Смерть — только начало

Так и повелось. Я переходил из одной комнаты в другую, листая день за днем, как страницы учебника, буквы в котором я смог разбирать на третий день. Чтение вообще давалось мне проще других наук. Сложнее дело обстояло с фехтованием и физкультурой. Как предупреждал Айк, мышцы действительно почти не развивались, а значит, и силы не росли. Вымотаться я не мог, так что запоминал технику и приемы, повторить которые мне пока не представлялось возможным. Так прошло две недели, а потом я, читая книгу в кресле Айка, провалился в сон. Настоящий! Очнулся я только на вторые сутки, и кожа моя к тому времени приобрела более естественный оттенок. Еще через неделю сердце забилось в привычном ритме, а не от случая к случаю. Пока не понятно было, кем я становлюсь, но что оживаю — факт. Еще через неделю, я достал с верха книжного шкафа бутылку с кораблем и подошел к Айку, занявшему подоконник. — Расскажи об этом, — попросил я. — Почему прятал в первый день? Даже выкинул, но потом достал и переложил. — Я не прятал, просто... Это уже другой кораблик. За тот мне было стыдно. Я там столько ошибок сделал! — стушевался Айк. — Мало ли, вдруг ты разбираешься. — Главное старание и вообще, я сам только корзинки умею плести и бусы из макарон делать. В лагере халтурил и на труде, после того как стамеской руку порезал, сбегал с занятий, — признался я. — А много еще кораблей? Тот пробный был? — Не пробный, я их и в той жизни делал, — пожал плечами вампир. — Много. Очень. Я бы сказал — неприлично много. — Нечего стесняться, — я отставил кораблик в безопасное место и наклонился ближе к Айку, своему наставнику, к которому меня влекло с каждым днем все больше. Он интересный, добрый, милый и уютный. С ним спокойно и безопасно, а от его взгляда у меня почва уходит из-под ног. — Как думаешь, Айк, теперь я достаточно живой, чтобы вернуться к нашему разговору? — Вполне, — отозвался он и чуть приподнялся, ненавязчиво прикасаясь своими губами к моим. А я замер, наслаждаясь, едва спохватившись, что мне полагается отвечать. Наконец проведя языком по его нижней губе, я не смог сдержать улыбки, а ладони легли на бедра, поглаживая, ощупывая сильные ноги. Вампир усилил напор, проникая языком в мой рот, лаская, провел руками по спине и встал, мягко подталкивая меня спиной к кровати. Меня потряхивало от возбуждения и от осознания того, что со мной Айк. Я так долго мечтал об этом. — Айк, — выдохнул я, перехватывая инициативу и роняя вампира на кровать. — М? — вампир улыбнулся. — Не думал, что ты такой решительный. — Я пытаюсь, а то вдруг передумаешь и удерешь, — наклонившись, потерся щекой о его грудь и на пробу лизнул сосок, хмелея от собственной решимости. — Не подумай плохого, я никогда не предлагал себя так откровенно… Мне стыдно. Честно. Ты мне просто нравишься. — Я не собираюсь бежать, — заверил Айк. — От таких красавцев как ты в подобных обстоятельствах не бегут. И спасибо за прямоту. — Скажешь тоже, — я огладил по бокам Айка, гадая, что лучше сделать дальше. Одно дело теория. Теперь у меня в голове столько всего, что я не могу определиться с фантазиями. У меня все же единственный шанс быть с Айком, потом он уедет в клан и обзаведется мужем, и мы больше никогда вместе не будем. Словно почувствовав мою нерешительность, вампир стащил с меня рубашку и, приподнявшись, принялся целовать шею. Руки Айка с нажимом прошлись по моей спине, ногти чуть царапнули поясницу. Дыхание перехватило, и я непроизвольно улыбнулся. От такой желанной близости меня откровенно вело, хотелось всего и сразу, и я трогал, гладил и ощупывал Айка, где только дотягивался. Не в силах терпеть больше, я сполз с его бедер и стянул штаны, забираясь обратно уже обнаженным. Айк