По ту сторону жизни 2. Эмпатия к звёздам

…отдамся в лапы врага… После «серьезного разговора» с Вотер, мы с Мэрин больше не разговаривали об эмпатах, столбе и книге, которая, к слову, была так надёжно спрятана подругой, что я совсем не знала, что она лежит за шкафом в комнате Вотер. Капитан порывалась уехать в силу того, что сезон яхт начался уже давно и ей нужно работать, однако её остановил сильнейший ливень и гроза, длившиеся уже несколько дней не только в Понивилле. Меня это напрягало, несмотря на то, что никто не обращал на это внимания. Вотер ходила на работу, пробираясь сквозь стену дождя, а мы с Мэрин сидели по разным комнатам, не общаясь. Таким образом прошло дня три. Из-за монотонности жизни я стала теряться в днях недели. Я понимала, что не смогу сидеть на одном месте и что подруга и её сестра не удержат меня и не запрут в четырёх стенах. Сестра, часто говорившая со мной, была единственным развлечением, в силу того, что даже Лотти не видела и не слышала меня. Она рассказывала много историй не только из своей жизни, но и из жизни родных и друзей. Как ни странно слушать её я не уставала. Но с каждым днём она всё сильнее просила меня поторопиться. И я соглашалась, лёжа в кровати сутками напролёт. Вскоре Мэрин сдалась. Она приползла ко мне с книгой и предложила подумать над тем, в каких из городов Эквестрии могли ещё быть столбы. Вычеркнув из списка Понивилль, мы сразу же обозначили Снежную долину как место жизни сестры, затем Кантерлот как место учёбы и… остановились. — Три из семи. Негусто, — отметила Мэрин, записав города на листке. — Будет трудно успеть активировать все руны вперёд эмпатов, но мы должны попытаться это сделать. Так в каких ещё значительных местах всея Эквестрия могла побывать твоя сестрица? — Быть может, Мейнхеттен? — предположила я. Локс, не задумываясь, вписала город в список. Больше идей в голову ни капитану, ни мне не приходило. Мерин что-то криво рисовала в уголке листка, я же разглядывала руны. Все они, за исключением руны Понивилля, ставшей зелёной, были серыми. Я вспомнила недавнюю ночь. Судя по всему, руна светится именно в полнолуние и именно в том городе, которому она принадлежит. Выходит, мы бы могли поездить по крупным городам и подождать, пока они не засияют. Я озвучила эту мысль. Мэрин тут же отвергла её, сказав, что это займёт слишком много времени, которого у нас в обрез. Тогда я предложила отправиться в Кантерлот, что было логичной и опасной идеей. Ни Локс, ни мне не хотелось втягивать в ночные приключения Вотер, так как она могла стать для нас обузой. И если бы мы остановились в гостинице, то нам бы не удалось незаметно ускользнуть. — Хей, Джул! — Мэрин приподнялась. — Зачем нам гостиница, если мы можем остановиться у моего кузена Зенита! Тогда мы с лёгкостью выйдём ночью и попутешествуем по городу, а Вотер скажем, что поедем по свадебным делам. — Локс, ты — гений! — воскликнула я, но тут же замолчала, услышав шаги. Мы, затаив дыхание, превратились в слух. Локс осторожно спрятала книгу в складках одеяла. Вотер. Она здесь. Дверь тихо скрипнула и земнопони шагнула внутрь. Она с удивлением осмотрела нас, затем взглядом прошлась по комнате. После этого Вотер спокойно вздохнула и пригласила нас вниз на чаепитие с кексами, которые она купила по дороге домой. Как только дверь захлопнулась, мы выдохнули. Нам нельзя было раскрыть свои действия перед Вотер, сейчас мы должны сделать всё, чтобы она не разнюхала о нашем плане. — Значит так, — начала Мэрин, поднимая книгу в воздух с помощью магии. В её глазах блеснули линзы, наколдованные для того, чтобы видеть меня. — Завтра поутру ты отправляешься вместе с ней на работу и там говоришь о надобности уехать в Кантерлот. — Но почему не сделать это в данный момент? Обстоятельства складываются как