Часть 4. Пролог
5 ноября 2016 г., 00:02
Драко и Невилл дружелюбно обняли Поттера, похлопывая по спине.
Гарри всегда испытывал легкую зависть к тому, как изменились его друзья. Лонгботом превратился в высокого здоровяка с грубоватым, но приятным кельтским лицом и прямым, смущающим взглядом ясных, голубых глаз. Влияние Малфоя на него было очевидным – Невилл перенял некоторый лоск осанки и уверенность жестов, но благодаря этим своим невероятным глазам всегда оставался, тем самым гриффиндорцем, что делил с Поттером комнату все годы учебы. Драко из худощавого подростка давно преобразился в статного, гордого мужчину с сильными, но грациозными руками. Он теперь ужасно походил на молодую версию своего отца – не хватало только длинных волос и трости. Но манеры мага были куда сдержаннее и не настолько надменны – Невилл так же влиял на мужа, как тот на него. И хотя Лонгботом походил на благородного горца, а Драко на северного аристократа – в обоих чувствовалась такая порода, что невольно становилось неловко за собственную речь и безыскусность манер.
Гарри же остался невысоким и довольно симпатичным – Невилл даже пошутил когда-то, что на Поттере время остановилось. В его лице так и остался отпечаток детскости, подростковой наивности, и это давало очень неприятный контраст с его внимательными, умными глазами. Маг не смог стать той сливкой общества, какую из него пытались сделать друзья – Гарри навсегда остался «своим парнем» в джинсах, свитере и удобных ботинках или кроссовках. Он нелепо выглядел в преподавательской мантии или деловом костюме, и - хотя бесшабашность теперь была тщательно спрятана под строгостью и тактом – Поттер изменился меньше всех.
И контрастом его статичности была Гермиона. Из смущающейся, неуверенной зазнайки Грейнджер превратилась в обворожительную, вредную и чертовски деловую ведьму. Она была везде в своей тарелке – и на светском рауте, и на корпоративной вечеринке, и в кабинете министра, и в школе, и в любом другом месте. Алые губы, острый взгляд ореховых глаз, короткая пышная прическа и точеная фигура – вот уж кто превратился из гадкого утенка в настоящего лебедя.