50 оттенков слабости

Гарри приподнял бедра, чтобы Луи смог беспрепятственно положить под них подушку. Когда дело было сделано, Гарри оказался в позе собачки и немного покраснел. Томлинсон усмехнулся и подмигнул ему. Парень не надолго ушел на кухню и вернулся оттуда с аптечкой. Он поставил ее на стол и достал оттуда тюбик с мазью, выдавив немного себе на пальцы. Гарри закусил губу когда холодная смесь коснулась его красных от ударов ягодиц и начала медленно распространяться по всему участку благодаря нежным прикосновениям Томлинсона. Кожу вдруг защипало, началось покалывание, а затем Стайлс и вовсе перестал чувствовать боль. - Тебе ещё больно? - Нет. - Это хорошее средство. Но больше остального мне нравится в нем то, что оно быстро впитывается. - Почему? - Терпение, малыш.- Луи улыбнулся и отложил мазь. Парнишка мечтательно улыбнулся и положил голову на подушку, не сводя восхищенного взгляда с Луи. Несмотря ни на что, он был пленен нескончаемым обаянием и добротой этого человека, видел в нем исключительно самое прекрасное, и полностью игнорировал слабые и темные стороны. Для мальчика не существовало Луи с плохой стороны. Существовал справедливый, нежный, правильный, рассудительный, строгий, ласковый и мягкий Луи, и даже в мимолётных, самых незначительных и резких словно молния прорывах гнева Гарри видел лишь свою вину. И никогда не винил в этом своего возлюбленного. Наверное, самое волшебное, что может быть в человеке - это его бескорыстность. Его искреннее отношение к семье, друзьям, работе, дому, любимому человеку. Луи всегда давал и не ждал ничего взамен, всегда был предан своей любви, даже когда узнал про измену Гарри. Все ждал и ждал чего-то, мнимо надеясь воплотить несбывчивую мечту о большой семье, о собственной семье. О том, как через всех ее членов, от старшего к младшему, будет тянутся тонкая золотая нить доверия, верности и уважения. О том, что он сможет воспитать своих малышей взрослыми мужчинами и девушками, дать им то, чего не было у него: отцовскую поддержку и твердое плечо рядом, на которое можно опереться. Передать им свой опыт, свои знания, защитить их от ошибок, которые он сам совершал. Луи мечтал о том, что Гарри не мог ему дать. Но тем не менее, свое будущее без мальчика он не представлял. - Разденься. - попросил Стайлс и его желание было тут же исполнено. Он задумчиво изучал загорелое тело любимого. Сегодня нет никаких преград, нет страха. Сегодня путь для них свободен, они оба целиком и полностью принадлежат друг другу, никто не в силах им помешать. Они любят, они любимы. - Луи, я люблю тебя. - И я тебя, котёнок. Парень расставил руки по обе стороны от Гарри, наклонился и оставил поцелуй на макушке мальчика, полной грудью вдохнув его аромат. Его плоть прижалась к заду Гарри и мальчик получил отголосок в своем теле. Он еле слышно промычал и немного расставил ноги, потерявшись о Луи. Парень запустил одну руку под грудь Стайлса, а другой плотно оперся на поручень дивана. - Ты прекрасен. - прошептал он в шею мальчика. Томлинсон начал медленно, точно растягивая удовольствие, целовать кудрявую голову. - Луи Уильям Томлинсон. - начал вдруг Гарри, ощутив, что мазь полностью впиталась. - Я хочу заняться с тобой любовью. Ты не против? - Полностью за. Стайлс попытался развернуться, но Луи не позволил, вытянув руки Гарри вперед и запустив свои пальцы в его. - Так будет лучше сейчас. - Лу, трахаться и заниматься любовью - разные вещи. - решил напомнить мальчик. - Доверься мне. На плече парнишки был оставлен невесомый поцелуй. Мальчик не понимал, как можно заниматься любовью в такой