нельзя лучше! — запротестовала я. Мне не хотелось разговаривать с подругой тет-а-тет. Я чувствовала, что она всё ещё дуется на меня за вылазку. — Терпение, подруга, во всём нужно терпение. Дальнейшие твои действия будут зависеть от ситуации. Так что, дерзай! Ну, а сейчас пойдём, выпьем чаю и угомоним свои сомнения. Она быстро приоткрыла дверь комнаты Вотер и сунула книгу за шкаф. Я спустилась вниз и села за стол. Аромат чая и свежих пирожных, как и говорила Мэрин, заставил меня отбросить все свои заботы и проблемы и всецело окунуться в этот вечер. Дождь неустанно бился в окно, желая вместе с нами отведать вкусный напиток. Выл ветер, шелестевший листвой деревьев и порывавшийся распахнуть двери и помочь ливню проникнуть в дом. Где-то далеко почти неслышно ругалась с ними гроза, уже медленно уходившая за горизонт вместе со стаей тёмно-серых, почти чёрных пушистых туч. Я, растворяясь в наполнявших пространство звуках, не понимала, о чём вполголоса говорили сёстры. Только сейчас я поняла, что не смогу выпить чай из-за наложенного Миднайт заклятья. Я горько вздохнула и хотела уже идти спать, как в дверь настойчиво постучали. «Это ветер, не обращай внимания», — проговорила Локс, сделав глоток из чашки. Я пожала плечами, пожелала подругам сладких снов и направилась к лестнице. Но как только моё копыто коснулось первой ступеньки, запоздалый гость вновь постучал, ещё настойчивее. Тогда я усомнилась в том, что это ветер и попросила Вотер открыть дверь. Та нехотя поднялась со стула и подошла к двери, отперев засов. Я ахнула. В комнату вошёл он. Стряхнув с себя капельки дождя, жеребец поправил гриву и сделал ещё шаг вперёд. Две пары синих глаз встретились ещё раз. — Прошу прощения за столько поздний визит, — прохрипел он, — но времени у нас с вами в обрез. Я знаю, что вместе с вами живёт моя мидели Рейнбоу Джулай. Могу я увидеться с ней? — Да, она здесь, — кивнула головой Мэрин, пригласив гостя присоединиться к чаепитию. Я вернулась к столу. Клауди рухнул всем телом на стул и отдышался, хотя первоначально он не выглядел усталым. Я встала между Мэрин и Вотер, напротив бывшего капитана. Земнопони по-хозяйски вытерла шёрстку пегаса полотенцем, затем налила чаю и пододвинула ближе тарелку с пирожными. Жеребец отпил из кружки и начал говорить: — Готов поспорить, вы меня не знаете, за исключением миледи. Я Клауди Везер, капитан дворцовой стражи северного города Снежная долина. И не так давно я лишился своей любимой работы в связи с тем, что моя госпожа пропала, а я не сумел найти её. Быть может, это звучит несколько глупо. Но это так. К сожалению, своего дома я не имею, поэтому моим пристанищем стала Крепость эмпатов, которым я служу вот уже десять лет. Вотер поперхнулась чаем. Мэрин наклонилась вперёд, нахмурив брови. Они глянули на меня. Я, справившись с волной шока, попросила капитана продолжать. Мэрин передала мою просьбу. — И смею вас заверить, я не предатель, нет. — Тогда почему же Вы согласились работать на эту секту? — Локс подперла голову копытами, максимально приблизившись к Клауди. — Лишь ради того, чтобы защитить моих господ. Тогда, десять лет назад, я думал, что смогу предупредить любой их план против Эйруса, Норсен и Джулай, но я ошибся. Вероятней, они всё-таки умнее, чем я себе представлял. Эмпаты увидели во мне двойного агента и решили напасть в тот момент, когда я был занят их безуспешными поисками и охраной города. Им удалось всколыхнуть народ, вызвать волнения в городе, связанные с исчезновением Джулай. Трое суток я и мои ребята прочёсывали снега сантиметр за сантиметром. Нигде. Нигде её не было. Ни единого следа. И по истечении данного мне срока я понёс наказание за свой проступок. Граф и графиня были непреклонны, я не виню их, они поступили правильно, выгнав меня вон из