50 оттенков слабости

™ Темно. Уже около двух часов ночи. Этот городишко не слывет разбоем и грабежом, поэтому в такое время здесь можно запросто увидеть гуляющие компании или даже отдельно идущих людей. Но сегодня, к сожалению, людей на улице не было вообще. Нельзя сказать, что Гарри особенно любил шум и веселье, он просто боялся темноты. Лишь один человек в мире был способен помочь ему перебороть свой страх. Нет, не Луи. " Просто попрощаться.." - твердило сознание. В глубине души мальчик знал, что "просто попрощаться" и тот человек, к которому он направляется - несовместимые понятия. Стоит лишь Гарри увидеть его загорелые сильные руки, услышать нежный шепот и почувствовать горячее дыхание на коже - он тут же теряет голову и совершенно забывает обо всем. О доме, о жизни, о Луи. Забывает, и полностью растворяется. Стайлс никогда не пробовал наркотики, но ему кажется, что хороший секс лучше любого укола, таблетки или порошка. Под "хороший секс" он подразумевает, конечно же, не Луи. Томлинсон, несмотря на тот что был таким потрясающим и так горячо любимым Гарри, просто напросто не мог удовлетворить сексуальные потребности мальчика. Сначала Гарри мирился с этим, старался заставить себя испытывать удовольствие или говорить с Луи об этом, но со временем Стайслу приходилось прикладывать не мало усилий, чтобы возбудить в себе желание спать с Луи. Проще говоря, Гарри больше не хотел Луи. Абсолютно. Мальчик стал озлобленным, ругался со всеми и вечно искал возможности с кем-нибудь подраться. Не долго думая, Томмо обратился к врачу и приволок с собой мальчика. - Мистер Томлинсон. - доктор снял очки и устало потер переносицу, ясно давая понять, что их проблема ничто по сравнению с делами, которые он делает каждый божий день. Гарри это заметил и злобно уставился на мужчину. - Вы сами были в таком возрасте и прекрасно понимаете, что мальчик растет. Молодость, гормоны. - далее он обратился к Стайлсу. - Когда у вас последний раз была половая связь? Гарри нахмурился. Только этого не хватало: краснеть перед старым придурком. Мальчик надулся и опустил голову, не желая говорить об этом с незнакомым человеком. Томлинсон внимательно посмотрел на него и, вздохнув, ответил: - Три недели назад. Доктор не был удивлен. Он покрутил в руках свои очки и продолжил говорить абсолютно нейтральным голосом: - Вот и ответ на ваш вопрос. Сексуальная неудовлетворенность. Для мальчика его возраста это сулит агрессией. - мужчина замолчал, как бы рассуждая, стоит ли высказывать свое мнение. - Просто постарайтесь... соответствовать его потребностям. Гарри вспыхнул. Черт возьми... Всю дорогу до дома Луи то и дело посматривал на мальчика. Сначала он хотел заговорить, потом останавливался и молча смотрел на дорогу. Гарри видел, что Томлинсон мучается, но первым начать разговор не решался. Он даже боялся представить, как будет объяснять всё Луи. - Малыш...- протянул парень и не надолго замолк. - почему ты мне ничего не говорил? Стайлс судорожно вздохнул. Он схватился за лямку рюкзака и начал перебирать ее длинными пальцами. - Я пытался. - слишком тихо ответил он. - Гарри, ты не должен стесняться меня. Говори со мной, это самое важное.- Луи старался говорить как можно убедительно. Но мальчик видел недовольство на его лице. Луи чертовски зол в данный момент. На себя или на Гарри - пока не ясно. Но мальчик уже слишком хорошо знал своего парня и понимал, что будет, когда они приедут домой. Он не хотел, чтобы это произошло и начал лихорадочно искать глазами спасение. Раздался звонок. Гарри вздрогнул от неожиданности и полез в карман за телефоном. Он даже не удосужился прочитать имя контакта, ему было все равно, лишь бы найти способ сбежать. - Да? - Привет, Гарри. - раздался веселый голос Найла. - Как у тебя дела? Мальчик вздохнул. Если не считать злого Луи рядом и сексуальной неудовлетворенности? - Все хорошо. Ты как? - Замечательно. - быстро пролепетал Найл. - Слушай, ты не мог бы сейчас прийти к Зейну? Мы собираемся играть в... - Да! Да, конечно! - радостно воскликнул мальчик. - Х-хорошо, - проговорил шокированный парнишка. - Луи мы тоже ждем. Черт... ну, это хотя бы лучше, чем остаться с ним наедине. - Лу, Найл приглашает нас сегодня к с... - Иди один. - коротко ответил Луи. Стайлс взглянул на парня. Тот не изменился в лице, стараясь не подать виду, что вся эта ситуация его обидела и даже немного унизила. То, что он не может удовлетворить семнадцатилетнего ребенка - одно дело (больно бьющее по мужскому самолюбию Луи), ну а то, что этот семнадцатилетний ребенок замыкается в себе и не хочет делиться своими мыслями с ним - совершенно другое. Но в то же время они тесно связаны. Только один вопрос