Redemption (Искупление)

Казалось, Оби-Ван и Энакин достигли какого-то баланса в отношениях. Они почти не встречались между собой, предпочитая находиться каждый в своем мире. Энакин знал, что пища всегда готова и что ему вообще не о чем не надо беспокоиться. Оби-Ван или у себя в комнате, или на пляже. Вот и сейчас он ушел, чтобы проверить ловушки, ну или чтобы снова медитировать. Разумеется, Энакин догадывался, что у Оби-Вана все же есть какая-то связь с внешним миром. Воспользовавшись тем, что Оби-Вана не будет дома еще некоторое время, Энакин вошел в комнату Оби-Вана. Разумеется, он мог бы сделать это и раньше, но вместо этого Энакин предпочитал уходить в свою часть острова и там пытаться снять напряжение, ломая деревья и швыряя камни с помощью Силы. Все лучше, чем поддаться желанию придушить Оби-Вана, или забить его до смерти. Соблазн был велик. Комната Оби-Вана была вполовину меньше его комнаты. Все, что помещалось тут – кровать, стол и шкаф для одежды. Не так уж много мест, куда можно спрятать голографический передатчик. Первым делом Энакин обыскал шкаф. Кроме одежды там была только бумажная книга, закрытая на считыватель отпечатка пальца, множество свечей и голографический снимок, изображавший Оби-Вана и его друзей. Энакин поморщился. Убедившись, что в шкафу ничего нет, Энакин проверил небольшой шкафчик, стоящий на столе. Там было множество лекарств, повязок и бактовых спреев. Слишком уж много. Но мысль об этом не была важной, так как Энакин нашел и то, что он искал. Достав передатчик, Энакин активизировал его. Устройство запрашивало код доступа, но Энакин слишком хорошо знал своего бывшего учителя и то, какие коды он обычно использует. Правильный подобрался со второй попытки. Энакин сел за стол и начал ждать, кто же ответит на вызов. Изображение сформировалось в сенатора Органу. -О… - только и произнес Бейл, увидев, кто перед ним. -Сенатор. -Канцлер. – поправил Бейл. – Где Оби-Ван? -Где-то гуляет. – ответил Энакин. – Тут, знаете ли, очень красивая природа. -Рад за вас. – ответил Бейл. -За него. Лично я хочу отсюда улететь как можно быстрее. – произнес Энакин. -Сочувствую. -И? -Ничем помочь не могу. -Неужели? – спросил Энакин. – Даже если я дождусь возвращения Оби-Вана, свяжу его и буду медленно убивать его на твоих глазах? -Я буду молиться за него. – ответил Бейл искренне. – Но я не нарушу того, о чем он меня просил. А еще, я буду молиться за тебя. За то, чтобы ты, наконец, понял, что Оби-Ван – это единственный человек, кто верит в то, что тебя еще можно спасти. Если бы не он, я бы поддержал Падме и проголосовал за твою казнь. -Что?! Падме голосовала за мою казнь? – переспросил Энакин. -Да. Она это и предложила. И, во имя всех богов, я понимаю, почему. – произнес Бейл. -Но поддержал все же Оби-Вана. Почему, интересно? – язвительно спросил Энакин. -Потому, что Оби-Ван страдает сильнее. У Падме есть семья, которая о ней готова позаботиться. А семью Оби-Вана почти полностью убили ты, Палпатин и клоны. Погребальный костер в храме горел двое суток, но Оби-Ван и магистр Йода не уходили от него. Но не смотря на это, Оби-Ван беспокоится о тебе и верит, что для тебя еще есть возможность спасения. Если ты убьешь Оби-Вана, спасения для тебя больше не будет. Я не знаю, в какие высшие силы веришь ты, но явно Оби-Ван сражается с ними ради тебя. -Я его об этом не просил! – прокричал Энакин. -А стоило бы. – ответил Бейл. Вернувшись домой, Оби-Ван мысленно отметил отсутствие Энакина дома, а затем направился в свою комнату, чтобы переодеться. Набежавшая волна оказалась очень большой и окатила его почти с ног до головы. Нет, при такой погоде это даже было приятно, но в следующий раз, когда ему захочется поплавать, стоит сначала раздеться. Увидев стоящий на столе голографические проектор, Оби-Ван нахмурился. Похоже, Энакин все же нашел проектор и пытался с кем-то поговорить. Интересно, с кем. Забыв про мокрую одежду, Оби-Ван активизировал проектор. -Бейл, - поприветствовал его Оби-Ван. – Энакин нашел передатчик, да? -Да. – согласился Бейл. -И что ты ему сказал? – спросил Оби-Ван. -Правду. – ответил Бейл. Да, сказанное Бейлом было правдой, но с определенной точки зрения. Да, Оби-Ван хотел бы поговорить с Энакином о произошедшем, но сейчас было еще слишком рано. За окном темнело, но Энакин так и не возвращался домой. Накинув плащ, Оби-Ван вышел из дома и направился на поиски бывшего падавана. Негласно Оби-Ван и Энакин поделили остров, и сейчас Оби-Ван впервые оказался на территории Энакина. Тут было много поваленных деревьев и, как полагал Оби-Ван, часть из них были сломаны не штормами, а одним конкретным экс-падаваном. С помощью Зрения Силы, Оби-Ван увидел своего бывшего падавана. Энакин сидел на поваленном дереве и смотрел вперед. Оби-Ван осторожно приблизился. -Энакин, уже поздно, идем домой. – произнес Оби-Ван. -Оставь меня в покое. – произнес Энакин даже не оглядываясь. -Хорошо. – Оби-Ван снял плащ и накинул его на плечи Энакина. Подождав несколько мгновений, чтобы убедиться, что Энакин не передумал, Оби-Ван отправился в обратную дорогу. Наверное, было действительно лучше оставить Энакина в покое, раз он этого хочет, но когда посреди ночи начался дождь, Оби-Ван снова направился на поиски. Оби-Ван подошел к Энакину и осторожно коснулся рукой его плеча. -Идем домой. – произнес Оби-Ван. -Уйди. – Энакин скинул руку Оби-Вана со своего плеча. -Нет. Энакин вскочил на ноги. Он собирался ударить бывшего учителя, но голова отозвалась болью и мир начал заваливаться куда-то в сторону. Оби-Ван подхватил падающего Энакина, проверяя, что с ним. Похоже, Энакин был болен. Мысленно Оби-Ван отругал себя за то, что не заметил этого раньше. Взяв бывшего падавана на руки, Оби-Ван отправился к дому. Переодев Энакина в сухую одежду, Оби-Ван уложил бывшего падавана на кровать. Далеко не сразу Оби-Ван понял, что именно с Энакином. Эта лихорадка была характерна для подобных мест, но прививка от нее делается ребенку в первые пять лет жизни. Но это если говорить о ребенке, живущем в республике. Ребенку, живущему на Татуине, явно не делали таких прививок. Лекарства от болезни у Оби-Вана не было. Единственное, что он мог, это сбивать температуру и поддерживать силы Энакина, пока его организм не справится с болезнью.