города. Но Стар… Почему же они не пощадили её? Она не причастна к сложившейся ситуации. Но это уже неважно. Сейчас, когда я решился на признание и открыл вам душу, во мне есть силы уйти из секты и помочь вам с поиском. Вы согласны? — Всё решит Джулай, — сказала Мэрин после продолжительного молчания. Я сглотнула. Хоть бывший капитан и не знал, где я нахожусь, он смотрел прямо мне в глаза. Что-то кольнуло в груди так же, как и когда я бросила взгляд на календарь. Замерев, я медленно погружалась в его глаза. Я не могла отказать. Да, я никогда не доверяла ему. Да, мы с ним недолюбливаем друг друга. Но в сложившейся ситуации нам стоит оставить все ссоры, споры и действовать заодно. — Капитан Клауди Везер, — Мэрин повторяла за мной слова. — Я ценю то, что даже под действием столь могущественных личностей, как Эмпатия и её сектанты, Вы остаётесь верным мне, брату, сестре. И поэтому… валите прочь. — Ч-что? Я ощутила, как покалывание в груди сменилось резкой болью, будто меня проткнули тупым мечом. По всему телу пробежала дрожь, ноги подкосились. Я поймала на себе недоумевающие взгляды Мэрин и Вотер, но не смогла ничего произнести. Я осознала, что кто-то снова пытается подчинить себе мой разум и попыталась сопротивляться. Я рычала, трясла головой, в мыслях вопила и ругалась. Перед глазами всё плыло. На миг мне показалось, что я вижу себя, вторую себя между подругами. — Да, Вы всё правильно услышали, мой дорогой капитан, — голос Локс дрожал, когда она передавала слова едва дышащему Клауди. — Катитесь отсюда к своим эмпатам. Я не желаю больше видеть Вас. Вон. Вон! ВОН! Пегас рванул с места, не заперев за собой дверь. Его тёмный силуэт растворился в дожде. Я с явно ощутимым страхом взглянула вниз. Вторая я тяжело дышала, хрипела, озираясь по сторонам. Крик застрял у меня в горле вместе с чувством, что у меня отрезали язык. Тишина прерывалась лишь дыханием второй меня. Вскоре я ощутила, будто растворяюсь в воздухе, перед глазами всё опять поплыло…

***

Мне так жаль, что тебе приходиться жить во лжи… Утром я проснулась, как ни в чём не бывало. Произошедшее вчера казалось мне дурным сном. Усталости я не чувствовала, а воспоминания были размыты. Это придавало мне уверенности в том, что всё произошедшее — дурной сон. Что-то во мне упрямо не хотело верить Клауди, хотя большая часть меня искренне верила в его правоту. Может, мне удастся вернуть всё назад? Спустившись вниз, я застала подруг уже проснувшимися. Они мирно пили чай, не глядя на меня. Я поприветствовала их. Вотер, услышав меня, подняла глаза. В них не было ничего, кроме всепоглощающей чёрной бедны. — Ты… — прошептала она. — Ты… — повторила Мэрин, не поворачиваясь ко мне. Моё сердце готово было выпрыгнуть из груди, сбежать в задние копыта, лишь бы не стучать больше в повторяющемуся эхом «ты». Я сделала шаг назад. Нащупав копытом что-то тёплое, я взвизгнула и обернулась. Кровь. Она текла изо всех щелей. Я вся тряслась, не найдя в себе сил сбежать из комнаты, и словно приросла к полу. Белая шёрстка быстро измаралась в алой жидкости, поднимающейся всё выше и выше. Ты… Ты… Ты… Дыхание участилось, сердце бешено колотилось, болело, проткнутое этим «ты». Я с трудом оторвала копыто от пола и сделала шаг назад. Ещё. Ещё один. Ты… Ты… Ты… Кровь достигла уровня моей груди. Я металась по комнате, не зная, куда себя деть. Вдруг входная дверь отворилась. Мэрин и Вотер тут же умолкли. Кровь исчезла, оставив след на полу и на моей шерстке. Я, не думая, рванула вперёд, но на моём пути вырос Клауди. Из его таких же пустых, как у Вотер, глаз текла чёрная жидкость. Его тело было нещадно истерзано, не хватало одного крыла, заднюю левую ногу он тащил за собой. В его кривой почти беззубой улыбке отражалась вся боль, что он испытал. — Ты убийца, — произнёс он.