сейчас мучил Томлинсона: "что я делаю не так?". Стайлс понял мысли парня и почувствовал укол совести. Он слабо улыбнулся и положил руку на затылок парня. Потянулся, и оставил невинный поцелуй на щеке Луи. - Люблю тебя. ™ Дом у Зейна находился в небогатом районе, среди двух-трехэтажных старых и серых зданий. Но именно его квартира выделялась среди остальных. Балкон ухоженный, обрамленный густой шевелюрой плюща и множеством керамических горшков с разноцветными цветами. Все это заслуга Найла, который безумно любил порядок и природу (Зейну вся эта обстановка не нравилась). Гарри быстро поднялся по ступеням в обшарпанном подъезде, где запах мочи перебивал запах алкоголя. Но мальчик точно знал, что стоит ему войти в квартиру Малика, как уют и чистота накроют его с головой. Квартира находилась на последнем этаже. Здесь Найл тоже постарался: свежевыкрашенные стены, перила и рамы окон... Вообще, когда Найл только переехал в квартиру Зейна, соседи дня три сходили с ума от всевозможных перестановок и огромного скопления мусора под окнами, при том, что туда входили не только бытовые отходы, но и старая мебель, ненужная одежда и техника, которые скопились в доме Малика за несколько лет после смерти родителей. Найл несколько недель убил на то, чтобы дом Зейна был похож на дом (в его понимании). И ему это удалось. Но с появлением парнишки изменилась не только квартира, но и жизнь Зейна. Теперь она стала действительно жизнью. Дверь, как ни странно, была открыта. Стайлс скользнул в дом и огляделся. Никаких признаков жизни. - Найл? Зейн? Ребята, вы здесь? - мальчик снял обувь и бросил рюкзак в угол. В доме было тихо. Яркое солнце свободно проникало в помещение через огромные старые окна и в контрасте с высокими потолками квартира была похожа на святыню. Стайлс начал блуждать по комнатам. Если никого нет, то почему дверь открыта? Спальня и кухня пустовали, ванная и прихожая тоже. Открыв дверь в гостиную и заметив человека, сидящего на диване, мальчик вздрогнул. - Привет. - сказал Лиам, улыбнувшись. Сердце Гарри все еще колотилось. Ему пришлось помолчать, чтобы привести себя в чувства. - Привет. - выдавил он несколько секунд спустя. Воцарилась тишина. Лиам достал телефон и начал сосредоточено набирать текст. Гарри почувствовал нарастающее напряжение, словно он впервые стоит на сцене и на него смотрят тысячи людей, ожидающих великолепной речи, к которой он не готовился. От волнения кудрявый начал переминаться с пятки на носок. Что делать? Что говорить? Уйти? Убежать? Продолжать стоять как дебил? - А... - Они скоро придут. Этого, мать его, и боялся Стайлс. Этот человек, которого Гарри видел всего один раз, читает его как открытую книгу. Наверное каждый знает это ощущение. Чувствуешь себя легкомысленным и поверхностным. - Почему ты... ты не отзывался? Лиам оторвал взгляд от экрана. Гарри почувствовал как краска выступает на щеках. "Не смотри на меня, умоляю..." - Ты не называл моего имени. Стайлс кивнул, в знак того, что получил ответ на свой вопрос. Ему хотелось поскорее избавиться от этого треклятого чувства того, что его раздевают взглядом. Но Пейн продолжал смотреть. "Мать твою, мать твою, мать твою!" Что-то словно подтолкнуло мальчика и он решился поднять взгляд. Лиам хлопнул по дивану рядом с собой, приглашая мальчика сесть. Тот, ведомый бесами, послушно подошел к дивану. Он сел и вжался в спинку. Лиам продолжал смотреть, но только теперь через плечо. В свете солнца его глаза казались золотистыми и такими обманчиво добрыми и полными нежности, что у мальчика захватило дух. "Почему ты не перестаешь смотреть на меня? Что ты со мной делаешь?" Что-то внутри Стайлса предательски запульсировало и повергло все тело в дрожь. Гарри слово опускали по очереди в кипяток и в ледяную воду, а потом положили под дефибриллятор. Но он не переставал тонуть в золотистых омутах, отдаваясь совершенно новому чувству. Тогда малыш еще не знал, что это чувство, ни что иное как страсть. Всепоглощающая. Безумная. (От автора: Искра. Буря. Безумие.) - Что с тобой? - Гарри почувствовал холодное прикосновение, пронизывающее его до кончиков пальцев. - Ты горишь. Рука Пейна осторожно, не спеша, скользя по нежной коже лица мальчика, спустилась к влажным приоткрытым губам. В этот момент Стайлс осознал, что глаза его были закрыты все это время. И он не желал открывать их. Ему было хорошо. И только лишь когда пальцы Пейна скользнули по его губам, нежно ощупывая и изучая их, Гарри открыл глаза. Они были полны страсти и даже Лиам поразился этому животному желанию, которое увидел в невинных детских глазах. Стайлс рывком подался вперед и, заключив голову парня в объятия, впился горячим поцелуем в его губы...