Избранник Звёзд

      Как только Пустельга и Грачеус покинули лагерь Грозового племени, Огнезвёзд, полыхая праведным гневом, вернулся с Карниза в свою палатку, где приказал Листвичке дожидаться его. Дочь сидела, вжав голову в плечи, и отстранённо наблюдала за жужжащей под каменным потолком мухой. — Я требую объяснений, — с трудом сохраняя спокойный тон, сказал предводитель, проходя к своей подстилке и садясь. — У тебя есть дети? — Ну, видимо да, — невнятно пробормотала целительница, с ужасом глядя на Огнезвёзда. Что он сделает теперь? Опозорит перед племенем? Изгонит? Отстранит от должности целителя? — Остролистая, Львиносвет, Воробей и этот, Грачеус, верно? — и, дождавшись кивка, продолжил: — Судя по внешности последнего, детишки от Грача. Что же, мне стоило догадаться. Остролистая похожа на него тоже, вот только глаза… думал, Белкины. Оказалось — от меня достались. Белкиных генов в ней ни грамма…       Листвичка молчала. Огнезвёзд тоже. Ему вдруг почему-то расхотелось как-либо наказывать непутёвую кошку. Несчастная, подавленная, терзаемая ужасными мыслями, совершившая ошибку, но всё ещё горячо любимая им дочь сидела сейчас, потерянно повесив голову, и стараясь на него не смотреть. — Послушай, — он смягчил тон и подошёл к Листвичке, приобняв её хвостом за плечи. — По юности и я нарушал Воинский Закон столько раз, что не перечесть. Но предводительница тех времён, Синяя Звезда, всегда находила мне мудрое наказание за проступок. А чего стоило рождение котят от Серебрянки Крутобоку! Он ушёл из племени, и она не принимала его обратно — и это было худшим наказанием для него. Не видеться с друзьями и родными… это ужасно. Ты своё наказание уже получила — я бы никогда не пожелал и врагу наблюдать за тем, как его дети растут совсем рядом, не зная о нём, и без его любви и поддержки. Ты не первая и не последняя, Листвичка. Ещё много пар проверят Воинский Закон на прочность, прежде чем племенам придёт конец. Но не думай, что такое можно оставить без внимания. И ты, и Белка получите равные наказания. — Ты изгонишь нас из племени? — тихо спросила Листвичка, скосив взгляд на отца. — Сначала я расскажу племени правду, — ответил тот. — Согласен, лучше было бы промолчать и сохранить твой секрет. Но, во-первых, теперь об этом знает племя Ветра. Во-вторых, молчать — некрасиво по отношению к соплеменникам. В-третьих… ну, в конце-концов, это послужит тебе уроком. — Как скажешь, — покладисто согласилась кошка. — Только мне кажется, теперь многие подумают, что я недостойна называться целительницей. — Глупости, — махнул тощим хвостом Огнезвёзд. — Чушь несёшь. Все знают, что ты — прекрасный целитель, и на тебе племя держится. По-честному сказать, из Воробья целитель так себе. Он слишком раздражителен и ворчлив, и чем-то напоминает мне мою давнюю знакомую Щербатую… ты ведь знаешь Щербатую? Только она при этом лечила нас, а он балду гоняет. Так, ладно, я заговорился. Пойдём, скажем племени всё как есть.       И предводитель бодрой походкой направился на Каменный Карниз, а Листвичке ничего не оставалось, как последовать за ним.  