***

Ведь если в тебе была бы хоть маленькая искорка веры… — Капитан! Я не!.. Очнувшись в своей кровати во второй раз, я увидела перед собой Мэрин и Вотер, с удивлением наблюдавших за моими движениями. По моей мордочке текло что-то тёплое. Я коснулась этого копытом и с ужасом взглянула на него. Оказалось — вода, стекавшая с полотенца, находившегося у меня на голове. Спокойно вздохнув, я осмотрела комнату. Это был всего лишь кошмар. Они нечасто мне снились, я даже не смогу вспомнить последний. Земнопони, как и во время недавней нашей прогулки, смерила температуру копытом и кивнула сестре — здорова. — Я рада, что ты в порядке, Джул, — Локс мягко улыбнулась. Было приятно слышать её нормальный голос. — Жаль, что ты отказала тогда Клауди Везеру. Он пригодился бы нам. — Знаю. Но я не управляла собой в тот момент. Мне кажется, кто-то пытается захватить моё тело и мой разум. Вероятно, это кто-то из секты, а, может, и сама Эмпатия. Думаю, это сыграет с нами злую шутку. Вотер поёжилась и ушла намочить полотенце, проводив её взглядом, Мэрин тихо спросила: — Ты в состоянии пойти с ней сейчас на работу? — Да, почему бы и нет? — пожала плечами я. Капитан удовлетворённо кивнула. Мне не составило труда заставить подругу взять меня с собой, хотя она сопротивлялась. Выйдя на улицу и немного размявшись, я, наконец, поняла, что дождь закончился, на ярко-голубом небе не было ни облачка, а солнце светило вовсю. Где-то в деревьях прятались щебетавшие птицы, по дороге ходили открывавшие свои лавочки продавцы, им также не спалось в столь ранний час. Не было ни крови, ни проедающего до костей «ты». Только город, Вотер и я существовали этим утром. Мы быстро дошли до магазина. Возле него стояла позолоченная повозка и несколько королевских стражей, среди которых я сразу же узнала Крауна. Мне хотелось поздороваться с ним, но тут я вспомнила о заклинании и несколько расстроилась из-за того, что не могу поговорить с ним. Вотер тут же заметила изменение в моей мордочке, но не успела она открыть рот, как к нам подошёл высокий и статный пегас с белоснежной шерсткой и коротко остриженной голубой гривой. Его золотые доспехи сияли в лучах утреннего солнца. — Доброе утро, мадам. Вы Розен Риббон, владельца этого магазина? — обратился пегас к Вотер. — Кто? Я? О, нет. Миссис Риббон проживает в Кантерлоте, я всего лишь продавец. Вам что-то нужно? — Ваша хозяйка обещала продать нам цветы для бала в королевском дворце. Некоторые из них есть только в Понивилле. Мы за ними. Краун, подай красавице список. Единорог отвлёкся от разговора и приблизился к нам. Он протянул подруге список. Их взгляды встретились, по мордочкам поползли улыбки. Я раздражённо скрипнула зубами и сказала Вотер, что ей пора открывать магазин. Только тогда она отмерла и наконец, отвела от Крауна глаза. Она и жеребцы вошли внутрь, я же задержалась снаружи. Чувство, что терзало меня сейчас, было незнакомо мне до сих пор. Это… ревность? Через несколько минут земнопони по-хозяйски бегала по помещению, выискивая нужные цветы, я же нехотя помогала ей, всё время не сводя глаз с Крауна. Только сейчас я осознала, что во мне внезапно вспыхнула детская влюблённость, сопровождаемая взрослой ревностью. Но единорог почему-то не выглядел счастливым в компании подруги. Когда