Избранник Звёзд

— Листвичка, это что значит? — быстро опомнившись, повернулся к целительнице Огнезвёзд и сурово на неё посмотрел.       Грачеус, пребывая в шоке, наблюдал за разворачивающейся картиной. Пустельга ухмылялся, скаля кривые зубы. — Давно уже пора было пролить свет, — невозмутимо сообщил он соплеменнику. — Мы, когда тебя нашли, сами в шоке были. А потом и забылось это всё как-то, — он помахал в воздухе кончиком хвоста. — Да и подумаешь — сенсация. Мало, что ли, пар было, у которых котята вне закона рождались?.. — Не знаю, — пробормотал Грачеус, краем уха слушавший целителя, и во вся глаза глядевший на Листвичку. Так вот она какая — его мать. Да, почти угадал. Грозовая кошка, да и похожи они с ней… слегка… как говорил Паутинник, «мордами похожи». — Я могу всё объяснить, Огнезвёзд, — попыталась оправдаться Листвичка. — Пожалуйста, послушай! — Так и Белки детишки на самом деле твои, выходит? — продолжал допрос Грозовой предводитель. Всю его ярость выдавал только блеск в глазах, а так он сохранял вполне невозмутимый вид. Не рычал, не шипел, и даже не повышал голос! Грачеус поразился, как можно быть таким спокойным. Твоя целительница, твоя дочь дважды нарушила Воинский Закон, и ты ещё спокойно спрашиваешь её, как это произошло? Да, правду говорят, что предводитель Грозового племени ну слишком уж миролюбив. Однозвёзд бы на его месте… да уже бы вышвырнул нарушительницу из племени! — Ну, не её, — стушевалась Листвичка, не поднимая головы. — Мои, выходит…       Огнезвёзд тяжело вздохнул. — Я даже не знаю, что с этим делать, — произнёс он, обернувшись к Пустельге и Грачеусу. — Почему племя Ветра не сообщило никому? — Нам не была выгодна розня между племенами, которая могла бы случиться из-за этого, — спокойно ответил целитель. — Да и племя Ветра имело все права на этого котёнка. А так, вы могли бы попытаться его забрать… — И я бы сделала это, знай, что он у вас! — подскочила Листвичка. — Я думала, что он погиб, а оказалось вот как!.. — А мы уж считали, ты специально выкинула обузу, — насмешливо процедил Пустельга. — Образцовая мать, ничего не скажешь! — Заткнись! — выгнув спину дугой, зашипела пятнистая кошка. — Не тебе меня судить, какая я мать! — Конечно, после смерти всех рассудят, — всё тем же тоном продолжал кот племени Ветра. — Прекратите ссориться, — встал между целителями Огнезвёзд, впервые за всё время разговора поднявшись со своего места. — Ссорами проблему не решишь!       Пустельга убрал насмешливую ухмылку со своего лица и немного отступил назад, снова сев около Грачеуса и сочувственно похлопав того хвостом по спине. Листвичка пригладила шерсть и отошла к выходу, словно готовая в любой момент сорваться с места и убежать. — Я рад, что всё прояснилось, — уже спокойным тоном продолжил огненно-рыжий предводитель. — Грачеус, — он кивнул чёрному коту. — Я надеюсь на сотрудничество с тобой. Я и сам не знаю многого о пророчестве Трёх, но теперь, когда мы всё выяснили, я думаю, ты действительно можешь быть одним из них. Если я правильно помню, твоя сила заключается в том, что ты получаешь предупреждение о любой грозящей тебе опасности, верно? — и, дождавшись кивка, продолжил: — О том, что Третьего нашли, Львиносвету и Воробью я сообщу сам. Через половину луны Совет, там, думаю, мы всё и обсудим подробнее. Со сложившейся ситуацией я разберусь сам. Думаю, не стоит многим знать об этой… тайне, — он снова сурово посмотрел на Листвичку. — Грозовое племя радо было принять вас сегодня в гости. — И мы рады были заглянуть, — очаровательнейше улыбнулся Пустельга. — Угу, — буркнул Грачеус, первым вылетая из душной палатки. Пустельга, помахав на прощание Листвичке хвостом, вышел следом за ним.       По территории Грозового племени они шли в полном молчании, как и по пустошам своего. За это, казалось бы, непродолжительное время разговора, солнце уже успело подняться на вершину неба. Наступил полдень.       В лагере было очень шумно. Стоило Грачеусу пробраться по терновому лазу, как к нему подлетели с двух сторон Вересколапка и Ветерок, и наперебой загалдели: — Представляешь, а мы испытание прошли!.. — А вечером нас посвятят в воители! — А ещё Солнышко и Муравушка станут учениками! — А я поймала большого кролика! — А я победил Вересколапкин патруль! — Но я хорошо показала себя в охоте! — Зато я прекрасен в битвах! — Я очень за вас рад, честно, — устало произнёс Грачеус, посмотрев на друзей. — Это прекрасно, что вы прошли свои испытания… — Ты уже вернулся, как здорово, — к их компании спешила Хмуролика. — Не хочешь поохотиться немного? Доверяю тебе возглавить патруль, возьми с собой… хм… да вот и возьми этих бездельников с собой! И Белогрудку с Грачом, заодно. Пусть сходят в свой последний ученический патруль!       