Служанка

      Вернувшись в поместье, Менму встретил дворецкий с непроницаемым, как всегда, лицом. — Хорошо прогулялись, ваша светлость? — Очень хорошо. — Прекрасно. — Дворецкий взял у него перчатки. — Сэр, к вам гости. Менма, расстегивавший сюртук, замер и удивленно посмотрел на старика: — Кто? — Она представилась, как мадам Микото Учиха, ваша светлость. Она ожидает вас в гостиной.       Менма содрогнулся всем телом и, прилагая все усилия, чтобы устоять на ногах, оперся рукой о стену.       «Снова она».       Проведя рукой по растрепанным светлым волосам, Менма не спеша направился к гостевой, остановившись у огромных дверей, скривил губы в надменной улыбке и распахнул двери гостиной. Микото стояла у окна. Черные локоны, уложенные в изящную прическу, с несколькими завитыми прядями, спадающими на спину, сияли в солнечных лучах, струившихся сквозь широкие окна.       Она медленно повернулась к нему, и у Менмы пересохло во рту.       Микото была красива и ужасна одновременно. При первой их встрече она была робка и нежна, проявляла интерес к его персоне, а уже позже он узнал, какая она на самом деле — желчная, ядовитая старуха, носящая маску идеальной супруги. На ней было малиновое платье с черным воротником и корсетом, жакет в тон с единственной крупной пуговицей в форме жука. «Что она тут делает, они обусловливались никогда не общаться без надобности?»       Менма знал ответ на этот вопрос. По крайней мере, какая-то его часть знала, хотя другая рьяно протестовала, даже тогда, когда мозг лихорадочно просчитывал все возможные варианты. — Мой дорогой, Менма, — произнесла она низким, бархатным голосом, в котором отчетливо слышались высокомерные нотки. Его страшно возбуждал тембр ее голоса в сочетании с таким необузданным характером. Однако в этот самый момент он был слишком напряжен и шокирован, чтобы реагировать привычным образом. — Что тебе надо? — он умолк. Она осторожно шагнула к нему. — До меня дошли слухи… — Она указала на стоящий недалеко от нее диван. — Ты собираешься присвоить эту девку к аристократам? Мы договаривались о другом. Менма пытался найти подходящие слова, но на ум ничего не шло. — Разве это должно тебя касаться? — спокойно ответил мужчина, подходя к шкафу с открытыми дверцами — Нежеланным гостям ничего не предлагаю.       Усмехнувшись, Микото опустилась на диван. — Знай, с кем разговариваешь, мальчишка! — спокойно ответила она, не сводя глаз с широкой спины мужчины, который не торопился взглянуть на нее, — у меня для тебя подарок, за твое неповиновение… — слащаво произнесла женщина, махнув рукой. Из–за резной ширмы вышла миловидная девушка с огромным животом. — Отец вышвырнул меня из дома, — прошептала она и обняла живот. На глаза ее навернулись слезы. — Мне некуда больше идти. — К чему весь этот спектакль? — напрягшись, поинтересовался Менма, делая большой глоток терпкой жидкости. — А ты присмотрись и все поймешь.       Обернувшись, Менма ели удержал стакан. В глубинах его памяти промелькнула ночь, больше полугода назад. Тогда, когда он приехал по просьбе Микото в город для личной встречи. И с этой девушкой познакомила именно она его. Ее отцом был владелец шахты. У месье Маракумы Курамы было две дочери, самая красивая и самая непокорная — Фуен. Она рано вышла замуж и практически сразу стала вдовой. При их знакомстве Микото не раз намекала, что Фуен идеальная пара для него.       В эту же ночь они вкусили похоть, и он взял ее прямо в гостиной, когда Учиха ушла по срочно появившимся делам. После этого они больше не встречались. Хотя в постели она проявляла себя как страстная и изобретательная любовница. Но этого было недостаточно, чтоб Менма решил встретиться с ней вновь. Закончив, он, не попрощавшись с ней, оделся и уехал прочь. Больше не вспоминая об этой жгучей брюнетке. — И? — Это мой подарок тебе, — рассмеялась Микото. — Когда Фуен сообщила, что беременна от тебя, я знала, что моя обязанность, как матери троих… - женщина замолчала, сжав сильно губы, но все равно продолжила. — Двоих сыновей. Не оставить бедную девочку на произвол судьбы. — Я попросила денег на дорогу у матери, она купила мне билет и упросила отца отпустить со мной мою служанку. Матушка верила, что ты поможешь мне, — глядя в пол, Фуен приблизилась к нему еще на один шаг. — И? После долгой паузы она сделала широкий жест рукой: — Ты отец ребенка,— ее пухлые розовые губы сложились в улыбку. — Мы будем родителями. Голос ее звучал сдержанно и скромно, так не похожий на ту Фуен, которую когда–то он хотел. — Мне тебя поздравить? — спокойно ответил Менма, присаживаясь напротив Микото, заметив, что его брюки были заметно смяты и испачканы белыми пятнами после «прогулки» с Сакурой. Он неопределенно махнул рукой в сторону ее живота: — Когда… родится ребенок? — Через несколько месяцев, — она помолчала. — Мне не следовало так затягивать с этим, но я так боялась… — она заломила руки. — Я зря приехала, да? — Да. — По правде говоря, мне больше некуда было податься. — И на что ты вознамеривалась, приехав ко мне? На лице ее отражалась такая мука, что у него невольно сжалось сердце.       Менма снова посмотрел на ее живот косым взглядом. «Мой ребенок?» Какая странная мысль! — Ты уверена, что не нагуляла от другого? По нашему знакомству, я уверен, что таких, как у тебя, было много.       Она сжала руки на животе. — Что ты имеешь в виду? Да, действительно, что он имеет в виду? Насколько он знал ее по единственной встрече, Фуен ему не лгала, однако следовало убедиться. — Я же за тобой не следил.       Ее глаза широко распахнулись. Она стиснула руки так сильно, что костяшки побелели, и решительно покачала головой: — У тебя достаточно связей, чтоб узнать, что ты был у меня последним. Она всхлипнула, и слезы потекли по бледным щекам. — Ну, что ты, солнышко, — подбежала к ней Микото, - ты же знаешь, что это его защитная реакция. Тут ты будешь в безопасности.

