Горечь

Дверь в Выручай-комнату появилась, едва Поттер ступил в коридор второго этажа. Взволнованный, радостный он толкнул тяжелую створку. И остолбенел. Кажется, нечто подобное он уже видел в сейфе Блэк. Пирамиды, горы, взмывающие вверх к потолку. Но, в этот раз, не золотых галлеонов, а пыльных старых вещей. Бесконечный, как отдел предсказаний министерства, лабиринт чужих секретов. Кладезь тайн сотен поколений студентов. Гарри задушено выдохнул и расслаблено повел плечами: все в порядке. Ужасающие масштабы поисков уменьшились до одного короткого слова. Поттер направил палочку вглубь помещения и уверенно произнес «Accio, крестраж Тома Реддла». Он напряженно прислушивался, ожидая уловить нарастающий гул рушащихся нагромождений или хотя бы свист летящей к нему диадемы. Но ничего не происходило. Он повторил заклинание. Потом еще раз. И еще раз. Результат был неизменен – крестраж не отзывался. Поттер выругался. «Но ведь срабатывало! Ведь я смог призвать чашу в сейфе…» В банке Гринготс, когда он сам был крестражем. Когда осколок чужой души был спрятан в нем самом. Гарри застонал и зло пнул кучу старья. Маг не мог больше ощутить душу Темного лорда, теперь, когда она стала чуждой ему. В Большом зале Поттер застал всех друзей, кроме Джинни. Его теория о Выручай-комнате была воспринята с восторгом и радостью, кои он неумолимо пресек, рассказав о своей неудачной попытке призвать крестраж. - Луна может помочь, - протянул Драко, кивая в сторону Лавгуд, сидевшей рядом с Гермионой. Гарри вопросительно посмотрел на подругу. - Наверное, - пожала плечами девушка. - Точно, сможет, - поддержал и Малфоя, и Полумну Лонгботом, устроивший подбородок на плече у слизеринца. Поттер мысленно уговорил себя подумать об этом позже. - Я не смогу призвать диадему, - разочаровала их когтевранка. – Но я точно смогу сказать, когда крестраж будет уничтожен. - Эмпатия – удивительная штука, - довольно заключил Невилл и подмигнул нимфе. Луна мягко улыбнулась, околдовывая всех своей очаровательной робостью. - Бесполезная, - покачала головой Гермиона. – Извини, Полумна. Что мы будем уничтожать? Тыкать мечом и клыком василиска в каждый предмет, пока не повезет? - Огонь, - убежденно кивнул Лонгботом. - Ты резко научился контролировать Адское пламя, Невилл? – язвительно заговорила Грейнджер. Гарри почувствовал неприятный озноб. Видимо, не он один – гриффиндорец отодвинулся от Малфоя, на тормозах спуская тон Мионы. - Гарри уж один раз подчинил Блэк себе, - спокойно заговорил он. – Просто сейчас она сожжет целую комнату, а не одни предмет. - Тогда, рядом был Снейп, - грубо одернула всех девушка. – Без него это слишком рискованно! Драко вспомнил, как Аллегра в прошлый раз едва успела захватить узду, в которой держала монстра внутри себя. Тогда это была одна чаша – а сколько времени потребуется, чтобы выжечь комнату? Тем более сейчас, после всего, что произошло. - Она права, - протянул Малфой. Гермиона вздернула нос, показывая, что мысль эта очевидна. - Я думаю, - тихо протянула Луна, оглядывая друзей. – Я думаю, нам надо спросить саму леди Блэк. Грейнджер с ними не пошла. Гарри почувствовал легкий укол совести за то, что вздохнул с облегчением, когда подруга скрылась за дверьми Большого зала. Блэк о чем-то тихо переговаривалась с Хагридом, сидевшим перед ней на скамье. Сама ведьма уселась на стол и, склонившись к лицу лесника, неторопливо что-то ему рассказывала. - Тоже не знаю, что в них страшного-то? – бурчал в ответ полувеликан. – Да, и не видят их многие. А, что плотоядные – так, это же про всех можно, так сказать. Нет, наши-то, даже когда в кареты запрягаешь, они так и льнут, так и подставляют морду под ладонь. Девушка сдержанно улыбалась на эти наивные речи. - Аллегра, - тихо позвал ее Малфой. Блэк кивнула Хагриду и спрыгнула со стола, на ходу оправляя юбку. - Мы знаем, где диадема. Пустые серые глаза блеснули сталью. Драко коротко объяснил, к чему они вместе пришли. - Вам не понадобится накладывать на меня заклинание, мистер Поттер, - спокойно произнесла она. Трое волшебников нахмурились, как по команде. - Вы говорили, что не можете быть причиной смерти… - начал было Невилл, недоверчиво глядевший на Блэк еще со времени ее появления в кабинете директора. - Скажем так, - проигнорировала его взгляд колдунья. – Я готова рискнуть. Малфой напрягся. - Это не то, о чем ты думаешь, - тут же успокоила его крестная. – Я останусь цела. Взгляды Драко и Лонгботома слились в один – испытывающий, недоверчивый. - Если вы позволите, - Аллегра потерла переносицу. – Если вы позволите, я не буду углубляться в хитросплетения темной магии. Парни отступили; Гарри отвел их к Выручай-комнате. Девушка сморщила нос, оглядывая горы хлама, заполнявшего помещения. - Вам лучше остаться снаружи, - пробормотала ведьма, вскидывая палочку. - Нет! – одновременно отреагировали Малфой и Лонгботом. Блэк закатила глаза и уронила руки. - Оставьте дверь открытой, только оставайтесь в коридоре. Пока остальные выходили, Гарри положил руку ей на предплечье и шепотом спросил: - Как вы это сделаете? Аллегра резко утратила даже намек на то расслабленно