Избранник Звёзд

      Песчаная Буря склонила голову к плечу и как-то странно улыбнулась. — Добрый вечер, Листвичка. Как твои дела? — Все превосходно, спасибо, — вежливо ответила целительница. — Ты следила за мной? — Мне было интересно, куда ты пропадаешь на целый день уже второй раз подряд, — пожала плечами кошка, будто бы ничего такого и не случилось вовсе. Но Листвичка не спешила расслабляться — уж слишком хорошо она знала свою мать, чтобы поверить, что ее отпустят вот так вот запросто теперь. — Это мои личные дела, — отрезала кошка, холодно посмотрев на воительницу. Действительно, кто ей дал права вмешиваться в дела соплеменников? Хотя, с одной стороны, это она, Листвичка, хранит секреты от племени, и, если по совести рассуждать, то Песчаная Буря поступит правильно, когда расскажет племени о настоящем происхождении котят. — Из-за этих дел ты поругалась с Белкой и встречаешься на границах с вражеским воином, — вздохнула Песчаная Буря. — Я с самого начала знала, что ты не сможешь стать настоящей целительницей. Ты была слишком нежна для этого. И я говорила это Пепелице. — А я не жалею, что стала целительницей, — прервала ее Листвичка. — К чему ты сейчас заводишь разговор, Песчаная Буря? Беги и нажалуйся в племя о том, какая я плохая, раз уж ты все знаешь теперь! Иди, выдай тайну, опозорь меня и Белку заодно, разбей сердце Ежевике, который думает, что это его котята… — Я не стану этого делать, — покачала головой Песчаная Буря, и Листвичка удивленно уставилась на нее. — Что? Правда? Ты — и не станешь упускать такой шанс? — Ты слишком плохо думаешь обо мне, — махнула хвостом кошка и неспеша подошла к Листвичке. — Ты сама только что сказала, что, если я расскажу, случится череда непоправимых событий. Поэтому я оставлю все как есть.       Листвичка облегченно вздохнула. — Но не спеши радоваться, — фыркнула Песчаная Буря. — Я не закрою глаза на твой проступок. Ты нарушила Воинский Закон, а вместе с ним — Закон Целителей. За это пускай тебя карают Звезды, но скажи, мне, Листвичка, чем руководствовалась ты, когда уходила с Грачом? Я понимаю тебя прекрасно, когда-то и я была бездумно влюблена в прекрасного воителя… — Но в том проблема, что ты не целитель, и что он не был из другого племени, так? — перебила ее вновь Листвичка. — Да, я знаю, что поступила опрометчиво и глупо, но откуда было мне знать, что у меня будут котята? Когда я узнала, я сделала все, чтобы им потом хорошо жилось в племени. Я не признала их своими, чтобы их не гнобили за полукровность и за то, что их вообще не должно было появиться на свет. Я отдала их на воспитание прекрасной воительнице и такому же глашатаю, и я уверена, что из них вырастут достойные воины, не смотря на то, что и их новые родители отнюдь не ангелы во плоти. Я сейчас расплачиваюсь за свой проступок, и эта расплата будет вечной, потому что сердце мое будет болеть всегда. Понимаешь? Поэтому лучше не читай мне нотации сейчас, я действительно понимаю, что натворила, и я уже достаточно поплатилась за свою ошибку.       Песчаная Буря подошла к ней и села рядом, обняв хвостом. И Листвичка даже на секунду представила, что она снова в детской, снова маленький котенок со свободой выбора и огромной жизнью впереди, что перед ней открыты все дороги.       Сейчас такое время было и у ее детей, и Листвичка четко осознала, что ни за что нельзя открывать им тайну их рождения, даже если того сильно хочется и они потом забудут о луне, проведенной под опекой Белки. Это напрочь перевернет им жизнь, и они будут знать, что они неполноценные Грозовые воители, что они — полукровки, что они — сами по себе нарушение святого Закона. Вряд ли с таким знанием они потом смогут чего-то добиться, да и им придется еще усерднее трудиться, чтобы доказать своему племени, что они не такие, как их родители, что они верные и преданные.       Листвичка тяжело вздохнула. Может, не стоило рассказывать Грачу о существовании котят вообще? Но что-то подсказывало Листвичке, что впереди ее ждет более светлая полоса жизни.       Но вряд ли она начнется скоро.