позе, но верил в то, что Луи знает, что делает. Томлинсон отстранился, сел позади Гарри и ласково накрыл ягодицы мальчика своими ладонями. На вопрос: "Больно?", парнишка отрицательно покачал головой. Тогда Луи немного шире расставил ноги мальчика, тем самым являя своему взору темно-розовую гладкую кожу. Мальчик покраснел, когда понял я что Луи слишком долго туда смотрит. - Лу. - тихо позвал он. - Что ты делаешь? - Восхищаюсь. Не мешай. Парнишка уткнулся в подушку и начал смеяться, пытаясь сдвинуть ноги, но руки Луи ему помешали. Парень наклонился вперед и прильнул губами к уху мальчика, потянув его перед этим за мочку. - Ты не умеешь себя вести, Гарри. - Ты смотришь на мой зад. - сквозь смех объяснил парнишка. - Меня это возбуждает. Да и потом, чего ты так стесняешься? Что я там не видел? - Вот именно. Что ты там не видел? - Ох, Гарольд, прекрати! - Луи рассмеялся и обнял парнишку, пристроившись между его ногами. - Я не буду тебя растягивать. Гарри кивнул, положив голову на руку любимого и слегка потерся о его член. Спустя мгновение мальчик почувствовал, как Луи заполняет его пустоту и ахнул, в очередной раз отмечая, что чувствовать то, насколько они идеальны друг для друга - божественно. Неприятные ощущения всё-таки возникли, так как последние два месяца для Гарри прошли без секса, но они были незначительны в сравнении с прелестью того момента, когда Луи вошёл до предела. Томлинсон приоткрыл губы, пытаясь досконально прочувствовать теплоту внутри Гарри. Кожу мальчика обладало горячим дыханием и он прикусив губу, краем глаза наблюдая за парнем. Луи согнул руки в локтях и в полной готовности спросил: - Тебе удобно? Парнишка кивает и в то же мгновение чувствует движение внутри себя. Луи делает медленный толчок, и следом за этим покрывает влажными поцелуями спину мальчика. Стайлс уже чувствует боль в пояснице из-за неудобной позы, но сказать об этому любимому не решается. Он елозит из стороны в сторону, в надежде найти наиболее удобное положение, чем вызывает недовольный рык Томлинсона. Ещё один толчок. Луи пытается найти точку, которая для Гарри наиболее чувствительна и переходит немного вправо. Мальчик хныкает и тянет руку к возбужденному члену. - Лу... - Тише, детка, я сейчас. - Томмо сосредоточено продолжает свои поиски. Спустя три минуты невыносимых для Гарри мучений, Томлинсон разгневанно отстраняется и из его груди вместе с тяжелым дыханием вырываются хрипы, что не предвещает ничего хорошего. Он зол. - Гарри. - рычит он, будто парнишка был виноват в его неудаче. У Стайлса все тело пульсировало в невыносимом, диком, животном желании. Причиной было то, что несколько раз Томлинсону всё-таки удалось задеть заветную точку, но сразу после этого наступали ноющие неприятные ощущения. Мальчик готов был расплакаться, ведь у него сложилось ощущение, что он больше никогда не получит долгожданного удовлетворения. К тому же, он был раздосадован состоянием Луи. А парень тем временем просто не знал, о чем думать и на что грешить. Неужели опять пропала страсть? Неужели он вновь не способен довести Гарри до предела? Черт, если так, то это слишком для них обоих. Или дело в другом? Возможно, дело в Лиаме. Во времени, проведенном с ним. Гарри мог привыкнуть к нему и не воспринимать Луи или же Лиам трахается настолько волшебно, что секс с Луи кажется Гарри лишь безуспешными и скучными попытками. Блять. Внезапно до ушей мальчика донёсся, казалось, совершенно незнакомый голос: - Теперь будет по-плохому. Резким и стремительным движением Томмо проник в Гарри, тем самым почти сразу задев простату. Стайлс​ мгновенно прогнулся