Методом исключения (23-36) / By Process Of Elimination

Неделю спустя       Реджина и не подумала стучать. Она даже не повернула ручку двери, а просто взмахнула рукой и ворвалась в лавку Голда, будто была там хозяйкой. Мужчина за прилавком, казалось, даже не удивился. - Реджина, чему обязан удовольствием видеть тебя? – спросил он скучающим тоном. Реджина быстро приблизилась к нему, но, несмотря на скорость, ее движениям не хватало гнева – он был вытеснен беспокойством, которое она не могла скрыть. - Я здесь из-за Эммы, - тут же ответила она.       Голд увлеченно протирал одну из своих безделушек и не сразу посмотрел на нее. - Да, я в курсе, что ее опять положили в больницу. Мне очень жаль это слышать. – Он медленно поднял взгляд, прежде чем вновь вернуться к своему занятию. - Они не имеют представления, что происходит с ней и с нашим ребенком. Мне нужна помощь, Румпель. – Она наклонилась вперед, опираясь ладонями на стол. Это заставило его, наконец, отложить вещицу и внимательно оглядеть стоящую перед ним женщину. - И почему ты думаешь, что я могу для тебя что-то сделать? - Ты должен что-то знать. Должен быть хоть кто-то, кто может хоть что-то сделать. – Она отвела взгляд – было очевидно, что она выдохлась и переволновалась. Но, сделав несколько глубоких вдохов, она взяла себя в руки. На лице Голда застыло выражение, близкое к сочувственному. - Что тебе известно о текущей ситуации? – спокойно спросил он. Реджина скрестила руки на груди и начала вышагивать по комнате. - С ребенком все прекрасно. Даже более чем. Кажется, чем слабее становится Эмма, тем сильнее становится малыш. Когда у Эммы на днях начались тренировочные схватки, доктор Вейл увидел, что развитие малыша продвинулось еще дальше, чем должно было. Она всего шесть месяцев как беременна, но он говорит, что это больше похоже на восемь. - Ясно… - медленно произнес Румпель, впитывая информацию. Он несколько мгновений наблюдал за сосредоточенным лицом Реджины, прежде чем осторожно обойти прилавок. – Реджина… ваш малыш был зачат с помощью магии. - Да, это мне известно, - сказала она, качая головой. Голд пригладил бровь и сделал глубокий вдох, прежде чем предпринять вторую попытку: - И тебе также известно, что у магии всегда есть цена. – Он подождал несколько секунд, пока до нее дойдут эти слова. Когда это произошло, Реджина медленно повернулась к нему, и у нее был такой угрожающий вгляд, какого Румпель уже давно не видел. - Если ты собираешься сказать мне то, что я думаю, лучше помолчи. – Голос Реджины звучал низко, и Голду хватило ума сделать маленький шаг назад. - Реджина, ты должна быть готова. Ты знаешь, как работает магия. - Голд, я не заплачу одним членом моей семьи за другого, - сказала она сквозь стиснутые зубы. - Реджина… - Ценой моего ребенка не будет Эмма! – Она подалась вперед, и ее лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от лица Голда. Мужчина, тем не менее, сохранял спокойствие. - Я искренне на это надеюсь, дорогуша. Но боюсь, у меня нет других ответов. – Он отвел взгляд, а Реджину слегка затрясло от желания его ударить. Еще мгновение она пристально смотрела на него, прежде чем резко развернуться и выйти из магазина, громко хлопнув дверью.