***

      Грач мчался в свой родной лагерь, не чувствуя лап. Он бежал так быстро, как только умел, рассекая призрачный холодный воздух со скоростью выпущенной стрелы. Сердце кота бешено колотилось, как это было всегда, когда он видел Листвичку. Прошло уже довольно много лун, а он так и не смог забыть Грозовую целительницу. И каждый раз представлял ее на месте Сумеречницы, а Грачонка — на месте Ветерка.       Но сейчас все изменится. Теперь он знает, что, помимо Грачонка, у него есть еще трое детей, а еще он принял важное решение, которое, наверное, повлияет на дальнейшую их жизнь. Если, конечно, он сможет уговорить на это Листвичку. А может, она его даже слушать не станет? В любом случае, он постарается сделать все, чтобы сегодня же воплотить свой план в реальность. — Грачонок! — кот ворвался в детскую, тяжело дыша. Котенок выбрался из-под Белогрудкиного хвоста, выбрался из гнезда и засеменил к отцу, уткнувшись маленьким носиком в его лапу — выше он пока не доставал. — Да? — котенок завилял хвостиком и с надеждой уставился на Грача. — Ты пришел поиграть со мной? — У меня есть предложение получше, — улыбнулся ему воитель. — Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться? — Куда? — удивился Грачонок, и кот поманил его за собой, поспешно выходя из детской под недовольно сопровождающим их взглядом Сумеречницы. — Хоть бы Ветерка с собой взял! — донесся до них недовольный возглас черной королевы. — Не сегодня, Сумеречница! — крикнул Грач, переступая с лапы на лапу — снег жег подушечки, и стоять было невыносимо холодно. — Так куда мы прогуляемся? — спросил Грачонок, нетерпеливо подергивая усами. — Мы прогуляемся по лагерю? — У меня были немного другие планы, — ответил ему отец. — Как ты смотришь на то, чтобы сходить до границы с Грозовым племенем? — С Грозовым? — ахнул Грачонок. — Но ведь мне нельзя! — Со мной — можно, — заверил его Грач. — Твоя мама очень была бы рада тебя увидеть… — Мама?! — перебил его Грачонок. — Настоящая мама? Не Белогрудка и не Сумеречница? — Нет, совсем не Белогрудка и не Сумеречница, — усмехнулся воитель, глядя на восторг малыша. Когда-то и он сам был таким же маленьким… веселился вместе с братьями…, а потом вырос, стал воином, и теперь вспоминает те деньки с улыбкой. Действительно, азартом Грачонок был похож на него, и это видел каждый, кто знал Грача еще котенком. — А какая она? — воодушевился идеей Грачонок. — Она красивая? Она хочет меня увидеть? Она мне будет рада? — Я отвечу «да» сразу на все вопросы, — произнес Грач. — Когда лагерь уснет, мы отправимся в путь. И у нас будет время до рассвета, чтобы ты смог повидаться с Листвичкой. — Ура, — подытожил Грачонок, — Тогда я пойду, высплюсь заранее.       И он стремглав помчался в детскую, сверкая пятками. Грач покачал головой и направился в воинскую палатку. Грачонок был прав. Ему тоже не мешало бы отоспаться.       Ночью, когда лагерь погрузился в сон, Грач тихо пробрался в детскую и растолкал сына. Тот заворочался и широко зевнул, чуть не разбудив маленькую Вересколапочку. Грач быстро схватил котенка за загривок и вытащил из-под живота Белогрудки, пока Грачонок не перебудил весь лагерь. Не обращая внимания на возмущенного тем, что его тащат, как маленького, котенка, воитель быстро шмыгнул в лаз, дождался, пока дежурная у входа Росянка, разбуженная шорохом, вновь заснет, и быстро помчался через пустошь к роще. — Я сам хочу пойти, — заныл Грачонок, устав болтаться вверх-вниз, как былинка на ветру. — Я сам могу! — Сам ты дойдешь только к завтрашнему дню, — отрезал Грач. — А мы торопимся.       