Turn Loose the Mermaids/Отпуская русалок на волю

Если бы воровство не было тем занятием, которым он зарабатывал на жизнь, Нино, возможно, и пожалел бы все эти торговые суда. В последнее время капитан Нуар был на коне. Может быть это хорошее настроение так сказывалось на нем. С тех пор как две недели тому назад он поговорил с Маринетт, хорошее настроение вообще не покидало их капитана. Нино не был уверен, благодарить русалочку за это или нет. С одной стороны, он избавился от вечно ноющего Кота на своём полу и печальных стихотворений в его исполнении, которые вынужден был слушать на протяжении месяца. Но с другой стороны, Маринетт и Кот были вместе каждую чертову ночь. И Нино больше не знал, что такое здоровый сон. Хорошо ещё, что недавно он обзавелся несколькими затычками в уши. Но даже они не заглушали весь шум от этих двоих. И каждый раз когда Нино шутил об этом, Кот угрожал выбросить его за борт. Смешно. Окинув взглядом остальных членов экипажа, которые стаскивали сундуки под палубу, Нино заметил, как его капитан с маниакальной улыбкой на лице бежит с кучей платьев и других предметов одежды вниз по лестнице. Нино покачал головой. Он точно не заснёт в ближайшее время. * * * — Эй, принцесса! — пропел Кот, когда вошел в каюту. — Сегодня у меня есть для тебя нечто особенное. — Кот, — вздохнула Маринетт с примесью раздражения и восторга, когда пират сбросил кучу платьев, а также некоторые другие вещи на край кровати. — Если будешь продолжать в том же духе, то в твоём шкафу не останется места для твоей одежды. — Я не против. А сейчас я хочу показать тебе кое-что. — Хм? — Маринетт покрутила в руках красивое ожерелье из жемчуга, которое нашла среди платьев, а затем обратила все внимание на капитана. Кот держал в руках вид одежды, который она никогда прежде не видела. Губы Маринетт сложились в небольшую букву «о», и она с любопытством принялась её осматривать. Русалка заметила множество оборок и кружев, но она все еще не была уверена, что это такое. Это совсем не похоже на платье. Подняв руку, она провела пальцами по материалу. Он оказался гораздо мягче любой другой одежды. — Что это? — спросила она, глядя на Кота. — Это то, что ты обычно должна носить под платьем, — объяснил Кот. Маринетт склонила голову, спрашивая, может ли она его примерить. — Конечно. Маринетт с нетерпением вскочила, сняла рубашку, в которую была одета, и взяла в руки новую одежду. А затем внезапно остановилась и поняла, что она, оказывается, понятия не имеет, как её надеть. Она застенчиво взглянула на Кота. Тот фыркнул и помог ей одеться. — Это называется корсет, — объяснил он, зашнуровывая его на ней. Если быть честной, эта часть одежды показалась Маринетт довольно сложной по своей конструкции. Трусики оказались намного проще. Стоило только попробовать, как она легко смогла скользнуть в них, и теперь может справляться без посторонней помощи, спасибо. Остались только два кусочка кружева, такого же симпатичного оттенка синего, как и остальное белье, но Маринетт понятия не имела, на какой части тела их нужно носить. — Это чулки. Сядь, пожалуйста. Маринетт недоуменно подняла бровь, усаживаясь на стул около капитанского стола. Кот опустился перед ней на колени, поднял правую ногу и надел чулок, завязав его на бедре красивой розовой лентой. — И готово, — объявил он, проделав тоже самое с левой ногой. С широкой улыбкой на лице Маринетт подбежала к зеркалу рядом со шкафом, тем самым заставляя Кота шлепнуться на задницу. — Так мило! — воскликнула Маринетт, покружившись, чтобы рассмотреть одежду со всех сторон. Все человеческое вызывало у неё любопытство, но к одежде она проявляла особый интерес. Её очаровывали ткани, цвета, множество прошитых разных деталей на рукавах и воротниках. И в этот раз наряд не слишком отличался от остальных. Корсет по её мнению был немного тесным, но все же очень красивым, украшенный кружевами и милым бантиков на груди. Трусики были гораздо удобнее, а в чулках она чувствовала, будто летает. В этом комплекте замечательно сочетались пастельно-розовый, голубой и лиловый цвета. Но все-таки кое-что не давало Маринетт покоя. — Это нужно носить под одеждой? — спросила она, явно возмутившись. — Но оно такое красивое! Зачем