в спине, горячо и громко выкрикнув со стоном имя парня. Это стало для него уколом после долгой ломки. Луи избавился от подушки, которая поддерживала парнишку, ибо теперь она была абсолютно не нужна - Гарри был заведен и не мог лежать на одном месте. Луи оперся на колени и схватил Гарри за бедра, а после начал быстро двигаться. И с каждым удивительным толчком он все больше задевал клубок нервов. Мальчик прибывал в экзальтации. Томлинсон вколачивался в него все жестче и требовательнее. - А-ах! Луи захотел ускорится, но поймал себя на мысли, что ноги уже затекли и сделать это не представляется возможным. Он с поражением признал, что Стайлс был прав и в такой позе ничего не выйдет. Парень вышел из Гарри и резко перевернул его на спину. Мальчик действительно был похож на котёнка сейчас. Носик его покраснел, точно от холода, губы были приоткрыты, из них так и норовили вырваться горячие стоны. Грудь его часто вздымалась и опускалась, покорный и томный взгляд был устремлен на Луи. А ниже, совсем рядом с парнем, уперевшись в его живот, стоял член Гарри. Он требовал немедленной разрядки, однако мальчик не спешил капризничать или возмущаться, он терпеливо ждал действий Луи. Парень подался вперед и прильнул к теплому и мягкому телу мальчика. Он заключил парнишку в объятия и поцеловал его. - А я говорил. - прошептал мальчик в рот Луи, победно улыбнувшись. Томлинсон резким движением закинул ноги Гарри себе на бедра и шлёпнул его. Мальчик завизжал, ведь теперь удары, даже самые незначительные, казались ещё больнее. Кожу будто обдало жаром и Гарри вцепился в плечи старшего, зажмурившись. - Больно! - заскулил он. Тем временем Луи медленно спускался поцелуями вниз, к самому сокровенному. Он старался быть максимально нежным и осторожным, словно извиняясь перед любимым. Мальчик вскоре перестал хныкать и сосредоточился на Луи, запустив в его волосы. Старший ласково прикусил кожу на пахе Гарри, а затем поцеловал место укуса. Он поднял лицо. Ладонь мальчика легла на его лоб, но парень с трепетом обхватил ее запястье и, взглянув на Гарри, обвил губами большой палец. Мальчик ахнул, когда язык Луи дразняще коснулся подушечки его пальца и распахнул глаза. Взгляд парня был тяжёлым, чувственным, соблазнительным. Эти синие глаза просто распаляли Гарри, словно подожженный мед... - Я так люблю тебя, Луис... - со слезами на глазах прошептал мальчик. Томмо нахмурился и выпустил палец Гарри из плена своих губ. Он оставил поцелуй на тыльной стороне его ладони и прижал ее к своей груди, наклонившись к мальчику. - Что с тобой, котёнок? Стайлс​ медлил. Его затягивали эти бездонные синие океаны, горевшие сейчас будоражащим кровь желанием. В глазах Луи как и в настоящем океане кипела жизнь. Его собственный мир, огражденный от посторонних, враждебно не позволявший проникнуть в себя никому, кроме Гарри. Только кудрявый парнишка мог погрузиться в эту синюю бездну с головой, познать ее глубины, изучить этот мир целиком и выплыть целым и невредимым, чтобы непременно потом вновь погрузиться. - Ничего. - он счастливо улыбнулся и поспешно смахнул слезы. - Просто я чувствую... Луи немного насторожила недолгая пауза. - Детка? - Я просто... не хочу, чтобы все это заканчивалось, вот и всё. - Ты не должен об этом думать, малыш. Сейчас я с тобой и это главное. - Я хочу навсегда. Луи улыбнулся и приблизился к лицу мальчика. Он коснулся его носа, потерся об него и оставил на нем поцелуй. Затем он вновь спустился вниз, но на этот раз настойчиво запретил Гарри смотреть на себя. Мальчик не понимал почему, пока не почувствовал горячее дыхание на своём