Грачонок насупился и затих. Грач спешил к роще, и совсем скоро заснеженные деревья сомкнулись у них над головой. Кот сменил бег на шаг, и теперь быстро приближался к границе. Он опустил Грачонка у берега ручья и огляделся. Где же Листвичка?       Грозовой целительницы не было. Неужто она не пришла? Отказалась увидеть сына? Впрочем, Грач ведь не сказал ей цель ночной встречи. Да и мало ли, что могло случиться в Грозовом лагере. — И где мама? — пискнул котенок, усаживаясь на снег. — Ты обещал! — Она сейчас придет, — пробормотал Грач. — Сейчас, уже вот-вот.       Действительно, вскоре на фоне темных стволов показалась яркое светлое пятнышко. При приближении это оказалась светленькая бурая кошечка с полосками и белыми грудкой, лапками и мордочкой. Грачонок разглядывал ее во все глаза, пока кошка перебиралась через ручей по переплетающимся над ним веткам двух деревьев. Когда Листвичка оказалась на территории племени Ветра, Грач, оттолкнув Грачонка в сторону, вышел ей навстречу. — Ты слишком долго, — заметил он, скосившись на отряхивающего снег котенка, и сделал ему знак сидеть молча. Сначала нужно было разобраться, что к чему, и почему Листвичка выглядит раздраженной. Может, не стоит пока устраивать ей встречу с, как она считает, погибшим сыном? — Сегодня у выхода дежурил Бурый, а он редко засыпает на посту, — буркнула целительница. — Пришлось выбираться по склону, ободрала все когти. Да и сегодня все поздно ложились спать, праздновали посвящение Пепелинки, Маковинки, Медвянки и Кротика в оруженосцы, — она махнула длинным хвостом. — Так зачем я здесь? — Выходи, малыш, — Грач отошел в сторону, и Грачонок выбрался из-под его лап, тут же кинувшись к матери. Листвичка пораженно уставилась на нашедшегося сына, а потом медленно осела на снег. — Где ты его нашел? — Я его не нашел, он сам приблудился, — пожал плечами Грач. — Патруль Белогрудки нашел его луну назад замерзающего на пустоши и принес в лагерь. Однозвезд сказал, что Грачонок теперь будет жить у нас. — Но как он спасся? — воскликнула целительница. — Я ведь знала, я ведь верила, что ты живой! — она кинулась к котенку и принялась вылизывать ему шерстку, и малыш тут же замурлыкал, согретый изливаемой на него нежностью и любовью. Даже Белогрудка не любила его так сильно. И Грачонок вдруг отчетливо вспомнил, как жил в дупле, и как мурлыкала над ними эта кошка. Воспоминания о детстве вихрем ворвались в его голову, и котенок радостно заулыбался. — Я могу уйти с тобой? — с надеждой спросил Грачонок, посмотрев на Листвичку. — Ты любишь меня, я хочу жить с тобой. — Нет, ты не пойдешь с ней, — резко ответил за целительницу Грач. — Твой дом в племени Ветра. — Но я не хочу! — воскликнул он. — Листвичка будет меня любить. — Прости, малыш, но он прав, — вздохнула кошка. — Я не смогу быть твоей матерью в Грозовом племени. Я — целительница, и мне нельзя иметь котят. — А Белка? — продолжал цепляться за последний вариант Грачонок. — Твоя сестра Белка? — Она считает тебя мертвым, — отвернулась почему-то Листвичка. — Тебе лучше идти домой, малыш. Да и мне пора бежать.       