пришло время расплачиваться за цветы, Краун положил мешочек с монетами на стол. — Вас что-то беспокоит? — спросила Вотер, убрав деньги в кассу. — Немного, — замялся жеребец. — Просто я сильно скучаю по одной своей подруге. Её зовут Рейнбоу Джулай. Я видел её меньше месяца назад на приёме у принцесс и жалею, что смог тогда правильно поддержать её после того, как она узнала о себе правду. — И вы не можете встретиться друг с другом? — Да. Я писал ей, много писал в Снежную долину, но не получил ответа ни на одно из посланий. Кажется, она уже нашла мне замену. — А Вы… любите её? — Люблю? Да. Люблю так, как не любил никого и никогда. Я знаю, что у нас большая разница в возрасте, но любви все возрасты покорны, не правда ли? Я никак не могу выкинуть из головы её глаза, правый — серый, а левый зелёный и… Послышалось бряканье. На пол упала ваза с цветами. — Что такое? — встрепенулся Краун. — П-п-призрак шалит, — отмахнулась Вотер. Жеребец с недоумением осмотрел цветы. Затем он поднял букет с помощью магии и протянул его подруге со словами: «За мой счёт», — и оставил на столе ещё несколько монет. Он повернулся и пошёл прочь, скрывая свои эмоции. Мне хотелось рвануть следом, но я едва удержалась. Вскоре карета взмыла в небеса, оставив нас с подругой тет-а-тет. Улыбка на мордочке Вотер расползлась до ушей, меня же охватила ревность, что нахмурила мои брови и искривила мой рот, заставила меня опять скрипеть зубами. Назревала наша первая с подругой ссора. — И что он нашёл в тебе? — Вотер загадочно закатила глаза, легко вздохнув. — Тебе какое дело? — прошипела я, пытаясь понять, как ваза полетела на пол. Это мелочь, да. Но мне надо было за что-то зацепиться, чем-то увлечься в тот момент, чтобы попытаться избежать ругани. — Ну, если ты так и не будешь расколдована и не сможешь видеться с ним, думаю, я возьму его под свою опеку. — Что?! На полу оказалась ещё одна ваза. Вотер глянула на неё, затем на меня. Да, теперь всё стало на свои места. Это я уронила оба букета лёгким всплеском магии, несмотря на то, что это невозможно. Неужели заклятие Миднайт ослабевает? Не желая разбираться в произошедшем, подруга отправила меня домой. Я хотела пнуть копытом ещё что-нибудь, но оно проходило сквозь любую поверхность. У меня даже не получилось эффектно хлопнуть дверью. Я, сильно огорчённая, брела по улице. Вдруг в моей голове всплыли слова Крауна про мои разноцветные глаза. Это удивило меня, ведь оба моих глаза были зелёными. Я приблизилась к одной из витрин и ужаснулась: Краун оказался прав, правый глаз стал серым. Не думая больше ни о чём, я рванула домой, к Мэрин. Ворвавшись, я несколько испугала капитана, сидевшую на кухне. Я быстро пересказала ей слова жеребца, упомянув о мысли, что это из-за эмпатов. Локс, недолго размышляя, спросила: — И как давно у тебя появилась гетерохромия? — Понятия не имею, — пожала плечами я. — Я не часто смотрюсь в зеркало, но я уверена, что до момента моей поездки в Кантерлот я была с одинаковыми привычными зелёными глазами. А вот уж по приезде в столицу… Раз уж это заметил Краун, значит, это произошло во время приёма принцесс, до или после него в интервале до пятнадцати минут. Как думаешь, может ли это быть следствием того, что надо мной пытаются взять контроль? — Хм, мне хочется