Избранник Звёзд

      Солнце медленно и неспешно плыло вниз по небесному куполу, постепенно приближаясь к горизонту. День переходил в вечер, по-весеннему тёплый, солнечный. Лучи блестели на траве, золотили ещё небольшие листочки кустов.       Войдя в лагерь, Грачеус огляделся, но нигде не обнаружил Чертополох. Может, её зачислили в какой-нибудь патруль? Он вот сам только вернулся из охотничьего, вместе с Сумеречницей и Корноухом гонял кроликов по пустоши. Несмотря на то, что Юные Листья наконец наступили (и, впрочем, давненько), дичи всё равно было не так уж много. Конечно, гораздо больше, чем в Голые Деревья, но и не столько, сколько в Зелёные Листья. Впрочем, только недавно стало тепло, да и снег полностью растаял всего лишь луну, а то и меньше, назад.       У Грачеуса на этот вечер не было никаких особых планов. Но времени у него было предостаточно, более того, что ни в какой патруль его больше не ставили. Он думал, может быть, прогуляться с Чертополох, побегать по пустошам или даже выйти за границы племён тайком ото всех. Конечно, опасно, но очень любопытно было бы посмотреть, что кроется за холмами, простирающимися дальше пустошей племени Ветра. Но Чертополох, как назло, куда-то запропастилась.       Чёрный кот, вспомнив, что всё ещё стоит около входа с кроликом, которого держал зубами за длинные уши, медленно дошёл до кучи и опустил добычу туда. Рядом послышался восторженный вздох. — Вау, какой большой зайчик! Он больше меня! — пискнула дочка Росянки, Дроковушка. — Глупая ты, это не зайчик, это зайчище, — со знанием дела и таким голосом, будто он заядлый охотник, ответил ей брат, Усик. — Вообще-то, это кролик, малышня, — бросил проходивший мимо Муравьёнок. Он вытащил из кучи полевую мышку и потащил к раскидистому кустику у ограды. На ухе оруженосца красовалась свежая царапина, другое было разорвано. Грачеус посмотрел ему вслед и задумался. Что это — последствия обычной тренировки ученика с наставницей или шрамы из Сумрачного Леса? Удивительно, кстати, что никто не замечал, как много у Муравьёнка новых царапин и шрамов, выдранных клоков шерсти. Никого не волновало, что ученик, побывавший от силы в двух битвах, смахивает на заядлого вояку. Впрочем, может, просто не обращали внимания. Стал бы кто-то следить за обычным оруженосцем? Взрослым не было до него дела. Его наставница была слишком занята ещё и обязанностями глашатой, чтобы следить за тем, где оруженосец нахватал царапин. Ивица уже не опекала своих котят, лишь изредка можно было увидеть её в их компании. После посвящения Конопушки в воины Муравьёнок перестал близко общаться с сестрой, вероятно, чувствуя себя ущербным. Он сам так и не получил воинское имя, хотя прошло довольно много времени. Интересно, Однозвёзд специально так задумал, или просто забыл про Муравьёнка? — Зайчик, кролик — без разницы, — пропищала Дроковушка. — Хочу скорее вырасти, чтобы тоже попробовать кроликов! — Попробуешь, не переживай, всё ещё попробуешь в этой жизни, — Грачеус потрепал её хвостом по ушастой голове. Какие славные были котята у Росянки! Любознательные, шебутные и круглоглазые, что делало их милыми и забавными одновременно. — Это точно, — к куче приблизился Проныра. — Хорошо быть котёнком — ни забот тебе, ни хлопот. А, малышня? — он по очереди ткнул каждого из своих детей лапой в пушистый бочок. — Не верю, что стал отцом. До сих пор, — он покачал головой и улыбнулся. — Скорее бы и Совка потомством обзавёлся! — Да кто ж ему котят родит? Вот разве что твоя дочь подрастёт… — Грачеус повернулся к рыжему соплеменнику. — Моя дочь с моим другом — никогда в жизни! — Фи, не буду я с этим Совкой дружить! Зубы у него жёлтые да кривые! — заявила Дроковушка. — Мне Ветерок нравится, он та-акой воинственный, та-акой сильный! — Уж лучше с Совкой, чем с Ветерком, — Проныра даже фыркнул. Его отношение к прославившемуся как самый задиристый и воинственный воин племени Ветра коту было не слишком хорошим. — А Совка у нас на Конопушку поглядывает. Милая кошка, я скажу. Да ещё и молоденькая, чего греха таить, и я б не устоял… Красивая, такой пёстрой у нас в племени больше нет. — Совка да на Конопушку? — Грачеус посмотрел сначала на кота, потом на кошку. — Не замечал, но это довольно необычно. Не мала она для него? — А что, только ровесников в пары брать? Да и рекорд Осоки с Головешкой никто не побьёт, — ответил рыжий кот. — Головешка и меня старше, а уж Осока родилась не так давно… любви все возрасты покорны! — Поэтому ты выбрал сверстницу.       