Кошка напоследок лизнула Грачонка в черное ушко и, резво взобравшись на дерево, по веткам перебралась на свой берег. Грачонок с тоской смотрел ей вслед. Но, в любом случае, он ведь встретился с матерью, он поговорил с ней… хоть и совсем мало. — Постой, Листвичка, — Грач быстро подбежал к краю обрыва над ручьем. Кошка замерла и обернулась, и ее янтарные глаза ярко сверкнули в темноте ночи. — Да? — она чуть склонила голову, и Грачонок подивился, как же он был не похож на свою маму! Она была стройной и изящной, светленькой, длиннолапой, он — темненький, черненький, синеглазый, широкоплечий, с короткими лапами и пушистым коротеньким хвостиком. И вряд ли бы кто-то мог признать в Листвичке его мать. — Я думал… тогда, сегодня вечером, ты сказала о Сумеречнице и Ветерке. Но я завел подругу и котенка только для того, чтобы доказать преданность племени! — воскликнул кот, и Листвичка вскинула голову. В ее глазах промелькнула надежда, а потом она резко отвернулась, и, вздернув подбородок, громко хмыкнула. — Послушай, я хочу предложить кое-что… — Меня абсолютно не интересуют ни твоя подруга, ни твой сын, Грач. Мне не важно, любишь ты их или нет. Я всего лишь хочу знать, что Грачонок сможет на тебя рассчитывать в будущем, — произнесла она, даже не посмотрев в сторону котов племени Ветра, оборвав Грача на полуслове. — Я его отец, Листвичка, — вздохнул Грач. — Конечно, он сможет на меня рассчитывать, — и, подумав, добавил: — Как и остальные.       Листвичка едва заметно дернулась, и Грачонок подбежал к отцу. Неужели Грозовая кошка сейчас уйдет? Но еще даже не начало светать! Они совсем не успели поговорить с ней! Он не узнал, как поживают Остролисточка, Воробьишка и Львенок, он не услышал никаких новостей от матери, и они даже не поиграли с ней, как Вересколапочка каждый день с Белогрудкой! Неужели она сейчас уйдет и Грачонок больше никогда ее не увидит?       И Листвичка ушла, ни разу не обернувшись назад. Она брела в лагерь, низко склонив голову и волоча хвост, оставляющий за собой длинный тонкий след, по снегу. Но не обернулась и не попрощалась с сыном и бывшим другом она только по одной причине.       Ей было слишком больно видеть их и осознавать, что все кончено. Уже никогда она не будет мурлыкать над своими котятами, не вылижет им грудки и ушки, чтобы они прекрасно выглядели с самого утра. Она не перебросится быстрым словом с Белкой и не посмеется вместе с ней над неуклюжим Львенком. Не потреплет кончиком хвоста за ухом торопливого и смешливого Воробьишку, не поможет бойкой Остролисточке в охоте на упавший лист, не будет рассказывать сказки Грачонку. Она снова станет целительницей Грозового племени, кошкой без права иметь семью, замкнувшейся в себе робкой одиночкой, к которой так привыкло все племя. Их дороги с детьми разойдутся навсегда. Совсем скоро те вырастут, станут воителями, и совсем забудут и про Белку, их приемную мать, и про заботящуюся о них время от времени Листвичку. У них будет своя любовь, своя жизнь, свои дети, и они до самой смерти не будут знать правды.       А Грачонок… как надеялась Листвичка, что он жив! Как ждала его ответа, каждый рассвет встречая на озере! И как ей просто несказанно повезло увидеть его сегодня ночью! Но может, это было лишним? Если бы она приняла его смерть, то, может быть, сердце ее бы успокоилось? Может, ей бы не было так больно во второй раз расставаться с этим котенком, теперь уже точно зная, что они отныне — никто друг для друга? Она ему больше не мать. У Грачонка есть добрые кошки из племени Ветра — Белогрудка, да те же Утесница и Ивица, хорошие, заботливые воительницы, которые смогут заменить ему родную мать. У него есть отец. Что еще нужно будет Грачонку для счастья?       А она, Листвичка, справится. Перетерпит. Главное, чтобы ее детям было хорошо. Чтобы все у них в жизни было спокойно. Чтобы жили, не зная правды. А она уж как-нибудь переживет, выкарабкается. Все-таки, все в жизни временно. Когда-нибудь она привыкнет.       Листвичка в это верила.