спокойствие, олицетворением которого она была минуты назад. - Это сделаю не я, - и Поттер отпрыгнул в сторону, столкнувшись с заморозившим все внутренности взглядом разноцветных – черного и серого - глаз. – Уходите. Яркое пламя охватило комнату, прежде чем Гарри успел обернуться. Нагромождения вещей таяли на глазах, и огонь жадно набрасывался на следующую гору. Он все разрастался и разрастался, а через минуту Поттеру уже казалось, что перед ним открыта дверь в преисподнюю. Огонь, запах горелой бумаги, пластика и дерева, черный дым, искры, хлопки взрывов и бесконечный, непрекращающийся треск. Остальные так же зачарованно смотрели на пожар, подбирающийся к хранилищу чужой души. Невилл крепко держал Драко за руку, оба не отрывали глаз от безумствующих языков пламени. Магия, бушевавшая в трех шагах от них, была страшной, стихийной. Магия – не красивые искры, срывающиеся с кончика палочки, не детские “Lumos” и даже не запрещенная “Avada” – это была стихия, не укрощенная и живая. Луна невольно сделала несколько шагов назад от жара и столкнулась с Гарри. Его обдало запахом ее волос – мята и сладкое яблоко, смешанные с запахом огня и гари. Он ободряюще приобнял подругу, сжав пальцы на худом плече когтевранки. Волшебница ясно и открыто улыбнулась, и снова уставилась на огонь. Поттер чуть усмехнулся – почему-то ему казалось, что даже в этой уничтожающей все на своем пути стихии Луна видит что-то прекрасное. Вдалеке раздался едва слышный взрыв, Лавгуд обхватила себя руками и, не смотря на весь идущий из комнаты жар, покрылась мурашками. Ее губы побледнели, с них сорвалось белое облачко пара. Гарри чувствовал, как кожа под его пальцами стала холодной, и испуганно отпустил Полумну, когда она торопливо зашагала к продолжавшей колдовать ведьме. Нимфа что-то шепнула на ухо Аллегре. Блэк аккуратно начала вращать палочкой, обращая пожар в высокие огненные смерчи. Столбы живой, пульсирующей магии взвивались, дергались, но все равно подчинялись ее размеренным движениям и постепенно тухли, словно камни засасывали их внутрь. Огромное, покрытое сажей и горами пепла помещение. Разоренная сокровищница. Аллегра и Полумна вышли, а Невилл молча закрыл дверь, пряча еще один страшный секрет. Гарри сомневался стоило ли подходить к Гермионе. - Неужели получилось? Поттер кивнул, стараясь не радоваться совсем уже откровенно. - Надо же, - досадливо пробормотала Грейнджер. - Ты недовольна? – с толикой непонимания спросил гриффиндорец. - Да, нет. Я просто тут думала, Гарри, - начала она. – Если это все закончится, что будет дальше? Неужели, такие как Малфой и Блэк выйдут сухими из воды? - О чем ты? – что-то похолодело у Поттера в груди. - Ты, наверное, не думал об этом… Но, победа над Волан де Мортом ведь откроет столько возможностей. Ты только представь! Как можно будет изменить все, - жарко затараторила волшебница. – Можно будет показать, что весь этот конфликт – пережиток прошлого. Сколько артефактов хранится в сейфе Блэк? А Малфоев? Зачем держать их запертыми, когда они могут принести пользу?!!! - Миа, мне кажется… - Подожди. Маглорожденных перестанут называть неподготовленными. Таких как мы! Почему мы должны подчинятся старым устоям, когда можем создать что-то лучше?!!! Равенство. Свободу от предрассудков! Девушка еще что-то бормотала, взмахивая руками. А Гарри прятал глаза, понимая, что медленно, слово за словом, он теряет некогда самую близкую ему подругу. Он был в чем-то с ней согласен. Но ведь… Гермиона предлагала разорить часть общества. Поттер крепче стиснул зубы. Маг слишком привык переносить все на себя – и он не был бы рад, если бы его сейф разорили; а ведь по сравнению с состояниями Блэк, Малфоев, Дамблдоров, да, даже Лонгботомов – его сокровищница была ничтожна. - Поместья! Ты подумай! Можно открыть школы, центры, детские дома. Какие это земли – они же пропитаны магией!!! - Но у них есть хозяева, – наконец, взвился Гарри против слов подруги. – Ты не можешь просто выгнать магов из их домов! - Я не предлагаю выгонять их. Просто переселить. Ведь эти земли были бы полезнее, если бы мы… «…семья питает дом, дом поддерживает семью. Кем бы ни был маг, у него должно быть место, чтобы укрыться от мира». - Так нельзя. - Но так будет лучше! – воскликнула Грейнджер, даже чуть подпрыгивая на диване. - Кому лучше? – возмущенно переспросил парень. – Это же воровство, Миа! - Это лучше, чем, когда такие земли подчиненны от силы десяти магам, хотя могут принести пользу сотне. - Лучше - не значит верно, - покачал головой Гарри. Гермиона удивленно посмотрела на друга. - Никогда не думала, что ты будешь цитировать Снейпа, - усмехнулась она, все также уверенная в своей правоте. - Нельзя же рушить то, чего не знаешь, - попытался объясниться парень. - Но мы знаем, Гарри! Теперь знаем… Сколько предрассудков, сколько ограничений, просто потому что привилегированный кружок волшебников решил, что так должно быть. Гриффиндорец еще несколько минут молча слушал подругу. А когда она замолчала, пожелал спокойной ночи и ушел в свою спальню. Он с горечью думал о том, что Гермиона зарвалась; и считать себя умнее остальных не всегда значит быть умнее.