Проныра ничего не ответил, а вернулся к своим котятам. Грачеус повернулся в сторону выхода из лагеря, намереваясь сходить на охоту ещё разок — всё равно делать больше было нечего, и как раз вовремя, потому что в это время в лагерь вошла Черотополох. Какая-то уж слишком понурая, печальная. Заметив его, она моментально подняла голову, выпрямилась и распушила хвост — в общем, попыталась стать самой собой, но немного нервные движения, беглые взгляды выдавали её волнение.       Грачеус абсолютно не понимал, что с его подругой. В последние несколько дней она начала отдаляться, они меньше разговаривали и проводили времени вместе. Кошка то болтала с подругами, то была в патрулях, то куда-то уходила. Может, её странное поведение было как-то связано с ним? Ведь именно заметив его, она попыталась скрыть плохое настроение.       Грачеус решил, что должен всё выяснить. Для этого можно было прикинуться дурачком и сделать вид, что ничего не изменилось. Он бодро, как и всегда, подошёл к подруге, обнял хвостом за плечи и лизнул в мокрый розовый нос. — Где была, как прошёл день? — Охотилась немного, — буркнула Чертополох, опуская взгляд в землю. — Не поймала ничего. — Ты не заболела? — подозрительно поинтересовался Грачеус. Где это видано, чтобы его милая, добрая подруга так коротко и резко отвечала на обыденные вопросы? Что-то с ней не то. — С чего такие выводы? — как-то уж слишком отрывисто спросила кошка. — И вообще, хочу есть, — она обошла вокруг него, вытащила из кучи кролика и поволокла к ограде. Грачеус немного ошарашенно промолчал и направился за ней. С каким-то мрачным видом подруга жевала кролика, выплёвывая на землю кости и густой мех зверька. — Может, всё-таки скажешь, что не так? — он присел рядом, но на небольшом расстоянии. — Знаешь, ты уже который день ходишь сама не своя. Избегаешь контактов со мной, словно нарочно идёшь в патрули тогда, когда я в лагере, а когда мы можем провести время вместе, ты либо с подругами, либо нянчишь котят Росянки или… — Вот. Дело в котятах, — откликнулась Чертополох, прерывая его и на секунду отрываясь от еды. — Котята? — переспросил Грачеус и посмотрел в сторону Валунёнка, Усика и Дроковушки. — Неужели они тебя так достали? Но ведь тебе не обязательно с ними играть. Я знаю, Росянка часто просит с ними посидеть, пока она спит, но почему-то постоянно это ты, или Осока, или Конопушка. Это ведь не обязанность, в конце-концов, у нас полно других соплеменников… — Не в этом дело, — раздражённо дёрнула ухом Чертополох. — Как бы это сказать… Котята… Немного не Росянкины меня волнуют… — А какие? — Грачеус решительно не понимал. — Стой, ты хочешь сказать, что ты задумала завести котят? — Не совсем так, — Чертополох закончила с кроликом, закопала кости и тоже села, как-то уж сильно напрягшись. — Я… — А, так ты просто хочешь своих? — перебил её друг. Чертополох молчала, а потом заторможенно кивнула. И всё? Неужели только в такой маленькой проблеме всё дело? — Но, Чертополох, — продолжил он, немного погодя, — Я понимаю, материнский инстинкт и весна — то ещё сочетание… Но ты не находишь нас ещё молодыми для котят? Мы сами не так давно ими были, я как-то не готов быть отцом, да и…       Чертополох не дослушала, резко вскочила, обошла его и чуть ли не бегом двинулась на выход, через несколько секунд скрывшись за терновой стеной. — Да что я сказал? — пробормотал окончательно выбитый из колеи таким поведением подруги кот. — Что с ней творится?       Не теряя времени, он помчался следом за Чертополох. Неужели восприняла его слова слишком близко к сердцу? Да, может, он пока не хотел котят, но в любом случае не хотел её этим обидеть.       