члене. Он тихо хихикнул, когда догадка мелькнула к мыслях. - Что смешного? - неожиданно серьезно спросил парень. - Ничего, просто ты... попросил меня не смотреть, потому что... потому что не хочешь, чтобы я видел тебя... Луи был явно недоволен словами мальчика. Он нахмурился и на скулах его заиграли желваки. -... с членом во рту? - Нет. - оборвал парень. - Хватит болтать, я просто хочу сделать это. - Ты уверен? Луи никогда раньше не делал этого. И как бы Гарри не желал этого, он не хотел доставлять любимому неудобства. Но парень сдержанно кивнул. Гарри положил голову на подушку и устремил взгляд в потолок. Когда Лу вновь приблизился, мальчик вспомнил о неумелых попытках Лиама орально удовлетворить его в машине. Стайлс вдруг покрылся стыдливым румянцем, стоило только вспомнить о Лиаме, но как только губы Луи коснулись головки члена, мысли разошлись словно облака, открывая дорогу ярким солнечным лучам. Томлинсон оставил поцелуй чуть ниже, а затем ещё и ещё, спускаясь к основанию, все это время из груди кудрявого вырывались отрывистые и тихие вздохи. Он хотел большего, хотел проникнуть в рот Луи, но решил на давить на него, одновременно борясь с желанием взглянуть вниз. Но он не мог не признать, что непредсказуемость только разжигает в нем страсть. За окном прогремел гром. Луи вдруг отстранился и несколько секунд дразнил Гарри, водя пальцем по головке. Затем он резко обхватил ствол рукой у основания и наконец-то взял его в рот. Он двигал головой быстро и так умело, что казалось словно он делал это уже тысячу раз. Гарри почувствовал острое желание хотя бы на секунду взглянуть на прекрасные скулы Луи, на то, как они выглядят сейчас. Кажется, от одного этого мальчик мог бы кончить. Парень помогал себе рукой и все больше ускорялся. Головка члена уже касалась его нёба, Гарри почувствовал это и запустил пальцы в волосы Луи, оттягивая его назад, ведь он опасался за любимого. Но то, что он так глубоко заглатывал - было потрясающе. - Луи... - еле слышно проскулил мальчик. Томмо замедлился. Он сильнее сжал рукой член Гарри и мальчик ощутил как мышцы паха в сладкой муке стягиваются в узел. - Я... сейчас. Хватит, Луи. - попросил он, но его просьба была проигнорирована. Луи не отстранился и мальчик больше не в силах был сдерживаться. Он кончил с хриплым стоном и расслабился всем телом. Черт. Боже, он сделал это. Он не прекратил даже тогда, когда Гарри его предупредил. Мальчик обеспокоено приподнялся на локтях, несмотря на все свое желание полностью насладится моментом. Но Луи не выглядел озадаченным. Он тепло улыбнулся и запустил руку в волосы, будто ожидая комментариев или похвал. - Почему ты продолжил? - тихо спросил Гарри, сев на месте. Луи пожал плечами. - Я давно хотел попробовать тебя. Давно... - И... ты разочарован? Томлинсон придвинулся ближе к парнишке и коснулся его лба своим. - Ты потрясающий. У Гарри бабочки запорхали в животе от этих слов, точно в самом начале их отношений. У него складывалось ощущение, что все начинается по новой, с самого начала, с чистого листа. Это прекрасная возможность искупить все свои ошибки. - Моя очередь? - Стайлс игриво закусил губу, на что Луи рассмеялся. - Я не против. ™ Как бы Томлинсон не настаивал, остаться у него Гарри не мог. Пока они лежали в объятиях друг друга, в голове парнишки наперебой мелькали мысли то о Луи, то о Лиаме. И он даже не знал, по отношению к кому из них это можно считать предательством. Он знал, какой стыд будет испытывать когда вернётся домой и взглянет на Лиама, но стоило ему только сказать Луи об этом, как у него до боли сжалось сердце от вида