Дикое солнце

Застолье, несмотря на всю ситуацию, — ее напряжение и в тоже время абсурдность, — шло на удивление активно. Впрочем, больше со стороны близнецов, которых совершенно не смущала нагнетающая траурная атмосфера. Без какого-либо намека на скованность они радостно набивали животы домашней стряпней, до которой им удавалось добраться только вот в такие редкие случаи, перепадавшие от силы один-два раза в год. В остальном омеги питались, как придется, лишь бы меньше химии, которую в нынешнее время пихали почти во все продукты. Почему? Они и сами не знали, но принципиально ели только натуральное, либо ничего.  — Наруто, косточки в рыбе мягкие, так что не откладывай. Кальций тебе сейчас нужен, — наставительно заметила Микото, когда обратила внимание на старательно выгребаемые из рыбы совершенно мягкие кости. А затем подложила парню на тарелку салат. — И овощи ешь, — а вот на это наставление Наруто рефлекторно поморщился. Выглядывающие из салата оливки и помидоры его не привлекали никогда в жизни. Остальное нормально, даже примитивные листья салата, но не оливки или помидоры. Но потом омега задумался, зависнув взглядом на таких внезапно аппетитных, выглядывающих из зелени красных кусочках.  — А у вас есть просто помидоры? Целые, — поднял он чуть растерянный взгляд на женщину, никак не ожидая такой подставы от своего еще не родившегося отпрыска.  — Конечно, Наруто, — просияла Микото, поднимаясь из-за стола. — Я, когда Саске вынашивала, их килограммами ела, — понимающе и очень тонко действуя на нервы враз подтянувшимся Саске и Фугаку, улыбнулась она, проведя ладонью по плечу Наруто. А затем удалилась в кухню, словно бы и не обратив внимания, как взвинчивала своих альф простыми фразами. Только Итачи, методично выбирающий вилкой горох из своей порции какого-то из трех выставленных на столе видов салата, старательно подавил нервную улыбку, продолжая делать вид, что не при делах. Он предпочитал оставаться сторонним наблюдателем в вынужденном семейном разладе и никак не мог выбирать, на чьей стороне быть. Для него правы оставались обе стороны. Обе стороны оказались одинаково важны, и защищать кого-то одного он просто не мог. Мать встала на сторону омег, а отец предпочел защищать семью. В беззвучном споре между супругами молодежь не спешила давать о себе знать без особой на то причины. Микото, в отличие от своего мужа, сына перед выбором и не собиралась ставить. Смело стоя грудью против двух грузных альф, омега казалась на удивление бойкой, несмотря на свою хрупкость, утонченность и нежность, выражаемую в каждом движении ее тела.  — Наруто, — сухо начал Фугаку, когда его боевая — а он даже не сомневался, что сейчас настроение именно такое, ведь речь шла о будущем ребенке — супруга на время их покинула. Наруто с интересом перевел взгляд с помидоров на мужчину, ничуть не стесняясь смотреть столь взрослому опытному альфе прямо в глаза. Фугаку сразу понял, что не так уж его сын был не прав, когда взбычился против Наруто. Такой наглый и не знающий своего места перед альфами омега вполне мог быть шлюхой, каким его описал Саске. — Выйдем, я хочу поговорить с тобой, — Учиха поднялся из-за стола и за ним сразу потянулись Саске и Наруко, но мужчина огрел молодняк всего одной подчиняющей фразой: — Наедине, — Саске неуверенно, а Наруко опасливо, опустились на свои места, внимательно проследив, как непринужденно поднялся из-за стола Наруто. Саске с трудом подавил в себе необъятное жгучее желание подскочить на ноги и вопреки всему отправиться с ними. Хотя бы подслушать уже казалось неплохим вариантом, лишь бы не оставаться на месте и ждать неизвестно чего.  — И о чем ты хочешь с ним поговорить, позволь узнать? — невинно улыбаясь, как маньяк перед распятой на железном столе жертвой, Микото вернулась в гостиную и поставила на стол блюдо с маленькими красными помидорами в нем. Итачи нервно сунул в рот кусок мяса, отчетливо понимая, что в горло он не лезет и на вкус, как трава, но выхода нет, и придется проглотить. Он знал, что их мать очень покладистая и примерная омега, которая безропотно слушается своего альфу и всегда поддерживает его решения. До тех пор, пока сама согласна с этими решениями. В противном же случае… Итачи не мог этого описать, так как ему не представлялось возможности наблюдать действительно серьезные разговоры родителей. Просто по какой-то причине иногда его крайне упрямый и несговорчивый отец кардинально менял собственные решения после разговора с женой. Став старше Итачи начал понимать, что на эти решения влияла его хрупкая мать, и ему невольно становилось страшно от мысли, что же она такого могла сказать или сделать столь сильному и упрямому альфе, чтобы он передумал и выбрал ее вариант. Фугаку остановился, встречаясь с супругой нечитаемым взглядом. Она в ответ смотрела обманчиво по-доброму. То, что они вели между собой какой-то сложный диалог, можно было понять только по повисшей атмосфере, словно говорящей «шаг в сторону — голова с плеч».  — Микото, завари чай. Мы поедим твой пирог, когда вернемся, — сдержанно, наконец, ответил Фугаку, разрывая зрительный контакт и выходя из гостиной в коридор. Женщина стиснула свои небольшие ладони в кулачки, но почти сразу разжала их и нарочито сдержанно села обратно за стол.  — Наруто, — обратилась она, к почти уже ушедшему следом за альфой омеге. Парень притормозил, вопросительно взглянув на Микото, но та вдруг просто тяжело улыбнулась, стараясь держать себя в руках. Она определенно показывала намного меньше чувств, чем испытывала в действительности. — Ты любишь черничный пирог? — поинтересовалась она, игнорируя повисшую в воздухе, почти ощутимую физически, недосказанность.  — Думаю да, — широко улыбнулся в ответ Наруто, поражая и успокаивая своей теплой непоколебимой уверенностью болезненно колотившееся сердце женщины. — Все будет хорошо, — произнес он вроде бы до смешного банальную фразу, но в его исполнении прозвучавшую так успокаивающе, что даже Итачи невольно расслабился, вдруг почувствовав, как напряжение последних дней спадает. Махнув рукой и напоследок встретившись взглядом с не менее воодушевленной, полностью поддерживающей его, сестрой, Наруто покинул гостиную.  — Поразительного человека ты встретил, Саске, — с тихим восхищением вдруг выдохнула Микото, смотря на пустой проем двери. Наблюдая за этим сильным, неунывающим и ярким омегой, она осознавала, что единственный, за кого стоит переживать, это ее Саске. Такой молодой в ее глазах, сумбурный и привыкший к одиночеству альфа, мог слишком поздно разглядеть и упустить то сокровище, что оказалось у него в руках.  — Мам, брось. Он только делает вид, что хороший, — поморщился Саске, резко схватив вилку и нервно воткнув ее в кусок рыбы. Все происходящее его, наверное, нервировало даже больше, чем родителей вместе взятых. Он вообще перестал понимать, что происходит после того, как они сели за стол, за которым уже собрались все омеги и очень дружелюбно обсуждали, почему натуральная еда так полезна для кожи. Итачи, пнувший брата в голень под столом, ничуть не улучшил ситуацию, своим намеком заставив Саске устыдиться за вызванные на материнском лице морщины. *** Другой омега на месте Наруто уже сто раз бы перенервничал и, наверное, стал извиняться за свое поведение. Под этим тяжелым испепеляющим взглядом можно было смело вешаться и не беспокоиться, что наблюдатель придет к тебе на помощь. Тем не менее, Наруто, расслабленно облокотившись на деревянные перилла летней веранды и устремив свой взгляд в бескрайние дали, где зеленые поля ревниво чертили линию горизонта перед ясным синим небом, чувствовал себя свободно. Погода благоволила своей безмятежностью. Даже жара сегодня уступила место нежному ветерку, позволяя погоде немного побаловать мир свежестью и легкостью.  — Я не вру, — нарушил молчание Наруто, опередив Фугаку и вынудив его уступить слово, что само по себе противоречило природе альфы и отрицательно влияло на оценку личности омеги. — Ребенок Саске.  — Это узнаем после теста на отцовство, — уклончиво не согласился с парнем Фугаку. Он тоже перевел хмурый взгляд на горизонт, отмечая хорошую погоду и отстраненно подумав о сорвавшейся на этот день рыбалке. Сложив руки в замок за спиной, альфа задумался, выстроив вокруг себя атмосферу тяжелой неопределенности. — Тебе что-то нужно и это явно не Саске или наши деньги. Зачем ты вернулся в жизнь моего сына, если не за созданием семьи или получением средств? — Наруто перевел взгляд на мужчину, вдруг задумавшись о том, сколько же омег пришлось перетерпеть их семье, чтобы с таким холодным спокойствием, словно событие не отличается чем-то сверх нормы, принимать все, как есть. И ему совершенно точно было жаль эту семью, которая, несмотря на свое, далеко не бедствующее положение в обществе, осталась крепкой и целой, сумев преодолеть неоднократные препятствия на своем пути.  — Я еще не решил, — честно ответил омега, вызвав у Фугаку недоумение и желание выкинуть его прочь с территории их дома. Альфа еще не определился, насколько опасен для их семьи этот незнакомый вульгарный парень, но знал, что делать, когда, наконец, сможет разобраться в ситуации. Вариантов было не так уж и много. — Я только знаю, что у нас с Наруко ничего нет. Ни для себя, ни, тем более, для ребенка. Есть только мы и наше искреннее желание дать этому ребенку все, что мы только можем. И даже больше, — Наруто снова перевел взгляд на горизонт. Говорить вдаль безмятежных полей было легче, чем глядя в черные глаза, не без причины презирающего его альфы. — У нас ведь не должно было быть детей. У меня так точно, — Фугаку хмуро крепче сцепил руки за спиной. Он не испытывал сочувствия к этим омегам, но принимал их историю и мотивы, что было важнее. — И я не люблю Саске. Нет смысла врать об обратном. Не чувства привели меня к нему. Впрочем, не будь симпатии, то я и не лег бы под него. Я знаю. Не мальчишка ведь уже, чтобы напиться и проснуться невесть с кем в постели, хотя и так тоже бывало в жизни, — Наруто держал ровный спокойный тон. Его красноречие не отягощали муки совести или сомнения, хотя они тоже были. Он просто знал, что сейчас надо говорить все, как есть, а опыт давно научил не бояться правды. Для полноты картины не хватало только сигареты. От мысли о ней у парня сразу пересохло во рту, вынуждая облизывать губы. — Мы с Наруко думали просить у вас помощи с документами, если выйдет так, что Саске типичный тупой альфа, не воспринимающий омег за личность. Что, в итоге, и получилось, — Наруто хмыкнул, улыбаясь и делая вид, что не заметил, как Фугаку на него покосился, оценивая степень честности, но относясь со скептицизмом к перемыванию костей собственному сыну. — И с деньгами. Откуп обычное дело с альфами, — омега небрежно пожал плечами, всем своим нутром не соглашаясь с таким мировым устоем, но благоразумно держа мнение по этому поводу при себе. — Но я задумался о том недалеком будущем, которое скоро наступит. Мне двадцать семь и я жду ребенка. Ни образования, ни родственников, кроме Наруко. За душой ни гроша и даже документы мы просрочили, а потом и вовсе потеряли лет пять назад. Что я буду делать дальше без альфы и с ребенком на руках? Как будет жить моя сестра, если мы продолжим такое существование? — Наруто вздохнул, опуская взгляд на свои сцепленные руки. — Мне нечего предложить, кроме себя и ребенка, который, скорее всего, будет единственным, и я даже не знаю, здоровым ли родится. Я часто грешил в употреблении некоторых незаконных препаратов. Очень скудное и херовое предложение, знаю, но зато я готов отдавать все, без остатка, — торговаться Наруто явно не умел, ведь какому мужчине захочется видеть такого омегу рядом со своим ребенком. И Фугаку был солидарен с самомнением парня о том, что кандидатура он не просто «так себе», а хуже некуда.  — Почему твоя история должна меня убедить? — Фугаку был против Наруто, но, наживший за столько лет опыта, он не спешил с выводами и обвинениями. Он справедливо рассуждал, что каждый имеет право на шанс. Именно эта точка зрения делала его фирму успешной, а сотрудники отзывались о ней положительно, несмотря на порой очень жесткий график работы и высокие требования от начальства. — Отдавать себя кому-то без остатка большой труд. Что дает тебе убежденность считать себя готовым справиться с этой ношей?  — Я уже многое повидал и пережил, — Наруто даже на секунду не помедлил с ответом, что выдавало его с головой. Омега давно думал над этим вопросом, и потому ответить ему было легко. — Настолько многое, что уже готов остаток жизни отдать кому-то другому. Это, пожалуй, единственное, чего у меня еще не было. Если вы согласитесь, то просто знайте, что рядом со мной Саске будет в безопасности. И несчастным он не станет. Я умею делать людей счастливыми, — с какой-то задумчивостью подвел итог Наруто, вспоминая что-то свое, далекое и прошлое.  — Без любви? Связь между альфой и омегой очень важна для создания полноценной пары, это тебе известно? — нахмурился Фугаку, строго смотря Наруто в глаза и не находя в его взгляде сомнений или страха. Омега источал такую уверенность и волю, словно мог горы свернуть в одиночку. И Учиха уже был почти готов поверить в это, сопротивляясь лишь разумной стороной своей личности.  — В любовь играют дети, — понимающе улыбнулся Наруто, находя тему любви немного забавной. Он уже давно перестал думать о таких глупостях, оценивая чувства на более высоком уровне. — А связь создается из взаимопонимания и умения быть опорой партнеру, с чем у меня нет проблем, — уверил омега. Главную тему разговора они прошли и, наконец, Наруто мог выпрямиться, чтобы размять затекшие в спине мышцы. Фугаку надолго замолчал, пытаясь составить план дальнейших действий, но на ум ничего не приходило. Свалившийся на голову груз информации и событий не давал быстро оценить сложившуюся обстановку.  — Что скажете? — Наруто дал мужчине время подумать и заговорил тогда, когда молчание сильно затянулось.  — Сегодня переночуете здесь, а завтра я скажу, что решил, — осознав, что на размышления потребуется больше времени, Фугаку выдвинул такой уговор на первых порах.  — Договорились, — легко согласился омега и, оттолкнувшись от перилл, направился обратно в дом, где его ждали свежие помидоры.  — Наруто, — неожиданно окликнул его Фугаку, и парень притормозил, вопросительно обернувшись. — Если что-то пойдет не так… — альфа замолчал, подбирая в уме наиболее тактичные для такого случая слова, но Наруто не дал ему закончить, уловив все по интонации голоса.  — Не страшно, — вдруг необыкновенно безмятежно отозвался омега, словно не его судьба решалась прямо сейчас. Словно не его спрашивали, готов ли он быть всеми отвергнутым и одиноким, взвалив себе на плечи ответственность за чужую жизнь. — Что я, инвалид какой? Справлюсь. Вы бы о сыне больше думали, — пожал плечами Узумаки, разворачиваясь обратно и покидая веранду окончательно. Думать о том, что по сердцу кошки скребутся он почти отчаянно не хотел, и от того сильнее цеплялся за необходимость быстрее вернуться к поддерживающей его во всем Наруко. В этой ситуации сестра стала для Наруто не просто опорой, а воздухом, без которого его впервые за много лет охватывал страх перед неизвестностью. Посмотрев в спину омеге, Фугаку глубоко и тяжело задумался о том, что этот парень действительно может справиться сам. В его синих глазах отражается такая воля, которую очень тяжело найти в обычных людях. В нем живет свобода. Фугаку в своей жизни встречал всего несколько похожих на него людей, и быть с ними врагами он никогда не хотел. Они притягивают окружающих, как магниты и способны быть сильными, несмотря на одиночество. Такие люди самые опасные из всех, ведь они не зависят от других и живут так, как хотел бы жить каждый. Полноценно.