Грачеус кивнул, и, дождавшись перечисленных глашатаей котов, выбрался из лагеря. Он шёл впереди патруля, не особо обращая внимания на переговаривающихся позади соплеменников, что-то бурно обсуждающих. Он задумался о том, что произошло в Грозовом лагере. Его мать — целительница другого племени! Это же двойное нарушение закона… а ещё, как он попал в племя Ветра? Неужели сбежал и потерялся? И что теперь будет дальше? — Ты какой-то грустный сегодня, — заметила Белогрудка, ускоряясь и догоняя воина. — В Грозовом племени не обижали? Понятия не имею, зачем Пустельге нужно было тащить тебя с собой! — Да так, — отмахнулся Грачеус. — Ничего особенного. Он там с целителями поболтал, с предводителем, ну я поохранял, чтоб не растерзали его эти лесные злыдни.       Белогрудка фыркнула, а потом перевела тему: — Не думаешь, что уже пора охотиться? — Вполне возможно, — согласился кот, и повернулся к соплеменникам. — Давайте рассредоточимся на местности и попробуем что-нибудь поймать! — Поймать! — хором заголосили Вересколапка и Ветерок. — Спорим, я поймаю кролика жирнее, чем у тебя? — Ты-то? Не смеши, ты даже самого жирного и самого медленного не догонишь! — Ха, намекаешь, что я медленная? Кто из нас ещё улитка! — Дети, — усмехнулась Белогрудка, провожая взглядом удаляющихся друзей, громко между собой перепирающихся. — Не удивлюсь, если в скором будущем мы с тобой породнимся через общих внуков, — проворчал Грач, и, не долго думая, рванул в вереск, видать, учуяв кролика.       Белогрудка улыбнулась, и, помахав Грачеусу хвостом, торопливо побежала в противоположную сторону. Оставшись один, воин на секунду задумался, а потом поспешил в ту сторону, где только что скрылся Грач. Им нужно было поговорить. — Тише ты топай! — неожиданно высунул голову из цветов искомый. — Как барсук шумишь, тут рядом кроличья нора, и, кажется, там крольчиха с крольчатами. Вот это будет улов! — Ага, — покладисто согласился Грачеус, наблюдая, как отец раскапывает кроличью норку, где действительно пряталась крольчиха и трое упитанных, больших таких крольчат. — Слушай, я тебя хотел спросить… — О чём? — без какого-либо интереса осведомился Грач, перегрызая шею последнему кролику. — Да так… почему ты мне не рассказал, что я Листвичкин сын? — А тебе это так было надо? — Грач сгрёб тушки в кучку и воззрился на чёрного кота — точь-в-точь его копию, только поменьше. — Да нет, наверное… — растерянно согласился Грачеус. — Просто знаешь, как-то это… узнать от целителя всё же не так приятно, как от родного отца. Да и в не очень… хорошей ситуации. — Какой такой ситуации? — заинтересовался Грач. — Да так, пророчества там всякие, — уклончиво ответил ему сын. — Ну, мы с Огнезвёздом поговорить ходили. А там Листвичка. Ну Пустельга и сказал. — Мне стоило там быть. Хотя бы ради того, чтобы посмотреть на выражение лица их предводителя, — фыркнул Грач. — Ка-а-ак же, его любимая доченька, да лапочка, да умница, да целительница, и — четверо котят!       Грачеус усмехнулся, тоже представив, что творилось в голове Огнезвёзда. И как ему удавалось сохранять спокойствие? Видать, только чудом. Интересно, отстранит ли он Листвичку от обязанностей… или вообще изгонит? Задумавшись, он не заметил, как из кустов выскочили Ветерок и Вересколапка. Ученица тащила большого кролика, а Ветерок, нервно подрагивая ушами, держал за хвостик маленькую мышку. — Я его уделала, — похвасталась она наставнику, и Грач только кивнул, видать, незаинтересованный особо их соревнованием. — Можешь похвалиться Белогрудке, что ты лучше неё обучил своего оруженосца! — Ну я бы так не сказала, — фыркнула Белогрудка. Она ничего не поймала, но всё равно была довольна хотя бы тем, что размяла лапы. — Ветерок дерётся гораздо лучше. — Важнее охота, конечно же, — дёрнув плечами, высокомерно заявила Вересколапка. — Мы сражаемся не каждый день, а охотимся — каждый! — А давайте просто пойдём в лагерь? — предложил Грачеус, глядя, что Ветерок уже готов зарычать, а Белогрудка — вступить в спор с Вересколапкой.