***

      Реджина точно не знала, предпочтет ли она застать Эмму бодрствующей или спящей, когда придет к ней в палату. Она всегда хотела, чтобы ее встречал взгляд зеленых глаз, - ей было спокойно, когда она видела, что с ее женой все в порядке. Но сегодня она была довольно сильно расстроена и не хотела грузить этим Эмму. Невзирая на противоречивые мысли, в ту секунду, когда она из больничного коридора вошла в палату и увидела встречающую ее усталую улыбку, она поняла, что ничего другого ей и не нужно. - Реджина, - тихо сказала Эмма, глаза ее были полуприкрыты, но она продолжала улыбаться и протянула ей руку. Реджина тут же устремилась к ней. - Привет, дорогая. – Реджина присела, повернувшись к ней лицом и взяв за руку, а затем наклонилась и нежно ее поцеловала. – Ты давно проснулась? – Она заняла свое обычное место, свободной рукой небрежно перебирая волосы Эммы. - Пару минут как, - начала она, положив руку на колени Реджине и вглядываясь в ее лицо. – Ты как? - Я в порядке, - на автомате ответила она. Эмма нахмурилась: - Я знаю, что это неправда. Плюс, из-за этого ответа я всегда попадаю в неприятности. – Она склонила голову, и Реджина слабо улыбнулась ей. – Что не так? - Ты в больнице. Вот что не так, - ровным тоном ответила она. - Ну тогда давай это исправим. Забери меня домой. – Она улыбнулась было, но тут же заметила неуверенность, отразившуюся на лице Реджины. Она могла предположить, что сегодня ее не выпустят, но даже для этого Реджина выглядела слишком расстроенной. - Я бы с радостью, поверь мне. – Она снова погладила Эмму по волосам и улыбнулась, но ее голос был полон сожаления. - Ты ведь знаешь, что все будет хорошо? – спросила она, но Реджина избегала смотреть ей в глаза. Копируя обычную манеру Реджины, Эмма взяла ее пальцами за подбородок, поворачивая к себе ее лицо, чтобы она взглянула на нее: - У нас все будет прекрасно, - уверенно сказала она. – Я рожу этого маленького кик-боксера, и мы поедем домой. Потом я верну себе боевую форму и, быть может, даже чуточку контроля. – Она подмигнула. Реджина сделала глубокий вдох и изобразила на лице слегка вымученную улыбку: - Ты права. - Ух ты! – Эмма смотрела на нее во все глаза, и Реджина смущенно склонила голову. - Что? - Просто я никогда раньше этого не слышала. Скажи еще раз, – сказала она с усмешкой, и улыбка Реджины стала более расслабленной. - Прости, это была разовая акция. - Ничего, я это из тебя еще вытяну. – Она продолжала улыбаться, пока не заметила, что лицо Реджины немного вытянулось. – Окей. – Она приподнялась в кровати и немного поморгала, чтобы окончательно проснуться. – Поговори со мной. Почему ты выглядишь такой несчастной? - Я не несчастная, - возразила Реджина, но взгляд Эммы выражал недоверие. – Как я уже сказала, ты в больнице. Разумеется, мне от этого дискомфортно. - Реджина, что происходит? Я умираю? - Нет, - сказала Реджина, и это прозвучало более резко и отчаянно, чем ей бы хотелось. - Ну, ты меня утешила. – Эмма улыбнулась уголком рта. - Ты не умираешь, - сказала она чуть спокойнее. – Всего лишь приболела. Просто магические малыши немного сильнее обычных. - Подтверждаю. А я-то думала, у меня с Генри проблемы. Не могу дождаться, чтобы проучить этого ребенка за все. – Она улыбнулась. – Нам надо поспорить о том, когда малыш Икс появится на свет. Реджина воззрилась на нее с деланым возмущением, но вскоре совладала с собой. - Что? - Вообще-то люди все время так делают. А нам спорить было бы еще интереснее, потому что ребенок может родиться как через три месяца, так и завтра. - Ты не начнешь рожать завтра, - сказала она, качая головой. - Ты этого не знаешь. Он сказал, что малыш Икс развивается намного быстрее. Может, я усну сегодня, а утром проснусь с орущим младенцем. - Что ж, ты невероятно спокойна на этот счет, как я погляжу… - отметила она. Тот факт, что отношение Эммы к происходящему меняется так же быстро, как развивается ребенок, невозможно было игнорировать. После серьезного испытания, через которое они прошли неделю назад, Эмма проявляла неожиданный интерес к тому, как далеко продвинулось развитие ребенка. Вместо того чтобы нервничать с каждым днем все сильнее, она испытывала радостное возбуждение. - Так и есть, - ответила она с мягкой улыбкой.       Это было правдой. Она не могла объяснить это чувство, но на нее нахлынуло такое спокойствие, когда они оказались здесь. Теоретически, так быть не должно. Обычно на этом этапе она как раз начинала психовать. В прошлый раз так и случилось, а вся эта ситуация была крайне непредсказуемой. Когда она, будучи беременной Генри, почувствовала приближение родов, она была в ужасе. Но сейчас, когда рядом с ней были Реджина и Генри, родители и друзья, Эмма впервые в жизни чувствовала себя в безопасности. Она чувствовала себя защищенной и уверенной. Впервые она была по-настоящему счастлива. Она, наконец, была готова. - Я так рада, что ты здесь, Реджина. – Она поднесла ладонь Реджины к губам и поцеловала костяшки пальцев. Она не могла выразить словами свои чувства к Реджине и переполняющую ее благодарность этой женщине за то, что она рядом и поддерживает ее. - Я тебе говорила, ты больше никогда не будешь одна, - сказала она, и Эмма так тепло улыбнулась ей, что Реджина почувствовала, как тает. - Я люблю тебя. - И я люблю тебя. – Реджина наклонилась, чтобы хорошенько ее поцеловать. Она пыталась выкинуть из головы слова Голда, пыталась отвлечься от своих мыслей с помощью теплых и мягких губ Эммы. Но, несмотря на это, она не могла противостоять подступающему беспокойству.

