Горечь

Гарри встал за спиной Снейпа, внимательно разглядывая присутствующих. Знал он не многих, но при взгляде на каждого, хотелось сбросить мантию и на глазах у остальных, подойти и плюнуть прямо в лицо. Зрачки невольно загорались ненавистью при взгляде на Беллатриссу и Фенрира. МакМайер и Гойл были тут же, стояли рядом с «хозяевами» дома – Люциусом и Нарциссой Малфой. Драко был немного дальше; прижавшись к стене, он с неприкрытой ненавистью разглядывал всех присутствующих, так беспардонно оккупировавших его дом. Еще человек десять стояли в разных концах большой столовой; тут был и Лестрейндж, словно боящийся подойти к своей жене. Сама Бэлла сидела на ступенях, которые вели – как и в Большом зале Хогвартса – на невысокую платформу, к стоящему на ней креслу, с жесткой прямой спинкой и богатым, красивым узором. Снейп сделал несколько шагов в сторону, отвлекая Поттера – они встали поближе к колонне, от которой было еще лучше видно весь зал. Ближний круг ждал появление Темного Лорда. «Неужели он просто аппарирует? Просто войдет в эту комнату, минуя прочие, заполненные магами, мертвыми от страха только от звуков его имени? Неужели он просто пройдет мимо них, быстро, презрительно щурясь и не удостаивая этих червей взглядом? Разве не должно лорду появится посреди комнаты с приближенными в клубах черного дыма?» - Гарри одернул себя. – «Конечно, нет. Он ведь темный маг, а не фокусник с бродячего балагана». (Sound: Snape to Malfoy Manor) Нарцисса, все это время старающаяся не смотреть ни на кого, кроме мужа, вскинула голову и уставилась в окно немигающими глазами. Люциус коснулся ее руки, но женщина только вздрогнула от этого нежного прикосновения и что-то прошептала. Малфой посмотрел сначала в окно, потом на запертые двери, отделявшие собрание Ближнего круга от прочих Пожирателей. Беллатрисса поднялась со ступеней и, сделав несколько шагов к сестре и зятю, остановилась, заинтересованно, как птица, склонив голову на бок и глядя на дверь. За ними раздался шум, гул голосов, который почти сразу стих, но тут же возобновился – сквозь него были ясно слышны глухие удары каблуков о паркет. Створки распахнулись, с силой ударив о стены. Все присутствующие уставились в проем; Гарри сам чуть вышел из-за спины Снейпа, разглядывая, кто появился позже остальных. По длинному залу, предшествующему столовой, шел еще один Пожиратель Смерти, закутанный в черный плащ, с накрытой капюшоном головой и спрятанным за маской лицом. Этот человек шел быстро, глядя прямо перед собой, игнорируя склоняющихся в низких поклонах приспешников Лорда. Не сбавляя темп, появившийся Пожиратель вскинул обе руки, одновременно сбрасывая капюшон и обращая маску в черный дым. Гарри поперхнулся: по залу шла женщина. На первый взгляд, она была очень похожа на леди Малфой, но чем ближе подходила, тем тяжелее гриффиндорцу становилось дышать. Ведьма стягивала перчатки, бросая себе под ноги; щелкнув застежкой мантии, она сбросила и ее, шагнув в столовую уже в одном платье. Зал словно стал теснее, он наполнился чем-то вязким и пугающим. Поттер невольно вспомнил появление дементоров в поезде. Хотелось скрутиться в комочек, спрятав лицо в коленях и не дышать. Женщина пересекла зал, едва удостоив взглядом старших Малфоев и приветственно склонила голову, проходя мимо Беллатриссы. Взбежав по ступенькам, придерживая длинную юбку, она подошла к креслу и встала за его спинкой, уверенно и привычно облокотившись на нее одной рукой. Теперь Гарри мог ее рассмотреть: это была молодая женщина, лет тридцати пяти - сорока. Она была отталкивающе непривлекательна: платиновые, как и у Нарциссы, волосы, лицо, с впалыми щеками и бледной, гладкой кожей; правильные черты портили опущенные уголки губ. Ее гибкая фигура, болезненно худая, а от того почти уродливая, была спрятана за черной тканью длинного, опускающегося в пол платья с широкой, волнами струящейся юбкой. Прозрачные шифоновые рукава спускались до запястий, но не скрывали черную, уродующую ее белоснежную кожу метку. Декольте подчеркивало косточки ключиц. У нее были глаза Малфоев: бледные, стальные – они не пронзали насквозь, но замораживали. Девушка смотрела на всех с такой брезгливостью, что скулы сводило от страха. Гарри сглотнул. Незнакомка махнула рукой и высокие двери захлопнулись, оглушительно громко. Присутствующие вернулись к своим разговорам, иногда бросая на нее робкие или злобные взгляды. Девушка же уставилась на кольца на своих руках, откровенно скучая. Гарри облизнул губы; ему ужасно хотелось спросить, кто