Избранник Звёзд

      С наступлением Юных Листьев племя словно расцвело и само. Распускались листочки на кустах и деревьях в роще, зеленела трава, покрывая все пустоши, созревали бутоны на стеблях цветов. Вновь стало тепло, количество дичи увеличилось, да и сами воители теперь выглядели намного лучше, сбросив с себя всю тяжесть Голых Деревьев.       Конопушка с любовью смотрела на своих двух котят, Овсяночку и Пуховушку, которые впервые выбрались из детской. Она родила их около недели назад, но имена дала только сегодня. Всё племя стало свидетелем борьбы их родителей за имя для сына: Совка упирался и доказывал, что Овсяночка — слишком девчоночье имя, но Конопушка настояла на своём. — Милые детишки, — произнесла Чертополох, когда маленькая полосатая Пуховушка случайно запнулась за её хвост. — Но, надеюсь, больше на меня никто не налетит. — Мечтай больше, — усмехнулся Грачеус, когда из детской высунулась Жавороночек, взяла низкий старт и кинулась к ним с громким кличем: — Тётушка, представляешь, я сегодня ученицей стану! — Надо же, какое счастье! — пробормотала воительница, ненавязчиво отступая от племянницы. — А чего ты мне-то сообщаешь?       Жавороночек вылупила янтарные глазёнки и заявила таким голосом, будто Чертополох не понимает очевидного: — Как чего? Мама знает, папа знает, Малыш знает. Теперь надо родню известить! Ты не видела Стрижехвостую, нет? — Нет, — быстро ответила кошка. Стрижехвостую предпочитали не трогать по пустякам. После смерти друга и котят она замкнулась в себе и перестала близко контактировать с кем-либо, и даже спустя две с половиной луны не оправилась от потери. Грачеус проводил взглядом Жавороночек, которая, ничуть не расстроившись, отправила сообщать новость бабушке Белогрудке, дремлющей в тени.       Осока поймала Жавороночек, когда та хвасталась младшим соседям по детской о своём будущем посвящении, и судя по тому, как яростно принялась отчитывать, одновременно приводя её спутанную длинную шерсть в более-менее приличный вид, посвящение было не за горами. — Ну вот, кто знает, может, у тебя теперь появится ученик, — предположила Чертополох и пересела поближе к центру поляны, чтобы быть в первых рядах постепенно подтягивающихся на собрание котов. Однозвёзд не торопился с началом церемонии, разлёживаясь на солнышке. — Это было бы неплохо, конечно, — Грачеус присоединился к подруге. Рядом с ними тут же нарисовался Ветролап и робко поинтересовался: — Я же могу с вами посидеть, да? — Садись, — разрешила Чертополох. Ученик тут же плюхнулся рядом. За последние луны он сильно вырос и теперь был крупнее матери, ещё чуть-чуть — и до отца дорастёт. Ветролап был уже совсем взрослым, и Грачеусу даже не верилось, что время пролетает так быстро. А, казалось, совсем недавно он был лишь крошечным котёнком! — Вот здорово, что теперь у нас будет ещё два ученика, — пробубнил пёстро-серый кот. — А то я, если честно, один уже устал убирать у Паутинника да у королев. Зато теперь это будет занятием младших! — Нехорошо спихивать всё на малышей, — строго заявил кто-то сзади. Кролик собственной персоной явился к компании своих товарищей и своего ученика. — Да ты что? — Чертополох прищурилась. — Что-то мне помнится, кое-кто не очень следовал тому, что он сейчас говорит. — Я был юн и глуп! — провозгласил пятнистый воитель. Белая кошка хотела ещё что-то сказать, но их небольшую беседу прервал Однозвёзд. Он, наконец, решил, что пора начинать церемонию, а потому занял своё привычное место на краю валуна и торжественным голосом воззвал своё племя к тишине: — Всё, давайте все замолчим!       