посмотрел на меня откровенно оценивающим взглядом и одним движением перевернул нас. Вампир навис надо мной, неизвестно когда успев раздеться и сам. — Ты не против? — запоздало спросил Айк. Я отрицательно замотал головой, приподнимаясь и рассматривая Айка, а там было на что посмотреть. Особенно неопытному мне. Согнув ноги в коленях, открылся для Айка и потянулся за поцелуем. Вампир тут же ответил, жадно целуя, слегка прикусывая губы, царапая кожу клыками. Жар охватывал тело и отключал разум, поцелуев стало мало, и я просительно застонал, кладя ладонь на член Айка. Вампир шумно вздохнул, убрал мою руку и начал спускаться, покрывая поцелуями мою шею, грудь, задерживаясь губами на сосках, лаская руками живот, бедра. От его нехитрых действий мое здравомыслие капитулировало, оставив лишь низменные инстинкты, вопившие о желании немедленной разрядки. И в то же время я хотел, чтобы Айк никогда не останавливался, мучая меня своими обжигающими поцелуями. Айк потерся лицом о мой живот, на мгновение отстранился и вновь вернулся. Его губы накрыли мой член, неспешно лаская. Я застонал, хватая ртом воздух от неожиданности, сердце билось где-то в гортани, а пальцы на ногах поджимались. До того мне было сладко. Айк не отвлекаясь от моего члена, прикоснулся чем-то прохладным и влажным ко входу. — Это только пальцы, — шепотом успокоил он. — Когда ты только успеваешь! — притворно возмущенно выдохнул я, подтягивая к себе за угол подушку. Вампир не ответил, я чувствовал, как в меня скользнули пальцы, мягко, бережно гладя изнутри. Немного странно и неприятно, но не критично. Такое непонятное ощущение. Вот только губы и язык Айка... В общем, мне не до дискомфорта. Вампир, словно дразнясь, задел кожу члена клыками, не царапая, лишь добавляя остроты. Язык, губы, клыки: все смешалось в умопомрачительный коктейль. А потом резко прекратилось. Мне требовалась разрядка, так что я моментально заерзал, спеша накрыть член ладонью. Айк отвел мою ладонь и навис сверху, мягко уточнив: — Можно? — Что? — потерялся я. — Все можно. Сунув себе под поясницу подушку, я развел бедра. Вампир вовлек меня в жаркий, долгий поцелуй, от которого не хватало воздуха, теперь нужного мне, и только потом толкнулся, входя медленно и плавно. Что вы думаете? Я так долго ждал этого, желал, мечтал, да я планы о совращении строил, пока просто не решил предложить. Мы же оба взрослые люди. И вот в такой особый для меня момент, я моментально зажался, отчего внизу резануло болью, и мой бравый дружок, только что готовый к разрядке, опал. Вампир замер, начал медленно меня целовать, плавно, с нажимом провел по моему члену, шепча: — Новок, расслабься, доверься мне. — Я это... подзабыл, что к чему, — улыбнувшись, я обнял Айка за шею. Боль, появившаяся так внезапно, довольно быстро исчезла. Осталось ощущение распертости там, внизу. — А ты... знал? — спросил Айк и медленно двинулся, словно пробуя. — И сверху был? А хотел бы? Со мной... Я хватанул воздух от неожиданности. Конечно, мы бы не лежали так вечность, но я все еще ждал того самого прихода, ради которого вообще сексом занимаются. — Если признаюсь, что не знал, не сбежишь? Я бы много чего хотел, например движений руки на члене, — протараторил я. — Не сбегу, — тихо признал Айк, и неспешно принялся ласкать рукой по члену, неторопливо двигаясь. — А чего еще бы ты хотел? — Трудно фантазировать, — сглотнул я, прикрывая глаза и пробираясь ладонями к ягодицам вампира, сжал их, наконец-то! — В таком положении мысли путаются. Ты двигайся, подстроюсь. — Не торопись, — попросил Айк и, целуя нос и скулы, начал двигать бедрами, не забывая ласкать мой член. То, с какими заботой и трепетом он относился ко мне, заводило не хуже руки на