The real/Настоящий

С самого утра у него было полно забот. Выходные теперь выдавались редко. К своей радости Мерлин быстро нашел работу на новом месте. Открывшемуся неподалеку ресторанчику требовались официанты. Мерлина устраивало все: и зарплата, и график, к которому он мог добавлять столько смен, сколько был способен осилить. Зато теперь, с учетом чаевых, он получал куда больше чем на прежнем месте. Правда, в мегаполисе и цены были выше. Однако они с матерью как-то справлялись. И Мерлин уже раз десять успел мысленно сказать спасибо шерифу и его знакомым за то, что оплачивать приходилось только коммунальные счета. Иначе даже шанса не осталось бы когда-нибудь рассчитаться с банком. Квартира была маленькой, но уютной. В ней была всего одна комната, зато имелась просторная кухня, которая могла сойти также и за небольшую гостиную. И хотя Мерлин не привык к такой тесноте, он понимал, что у их нового дома много других достоинств. Квартира располагалась в хорошем районе. Не в центре, но и не на окраине. Здесь было спокойно. Внизу у входа сидел консьерж. А соседи оказались тихими и доброжелательными. Мерлин даже мог позволить себе не запирать дверь на лестницу и втайне радовался этому, хотя поселившееся внутри чувство безопасности удивляло до сих пор. Их новый дом нуждался в уходе. Хозяева съехали давно, а прежние арендаторы не слишком хорошо обращались с квартирой. Многое требовалось отремонтировать, подкрасить, подкрутить… Мерлин занимался этим в свободные дни. Это был способ отблагодарить людей, которые так сильно их выручили. Впрочем, это была не единственная причина, по которой он старался каждый выходной загружать себя чем-то. Многое в его жизни изменилось, но кое-что оставалось неизменным. Мерлин обнаружил, что если заполнить все свое время какими-нибудь делами, то становится легче. Чтобы не терзаться попусту из-за своей нелепой любви, он старался просто о ней не думать. Этим утром Мерлин собирался навести порядок на кухне. Одолжил у соседа шуруповерт и теперь пытался прикрутить к стене шатающуюся полку. Процесс шел сложно. Мерлин не умел обращаться с электроинструментом. А потому даже радовался, что мать, устроившаяся на работу в цветочный магазин, вернется не скоро и не увидит его неуклюжих попыток вогнать в стену разболтавшиеся шурупы. Мерлин как раз закончил вкручивать третий, когда в прихожей раздалось мелодичное треньканье дверного звонка. Должно быть, сосед пришел проверить, как он справляется с его машинкой… - Открыто! – проорал он через плечо во всю мощь легких, одновременно примериваясь к последнему из своих вертких противников. Хотелось покончить с ними поскорее. Из коридора послышались быстрые, уверенные шаги. Мерлин обернулся, опуская инструмент на столешницу. И пошатнулся, хватаясь руками за её край. В центре комнаты стоял Пендрагон. Дождевые капли серебрились на волосах. Стекали по бортам расстегнутой кожаной куртки. Он смотрел на Мерлина, не отрываясь, жадно наблюдая за его реакцией. А Мерлин хватал ртом воздух, и таращился на него в ответ. - Как ты?.. Откуда ты?.. – только и смог выдавить он. - Обратился в сыскное агентство, - сразу отмёл все вопросы Артур. Мерлин облизнул пересохшие губы, выпрямился, качнулся в его сторону. Мысль о том, что Пендрагон искал его, была совершенно невероятной. А причина, по которой он мог это делать, вообще не укладывалась в голове. Но, тем не менее, он был здесь. И это наполняло все существо Мерлина радостью и щемящей надеждой. - Артур… - выдохнул Эмрис, и глаза Пендрагона зажглись знакомым огоньком. Он шагнул ближе, подошел вплотную к Мерлину. Тот бездумно подался навстречу. Ладони коснулись футболки на его груди. Скользнули по мягкой ткани, впитывая тепло его тела. - Зачем ты меня искал? – Мерлин жаждал услышать ответ. Убедиться, что не обманывается. - У меня большие планы на тебя, - серьезно сказал Пендрагон, проводя кончиками пальцев по его лицу. – Так что, теперь я знаю все. Даже то, чем ты болел в детстве. - Совсем секретов не осталось? – Эмрис улыбался хмельно, словно был под кайфом. Обводил сияющим взглядом его лицо. - Никаких, - усмехнулся Артур, и привлек его к себе. Мерлин вздохнул, будто всхлипнул, неловким движением сдернул с него куртку, прижимаясь крепче, обвивая руками… Дурея от его близости совсем как в первый раз. Артур зарылся лицом ему в шею, потёрся губами, а потом двинулся вверх, покрывая её короткими поцелуями. Мерлин запрокинул голову, шалея от этих прикосновений. Они отзывались дрожью во всем теле. Сердце стучало как бешеное. - Я даже закрыл твои счета. Внес