это; но Фенрир был совсем близко и мог услышать его голос. Ожидание длилось около 20 минут; Снейп стоял, как истукан, глядя на всех и ни на кого в отдельности; Нарцисса поднялась к неизвестной и о чем-то ее просила, но та лишь качала головой. Поттер снова отметил, как похожи эти две женщины. Двери вновь распахнулись и Ближний Круг встрепенулся, готовый приветствовать Лорда, но вместо могущественного мага в столовую вбежал Хвост. Он был точно таким, как его запомнил Гарри: мерзким, неопрятным коротышкой, с сальными глазками и отвратительными зубами. Питер низко поклонился смотрящей на него с вопросом ведьме у кресла и громко проговорил: - Темный Лорд не появится сегодня в поместье, господа. Поттер наблюдал за реакцией собрания: кто-то вздохнул с облегчением, кто-то нахмурился, Бэлла и «новая ведьма» смотрели на Хвоста одинаково раздосадовано. И только лицо Снейпа осталось привычно безразличным ко всему: ничто в его фигуре не поменялось, и Гарри заподозрил, что с собой зельевар взял его как раз потому что знал, что Волан-де-Морта не будет в поместье. Неизвестная девушка вышла из-за кресла и направилась к двери, намереваясь покинуть столовую. - Миледи, - гнусаво заворковал Питер, семеня к ведьме. Она остановилась, злобно уставившись на Петтигрю. – Миледи, наш Лорд проявил милость и позволил мне доставить вам подарок. - Пусть его принесут в мою спальню, - безразлично буркнула девушка. У нее был глубокий, чуть хриплый голос. - Прошу простить меня, Миледи, - снова бросился вперед Хвост, хватаясь за край ее юбки. – Но Лорд настаивает, чтобы подарок увидели и остальные. Ведьма стиснула зубы и раздосадовано поджала губы, но вернулась. Петтигрю довольно взвизгнул и бросился к дверям. Несколько других пожирателей втащили что-то в зал и бросили на ковер, в десятке шагов от девушки. Гарри дернулся было вперед, но Снейп придавил его к стене, не давая наделать глупостей. На полу от резкой боли в спине и ноге корчилась Гермиона. На ней была испачканная одежда, под ногти забилась грязь, лицо казалось припухшим и заплаканным. «Миледи» присела перед неподвижной волшебницей и убрала волосы с ее лица; с минуту разглядывая расширившиеся от страха глаза и трясущиеся серые губы Грейнджер, она вдруг отдернула руку и выпрямилась, брезгливо вытирая пальцы о платье. - Грязнокровка, - прошипела ведьма, с отвращением глядя на девочку. – Какая неудачная шутка, Хвост, - добавила она угрожающе. - Миледи, - маг затрясся и сделал несколько быстрых шагов назад. – Миледи, это… - На что она мне?!!! – взбешенно рявкнула Пожирательница. - Это Грейнджер, - подал голос Драко, привлекая к себе внимание. Девушка посмотрела на младшего Малфоя. - Она учится с тобой в Хогвартсе? - Это подруга Поттера, - тихо пробормотал парень. - Кака-а-а-я встреча, - Белла зло оскалилась и шагнула ближе к гриффиндорке. Гермиона дернулась, но магические путы крепко держали ее. – Кто бы мог подумать… Лестрейндж протянула руку в щеке Мионы, но другая ведьма мгновенно сжала ее запястье, останавливая. Беллатрисса замолчала и почтительно отошла, облизывая растянутые в снисходительной улыбке губы. - В подземелье, - мрачно бросила колдунья. Притащившие волшебницу в столовую, снова схватили ее и поволокли прочь. - Миледи, но ведь она - подруга Поттера! Какое можно устроить показательное… - Я здесь, не чтобы развлекать Вас, - девушка угрюмо оглядела присутствующих и снова направилась к боковой двери. - Конечно, - Гарри обернулся на громкий шепот. Говорил какой-то молодой парень, ненамного старше самого гриффиндорца; глядя на удаляющуюся ведьму, он похабно улыбался. – Она развлекает кого-то другого. Несколько человек с испугом взглянули на него, Белла криво усмехнулась и отошла в сторону. Девушка, так похожая на Нарциссу, остановилась. Говоривший стоял перед Гарри и Снейпом; зельевар отошел за колонну, но Поттер остался на месте, глядя на происходящее словно глазами этого парня. Тот занял слишком откровенную позицию: скрестив руки на груди и готовясь встретить взгляд ведьмы нахальным и призывным ответным взглядом. Она чуть шевельнула кистью, и говоривший рухнул на пол, тонко взвыв от ломающей тело боли. Волшебник вытянул шею, неестественно прогнувшись в позвоночнике и забил руками по паркету, сбивчиво и дико. Гарри вздрогнул - у корчащегося в его ногах мага глаза готовы были вылезти из орбит, он хрипел и извивался, как брошенная на сковородку рыбина. «Crucio» заставлял его дергаться в диких судорогах, причиняя самому себе лишнюю боль. Ведьма же медленно подходила к