члене. Хотелось верить, что я особенный, пусть только на этот миг. Пообвыкнув и порядком возбудившись, я прозевал, когда дискомфорт затмило тягучее удовольствие, по капле заполняющее мое сознание. — Вот так лучше, мой хороший, — жарко шептал мне на ухо вампир. — Вкусный мой, с тобой хорошо. Он явно отпустил себя, и сейчас властно придержал меня за бедро. Я лишь повиновался, принимая все, что Айк давал мне, и неустанно гладил его по плечам и спине. Но когда он задел простату... Меня выгнуло, и теперь я уже сам пытался насадиться на член. Айк тихо и рвано выдохнул, каждое его движение достигало цели, заставляя тонуть в удовольствии, терять ощущение времени. Я стонал, выгибался, скулил, просил, что-то лепетал, и меня предсказуемо не хватило надолго. Зарычав, я бурно кончил, уткнувшись носом в шею Айка, и повис на нем, по инерции двигая бедрами. Вампир кончил следом, кусая меня за плечо, не сильно, скорее царапая зубами, и лег рядом. Повернувшись лицом к Айку, я потерся о щеку носом. Он выглядел таким расслабленным и соблазнительным, что мне еще сильней захотелось стать для него особенным. Жаль это невозможно. — Спасибо, — сказал я. — Это тебе спасибо, — Айк обнял меня, устраивая мою голову у себя на плече. Вампир зевнул, демонстрируя клыки, и лениво добавил. — Знаешь, ты очень вкусно пахнешь. Так и хочется укусить. — Я не против, — улыбнувшись, вскинул голову и поцеловал Айка в подбородок. — Кусай. Вампир нервно облизнулся. — Будет больно, — предупредил он, но уговаривать себя не заставил. Айк приподнялся, лизнул шею и укусил. Конечно, первым сексом дело не ограничилось. Мы вошли в раж, и спустя три недели я уже точно знал, как и что мне нравится, а где трогать бесполезно. То же и с Айком. У него оказались до ужаса чувствительные щиколотки и шея сзади. Стоит провести по ней от затылка ногтями, и Айк готов. В одну из наших ночей я и обратился. Оказалось, что мир во мне увидел оборотня. Вот только... даже не знаю, как сказать. Когда речь заходит об оборотнях, представляешь себе клыки, хвост, светящиеся желтым или красным глаза. Но... Да, хвост у меня есть и клыки тоже, глаза же святятся только в темноте и бесконтрольно. Чаще, если возбуждаюсь. Но, блин, с какой стати я — енот?! Обратившись, жутко испугался. А вот Айк смеялся и тискал меня не меньше получаса, приговаривая, что все отлично. Его бы на мое место! Никакой суперсилы, грозного облика или выдающихся способностей. Я просто милашка! Я даже Мирко позавидовал. Он впал в анабиоз на три дня, походил на труп, но в итоге из него сформировался кентавр. Во взрослом облике учиться ходить на четырех конечностях при двух руках оказалось весьма сложно. Видели когда-нибудь, как встают новорожденные жеребята? Мирко также трясся и заваливался на бок. Ничего, теперь гоняет рысаком по дому. Нага я тоже увидел. Рейга обычно читает в гостиной у камина, свернув хвост кольцами, на которых устраивается Кит. Они славная пара. Наг даже разругался с семьей, назвавшей его связь с Китом «порочащей честь рода». Но Калис сдержала свое слово, приняла в свой клан Кита, что дало ему новый завидный статус. Вот только к тому времени Рейга уже переехал в особняк. Ему и без денег семьи было на что жить. Оказывается, имение, доставшееся ему от тетушки, только его и никто из членов семьи посягать на собственность не сможет. А уж когда Калис внесла свою лепту... Теперь семья Рейги присылает нам ежедневные подарки с извинениями. Подарки забираем, но Киту с Рейгой они до лампочки. Воркуют, по углам зажимаются, к «новой» родне не спешат. Им и так хорошо. А вот Калис второй день ведет себя странно. Вчера я застукал дракониху за почесыванием живота о валун в саду. Камень крошился, чешуя летела. Калис