Собравшие послушно угомонились, замолчали, уселись ровно и приняли самый радостный и воодушевлённый вид. Только Жавороночек не сиделось на месте, она подпрыгивала, то и дело ударяясь макушкой о подбородок Осоки, стучала хвостиком по земле и готова была тут же сорваться с места. Светло-бурая с полосочками шёрстка, точь-в-точь Осокина, недавно заботливо приглаженная ею же, снова торчала иглами, словно колючки ежа. Малыш, в отличие от своей подружки, выглядел более собранным и спокойным, покорно сидел подле матери и лишь иногда косился в сторону Жавороночек.       Из-за того, что он был младше на половину луны, кошечке пришлось немного задержаться в детской. Она не хотела начинать обучение без товарища, и её церемонию перенесли. Малыш долгое время чувствовал себя виноватым, но подружка заверила, что она сама выбрала ждать, пока ему не исполнится шесть лун.       Пуховушка с Овсяночкой смотрели на всё из-под Конопушкиного хвоста, и выглядели впечатлёнными. Даже угомонили свой громкий писк и теперь говорили друг с другом шёпотом. Было не трудно догадаться, о чём: мечтали о собственной церемонии. — Сегодня, спустя долгие и унылые луны, мы снова можем устроить праздник в племени, — объявил Однозвёзд со своей скалы после долгой паузы. Вероятно, собирался с мыслями. — Потому что сегодня я проведу церемонию посвящения двух котят в оруженосцы. Оба они достигли возраста шести лун, а значит, имеют право называться учениками. — Доченька моя, — всхлипнула Осока, приобняв Жавороночек хвостом. — Я так горжусь тобой, так горжусь! — Может, скажешь что-нибудь напутственное? Иногда королевы делают это, — предложила Сумеречница, сидевшая в первом ряду рядом с Ветерком и Верескоглазкой. Оба выглядели немного поссорившимися — впрочем, это у них обычное дело. Однозвёзд одобряюще кивнул, поддерживая предложение чёрной воительницы. — Я тобой горжусь! — дрожащим голосом заявила Осока. — Всегда иди вперёд, доченька, и стремись к успеху. Ты сможешь стать прекрасной ученицей… а потом и замечательной воительницей. Я верю в тебя, моя милая Жавороночек.       Она, наверное, ещё бы что-то сказала, но не выдержала такого трогательного момента и отвернулась, спрятав нос в шерсти у Головешки. Друг кошки выглядел не сказать, чтобы очень растроганным, смотрел вокруг, нахмурившись, да и лицо его выражало что-то среднее между «Ненавижу сентиментальности. Ненавижу эти церемонии» и «Как успокоить кошку?! Спасите меня!», но отнюдь не радость. — Если бы я мог, я бы ушёл, — пробормотал Кролик. — Согласен. Ненавижу трогательные моменты, — поддержал друга Грачеус. — Осока моя сестра, но я вынуждена с вами согласиться, — Чертополох вздохнула. — Бедная Жавороночек. Помню, на такой же… хм, определённо слезливой, речи моей матери, я готова была сквозь землю провалиться. — Это мило, — не согласился с наставником и родителями Ветролап.       Между тем, церемония продолжалась. Ивице тоже предложили что-нибудь сказать, но она отказалась, аргументировав это тем, что всё, что хотела, она уже сообщила своему Малышу. — Что ж, тогда, если это всё… — Не всё, — вперёд шагнул Проныра. — Не всё. Я бы хотел… я бы хотел при всех извиниться перед Малышом. И перед Дроковницей, Усачом и Валуном. За то, что я не был вам настоящим отцом. Я понимаю, что слишком поздно для этого, но я смотрю на счастье моего брата и друга, — он указал на Совку, который сейчас стоял рядом с Конопушкой, что-то тихо говоря повисшей на его лапе Пуховушке, — и я понимаю, как много я упустил. Мне грустно осознавать это. Я хочу пожелать Малышу удачи в его дальнейшем жизненном пути. — Э-э, — многозначительно протянул рыжий котёнок. Ивица пихнула его лапой и прошипела: — Что нужно сказать, когда тебе желают хорошее? — Спасибо! — пискнул Малыш и на всякий случай попятился назад. Проныру он побаивался после того случая, когда воин нарычал на сына, заявив, что не отец ему. — Теперь всё? — спросил Однозвёзд. Больше никто ничего добавить не хотел, и предводитель продолжил: — Что ж, тогда я зову Малыша, чтобы посвятить его в ученики. Выйди сюда.       