ответить точно, однако я, кажется, прогуляла эту тему, когда училась в школе. Я попробую отыскать ответ в книгах. Впрочем, нам стоит посетить одну кобылку. Она была моей учительницей по истории Эквестрии в Школе одарённых единорогов. — Ты училась там? — Да, к тому же, вовсе не плохо. Конечно, поначалу большинство предметов у меня «западало», как, например, эта сердобольная история. Мисс Санрайз помогала мне с её предметом довольно долго. Так мы и подружились. До сих пор каждый раз, бывая в Кантерлоте, заскакиваю к ней в гости. И она постоянный гость на моей яхте. Но сейчас не об этом. Во время поездки в столицы мы будем обязаны к ней зайти. К слову, ты говорила об этом с Вотер? — Нет. — Я отрицательно покачала головой. — В чём же дело? — Я приревновала Вотер к Крауну. Понимаешь, ещё со времён моего первого появления в школе, он был рядом, всячески поддерживал меня и помогал мне. Он дорог для меня. Но уже больше не как друг. Ты можешь как-то повлиять на свою сестру, чтобы она не строила глазки моему возлюбленному? — Сомневаюсь. Видишь ли, до этого момента, она не влюблялась в кого-либо. Я не найду в себе силы разбить сердце родной сестры. Давай не будем говорить об этом, пусть время само расставит всё на свои места. Нам нужно зациклиться на поисках оставшихся столбов и твоей сестры. Продолжим? До самого прихода Вотер мы с Мэрин, перебивая друг друга, составляли план наших действий в Кантерлоте. С земнопони было решено переговорить по её возвращению домой. Остановиться мы всё-таки решили у кузена Локс. В первую же ночь мы должны были попытать счастья и дождаться загорания одной из рун и отправиться на поиски места. Дальше следовал ритуал — и вуаля: ещё один столб обнаружен. Мы хотели уложиться в две-три ночи, чтобы не вызвать серьёзных подозрений. Закончив обсуждение, мы вернули книгу на место, заварили чай и сделали вид, что ничем особенным мы не занимались. Локс попивала ароматный напиток, я задумчиво смотрела в окно. В таком виде нас Вотер и застала. Она выглядела нереально счастливой. Едва касаясь копытами пола, она подбежала к нам и воскликнула: — Девочки, вы не поверите! Миссис Риббон прислала мне приглашение на завтрашний бал в королевском дворце. Поздравляю вас, мы едем в Кантерлот! На этих словах она упрыгала вверх по лестнице в свою комнату. Мы с Мэрин остались в лёгком шоке, снова. Переглянувшись, мы тихонько захихикали. — А вот и повод нашёлся, — улыбнулась Локс. — Я и забыла про этот бал со всей этой беготнёй за эмпатами. Нам определённо стоит выбраться туда и развеяться. В конце концов, мы не упустим такой шанс, правда? Я кивнула головой и улыбнулась в ответ. Наверху слышалось топанье Вотер и её голос, напевавший незнакомую мне мелодию. Она уже забыла о ссоре, оставив её в прошлом. Подруга очень отходчивая по своей натуре. Через несколько минут мы, как ни в чём не бывало, вновь сидели за столом с чаем и пирожными. Вот только дождь и ветер не шумели за окном. И Клауди не вошёл в кухню, весь мокрый от ливня. Я прокручивала в голове тот страшный сон и искренне надеялась на то, что капитан жив, здоров, и в скором будущем мы вновь встретимся с ним. Ты бы смогла отличить ложь от правды, врага от друга, добро от зла. Тогда, я уверена, ты бы стала на шаг ближе к раскрытию истинной себя.