отчего-то засмущалась и предпочла затеряться в саду. Что что-то не так, я понял уже вечером. Айк, зайдя в нашу комнату, сразу подошел ко мне и молча затащил меня к себе на колени, обнял, уткнулся в шею носом. Вампир любил это место, любил слышать мой пульс, чувствовать запах крови. — Я буду по тебе скучать, Новок. Может, и хорошо, что придется уходить сейчас, через месяц мне было бы уже не по силам это сделать. — Ты о чем? — обняв, я погладил его по спине. У нас же еще осталось время! — У Калис линька начинается, она в горы полетит, шкуру менять. Ее не будет полгода, а если выезжать на лошадях, то мне до клана месяц пути. То на то и выйдет. Калис улетает через час, — тихо сказал Айк, целуя меня в висок. — Но... Но я не готов! Я не хочу тебя отпускать, — обнял я крепче, целуя щеки и скулы Айка, жадно рассматривая вампира. — Маленький, это пройдет. Поскучаешь неделю и забудешь, — тихо сказал вампир. — Ты же сам не хотел отношений... Но, несмотря на свои слова, Айк целовал в ответ мои губы, нос, щеки. — Я не хотел у огров с кем попало, — хрипло ответив, сглотнул вставший в горле ком. — Так нечестно, Айк, слишком мало времени... Мне тебя мало. Не уходи, Айк, ничего не пройдет. — Я не могу не появиться. Это прямое оскорбление другого клана. Новок, — тяжело вздохнул Айк, прижимаясь губами к моему виску, — это лишь влюбленность. Я не успел ответить, в комнату постучали, и вампир встал, ссадив меня на кровать. — Мне пора, хороший мой. Прости, я думал, у нас еще месяц впереди. Поцеловав меня в губы, Айк быстро вышел, оставляя меня навсегда. В груди что-то сжалось, я ничего не видел из-за слез. Но больно мне не было. Наверное, это шок. Смотрю на дверь и не верю, что он действительно ушел. Навсегда. К незнакомому и чужому вампиру. Как такое может быть? Я лег и обнял подушку, медленно погружаясь в собственные мысли. И что теперь делать? Айк не просто мой любовник, он наставник и друг. Я впервые признался, впервые предложил себя… Я не хотел повторения прошлой жизни. Тогда, летя с моста в воду, у меня ведь никаких картин прошлого перед глазами не пронеслось. Потому что нечего вспоминать! Всегда был сдержанным, тихим, не лез никуда и держался в стороне, а ведь запоминаются именно безумства! Они — те самые яркие пятна на холсте нашей жизни. В том мире мой холст был черно-белым, а здесь он заиграл красками. И Айк стал очень значимым для меня. Важным! Этот мир так много дал мне, я стал счастливей и уверенней, но потому и так больно, когда дернули за отросшие крылья и вернули с неба на землю. Да и не просто бережно спустили, а шарахнули. Я тихо плакал в подушку от обиды и горечи, от злости на Айка, ведь мог же он сказать раньше… Я бы подготовился, попрощался по-человечески! В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, в комнату вошел Ирам, прижимая ушки к голове и смотря на меня печальными влажными глазами. Он тихо сообщил: — Клевер гуляет, дома только я, ты и сладкая парочка. Но они заняты. А я готовить не умею, — замялся дау, смотря с вселенской скорбью на меня. — Вот... — С такой моськой, можешь и не учиться, — хрипло ответил я. — Там, на столе, кусок шоколадки где-то был. — Спасибо, — вежливо сказал Ирам и, поискав, захватил шоколад в плен, вежливо спросил. — Ты ведь оборотень? А кто твой зверь? Тяжело вздохнув, признался: — Енот. И если не рассмеешься, сделаю омлет с грибами и помидорами. Дау тяжело вздохнул и кивнул: — За омлет точно не рассмеюсь! Слушай, Новок, — Ирам заметно нервничал, — можно просьбу? Я расстался с подушкой, потер лицо ладонями и уставился на Ирама. — Выкладывай. — Эм... Ты можешь в одном месте изобразить моего парня? — отвел взгляд в сторону дау. — Могу, я же теперь свободен, — пожал