Котёнок сделал несколько неуверенных шагов вперёд и остановился. Жавороночек что-то прошипела, но что — никто не расслышал. Зато Малыш всё прекрасно услышал и приободрился, тут же расправив плечи.  — Отныне и до получения тобой воинского имени ты будешь зваться Малолапом. Конечно, лапы у тебя не маленькие, но пускай это имя обманет твоих врагов, — Однозвёзд обвёл взглядом поляну, выбирая, кого дать в наставники новому ученику. — Грачеус, ты давно готов получить оруженосца. Я поручаю тебе воспитание Малолапа. — Поздравляю, друг, — Кролик похлопал чёрного кота хвостом по спине. — Ты дождался. А теперь иди к нему.       Грачеус осторожно протиснулся между Усачом и Стрижехвостой и остановился перед своим новым учеником. По традиции коснувшись носом носа Малолапа, он поспешил отступить назад. Рыжий оруженосец посеменил за своим новым наставником. — Ура, Малолап! — завизжала Жавороночек. — Малолап! — подхватило её крик всё племя. — Малолап! — Ну вот, теперь и у тебя ученик имеется, — весело заявил Кролик, когда Грачеус вернулся к своей компании. Малолап ковылял следом. Воин сам невольно вспомнил своё посвящение: тогда он хвостом таскался за Совкой в первые дни, боясь потеряться, отстать, что-то прослушать. Он всё ещё не мог поверить, что тоже удостоился чести воспитать ученика. — Здрав-вствуйте, — заикнувшись, поздоровался Малолап. И предпочёл немного отойти назад. — Мы что, такие неприветливые? — с наигранным разочарованием спросил Кролик. — Так, Чертополох, улыбнись, ты пугаешь ученика своего друга! — Я тебя сейчас напугаю, — беззлобно буркнула кошка. — Привет, один из тех, кто сменит меня на нелёгком посту уборки за Паутинником и королевами! — воодушевлённо воскликнул Ветролап. Малолап посмотрел на него с сомнением: — Ты тоже ученик? — Слушай, ты где был шесть лун своей жизни? — Ветролап, ощущающий себя по сравнению с этим оруженосцем очень важным — как же, он же теперь старший в их скромном ученическом теперь-трио! — тут же схлопотал хвостом по ушам от Кролика. — Ну за что-о? — За всё хорошее. Замолчи и слушай дальше. — Ладно, — Ветролап обиженно надулся и засопел. Потом поймал затравленный взгляд Малолапа и чуть улыбнулся ему, прошептав: — Трусишка мелкий.       Малолап тут же нахохлился и отвернулся, чтобы увидеть, как Жавороночек вызывают вперёд. Кошечка сделала широкий шаг, вздыбила шерсть на загривке и встопорщила хвост. Все старания Осоки сделать из неё нечто, прилично выглядящее, вновь провалились. — Жавороночек, настал твой черёд. Отныне ты будешь зваться Жаворонок. Носи это имя вплоть до своего посвящения в воительницы, — Однозвёзд сделал паузу, выглядывая в толпе наставника для кошки. В наступившей тишине было отчётливо слышно, как Совка прошептал, обращаясь к Конопушке: — Слушай, а ведь ты точно в свою родню пошла! Дала нашему сыну имя девочки, а твой дед только что нарёк кошку именем, которое впору носить мальчику…       Конопушка треснула его хвостом. Остальные предпочли сделать вид, что ничего не слышали. Совка, в принципе, отличался тем, что мог ляпнуть что не надо именно тогда, когда это не стоит делать. Впрочем, все уже привыкли и прощали. — Я даю тебе наставницу, и, думаю, неплохую, — наконец, решился предводитель. — Чертополох, обучи Жаворонок всему, что знаешь. — Я?! — воительница подскочила. — Меня — в наставницы?! — Иди уже! — Грачеус подтолкнул её в сторону центра поляны, внутренне ликуя: у его подруги тоже будет ученик! Они смогут воспитывать Малолапа и Жаворонок вместе! — Но… но я не могу! — пробормотала кошка. Она всё-таки вышла в центр поляны, остановившись около Жаворонок, и коснулась носом носа той. — Жаворонок! — тут же прокричал Малолап. — Жаворонок!       