***

      Реджина оставила Эмму с Дэвидом и пошла искать врача. С тех пор, как она привезла ее сюда, дела шли довольно хорошо, и она не могла не нервничать при мысли о том, что случится дальше. Каждый раз, стоило ей расслабиться, как что-то происходило. И ей определенно не нравились эти сюрпризы. Она знала, что доброго доктора уже порядком тошнит от нее, но ей было все равно. - Реджина. – Он взглянул на нее так, словно ожидал, что она именно сейчас войдет в его дверь. Впрочем, так и было. Он уже привык к ее визитам. Когда она села напротив него по другую сторону от стола, он испытал облегчение: ей сейчас лучше присесть. - Доктор, - поприветствовала она. - Есть что-нибудь? – Он сделал глубокий вдох и, наклонившись вперед, положил руки на стол. Она не спускала с него глаз. – Что? - Нам нужно начинать готовиться. Я не могу назвать тебе точный день, учитывая, насколько все нестабильно, но я уверен: ребенок скоро будет здесь. - Ладно. Хорошо, хоть Эмма немного окрепла, - сказала Реджина и тут же заметила, как Вейл опустил взгляд. – Выкладывай, доктор. Терпение не входит в список моих сильных сторон. Он вздохнул и снова поднял глаза: - Малыш почти готов родиться, но Эмма не готова родить. Ее тело не готово. - Что ты такое говоришь? - Тело Эммы может не выдержать роды, если они произойдут слишком рано, - осторожно повторил он. - Что ты имеешь в виду – может не выдержать? – Она пристально смотрела ему в глаза, пока он не зажмурился. - Я не знаю, выживет ли она после рождения ребенка, - с усталым видом быстро сказал он. - Тогда что мы можем сделать? – спросила Реджина, на удивление спокойно. Вейл на мгновение заколебался. - Ну, я имею в виду, что мы сделаем для Эммы все, что в наших силах. Когда ребенок начнет рождаться, все будут готовы принять необходимые профилактические… - Нет. Я спрашиваю, что мы можем сделать, чтобы Эмме не пришлось через это проходить. – Ее лицо было по-прежнему непроницаемым, и Вейл покачал головой. - Ничего, Реджина. Она не может не родить. - Мы можем найти другой способ извлечь ребенка. - Ты говоришь о кесаревом сечении? – спросил он, и Реджина кивнула. - Почему нет? Тогда ей вообще не придется рожать. - Мы не можем этого сделать. Нельзя предсказать, когда настанет ее срок. А когда это случится, думаю, у нас не будет времени, чтобы подготовиться к хирургической операции. Плюс, у нее давление зашкаливает, и если мы ее разрежем, я не уверен, что мы сможем контролировать кровотечение. И мне ведь не нужно напоминать тебе, что здесь замешана магия. Просто в этом уравнении слишком много неизвестных, - здраво рассудил он, но увидел, что Реджина начинает нервничать. - Должен быть другой выход. Если… если роды убьют ее, тогда… тогда мы не будем этого делать, - просто сказала она. - Реджина, надеюсь, ты не предлагаешь то, о чем я подумал. – Вейл взглянул на нее с прищуром, но Реджина была непоколебима. - Я лишь хочу сказать, что Эмма не умрет. Что бы ни случилось, - твердо сказала она. Однако Вейл не собирался отступать. - Ты сама хочешь сказать Эмме, что променяла жизнь ребенка на ее жизнь, или мне это сделать? – Он подождал, пока до нее дойдут эти слова. Она слегка откинулась назад, но ее выражение лица было жестким. - Я не пожертвую Эммой, - без колебаний сказала она. Вейл выждал несколько секунд, глядя ей прямо в глаза, затем наклонился вперед. - Но ты пожертвуешь своей дочерью? – Он увидел, как исказилось ее лицо. - Моей дочерью? – прошептала она. - Да. Прости, но ты должна это слышать. Я сделаю абсолютно все, что в моих силах, для них обеих. Я не пожертвую ни одной из них. Затем он встал, схватил халат и вышел из кабинета, не сказав больше ни слова. Реджина было последовала за ним, но остановилась, едва выйдя за порог.       