всю сумму, - прошептал Пендрагон, добравшись губами до уха и замерев. - И выкупил дом, если он тебе ещё нужен… Ты больше никому не должен, Мерлин. Ладонь Артура зарылась в его волосы и, спустившись вниз, прошлась по затылку. Мерлин прерывисто задышал, возбуждаясь на раз. Известие о свалившейся на него свободе скользнуло по краю затуманенного сознания, почти не задев его. Сейчас он с трудом мог о чем-либо думать. - Но кругом должен тебе, - только и смог сказать он. Его собственные руки жили своей жизнью, трогали, гладили, сжимали… - Да, ты мой, - горячо подтвердил Артур, лаская губам мочку его уха, целуя в висок. - Не лучший способ привязать тебя покрепче. Но я хотел бы найти другие… Сотни новых способов. Чтобы ты больше никогда… Никуда… От меня не сбежал… Мерлин отрывисто втянул в себя воздух, потом с тихим стоном накрыл его губы своими. И Артур ответил, опьянел моментально, понимая, что получил ответы на все вопросы. Да, нашел… И это по-настоящему. Всерьез. - Я люблю тебя, - как в бреду шептал Мерлин, покрывая поцелуями его лицо. – Боже, я так тебя люблю… - Да, я знаю, - Артур крепко прижимал к себе свое сокровище, исступлённо поглаживая ладонями спину. - Это взаимно, Мерлин. Тот замер, тяжело дыша. Отстранился, заглядывая в лицо, взволнованно обегая его глазами. Блаженно, совершенно по-идиотски, улыбаясь, Артур накрыл его щеку ладонью: - Это правда, - сказал он. - И я рад. Очень. Он вновь подался вперед, обнял онемевшего, потрясенного Мерлина. Гладил его спину и плечи, вдыхал запах волос, и ему было невероятно, до безумия хорошо. Прекрасное, сумасшедше сладкое чувство. Мерлин цеплялся за его плечи, ослабев от счастья. Прижимаясь к Артуру всем телом, он закрыл глаза, позволяя себе отдаться накрывшей его бездумной эйфории, раствориться в ней. Они даже не заметили, как вновь начали целоваться. Просто их губы оказались рядом, соединились. Артур притиснул Мерлина к холодильнику, сметая на пол смешные магниты. Поцелуй был похож на возбуждающую мистерию. Вводил в экстатический транс. Желание разливалось внутри, уносило все мысли. В какой-то момент, Артур смутно осознал, что уже расстегнул на Мерлине рубашку, стащил её с плеч и гладит его тело. А тот, совсем забывшись, давно забрался ладонью ему под футболку, вздернув её вверх. Остатками разума Артур понимал, что вот-вот утратит над собой контроль, но остановиться не мог. От Мерлина сознательности можно было и вовсе не ждать. Он льнул к Артуру, толкался языком в его рот, сладко постанывая на выдохе, и, судя по всему, находился в некой параллельной вселенной, где они уже вовсю занимались любовью прямо на кухне. Артур чувствовал, что еще немного, и так и будет. И ничего не имел против. Из окна было видно часть улицы, кусок раскинувшегося неподалеку сквера и небо: низкое, серое, наполненное зимним дождем. Пейзаж должен был навевать меланхолию, но сейчас все вокруг выглядело по-другому. Словно краски стали ярче и наполнились светом. Мир вокруг сиял, и даже дождь за окном казался прекрасным. Уткнувшись носом в щеку Артура, Мерлин нежился в его объятиях. Они стояли возле окна, босые, полуодетые, встрепанные. Артур курил, другой рукой прижимая к себе Мерлина, тот иногда поворачивал голову и тянулся к сигарете. Тогда Пендрагон подносил фильтр к его лицу, впитывая взглядом эту полную эротизма картину, и наслаждался тем, как мягкие, припухшие губы касаются его пальцев. Он чувствовал себя влюбленным во весь мир рядом с Мерлином. А тому, в кои-то веки, требовалось помолчать. Осмыслить все, что случилось. Похоже, судьба заложила впечатляюще крутой вираж, и будущее виделось совершенно по-другому. В нем были свобода и Артур. Мерлин знал, что с него не потребуют платы за то, что Пендрагон для него сделал, но сам был готов отдать ему все: тело, душу, разум – все, что тот захочет. Тем более что принимать такие дары Артур умел как никто другой. - До сих пор не верю, что ты здесь, - прошептал он, прикрывая глаза. Артур повел губами по его щеке, а потом прижал к себе крепче: - Я мог бы сказать то же самое. Ничего, позже у тебя будет куча времени, чтобы в это поверить. - А что будет в этом «позже»? – задал Мерлин единственный интересующий его вопрос. Он не представлял, на что это может быть похоже – связать свою жизнь с Артуром. - Смотрел «Основной инстинкт»? – шутливо спросил Пендрагон, перебирая пальцами прядки на его затылке. Мерлин удивленно вскинул брови, провел ладонью по лбу, соображая, к чему он ведет: - «Мы будем трахаться как кролики, и будем счастливы?» - предположил он, и Артур ухмыльнулся: - Угадал.