плечами, надеясь заодно отложить думы об Айке в долгий ящик и никогда до них не добраться. Я могу лишь продолжать жить, ничего уже не изменить, все свершилось. У меня вторая жизнь, тратить время на страдания не хочу и не стану. — Только зачем тебе? — Хочу от одного старого некроманта отделаться, — пожал плечами Ирам. — Он вкусный жутко... Но и жуткий жутко! Я рассмеялся, дау состроил забавную обиженно-заинтересованную мордочку. — Договорились. Он сюда собирается? Поднявшись, я пошел с Ирамом на кухню, где и принялся готовить омлет. — Нет! К счастью, в дом к дракону он не явится. Но я из-за него в город сунуться не могу, — тяжело вздохнул Ирам. — Пиво за мой счет. — Уже неплохо, добавь закуску — и по рукам, — торговался я. — Как далеко могу зайти, изображая твоего парня? — Не знаю, — честно сказал Ирам и улыбнулся, демонстрируя клыки. — А что? Тебя смущает что-то? — Меня? Не, я о твоей репутации забочусь. Вдруг ты там парня встретишь. И неужели некромант настолько жуткий? Ты же лапочка, он тебе плохого не сделает. — Угу, все бы ничего, — Ирам опустил на мгновение глаза и зло добавил: — Но я не люблю мужчин! А они ко мне липнут! — Ой, прости, тут безобразничали только я с Айком, да Кит с Рейгой, вот мне и в голову не пришли другие варианты. Как-то забыл о них, столько пар из мужчин видел. А с девчонками как? Познакомился бы, ты же такой симпатичный. Разложив омлет по тарелкам, я налил в бокалы игристого сока (пузырящийся камень не только добавлял ему собственно самих пузырей, но и помогал сохранить свежесть напитка) и накрыл стол. Дау поморщился: — Плохо с ними у меня все. Видят лишь «подругу» мужского пола. Меня и раньше за гея вечно принимали, еще до смерти. А сейчас все только хуже стало! — Хм... Может тебя одеть как-то мужественно? И знакомься первым, сразу флиртуй, чтоб понятней намерения были, тогда и я тебе не понадоблюсь. Придем друзьями, потом изобразишь моего парня, если опять с девочками не выйдет. Некромант за тобой следит, что ли? Как он узнает, где ты будешь? — В последний раз, когда я флиртовать начал с девушкой, она так обрадовалась, что пригласила к себе на кофе... познакомить с братом. Тем самым некромантом! — пожаловался Ирам. — Следит! Надел эту гадость на меня, и она не снимается! — показал запястье дау, сурово сдвинул брови, что при его внешности выглядело только более комично, и убитым голосом произнес: — Брачный браслет надел, представляешь? Он протянул мне руку, демонстрируя браслет из белой резной кости с жемчугом и бриллиантами. Я присвистнул. — Настойчивый тип... А точно не хочешь с ним остаться? Похоже, у тебя нет шанса на спасение, — я попробовал спрятать улыбку за бокалом. — А может, ты хочешь с ним остаться? — взъелся дау. — Я не собираюсь замуж! Я не хочу быть мужем старого вредного некроманта. Ирам с тоской взглянул на еду. — Жуй, сам просил же, — нахмурился я. — И что там с возрастом? Совсем старик? — Угу! Вообще! В том мире ты бы дал ему все сорок! — жадно принявшись за еду, ответил Ирам. — И это старик?! Ты с кровати упал? Седой трясущийся с челюстью в стакане на ночном столике — вот это уже похоже на старика. — Старик! Я только в этом году стал совершеннолетним, — возмутился Ирам. — Я ему в сыновья гожусь! В нем только один плюс — вкусный, сволочь. — От вкусной крови до любви... — хмыкнул я. — Люди здесь все равно живут долго, попробовал бы. Но парня я твоего изображу, только от девушек тебя это отодвинет. Уверен? — Мне бы от некроманта избавиться, — тихо и твердо сказал Ирам, — там уже разрулю как-нибудь. — Ладно, — согласился я, все равно не мое это дело и решать Ираму. Мне же досталась роль наблюдателя. Когда мы доели, дау засобирался, поторапливая меня. Уже через час мы вышли.