Грачеус догнал подругу только у оврага, в который в Зелёные Листья частенько приходили лисы. Чертополох мчалась, как ветер, но резко затормозила, когда увидела перед собой обрыв. Тогда-то Грачеус и нагнал её, остановившись рядом и переводя дыхание. Даже за кроликами он так долго не гнался, как за Чертополох. — Ой, тяжело-то как, — выдохнула подружка, оседая на землю. — Ничего так пробежечка… И это, нормально со мной всё. Давай забудем разговор в лагере, у меня просто ужасное настроение в последние дни, — она вновь встала и отряхнула шерсть, но всё ещё тяжело дышала после долгого бега. — Чтобы забыть что-то, нужно заполнить место этого чем-то другим, желательно, хорошим, — заметил Грачеус. — Логично, — кивнула Чертополох. — Надеюсь, ты мыслишь в нужном направлении. Хорошее — это то, чего давно мы не делали вдвоём. Например, не дрались. Не хочешь подраться? Разумеется, не всерьёз. — Просто тренировка? — Грачеус призадумался. С одной стороны, Чертополох явно всё ещё что-то скрывала. Возможно, что ей даже не очень хорошо. С другой стороны, она предлагает сама… Значит, всё нормально. Да и давно он ни с кем не дрался, уже, поди, забыл половину приёмов. Неплохо было бы хоть немного помахать когтями.       Чертополох кивнула и распушилась, воинственно подметая хвостом землю и стараясь быть похожей на грозную и опасную воительницу. Грачеус фыркнул — ни дать, ни взять, большой клубок меха на лапках. — Это будет весело, — мяукнула подруга и подбежала вперёд, с размаху треснув его лапой по уху. — Что, уже начинаем? Неплохой ударчик, но слабовато, — он развернулся и лягнул Чертополох задними лапами — несильно, но достаточно, чтобы она немного пошатнулась. — Напоминает детскую потасовку, — захихикала кошка и попыталась вскочить ему на спину, но просчиталась и плюхнулась набок. — Вот я неуклюжая! — Хорошо, что это не настоящая драка, меня б уже давно прибили, — он усмехнулся и поднял её за загривок, поставив на лапы. — И тебя, с нашими-то умениями. — Это даже не ненастоящая драка, а так, игра, — откликнулась Чертополох. — Разумеется. Даже тренироваться я с тобой буду не в полную силу, — Грачеус пихнул её лапой в пушистый бочок. — А вдруг наврежу, а? — Паникёр, — фыркнула белая и завалилась на спину. — Делаю вид, что я повержена! — она сложила лапки на груди, и на морде её впервые за последние дни промелькнуло что-то, похожее на улыбку. — Как есть, так есть, — Грачеус склонился над ней, поставив ей лапы на живот, и слегка надавил. — Ты умерла. Враг уничтожен. — Ай! — пискнула Чертополох и заскулила. — Убери, убери лапы, не дави, мне больно!       Грачеус резко отскочил. Кошка поднялась и мрачно на него уставилась. Ну вот и поиграли, называется. — Прости, я не хотел сильно… — Нормально всё, — отмахнулась Чертополох. — Просто живот болит слегка, а ещё ты как раз на самое больное нажал. Ладно уж, ты победил. — Живот болит? Съела не то? К Пустельге ходила? — он с тревогой посмотрел на подругу. Та тяжело вздохнула: — Непоправимый случай. Всё нормально, это не отравление и ничего такого, так что не разводи панику на пустом месте.       Грачеус нерешительно молчал, просто не представляя, что сказать дальше. Чертополох была… странной. Она сама тоже замолчала и перевела взгляд на небо.       Солнце почти докатилось до горизонта и теперь висело низко над пустошами, окрасив лёгкую дымку белых облачков в розовый, оранжевый и золотой. Ветер легко качал траву. — Ладно, я расскажу, рано или поздно всё равно бы пришлось, — Чертополох опустила голову и как-то совсем уж робко, нерешительно посмотрела на друга. — Я не заболела, и о котятах я говорила не к тому, что я их захотела завести. Нет, я хочу котят, но не настолько сильно и… в общем, я уже беременна.       Грачеус замер, как громом поражённый. Так вот какая причина плохого настроения подруги, её скрытности и боязни! Он, правда, сам не знал, как воспринять эту новость. — Так что, готовься стать отцом, — мрачно подытожила Чертополох. — На то, чтобы научиться быть родителем, у тебя осталось где-то две с половиной луны. У меня тоже. Это если заранее. А потом будем учиться по ходу дела, — она развернулась, и, волоча по земле хвост, побрела обратно в лагерь.