***

      Под вечер, когда солнце опустилось за горы, даруя наконец прохладу после жаркого дня, Однозвёзд вскочил на валун и призвал своих соплеменников к тишине. Они тут же сгрудились на поляне, стремясь занять места поближе к предводителю. — Друзья мои, дорогие соплеменники, — убедившись, что его слушают, начал Однозвёзд. — Сегодня у нас пройдёт две церемонии посвящения — в ученики и в воители. Этот день как нельзя кстати подходит для такого праздника. Давайте начнём с учеников.       Толпа расступилась и Ивица, светясь счастьем, вытолкнула вперёд Солнышко и Муравушку. Те, гордо задрав головы и хвосты, тут же воззрились на Однозвёзда с нескрываемым волнением. — Солнышко, Муравушка — обратился Однозвёзд к котятам. — Я надеюсь, что вы проявите себя в обучении просто великолепно. Ваш отец был замечательным воином, ваша мать — первоклассная охотница. Я надеюсь, вы унаследовали от них только самые положительные качества. Для нас в радость иметь двух таких чудесных учеников, как вы. Подойди сюда, Головешка, и ты, Хмуролика.       Глашатая и воин, переглянувшись, шагнули вперёд. — Головешка, ты станешь наставником Солнышко. Солнышко, до того, как ты станешь воином, ты будешь зваться Солнцелапкой, — он кивнул ученице, и та, светясь счастьем, подскочила к новому наставнику, чтобы по традиции тыкнуться ему в нос. — А ты, Хмуролика, обучишь Муравушку. Муравушка, тебя же будут звать Муравьёнком, — ученик, несмело подняв голову, взглянул на Хмуролику. Та улыбнулась, коснулась его носа, и, когда приветствие было закончено, Однозвёзд продолжил: — Но одно дело — оруженосцы. Другое же — воители. Сегодня я хочу представить вам новых воинов. Вересколапка и Ветерок, вы прошли все испытания и доказали, что заслужили это звание. Одна из вас хороша в охоте, другой — в бою. Но надеюсь, это не станет причиной ваших разногласий, и вы продолжите дружить так же, как дружили и в детстве, и в ученичестве. Согласны ли вы со мной? — Ага, — буркнул Ветерок. — Конечно, мы не будем ссориться! — подскочила Вересколапка, погладила угрюмого друга хвостом по спине и, смутившись, что перебила церемонию, снова плюхнулась на своё место. — А Воинский Закон вы соблюдать обещаете? Служить верой и правдой своему племени? Быть готовыми отдать жизнь за него и за соплеменников? — Ага. — Разумеется! — Ну тогда, — когда нестройный хор голосов стих, продолжил предводитель. — Тогда я представляю вам, племя Ветра, наших новых воинов — Ветерка и Верескоглазку! — и, когда стихли радостные вопли, продолжил: — Мы рады иметь таких смелых и преданных воинов, как вы. Ну, а сейчас — давайте праздновать, друзья. А наши новые воины пусть не забывают про ночь бдения!       Верескоглазка и Ветерок, абсолютно счастливые, переглянулись и улыбнулись. Они стали воинами — и это было замечательно. — Поздравляю вас, — вежливо произнёс Грачеус, когда подошла его очередь поздравить соплеменников. — Ура, теперь мы старшие ученики! — завопила Колюченька, прыгая вокруг сестёр. — И мы станем воителями следующими! — восторженно сверкая глазами, вторила ей Стрижелапка.       В племени, спустя несколько лун, снова был праздник. И никакая жара, и недавно прошедший дождь этому абсолютно не мешали.