Его поддержали остальные. Чертополох вернулась, потеряв в толпе свою ученицу, и выглядела она, по меньшей мере, растерянно. — Я не ожидала, что могу стать наставницей! — Почему бы нет? По возрасту ты вполне готова воспитать оруженосца, — произнёс Кролик. — Стрижехвостая уже получала ученицу, а так как Осока только вернулась в строй, можно было предположить, что тебе дадут кого-то для обучения. — Это же замечательно, — Грачеус нашёл взглядом Малолапа и Жаворонок. — Мы можем вместе тренировать наших учеников. — Да, это… здорово, наверное, — воительница ничуть не радовалась и этого не скрывала. Её друг только пожал плечами, не желая начинать разбираться в её плохом настроении, когда его ждёт новый ученик. Подумать только: его первый ученик! — Привет, Чертополох, ну что, мы сегодня же начинаем тренироваться? — к белой кошке подскочила Жаворонок. — Пожа-а-алуйста, скажи, что да! — Да, — безэмоционально согласилась Чертополох. — Но позже. Извини, мне просто немного нехорошо: сегодня тёплый день, а я ещё не привыкла к ним после Голых Деревьев. Давай ближе к вечеру, хорошо? Я покажу тебе пустоши. — Да-а, пустоши, — расстроилась Жаворонок. — Может, тогда ты мне что-нибудь расскажешь? Ну, знаешь, что пригодится в обучении. — Хорошо, думаю, можно. Давай… давай выйдем из лагеря, я знаю полянку, на которой мы сможем… хм, на которой я расскажу тебе основные правила Воинского Закона. — Да, ура! — подскочила Жаворонок. — С тобой всё нормально? — когда ученица отвлеклась на подошедшую Осоку, спросил Грачеус у подруги. — Абсолютно. Я в полнейшем порядке, — ответила та, стараясь выглядеть бодро. — Тебя ждёт Малолап. Иди давай, — она вернулась к ученице, уводя её от Осоки. — Итак, я думаю, знать Закон очень важно. Пока ты готова запоминать, мы будем беседовать на эту тему. А пустошь можно увидеть всегда…       Голос Чертополох тонул в общем шуме по мере того, как Грачеус удалялся, ища Малолапа. Этот кот уже успел куда-то сбежать, хотя, казалось, совсем недавно был рядом.       Он обнаружился в компании Ивицы. Кошка что-то тихо втолковывала своему сыну. Тот серьёзно кивал. Заметив наставника, он сделал Ивице знак, что разговор пора прекращать, попрощался с ней и быстрым шагом направился к взрослому коту. — Мы будем смотреть наши территории? Я знаю, мне рассказывали, что это — первое, что делают после посвящения, — выпалил сходу Малолап. — Да, ты абсолютно прав, — Грачеус улыбнулся своему новому оруженосцу. — Итак, приготовься увидеть всю красоту пустошей. Хотя, в Зелёные Листья они куда более привлекательны. — Даже не могу себе представить. Я ни разу в жизни не видел цветов или деревьев. Надеюсь, это действительно так здорово, как звучит!       Грачеус направился на выход. Малолап шёл следом за ним, стараясь не отставать. — Что же, вот ты и покинул лагерь. Впервые. Давай взойдём на тот холм, — кот повёл котёнка по невысокой зелёной траве. Малолап оглядывался вокруг, нюхал бутоны цветов и выглядел очень впечатлённым.       Грачеус взошёл на холм, с которого открывался прекрасный вид на пустоши. Блестело рябью озеро, отражая солнечные лучи. Внизу, куда ни глянь — зелёное и свежее море. Малолап издал восхищённый вздох. — Это очень красиво, — сообщил он. — Согласен. Ну, смотри. Справа, за теми холмами — граница с Речным племенем. Там, — он махнул хвостом в сторону осиновой рощи, — с Грозовым. Запомнить легко. Речное племя — граница за самыми высокими холмами, Грозовое — там, где деревья. И озеро, оно лежит ниже всего. — Мы посмотрим всё вблизи? — Конечно. Начнём с наших границ, — Грачеус пошёл вниз с холма, и Малолап устремился за ним. Воин старался не слишком быстро идти, потому что ученик и так не успевал за ним. А уж тем более, он пытался не бежать, иначе оруженосец выдохся бы в первые же мгновения.       