нему. Выражение ее лица говорило о полном спокойствие и даже расслабленности, но в серых глазах сверкали такие молнии бешенства и ярости, что все без исключения маги предпочли исчезнуть из ее поля зрения. - Вы должно быть еще не поняли, где находитесь, - снисходительно пропела колдунья своим хрипловатым голосом. – Не поняли, что можно говорить, а что нет. Присев рядом с мучающимся волшебником, она тряхнула головой – прядь волос скрыла половину лица. Другие Пожиратели теперь с усмешкой и умеренным испугом наблюдали за этой сценой. - Но я научу вас, - приторно ласково добавила волшебница. – Молчание – золото. Мой друг. Она моргнула, и стальная радужка и черный зрачок левого глаза сменились непроглядной чернотой; тьмой глубокой, матовой, поглощавшей свет горящих в столовой свечей. Поттер вжался в стену от леденящего ужаса – сквозь завесу серебряных волос этот черный провал вместо глаза было сложно рассмотреть – но Гарри находился слишком близко и, кажется, начал чувствовать, как само его естество коченеет от страха перед этой первобытной, злой и волшебной тьмой. Ведьма что-то прошептала и снова моргнула. Маг взвыл на высокой ноте, а она лишь хмыкнула, удовлетворенно глядя на него снова светлыми, серыми глазами. Несчастный катался по полу, раскрыв рот и прижав ладони к лицу. Между пальцев у него стекала кровь, комната наполнилась вонью горелой плоти. Но никто не посмел броситься на помощь. Неживое лицо колдуньи тронуло злое очарование, но в глазах осталось только бесконечное, никем не тронутое безразличие. Равнодушие. Неодушевленность. Гарри едва не закричал. Ведьма выжгла парню язык, превратив правую щеку в обугленный кусок мяса. Бедняга выл от боли и страха, свернувшись калачиком. Слезы растворялись и жгли изуродованное лицо. Поттер рванулся прочь, за колонну. Пожирательница Смерти тут же дернула головой, обернувшись в сторону его движения. - Selencio, - кратко бросила она, и истошные вопли молодого мага прекратились. - Что случилось? – Люциус шагнул вперед. – Аллегра?! Гриффиндорец замер. Девушка смотрела прямо на него, скрытого мантией невидимкой. Она не могла видеть сквозь нее, но словно силилась перебороть магию древнего артефакта. Аллегра, как ее назвал Малфой, медленно выпрямилась. У нее в пальцах материализовалась волшебная палочка. - Здесь чужой, - прошептала она, озираясь по сторонам. Пожиратели, как один, схватились за палочки, оглядываясь. Снейп уставился сначала на ведьму, потом скользнул взглядом по Гарри, понимая, что она уловила именно его резкие движения. - Luceat, - выкрикнул Малфой, и зал озарился ярким светом, из-за чего каждая вещь в столовой отбросила черную, глубокую тень. Включая скрытого чарами мага. - Petrificus Totalus, - первым выкрикнул Лестрейндж, бросив в Поттера заклятье. У него не оставалось выбора, и Гарри поставил щит. Разбившееся заклинание повлекло за собой целую череду других. Парень бросился прочь, не заботясь о виднеющихся из-под мантии ногах. Он смог увернуться от большинства проклятий и взорвал большую гипсовую колонну, наполняя зал белой пылью и мелкими сухими крошками. Пожиратели закашлялись, потеряв его из вида. Спрятавшись за высокое кресло, Поттер вцепился в карманные часы-портключ, стараясь перекрутить стрелки на двенадцать – Дамблдор предусмотрел его на случай экстренного возвращения в Хогвартс. - Sectumsempra, - вскользь, но заклятье задело его. Аллегра бросилась к платформе: Гарри рухнул, выронив портключ, и вцепился в рассеченные ноги. Мантия задралась, скрывая теперь только плечи и лицо. Ведьма опустилась на колено и рывком отбросила зачарованную ткань; Поттер уставился на нее мутными от саднящей боли глазами. Лицо приспешницы Лорда вытянулось - огромные глаза стали похожи на совиные, рот удивленно приоткрылся, брови изогнулись причудливой дугой. Снейп решился подойти к ней, аккуратно коснувшись плеча. - Миледи, - отчеканил он, и тут же добавил шепотом, склонившись к самому ее уху. – Прошу Вас… Но колдунья резко сбросила его руку, выкрикнув: - Забыли свое место, Снейп? - Гарри в ужасе сжался. Казалось, она сейчас испепелит мага – настолько неприятно ей было это касание. – Прочь! Мужчина, склонившись, отошел, а тело Поттера прошибла болезненная судорога, похожая на слабый «Crucio». - Похоже Дамблдор отчаялся узнать хоть что-нибудь, раз посылает к нам детей, - с издевкой выкрикнула она, оглядывая зал. – Драко, ты знаешь, кто это? Малфой быстро подбежал и взглянул на Гарри. На лице волшебника отразилось недоумение и смятение. - Это Невилл Лонгботом.