Я знаю, что ты гей

      Стою возле двери Вика. Уже минут 10 не решаюсь постучаться. То, что я для себя все решил, не факт, что все будет гладко.       Дверь открывается, Вик стоит в одних трусах. — Проходи давай, топчешься тут уже хрен знает сколько, не даешь днем выспаться. Захожу в комнату. — Вик, оденься, пожалуйста, нам нужно поговорить.       Очень тяжело. Безумно тяжело ждать, так же тяжело начать разговор, который ты не знаешь, к чему приведет. Но Вик уже полностью одетый заходит в комнату, тянуть больше нет времени. — Вик, по поводу того, что произошло… выслушай меня, пожалуйста, не перебивай. Я два года ни с кем не встречался. У нас даже был разговор на эту тему. Думаю, ты прекрасно понял, что я люблю свободу. Свободу в отношениях, я люблю интим с тем и когда вздумается, — вижу, что он погрустнел еще сильнее, я не могу смотреть на него и причинять ему боль. Нужно закончить разговор быстрее, — Но ты… Вик, ты мне нравишься… очень… и я… если ты позволишь… я бы очень хотел начать с тобой отношения. Хотя бы попробовать…       Ожидание. Ненавижу ожидание. Представляю, как тяжело было Вику ждать моего прихода столько времени. — Ян… ты мне тоже очень нравишься, и я, ну, разумеется не против. Я кинулся к нему, чтобы обнять его, закружить по комнате, поцеловать, но меня остановили. — Подожди. Ян, мы не затрагивали эту тему, да и времени особо не было говорить на нее, но… Я — открытый гей, если ты хочешь быть парой, если я тебе действительно нравлюсь. А я думаю, что да, раз ты предложил мне отношения. Если мы будем парой, то открытой. — Но зачем?! -Я действительно не понимал. — Все будет хорошо. Мы будем просыпаться вместе, ты будешь рассказывать о том, какие у тебя преподы козлы, я буду рассказывать, как меня задолбали тупые студенты, будем вечерами смотреть фильмы, готовить, как ты хотел, а не заказывать еду на дом… — Нет, я так не могу. Я хочу показать своего парня друзьям, рассказать о нем, пройтись по магазинам, сходить в кино. По-другому никак. Прятаться — не для меня.       Где-то внутри родилась паника, но я старался не показывать ее. Сначала я не думая, хотел согласиться, но, потом… Это Россия. Если я так к этому отнёсся, не значит, что так будет с большинством. Я представил, как от меня отворачиваются родители, как друзья перестают общаться, выплевывая оскорбления… И я испугался. — Я не могу. — Даже ради меня? — голос у Вика дрогнул. — Прости. — Я понимаю.       Я начал вставать, собираться домой. Здесь сидеть смысла больше не было. Мы одной фразой разломали то, к чему я так долго шел…       Я не хочу уходить, хочу обнять его, хочу быть вместе, но это слишком.       За моей спиной хлопнула входная дверь. Я уходил, зная, что, возможно, больше не увижу его.