Несколько секунд Реджина просто стояла там. Она поняла, что сделал доктор. Ее точка зрения мгновенно изменилась. «Малыш», «Малыш икс», «Детеныш», «Оно» - все эти слова, которыми они называли свою дочь, неизбежно принижали ее достоинство. Это был не просто малыш, не просто девочка. Это была их дочка, ее малышка.       Это осознание причинило Реджине боль. Она была так взволнована тем, что у них родится ребенок, начиная с самого первого дня. С тех пор, как она узнала, что поучаствовала в создании новой жизни, ее не покидало ощущение восторга. Но когда Эмма стала чувствовать себя плохо, ее мысли начали понемногу меняться. Исподволь. Не нарочно. Но она начала позволять своему беспокойству затмить все остальное. Эмма была для нее всем. Она не допускала даже мысли о том, что может потерять эту женщину, которая полностью изменила ее жизнь.       Она на мгновение прислонилась к стене, чтобы взять себя в руки. Она не знала, сможет ли пройти через это. Спустя столько времени она, наконец, нашла любовь, которую считала невозможной. Эмма была ее счастливым концом. Как и вся их семья. Она не могла потерять ни одну ее часть. - Реджина? – Голос Дэвида заставил ее резко вскинуть голову. - Дэвид, с Эммой все нормально? – Реджина быстро переключила свое внимание, но сразу же поняла, что Дэвид беспокоится о ней, а не об Эмме. - Она переживает за тебя. Говорит, что ты расстроена. – Он подошел к ней и привалился к стене. Она выдохнула, прежде чем тоже вернуться в свое прежнее положение. - Все плохо, Дэвид, - тихо сказала она. У них были очень интересные отношения, и, несмотря на их прошлое, она была рада, что с ним можно поговорить об этом. - Но мы прорвемся, - уверенно сказал он. - Ты в своем репертуаре, Прекрасный, - пробурчала она. – На этот раз все не так просто, - настаивала она. Дэвид повернулся к ней лицом. - Ты уже много месяцев часть нашей семьи, и до сих пор не обрела веру. - Веру во что, Дэвид? Что добро всегда побеждает? – Она недоверчиво взглянула на него, но выражение его лица по-прежнему оставалось мягким. - Возможно. Реджина, что хорошего в том, чтобы ожидать худшего? И с чего бы? Мы же сейчас говорим об Эмме. Почему ты сомневаешься в ней? – Он помолчал, и Реджина зажмурилась - Это больше, чем что бы то ни было. - Больше, чем борьба добра со злом? Чем сражение с демонами? Чем выживание в одиночку в течение двадцати восьми лет? Чем прыжок вниз головой в новый мир… - Ладно, ладно, я поняла, - перебила она его. Вздохнув, она сжала пальцами виски. - Я не знаю, почему тебе постоянно нужно во всем видеть позитив. – В ее голосе не было настоящего гнева или раздражения. По правде говоря, она была благодарна ему за искорку надежды. Она слышала, как Дэвид издал смешок. - У меня есть для этого веские причины. У меня крепкая семья. Сильные жена и дочь… - помолчав, он пихнул ее в плечо, - сильные невестка и внук. У меня есть все причины для позитивного настроя.       Несколько мгновений Реджина внимательно разглядывала его. Она пыталась понять, в какой момент Дэвид перестал быть ее врагом, превратившись в друга и настоящего тестя. Это произошло не тогда, когда она впервые женилась на Эмме. Не сразу. Но каким-то образом, по прошествии этих месяцев, ему удалось вжиться в обе эти роли. Он незаметно проник в ее жизнь, и Реджина удивлялась, как она позволила этому случиться. Ей действительно было интересно, когда она приняла эту ситуацию.       Дэвид будто прочитал ее мысли и снова легонько пихнул ее. Она подняла взгляд и увидела его протянутую руку. - Думаю, мы уже готовы к этому. – Он склонил голову набок, и Реджина едва могла поверить, что во второй раз в жизни позволяет Прекрасному Принцу обнять себя. Но она позволила.       Дэвид не сильно походил на ее настоящего отца. Между ним и Генри-старшим было множество различий. Но было для нее в этом мужчине, как ни странно, что-то отеческое. Он помог ей почувствовать себя лучше и дал ей утешение, которого не могли дать другие. Это было, несомненно, очень странно, но Реджину это почему-то больше не беспокоило. - Ладно, мне нужно проведать Эмму. – Она немного отстранилась, но Дэвид положил руку ей на плечо и взглянул в глаза. - Я знаю, что тебе страшно, но все будет хорошо. – Он сжал ее плечо, и Реджина слегка улыбнулась ему. - Ладно, хватит этих розовых соплей.       