул мне свой мизинчик и я поспешил обхватить его своим.  — Если только ты не обижаешь на меня — Луи тепло улыбнулся.  — Нет, конечно нет.

***

 — Но...  — Что такое? — спросила девушка.  — Я прощу его, если он извинится.  — Даже после того, как он обидел тебя?  — Я прощу ему все.  — Он тебя сломает.  — Или спасет.  — От чего?  — От тебя.