"Пингвиньи" будни

Интересная парочка шла по залитой осенним солнцем аллее. Позади раскинулся огромный парк аттракционов, полнящийся музыкой, гомоном, лязгом огромных машин и счастливыми криками. Один мужчина, осанистый и худощавый, в строгом пальто и в начищенных туфлях, немного неловко нёс в руках большую плюшевую лошадь и что-то негромко втолковывал своему спутнику. Спутник же шёл в развалку, сильно сутуля широкую спину, обтянутую потёртой кожаной курткой, и с долей иронии усмехаясь в ответ. — Я понимаю, что ухаживания — это важная составляющая отношений. И если тебе правда хочется делать что-то особенное для меня, то мне, безусловно, приятно это знать. Но, Рико, есть один момент… Гм… Давай лучше так: в нашей команде нет того, кто сравнился бы с тобой в готовке, Рико. Может быть, ты выберешь этот способ проявления внимания? Объективно он менее подозрительный и не потребует дополнительных объяснений перед Шкипером, как, например, зачем с разведывательного задания мы приволокли вот этого… вот эту игрушку. Рико призадумался и уточнил: — Готовить для Кʼвальски? — Не для одного только меня конечно, но вкладывать в это… — Ковальски внезапно понял, что начинает путаться, и мимо внимания Рико это не прошло — он нахмурился. — По моим сведениям, женщины считают это романтичным, — ляпнул учёный, сам не зная зачем, но, как ни странно, на Рико это произвело правильный эффект. — Рядовому. — Он щёлкнул игрушку по носу и ухмыльнулся. Ковальски облегчённо выдохнул, и в голове его всплыла мысль, что закрепить условный рефлекс хорошо бы положительными эмоциями. Он воровато огляделся, придержал широко шагающего сослуживца за локоть и быстро поцеловал его в скулу, однако не успел сообразить, как в тот же миг его схватили, незамедлительно затолкали в закуток меж административными зданиями и вжали в холодную стену дома. С одной стороны, надо было бы приструнить сержанта, так как не то место, а с другой, приятным дополнением казалось Ковальски, что учёба идёт тому впрок. Больше Рико не порывался проявлять свою страсть на публике, что, безусловно, заслуживало поощрения. Ковальски наклонил голову, на этот раз уже касаясь губ Рико, а цепкие руки того требовательно облапали бёдра, притягивая к себе. Ковальски обуяло торжество и отчасти злорадство над психологами, утверждающими, что природу взрослого человека не изменить. А он — сделает, это только вопрос времени.