Она выпрямилась, не обращая внимания на его довольную улыбку. Больше не взглянув на него, она направилась обратно через холл к палате Эммы.       Разговор определенно помог, потому что теперь ей было легче войти туда. Переступив порог, она увидела, что Эмма сидит в кровати, выжидательно глядя на нее. Улыбнувшись, она подошла к ней и села рядом.       Эмма чуть сменила позу, изучая лицо Реджины. Реджина должна была предполагать, что она сразу перейдет к делу. - Ты все еще хочешь знать пол ребенка? – Она провела большим пальцем по тыльной стороне ладони Эммы. Несколько секунд Эмма молчала. Она не ожидала услышать такое от Реджины. - Нет, если ты этого не хочешь. – Она дала тот же ответ, что и в первый раз, когда доктор Вейл спросил их об этом. - Я уже знаю. Он проболтался несколько минут назад. – Реджина склонила голову, а на лице Эммы тут же отразился гнев. - Зачем он это сделал? Он же знал, что ты не хочешь знать. Божечки, он может быть таким идиотом! - Эмма, дорогая, все в порядке, - поспешила заверить ее Реджина, поглаживая ладонью по щеке. - Нет, не в порядке. Он все испортил нам обеим. – Она продолжала хмуриться, и лицо ее исказила гримаса боли, прежде чем оно снова разгладилось. - Я думала, ты хочешь знать. - Я хотела увидеть твое лицо, когда ты узнаешь. Блин, какой же он идиот, - сказала она, но потом опять болезненно поморщилась. - Ладно, дорогая, мне нужно, чтобы ты расслабилась. Я знаю, что ты расстроена, но все будет в порядке. Пожалуйста… - сказала она, растроганная и расстроенная одновременно. Ей было очень приятно, что эта тема так важна для Эммы. Но именно по этой причине ее расстраивало, что Вейл рассказал ей об этом, даже если он пытался помочь. - Я просто… охх… - Эмма резко замолчала и с перекошенным лицом согнулась пополам. Реджина тут же вскочила. - Эмма? Что такое? Что с тобой? – Она накрыла ладонью руку Эммы, а Эмма прижала обе руки к животу и снова поморщилась. - Этого не может быть, - сказала она сквозь стиснутые зубы. - Что? Эмма, что такое? – На ее собственном лице отразилась паника, пока она пыталась понять, что происходит. - Это схватка, - ответила Эмма, вновь согнувшись. - Нет. – Стоя рядом с Эммой и держа ее за руку, Реджина покачала головой, но уже через несколько секунд она изо всех сил жала на кнопку вызова медсестры. – Этого не происходит. Не сейчас, - бормотала она, ощущая стремительно поднимающуюся внутри панику. - Все нормально. – Эмма сжала ее руку. Несмотря на свои собственные боль и страх, она по-прежнему ощущала эмоции Реджины. - Это не могут быть роды. – В ее голосе явственно слышалось сомнение. - Все будет хорошо, Реджина. – Она морщилась от новых спазмов, но на ее лице играла улыбка. – Малыш скоро появится. – Это знание приносило ей облегчение, даже приятно возбуждало. Реджина, однако, испытывала диаметрально противоположные эмоции. - Где, черт возьми, этот врач? – Она продолжала давить кнопку вызова, глядя в коридор. Всего через несколько секунд в палату вбежала медсестра. – Приведи врача, сейчас же! Медсестра испуганно заморгала от ее тона, но послушалась и выбежала из комнаты. - Реджина, успокойся, все в порядке, - с улыбкой сказала Эмма и сделала глубокий вдох. - Еще даже нет семи месяцев. – Реджина не могла взять себя в руки. Слова доктора крутились у нее в мозгу, и ей не удавалось обуздать свой страх. - Похоже, у нас очень целеустремленный ребенок, - рассмеялась она и откинулась назад. Тут в палату, тяжело дыша, вошел Вейл, а за ним – медсестра. - Эй, док, надеюсь, вы готовы, - улыбнулась Эмма, и он выдавил ответную улыбку. - Конечно. Я знал, что с Вами нам будет интересно. – Ему действительно