Когда они спустились вниз по пограничному ручью к самому озеру, солнце уже ощутимо клонилось к горизонту. Малолап мыл лапы в озере, а Грачеус сел на краю берега ручья, над самым его устьем, где он впадал в озеро. — Слышал, тебя можно поздравить с оруженосцем, — произнёс кто-то с другой стороны границы. Чёрный кот обернулся и увидел соседского целителя. — Когда ты успел узнать? — У меня свои связи, — многозначительно произнёс Воробей. — В частности, Львиносвет со своей способностью и любовью подглядывать за другими племенами. — Вот оно как, — холодно откликнулся Грачеус. Малолап закончил плюхаться в озере и теперь стряхивал воду с лап. — Ты не просто поболтать. — К твоему счастью.       Малолап направился к наставнику и его собеседнику. Грачеус снова обернулся на брата, искренне и от всей души в мыслях благодаря своего ученика за то, что он решил вернуться так скоро. С этим котом не то, что разговаривать было невозможно — даже находиться рядом! — Как лестно, — насмешливо произнёс Воробей. У Грачеуса возникло огромное желание съездить ему когтями по морде, но он сдержался. — Сумрачный Лес почти собрался с силами. Битва близится, и тебе стоит позаботиться о том, чтобы твоё племя было готово. Это всё, что я хотел сказать. Теперь удаляюсь. «Да катись на все четыре стороны!» — Кто это? — Малолап остановился около наставника. — Грозовой целитель. И, к несчастью, мой родной брат, — ответил ему Грачеус. — Ну что, готов идти дальше? — Готов! — бодро воскликнул оруженосец. Воин поднялся и направился вдоль берега. Малолап поспешил за ним.       Они прошлись вдоль границы с Речным племенем, Грачеус показал ученику основные места, где особенно хорошо ловятся кролики, провёл его вдоль оврага и наказал не соваться туда, если он в одиночку — лис там водится очень много.       Он всё думал над тем, что сказал грозовой кот. Выходит, совсем скоро тот самый «судный день». Впрочем, стоит ли верить? Так или иначе, а ведь Воробей вряд ли бы стал врать или шутить. В любом случае, ему стоит сообщить всё Однозвёзду.       Это он и сделал по возвращению в лагерь. Малолап отправился к Ивице — делиться новостями, а Грачеус — к предводителю. Тот был не один, но, услышав, что это насчёт Пророчества, попросил Белогрудку немного подождать снаружи.       Рассказывать, в принципе, было нечего. Грачеус лишь коротко процитировал слова Воробья. Однозвёзд кивнул и сказал, что нужно наведаться в Грозовое племя для выяснения всех обстоятельств, и предложил ему пойти с ним завтра. Воин согласился, попрощался и покинул нору.       В это же время в лагерь вернулись Чертополох и Жаворонок. Почти совсем стемнело. Ученица побежала искать то ли родителей, то ли Малолапа, а Грачеус подошёл к подруге. — Ну, как тебе быть наставницей? Лично у меня лишь положительные впечатления. — Это выматывает, — кошка растянулась за земле и вытянула передние лапы, устало глядя перед собой пустым взглядом. — Она такая назойливая! — Как же ты тогда справишься дальше? Обучение охоте, боевым навыкам — это куда труднее, чем обычный обход территории, — Грачеус прилёг рядом с ней. — Никак, — ответила Чертополох. — Никак. Знаешь, почему я сказала, что не могу быть наставницей? Не потому, что я не ожидала. Я предполагала, что это может случиться. Просто в последнюю половину луны я немного приболела и решила сходить к Пустельге, и… — она вздохнула, отводя взгляд. — И оказалось, что я жду котят.