погрустневших синих глаз. - Лучше бы ты ударил меня. - прошептал Стайлс, прижавшись к груди Луи. Тот поцеловал его в кудрявые волосы. - Я никогда больше не позволю себе ударить тебя. - он задумался. - Только если ты не решишь ещё раз повторить то, что сделал. И вот Гарри бредёт домой. В маленькую квартирку, где некогда не будет так же уютно, как в объятиях Луи. И только вспомнив себя такого, каким он был несколько месяцев назад, мальчик ужаснулся. Он просто не мог поверить, что был таким. Ублюдком, который изменяет своему парню с его лучшим другом. А Луи тебя простил. Простил, а ты оставил его сейчас ради человека, из-за которого все началось. Боже, как я виноват перед ним! Смогу ли я когда-нибудь искупить то, что сделал? А вот и дверь. Она закрыта, ключа нет. Что ж, план по бесшумному проникновению в дом провалился, придется будить Лиама и все ему объяснять. Но Лиам итак не спал. Он проснулся после первого раската грома и удивился, не найдя рядом Гарри. Его удивление возросло, когда он обнаружил квартиру совершенно безлюдной, за исключением себя, а дверь по прежнему закрытой. Он действительно не имел понятия, куда мог деться мальчик, но ему ничего не оставалось как смиренно ждать, потому что телефон Гарри был недоступен (он сломал его, когда спрыгнул с балкона). - Привет. - пробормотал мальчик, когда дверь открылась. Лиам хотел кинуться к нему с допросом, но вдруг заметил на нем до боли знакомую толстовку, которую он часто видел на Луи в период их бурной юности. Теперь все было понятно и без слов. - Привет. - Ты... не впустишь меня? Пейн отошёл от двери и поплелся в комнату, сел на край кровати. Он запустил руку в волосы, не силах думать о чем-либо. Он слишком устал. От всего. Гарри вошёл следом. Он не решился раздеться и лечь, несмотря на то, что было четыре часа утра и до работы оставалось ещё пять часов. Ему не хотелось спать и, кроме того, он точно знал, что этой ночью не уснет. Он встал на против Лиама и начал теребить край толстовки. - Мог бы предупредить, что уходишь. - Я... я сам не знал, что уйду. Лиам недоверчиво взглянул на парнишку. Он устал от лжи. - Как ты вышел? - Это неважно. - А что важно? Что вообще важно, Гарри? Назови хотя бы что-нибудь, что по-настоящему важно для тебя. - он усмехнулся. - Нет, молчи. Я знаю что. Луи? Гарри никогда не слышал, чтобы чье-то имя произносили с такой откровенной ненавистью. Тем более, имя такого потрясающего человека. Но даже несмотря на это, мальчик решился поднять взгляд на старшего и сказать правду. - Ты тоже важен для меня, Лиам. - Приятно знать. Голос его был полон яда и злой насмешки, поэтому могло показаться, что он ненавидит Гарри. Но это не так. Парень говорил такие колкие слова именно потому, что всё ещё безмерно любил. - Я знаю, что ты что-то чувствуешь ко мне, Лиам, но не знаю, насколько это сильно. - Стайлс почувствовал, что от волнения у него пересохло во рту. - Я благодарен за это время проведенное со мной. Мне действительно стало лучше. Ты замечательный человек, Лиам, кто бы что не говорил, я знаю это... - Замолчи. Я не хочу твоей жалости. - Это не жалость, я всего лишь... - С меня хватит, Гарри. Мне кажется, всем будет лучше если вы перестанете ломаться и снова сойдетесь. Это будет замечательно. Стайлс опустил глаза. Он не считал, что у него есть право перебивать Лиама, и в то же время не хотел расстаться ненавистниками. - Думаю, ты понял меня. - Лиам встал с кровати. - Похожи до утра, Ли. - прошептал мальчик. - Дождь уже кончился, не стоит беспокоится за меня. В конце концов, кому какое дело, если вдруг я не дойду сегодня до дома?