его нужно скрывать? — Потому что демонстрировать нижнее белье считается плохим тоном, — пояснил Кот. — Ну а мне все равно, что правильно, а что нет, — она пожала плечами. — Ты можешь это снять? — её ладони бродили по корсету. Она не обратила внимание на то, как Кот его на неё надел, поэтому не была уверена. — Тебе не нужно его снимать, — сказал он, подходя к Маринетт сзади и обхватывая руками её талию. — Мы можем и так справиться. Маринетт ахнула, когда его рука скользнула ей в трусики. Русалка сомневалась, что когда-нибудь перестанет наслаждаться прикосновениями его пальцев, выводящих круги на её коже или же ласкающих чувствительную плоть. Маринетт низко застонала. — Как жаль, что я должен пойти и проверить нашу добычу. Маринетт возмущенно рыкнула, когда Кот отстранился от нее. Этот самодовольный, коварный, наглый… агх. Если он думает, что может вот так вот раззадорить её, а потом просто уйти, то он глубоко ошибается. Кот явно удивился, когда Маринетт перегородила ему дорогу, а затем заперла дверь. Он сглотнул, увидев, как на красивом лице Маринетт расцветает коварная улыбка. Он никогда не видел, чтобы она выглядела такой… такой злой. Не до сих пор. И это было почти смешно, — он — из всех людей именно он чувствовал себя животным, загнанным в угол. Маринетт стала надвигаться прямо на него. Её шаги были медленными, размеренными, и руки, сложенные за её спиной, придавали ей самый невинный вид. Кот попятился на несколько шагов назад, пока не поскользнулся на рубашке, которую недавно сняла Маринетт. Удача отвернулась от него. Его дыхание сбилось, когда Маринетт опустилась на колени, а затем заползла на него. Хитрая улыбка была ей к лицу, подумал он, когда русалка нависла над ним и всосала ртом его нижнюю губу. — Думаешь ты единственный, кто может играть в игры? — томно прошептала она. — Вот тут ты ошибаешься, мой капитан. В последний раз улыбнувшись ему, она отпрянула, опускаясь вниз, пока её лицо не оказалось на одном уровне с его пахом. Кот закусил губу, чтобы не застонать, когда она провела рукой по его стояку. Взглянув на него, она хихикнула. — Боже-боже, похоже, я здесь не одна на взводе. У него перехватило дыхание. Маринетт расстегнула его брюки и выпустила возбужденный член наружу. — Принцесса, тебе не нужно… — Тихо, — оборвала его Маринетт, осторожно обхватывая ладонями член. — Ты много раз целовал меня там, и я не понимаю, почему не могу вернуть тебе этот должок. Коту стало трудно дышать. Она не делала ничего такого, всего лишь обхватила его руками, но и этого оказалось слишком много, чтобы держать себя в руках. Он не сводил глаз с Маринетт, которая с надутыми губами сосредоточенно смотрела на его член. Неужели возможно выглядеть так мило, когда ты вот-вот собираешься начать сосать? Видимо, возможно. Кот мог бы проиграть в голове множество сценариев, где Маринетт выглядит милой в абсолютно неподходящий для этого ситуациях, но все мысли отправились прямиком в ад, когда он почувствовал тепло. Язык Маринетт скользнул вверх, а затем вниз по его коже и он громко застонал. Еще раз взглянув на нее, он почувствовал, что снова задыхается. Она прикрыла глаза и сдвинула брови, её голова двигалась вверх и вниз по всей его длине. Маринетт приоткрыла один глаз, и мельком взглянула на него, наблюдая за реакцией. И улыбнулась, заметив затуманенный взгляд и тонкую ниточку слюны. Черт, у него течёт изо рта. Какого хрена? Маринетт, очевидно, было очень весело играть с ним. И, положа руку на сердце, он с уверенностью мог сказать, что ни капли не возражал побыть её игрушкой. Тишину в каюте нарушали лишь его гортанные стоны, смешанные с негромкими, причмокивающими звуками. Ему показалось, что он умрет, когда русалка начала ласкать его яички, но нет. Маринетт подняла на него свои прекрасные голубые глаза, наполненные страстью, и он кончил. Она, не раздумывая, проглотила все, затем лизнула в последний раз и спрятала член обратно в штаны. Маринетт снова нависла над ним, чмокнула в губы, и произнесла самым самодовольным тоном: — Кажется, тебе нужно проверить добычу, да? Маринетт только рассмеялась, когда он даже не пошевелился, и вместо этого громко застонал, лежа на полу. Эта женщина точно загонит его в могилу.