удалось сказать это спокойным докторским тоном, и при других обстоятельствах это впечатлило бы Реджину. Вместо этого она расстроилась еще сильнее – казалось, она одна трезво оценивает ситуацию. - Вы меня знаете, - небрежно сказала она. - Ладненько, давайте-ка взглянем сюда и поймем, что происходит. – Он сел на табурет в изножье кровати. Медсестра почти незаметно бросила быстрый взгляд на монитор и проверила жизненные показатели Эммы. Ее маска спокойствия была не так убедительна, как у врача, но Эмма этого не увидела. - Божечки, мы даже не покрасили детскую. А ведь должны были, - сказала Эмма, продолжая спокойно лежать. Реджина крепко держала ее за руку, но не спускала глаз с Вейла, пристально наблюдая за его выражением лица. - Ничего страшного, дорогая. Думаю, малыш не будет против, - рассеянно сказала она. Вейл тем временем опустил одеяло и прочистил горло. - Ладно, Эмма, у нас должно быть еще немного времени в запасе, но мы будем готовиться к родам, окей? – Его голос звучал по-прежнему спокойно, и Эмма, казалось, чувствовала себя вполне расслабленно – ее лицо не выражало ни малейших признаков волнения. - Окей, - ответила она, и Вейл поднялся, чтобы уйти. Реджина стиснула ладонь Эммы и повернулась к ней: - Я сейчас приду. – Она наклонилась и поцеловала ее в лоб. - Окей, - снова ответила Эмма, все еще ощущая странное спокойствие. Ее малыш должен был вот-вот появиться на свет. Она готовилась к встрече со своим ребенком и была счастлива. – Ой, а моим родителям можешь позвонить? - Не вопрос, милая, - быстро ответила Реджина и улыбнулась, прежде чем отвернуться и устремиться вниз по коридору. – Вейл?! – крикнула она. Он бросил взгляд назад, но не остановился, продолжая разговаривать с одной из медсестер, когда она нагнала его. - Отправьте им всем сообщение на пейджер. Опишите ситуацию. Нам нужно действовать быстро, - говорил он медсестре. Она кивала. – Идите, - сказал он ей, и она свернула в другой коридор. – Реджина, у меня нет времени. - Что ты делаешь? - Именно то, что говорил. У нее схватки, шейка уже раскрылась. Я не могу это объяснить, но она рожает. - Ты сказал скоро, а не сегодня! - Реджина. - Он повернулся к ней и сказал не терпящим возражений тоном: - Каждый раз, когда я осматривал ее, она была все ближе к этому. Я тебе говорил, что, возможно, все случится без предупреждения. Абсолютно очевидно, что эта малышка играет не по правилам. Она готова появиться сегодня, и я готовлюсь помочь ей в этом. И у меня сейчас нет времени это обсуждать. Иди к своей жене, возьми ее за руку. Готов поспорить, что ей предстоит пережить еще немало боли. - Доктор. – Теперь вместо гнева в голосе Реджины звучало беспокойство, и лицо Вейла смягчилось. - Все, что я говорил раньше, остается в силе. Я сделаю для Эммы все возможное. – Он еще секунду смотрел на нее, прежде чем отвернуться и двинуться дальше по коридору.       Реджина пошла обратно к палате Эммы. По пути она послала Дэвиду сообщение – она была слишком погружена в ситуацию, чтобы звонить. Ее сердце бешено стучало, а руки дрожали. Это так контрастировало с поведением Эммы, которая, казалось, обрела полный покой. Когда Реджина вошла в ее палату, она встретила ее мягкой улыбкой. - Итак, я решила, что ты не должна мне говорить. Все равно я скоро сама узнаю. - Ты уверена, что я не могу сейчас тебе сказать? – спросила Реджина, подходя к Эмме. - Скажешь мне сразу после родов. – Ее голос переполняло радостное волнение. Реджина вздохнула и мягко улыбнулась ей в ответ. - Окей. – Поддавшись порыву, она наклонилась и поцеловала Эмму в губы. Она бы продолжила это делать, если бы Эмма не отстранилась, когда ее вновь пронзила боль. - Ну вот, опять. – Она попыталась улыбнуться, почувствовав очередную схватку. Реджина села на кровать и притянула Эмму к себе, и тут в палату вошли две медсестры и начали приготовления. Она зажмурилась и собралась с силами. – Поехали.