Дикое солнце

— Испугался, что даже папочка встанет на мою сторону? — насмешливо поинтересовался Наруто, своевольно проходя в комнату Саске с пушистым пледом в руках. Альфа, до этого списывающийся с банкиром по почте на сайте, опешил, подняв взгляд на омегу. Увидеть в своей комнате Наруто он уж точно никак не ожидал. Особенно в двенадцать часов ночи и без стука в дверь.  — Тебя манерам не учили? — огрызнулся Учиха, наспех допечатывая текст сообщения и сворачивая вкладку.  — Не-а, — невозмутимо отмахнулся Наруто, закидывая плед на кровать альфы и падая сверху. Сидевшего на краю кровати Саске подкинуло вверх и это стало рычагом его резко проснувшейся злости.  — Свали из моей комнаты, Узумаки, — прорычал альфа, с трудом держа себя в руках и до побеления костяшек сжимая кулаки. Он уже не пытался задумываться, почему его так выбешивает этот омега, а просто шел на поводу у навязчивого агрессивного ощущения, которое вопило свернуть нахалу шею.  — Запомнил мою фамилию? Зря. Спорим, скоро я буду Учихой? — закидывая руки за голову, насмешливо докапывался Наруто, которого, в целом-то, устраивал тот факт, что Саске не рискнул уезжать из отчего дома, чтобы не оставлять омег на попечение родителей. На этой ноте выдержка подвела Саске и он, резко развернувшись, перекинул ногу через тело омеги и оседлал его торс, сжав в ладонях так опрометчиво незащищенное горло.  — Что мешает мне сейчас прикончить тебя? — прорычал альфа, ощутимо сжимая почему-то еще более выставленную во власть его рук, шею. Наруто специально подставлялся и делал вид, словно ничего не чувствует.  — Уголовный кодекс? — изогнул бровь омега, не в силах убрать с лица улыбку. Опасная ситуация заводила его, как и резкий проникновенный запах ставшего враз агрессивным альфы. Наруто познал в себе эту мазохистскую сторону уже давно, когда понял, что обычный секс приелся и тело тянет на эксперименты. Саске лишь фыркнул, всем своим видом давая понять, что закон его сейчас волнует меньше всего, и сильнее сжал горло, отдаленно пожелав, чтобы на коже остались синяки.  — Месть Наруко? — с легкой надеждой предположил Наруто чуть осипшим голосом, вдруг понимая, что хватка становится опасно сильной, но не спеша как-то выдавать свою поднимающуюся нервозность. Самое неблагодарное дело — провоцировать испугом альфу. Заложенные в них инстинкты охотников срабатывают до тошноты легко.  — Вы издеваетесь? — проникшая в комнату Наруко, возмущенно засопела, таща под мышкой розовое покрывало и откуда-то спертую книгу в толстом красном переплете. — Я думала вы ненавидите друг друга, а теперь начинаю подозревать вас в какой-то ненормальной связи. Садо-мазо? БДСМ? Или это ролевые игры такие? — оставив вещи на полу, девушка залезла на кровать и упала верхом на Саске, который лишь нервно поморщил нос, склонившись под ее весом и переживая внутри себя страшную бурю кровожадных желаний. Наруко обхватила его плечи руками, прижимаясь грудью к лопаткам, и взглянула на брата из-за плеча. — М? — Наруто пожал плечами. — Ты же знаешь, что тебе секс противопоказан, — наставляла она брата. Блондин фыркнул, отнимая от шеи разжавшуюся ладонь Учихи. С появлением Наруко весь запал растворился в воздухе, как дымка под порывом ветра и в голове осталась лишь усталость. Альфа легко пошел на попятную, желая лишь быстрее покинуть собственную комнату.  — Мы налаживаем контакт. Я помогаю Саске не нервничать по поводу решения его отца, — серьезным тоном пояснил Наруто свои действия. Саске закатил глаза, сдерживаясь, чтобы не сказать что-нибудь ироничное. Ему даже говорить с этими двойняшками не хотелось. Он просто уперся руками в кровать и медленно, слишком медленно для человека в здравом уме, решая, как выбраться из-под тела девушки.  — А разве Саске переживает? — прижимаясь щекой к широкому плечу альфы, Наруко взглянула на профиль Саске, отмечая висящую вокруг него атмосферу злого котика. «Я вообще альфа или как? Почему рядом с ними страдает моя самооценка?» — хмурясь, Саске попытался подняться, но только сейчас, наконец, осознал, что пойман в ловушку из двух тел.  — О-о, — протянул Наруто, хватая Учиху за плечи и, резко перетягивая его на себя, повалил альфу на бок, прижимая за бедра к своему телу. — Еще как переживает. Он ведь не хочет, чтобы такие, как мы стали частью его благородной семьи, — Саске возмущенно зарычал, удивив этим звуком даже самого себя, но вырваться не смог. Сзади к нему прижималась цепкая Наруко. Перекинув ногу через альфу и брата, она завозилась, вместе с Наруто устраиваясь в странном переплетении трех тел. Учиха, чувствовавший себя, как сосиска, зажатая в хот-доге, зашипел, цепляясь руками, за что придется, в бесполезной попытке вырваться. И на уровне инстинкта понимал, что его сопротивление не только бесполезно, но и бессмысленно. Тело, привыкшее, что такой тесный контакт бывает только с омегами в интимной обстановке, отрицая любые желания самого хозяина, расслабилось, поддаваясь контакту. Сказывался недотрах последнего месяца и Учиха нахохлился, заставляя себя держаться и не возбуждаться. Теперь он понимал, что отсос не просто не помогал, но дразнил куда больше прежнего.  — Бедный Саске, — Наруко по-кошачьи потерлась мягкой щекой о скулу Саске, видимо так выражая свое сочувствие. — Ему придется мириться с нашим существованием до конца жизни. Бедный, несчастный Саске, — уже откровенно хихикая, приговаривала девушка и гладила раздраженного альфу по волосам. Наруто, пользуясь, что Учиха вдруг превратился в куклу, которой пофигу, как ее укладывать, протиснул колено между ног Саске и, встретившись взглядом с его вмиг озверевшими глазами, прижался пахом к паху альфы, ехидно щурясь. Самым ненормальным Учихе казалось именно то, что Наруко все замечала и ловко перекладывалась удобнее, как бы ни возился ее брат. Ей вообще было все равно, что ее брат прямо при ней лапает и домогается альфы. Даже для приличия не притворялась смущенной.  — Бедный наш Саске, — в тон сестре хитро усмехнулся Наруто, придвигаясь и невесомо касаясь губами губ Саске. Наруко, с любопытством наблюдающая за ними из-за плеча альфы, тихо захихикала, не давая Учихе отодвинуться и, к его удивлению, успев блокировать ему свободу рук. — Его поймали в свои загребущие руки две аномальные омеги, — причитал Наруто, издеваясь над вырывающимся Учихой и пощипывая губами его то и дело плотно сжимающиеся в протесте губы.  — Да отпустите вы меня, чокнутые! — взвыл альфа, подергался и, устав, откинулся назад, смотря в потолок. Омеги синхронно захихикали, еще крепче и интимнее прижимаясь к его телу и переплетаясь с ним. Саске уже не смог бы уверенно сказать, где, чьи руки или ноги расположились. Для него близнецы превратились в одно цепкое сильное существо, из лап которого не выбраться. — Ненормальные. Пиздец просто какой-то. Вас точно в детстве роняли. Ежедневно. Будили так. Вставать пора и хоп, башкой об пол, — нес бред Саске, поддавшись наплыву безысходности своего положения. Тем временем Наруто целовал его шею и изгиб челюсти, а Наруко веселилась представлением теории, выдвинутой Саске. Учиха, на задворках своего не гениального, конечно, но точно не глупого ума, понимал, что он уступает близнецам не физически, а инстинктивно. Его природа альфы банально не дает всерьез поднять руку на омегу. И это казалось ужасно глупым и в тоже время обнадеживающим. Если Саске все еще сдерживают такие природные позывы даже с омегами, которые почти и не пахнут, — обычный запах тела не учитывается, — то он хотя бы может верить, что случайно не станет убийцей. И в то же время, проявляющиеся на шее Наруто красные следы от рук альфы, словно бы издеваясь, намекали об обратном. Но об этом Саске подумает уже позже, когда соизволит заметить. А сейчас он ездил себе по нервам рассуждениями, что он ни в чем не виноват, что омеги больны на всю голову и, раз такое дело, то злиться на них не стоит. На дураков вообще обижаться бесполезно, как показывала практика неоднократно. Их жалеть надо. Но жалеть не получалось, зато хотелось побиться головой о стену и истошно умолять вернуть жизнь в ее привычное «правильное» русло.