***

      В лагере племени Ветра ближе к вечеру наступила долгожданная прохлада. — Смотри, Солнцелапка, это — базовая стойка охотника, — наставляла Стрижелапка. — Её принимают перед тем, как броситься в погоню за кроликом. — Ага, я запомнила! Ты так много всего знаешь! — восторженно завопила пёстрая ученица. — Так, не болтай. Задние лапы подожми сильнее. Ты же ими будешь отталкиваться. Та-ак, почти… эй, Стрижелапка, смотри, вон Колючник! — отвлеклась от увлекательного занятия Репеечка, помогавшая сестре. — Колючник? Ко… ёжики святые! Это она с кем? — ахнула Стрижелапка. — С Головешкой. Его сегодня с утра не было, — пожаловалась Солнцелапка.       Пока воители охотились и патрулировали границы, оруженосцы оттачивали свои навыки. Стрижелапка и Репеечка, объединившись, решили обучить тому, что уже знают сами, Муравьёнка и Солнцелапку. Их наставники были слишком заняты с утра. Но если позже Хмуролика увела Муравьёнка на тренировку, то Головешка за Солнцелапкой так и не пришёл. — Если моё зрение меня не подводит, она сейчас мурлычет с ним около кучи, — сообщила Стрижелапка, вглядываясь через ветки терновника в полосатую шёрстку сестры, которой она сейчас ловила блох с сидящего рядом Головешки. — А сейчас он её лизнул! — аж поперхнулась от изумления Репеечка, плюхнувшись на задние лапы. Кончик её пушистого белоснежного хвоста раскачивался из стороны в сторону, как маятник. — Да как она смеет! — пылая негодованием, воскликнула тёмно-серая ученица, повернувшись к сестре. — Она… они переплели хвосты! Они ведут себя, как влюблённая парочка! Да Колючник этого Головешки недостойна! — Может, наоборот? Этот Головешка нашей прекрасной Колючник недостоин? — подсказала Репеечка. — Да! — гневно сверкнув глазами, согласилась Стрижелапка. — Это… как давно это продолжается?! — А вы не знали? — спросила Солнцелапка, поняв, что тренировка уже не продолжится. — Мы ещё в детской с Муравьёнком сидели, когда я стала замечать, что они постоянно куда-то отлучаются вдвоём. Да ведь всё племя давно знает! — Да в детской вы ещё вчера утром сидели, — фыркнула Репеечка. — Стой, погоди, что ты сказала?! Всё племя знает? — она встала обратно на все четыре лапы. — А мы почему не знаем? — Вы не замечали? — предположила Солнцелапка. — Так, этому надо положить конец, — решительно заявила Стрижелапка и быстрым шагом направилась к парочке.       Репеечка с Солнцелапкой лишь переглянулись и последовали за ней. Репеечка — разбираться с увлёкшейся взрослым воином сестрой, а Солнцелапка — хвастаться наставнику выученной стойкой.       Когда они подошли, Стрижелапка уже начала свою возмущённую тираду, расхаживая вокруг сестры. — …совсем с катушек слетела, милочка! Ты! Ты! Да ты… у тебя в голове что, опилки насыпаны? Или птичий помёт?! Ты предпочла обществу родных сестёр общество взрослого воина! Прогуливаешь тренировки! Да ты… да ты такими темпами не воительницей станешь через несколько лун, а королевой! — задыхаясь от гнева, тараторила ученица, не давая ошарашенной Колючник и слова вставить. — Ты… да ты же обещала ещё в детской: никакой любви, мы всегда будем дружить! А теперь… теперь ты всё меньше времени проводишь с нами! — В тебе говорит ревность, — не к месту пискнула Солнцелапка, пользуясь паузой. — Послушай, Стрижелапка, — обратился к возмущённо распушившейся кошке Головешка. — Ты обижена на Колючник, потому что она стала меньше времени проводить с тобой, и больше — со мной. Но ведь это рано или поздно случилось бы. Так или иначе, вы трое вырастите и ваши дороги разойдутся. Вы можете остаться подругами, более того, вы всё равно будете в одном племени, но у вас будут разные интересы и разные стремления. — И что?! — вытаращила глаза Стрижелапка. — Ну, похоже, теперь Колючник больше любит Головешку, а не тебя, — снова пискнула Солнцелапка. — Нет! Ты… Стрижелапка, ты вообще всё не так поняла! И вообще! Это моя личная жизнь! — посмотрела на сестру Колючник. — Но ты всё равно мне дорога… и… — Спасибо, не надо. Я всё поняла, — прошипела Стрижелапка. — Веди себя дальше, как… как противная Грозовая кошка, обжимайся с воителями и дели с ними подстилку. А я пойду. Репеечка, ты со мной? — она с вызовом посмотрела на сомневающуюся сестру. — Нет? Ну и ладно, — она, пылая негодованием и праведным гневом, направилась прочь, к выходу из лагеря, столкнувшись по дороге с бредущей по лагерю с мечтательным видом Росянкой, и, даже не извинившись, помчалась дальше. — Я не понимаю, на что она обиделась, — пробормотала Колючник. — Она ревнует тебя ко мне, — ответил Головешка, кладя подбородок на голову ученицы. — А ты, Репеечка? Тоже прочитаешь сестре нотацию? — Нет. Я мыслю трезво, — покачала головой белоснежная кошка. — Не совру, я была удивлена. Возможно потому, что я не ожидала, что ты, сестричка, в кого-нибудь влюбишься. — Ну, я не такая уж и чёрствая, как вы думали, — хихикнула Колючник, закрыв мордочку хвостом. — И я рада за тебя, правда, — продолжила Репеечка. — И я буду счастлива стать тётей. — Ну, до такого не дойдёт! — ответила Колючник уже более серьёзно. — Но только если ты, — она обратилась к Головешке. — Больше не будешь забывать о своей ученице. Я весь день, весь день её учила!.. ну, и Стрижелапка тоже. — Так и быть, — легко согласился воин. — Пойдём, Солнцелапка, покажешь, чему тебя научили старшие товарищи по несчастью. — Ой, я теперь так много всего знаю! — ученица поскакала следом за наставником, размахивая пёстрым хвостиком и хвастаясь достижениями дня.       Колючник внимательно посмотрела на Репеечку, а потом солнечно улыбнулась и поднялась с песка. — Итак, как насчёт вместе принести Паутиннику листочков на подстилку и послушать его историю о старых пустошах племени Ветра? — И о Великом путешествии? Я только за! — согласилась Репеечка. — Кто последний — тот жирный кролик! — и она сорвалась с места, сверкая пятками. — Я тебя догоню, коротколапая копия отца! — захохотала Колючник, кидаясь в погоню за сестрой. Мечтающая о прекрасном воителе Речного племени Росянка, которого она видела в патруле, даже не заметила, что в неё снова врезались, только пробурчала что-то невнятное и отправилась искать Утёсницу — лучшую подругу, чтобы поделиться мыслями о внезапно пришедшей любви.