***
Когда дверь лифта открылась, перед Оливией уже стояли три знакомых персоны: Вижн, отец и Наташа. Во всех обращенных на Ливи взглядах читалось некое нестерпимое ожидание, будто троица не виделась с Ливи целую вечность. — Хэппи решил торчать во всех пробках? — раздражённо буркнул Тони, а после без слов обнял дочь, заметив её растерянный взгляд. Наташа улыбнулась, глядя на эту картину, а Вижн с заинтересованностью изучал семейные отношения. — Привет, бурундучок, — Наташа подошла к девушке после Старка и приобняла её, заботливо погладив по длинным волосам, распущенным ещё в машине самой школьницей. — С чего бы вы все встречаете меня? — недоверчиво поинтересовалась Оливия, и Тони заговорчески улыбнулся. — Вижн тут живёт, пяти этажами ниже, пока Натали будет помогать мне кое с чем, — Старк как всегда сдерживал интригу для дочери и, взяв за плечи, увёл её в свой кабинет, оставив двух оставшихся собеседников наедине. Оливия села на диван, выжидая, пока Тони достанет что-то из ящика, который находился под семью замками, а, вернее, кодами доступа. «Старый параноик» — подумала девушка, тихо хихикнув. Протянув дочери папку с бумагами, Тони наблюдал за реакцией девушки. Оливия, прочитав заголовок, заранее расстроилась: «Документы в суд». — Уже отправил? — спрашивает Оливия, а Старк старший кивает. — Значит, скоро ей придёт повестка. Тони долго планировал всю эту аферу, тщательно разбирался со своими юристами, как правильно преподнести причину разногласий и суть вопросов по поводу общей дочери. Мужчина приложил все возможные и невозможные средства, чтобы некоторые друзья в суде приняли жалобу на бывшую жену, так и случилось. Приложив к последней странице тест на отцовство, Тони дал понять, что имеет все законные права на воспитание ребёнка самостоятельно. — Ты всё ещё этого хочешь? — осторожно спрашивает любящий отец, а Оливия кивает. Тут Тони понимает, что с его болтушкой что-то не то. — Что случилось? — Всё нормально, просто… Мне страшно, — честно призналась Лив, ведь в душе она оставалась маленькой девочкой, которую очень легко обидеть и напугать. В каждом из нас живёт такой ребёнок. — Я обещаю, что когда мир узнает обо всём, тебе ничего не будет угрожать. Ты официально и для всех будешь моим лучшим творением, и никто с этим не поспорит, — Энтони обнял Оливию, и дитя уткнулось в его плечо, тяжело вздохнув. Этот период обещает быть тяжёлым для всех. — А что тут тогда делает Наташа? — соображает Оливия, когда одна цель приезда была раскрыта. — Именно потому, что весь мир узнает, кто моя дочь, тебе необходимо изучить, как нужно обороняться, чтобы ты могла защитить себя, — Тони говорил абсолютно серьёзно, что на минуту девушка подумала, что, возможно, это и вовсе не её отец , пока не услышала продолжение, — и ещё, чтобы ты смогла оторвать любому парню руки. Я знаю этих утырков, и о чём они думают.***
Переодевшись в заранее приготовленную спортивную одежду, состоящую из спортивного топа, коротких леггинсов и весьма удобных кроссовок, Оливия вышла из раздевалки. После этого её ждала первая и очень информативная лекция во время того, как Наташа заплетала ей две французские косы. Русская объяснила надобность этой причёски очень просто: во-первых, с распущенными волосами возникает множество проблем, а Лив бывает настолько неуклюжа, что потащить её за волосы — легче легкого; во-вторых, заплетание кос по утрам помогает собраться с мыслями и дисциплинирует. — Видела, как дерутся по телеку? — спрашивает Наташа, стоя напротив русоволосой, и та кивает. — Это всё полная чушь. В реальной жизни ничего так не происходит. Тут либо ты кого-то, либо тебя. Поэтому ты должна внимательно слушать меня. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Чёрная вдова будто бы предчувствовала беду, и меньше всего ей хотелось, чтобы пострадал ребёнок, коим была дочь его друга, поэтому одной из главных задач для неё стало научить Лив справляться со стрессом и страхом. Оливия должна была стать собранной и сосредоточенной. — Все эти киношные стойки, а-ля «я лучший боксёр года» — не наша история. Твои руки должны находиться на уровне пресса, ноги чуть-чуть согнуты, одна впереди другой, — Романофф сначала показала, как выполнять стойку, а после подошла к Ливи сзади и помогла ей повторить, опуская её руки чуть ниже. — В драке очень часто все решает первый удар или прием, поэтому необходимо действовать быстро. Сравни себя со змеёй, которая готовится ужалить. Оливия слабо ассоциировала себя с данным пресмыкающимся, поэтому не имела возможности представить, какого это. Все её мысли были далеко за пределами этого спортивного зала, где когда-то отрабатывали приёмы Мстители. Из-за этого у девушки практически ничего не выходило. Все приёмы, показанные Наташей, были совершены Лив абсолютно ужасно. Она спотыкалась, визжала, неконтролируемо смеялась, а после делала вид, что хоть что-то понимает. — Good girls are bad girls that haven't been caught… — тихо поёт девушка песню 5SOS, когда её, так называемый, учитель, отошел попить воды. Данные строчки заели у неё в голове с самого утра, когда она пересмотрела клип группы. — Твои мысли явно за пределами этого здания, — констатирует факт бывший агент Щ.И.Т.а, а Лив смотрит на неё и вздыхает. — Он всё ещё там? — спрашивает Старк у шпионки, зная, что она поймёт, о ком идёт речь. Конечно же, ежу было понятно, что в голове у Оливии таятся мысли не только об учёбе, родителях, друзьях и мальчиках. С тех пор, как рядом нет бравого Капитана Америки, всё в её жизни стало иначе. Со Стивом девушка могла болтать часами, забывая про время. Она глупо шутила, иногда вынуждая мужчину так же глупо ей подыгрывать, ей было абсолютно всё равно узнает ли её отец. Оливия просто желала вернуть близкого человека, потому что он понимал её, как никто другой. Ни Пеппер, ни ЭмДжей не помогут ей так, как мог бы Роджерс. — Я думаю, что да, — честно ответила Нат, видя в зелёных глазах горечь разлуки. Женщина была одной из немногих, кто знал, что Стив проводил время с дочерью Тони, поэтому она всеми возможными способами пыталась отгородить Старка от этой новости. Он не только не желал давать им общаться, но и жутко ревновал, показывая это всем своим видом. — Я очень скучаю, — призналась Оливия, а по её щекам потекли слёзы. Накопилось. Так долго невозможно было молчать. Наташа без слов поняла всё и села рядом с девушкой, прижимая её к себе, пока та плакала. Она знала, как тяжело даётся это не только ей, но и Капитану, так что сердце шпионки разрывалось на части от этих слёз.