***

      Солнце давно уже скрылось за горизонтом, оставив после себя лишь окрашенный пурпуром край небосвода, когда Сакура поняла, что простояла посреди комнаты больше трех часов, обдумывая свою жизнь, не сдерживая дрожи волнения, представляя, что будет дальше.       Несколько дней назад, Менма предложил ей уговор. Она станет аристократкой в обмен на маленькое одолжение. Он сможет договориться, чтоб ее вписали в завещание отца Пейна, представляя ее как очередного незаконнорожденного ребенка. Но в замен она должна будет подчиняться Менме, выполняя его приказание без раздумья в течение года.       Ее воспоминания прервала служанка, спрашивая: соизволит ли она отужинать сегодня с леди Тен-Тен? Сакура, ошеломленная как самим приглашением, так и формой его подачи, дала разрешение. Спускаясь по лестнице, розоволосая девушка встретилась взглядом с пожилым дворецким, учтиво подав руку, он тихо заговорил. — Хочу напомнить: вы больше не служанка. Вы родственница благородного человека, и моему господину прискорбно будет узнать, что его гостья ужинает на кухне. Девушка качнула в ответ головой: — Господин Менма… будет сегодня за ужином?       Сакура колебалась. Она не была уверена, что сможет сегодня посмотреть ему в глаза — после всего, что произошло между ними. Но это ведь трусость, верно? Рано или поздно ей все равно придется встретиться с ним. А трусливой быть больше не собиралась. — Он ожидает вас уже. Прошу напомнить, он больше не ваш господин. По крайней мере на людях, — спокойно ответил дворецкий, медленно сопровождая ее по коридору. — Жаль, что вы сегодня не одели то платье, которое я передал вам этим утром, сэр Менма любит темно-синий цвет. И да… Вас будет всего четверо: господин Менма, вы, мадам Тен-Тен и некая мисс Фуен. — Леди Фуен? — Сегодня во время вашей прогулки с господином Узумаки к его светлости пожаловали красивые элегантные леди! — Да? Серьезно?       Дворецкий двусмысленно бросил взгляд на Сакуру. — Верно, и одна из них ждет ребенка. Сакура нахмурилась, а ее сердце пустилось в галоп. — Это его ребенок? — сердце девушки сжалось от боли, как будто кто-то стиснул его в железном кулаке. Она смотрела прямо перед собой, но чувствовала взгляд дворецкого. — Пускать слухи не входит в мои обязанности, миледи, — резко бросил он. — Запомните, теперь вы не служанка, а благородная леди.       Сакура едва слышала его слова из-за шума крови в ушах.       Значит, после того, как дал надежду на лучшую жизнь, Менма с легкостью отберет ее. А ведь Сакура уже убедила себя, что после всего, что она испытала, она снова встретит Мадару не как простолюдинка, а как леди. Но почему так тяжело внутри? Бог свидетель, она не претендует на этого мужчину. Но гневу, от которого темнело в глазах, шипам злости, разрывающим грудь, до этого нет никакого дела. Сакура заскрипела зубами. — Могу вернуться в свою комнату? — Нет, миледи. — И еще… Это мое личное пожелание вам. Не влюбляйтесь в господина, — твердо ответил старик, остановившись у дверей.

***

      Менма заканчивал отдавать распоряжение насчет комнат для Фуен и ее служанки, когда в кабинет вошла Тен-Тен: — Что происходит? Дождавшись, пока домоправительница сделала реверанс и ушла, Менма изогнул бровь. — У меня гостья, которая ждет ребенка. И возможно, что от меня. — Что? Ты вознамериваешься поселить и эту девку у нас? — Это не тебе решать, — спокойно ответил Менма, продолжая разглядывать документы. — А теперь покинь кабинет. Сейчас ты мне не нужна. Сложив руки на груди, Тен-Тен опустила голову, понимая, что разговор будет бесполезным. Ее сердце разрывалось, но любовь заставляла молчать. — Ужин готов. Прищурив глаза, Менма медленно поднялся со своего кресла, выпрямившись в спине. — Тогда чего же мы ждем?       Отворив двери в столовую, взору Тен-Тен привстала худая женщина с пышным бюстом и огромным животом. Увидев их, она быстро вскочила с места, опуская голову и приседая в реверанс. — Познакомься, это леди Тен-Тен, Фуен. Беременная подняла голову, широко улыбаясь — Рада знакомству. На что сопровождающая девушка Менму, лишь фыркнула в ответ.        Менма, не обращая на них внимание, отошел к буфету и налил себе немного бренди. К тому моменту, когда поднес бокал к губам, он на мгновение почувствовал себя подлецом. Часть его хотела, чтоб это был его ребенок. А часть кричала, что эту мошенницу нужно уничтожить, что она порушит все его планы. А эту Микото пора давно убрать, как ее никчемного мальчишку. И тут распахнулись двери, и к ним присоединилась Сакура вслед за дворецким. +++++       Сакура сбежала, невнятно извинившись и сославшись на головную боль. Она примчалась наверх, бросилась на огромную кровать, схватившись за голову. Она ее узнала. Эта девушка была тогда в поместье Учиха, когда она впервые попала туда. В тот момент ее выводил Мадара, держав под локоть, а та мило улыбаясь, смотрела только на него.