Глава 13.
9 марта 2017 г., 17:37
— Я могу разговаривать с сотнями людей за день, но никто из них не сравнится с тем, как ты можешь заставить меня улыбнуться за одну минуту.
Наступил апрель. Несколько месяцев пронеслось в один миг, оставляя за собой вполне сносные воспоминания. На самом деле, можно было смело шагать дальше, если бы не сегодняшний случай… Луи нервно сидел в общей столовой, постоянно дрыгая ногами. Пару часов назад охранники пришли в камеру и забрали Гарри. Не было никаких криков, истерик, конфликтов — всё прошло тихо и спокойно. Однако вряд ли ни с того ни с сего Стайлса увели бы по пустякам. Аппетита не было. И кусок в горло не лез, поэтому Томлинсон лишь стукнул кулаком по столу, от чего Найл дёрнулся. — С тобой всё в порядке? — задал вопрос он. — Нет. Гарри с утра забрали куда-то. Обычно такое ощущение, что о нём вообще и подавно забыли, а тут вспомнили. — И ты так сильно беспокоишься? — Да, почему-то неспокойно, — ирландец пожал плечами и тихонько придвинул порцию Луи к себе, пока никто не видел, после став уплетать еду за обе щеки. Луи усмехнулся, и ему стало немного легче. Вмиг в столовой повисла гробовая тишина, такая, что Луи услышал собственное сердцебиение. Оглянувшись, он увидел, что все взгляды были направлены на проём входных дверей. Немного сморгнув, он пригляделся, и увиденное привело его в шок — там стоял Гарри. С одной стороны, хотелось подорваться к нему и укрыть от всех глаз, так как парень выглядел весьма смущённо, но с другой — мышцы Луи окаменели, и он не был в силах и пальцем пошевельнуть. Гарри встряхнул своими кудряшками и пошёл за подносом, получая еду. Пробежавшись глазами по всем столикам, парень заметил Томлинсона и, немного расслабившись, направился к нему. — Привет, Лу-Лу. Не против, если я к тебе сяду? — спросил Гарри. — Да, конечно, — подвинулся тот. — Но что ты тут делаешь? Как тебя пустили? — Меня вызвали к Саймону, и он сказал, что я могу сегодня пообедать со всеми, — пожал плечами зеленоглазый, явно напряжённый из-за окружающей тишины. — Серьёзно? Это… Вау! Ты теперь наравне со всеми? — нагло влез Хоран, пытаясь разрядить обстановку. — Я Найл, между прочим. Друг Луи. — Я Гарри, но, думаю, ты и так знаешь. Спустя некоторое время все вокруг стали перешёптываться, и кто-то из толпы выкрикнул: — А что этот псих делает среди нас? Это слова достаточно взбесили Луи, на что он встал, обводя всех злобным взглядом: — Попрошу нормально отзываться о Гарри. Если вам что-то не нравится, то мне похуй. Его никто трогать не смеет. Удивлению Найла не было предела. Он и допустить не мог, что Луи так защищает Гарри. Он, оказывается, даже и догадываться не смел, что на самом деле происходит с его другом. — Не стоило этого делать, — промямлил Гарри. — Я сделал то, что захотел. Не бойся, тебя тут никто не обидит, — улыбнулся Луи, как будто тут, кроме их двоих, больше никого нет. Томлинсон протянул руку, чтобы поправить кучеряшки младшего, но позади охранник окликнул его: — Никаких телесных контактов с другими заключёнными. Луи отдёрнул руку, воспринимая всю суть. Он себя хорошенько отругал за необдуманное действие. Гарри полностью расслабился, а Найл так и сидел, охреневая от ситуации.***
Кровавые пятна растекались по белому снегу. Чья-то оторванная кисть валялась недалеко от самого тела. Скрипучий и холодный снег предательски шумел, выдавая Гарри всему окружающему лесу. Опустив взгляд на свою одежду, он ужаснулся — всё снова было в крови. Господи, когда это закончится? Это снова началось? Мальчик поднял глаза наверх. Шёл снег. Снежинки падали на его ресницы, закрывая перед собой взор белой пеленой. Протерев глаза, Гарри пошёл дальше к телу, но чем ближе он шёл, тем сильнее ему хотелось повернуть обратно. Все конечности становились тяжёлыми, и он рухнул, не успев дойти до лежащего человека. Он почуял этот ужасный запах смерти. Свело ноги. Гарри как-то дополз пару метров, со страхом заглядывая в лицо трупа. Это был Луи. — Не-е-е-ет! — проревел Стайлс, пряча лицо в кровавых ладони. Парень ещё раз глянул на мертвеца. У Луи не было глаз. Этих прекрасных голубых глаз. Карманы резко потяжелели и начали гореть. Просунув руку в один из них, он дотронулся до чего скользкого и слизкого. С выкриком он выдернул руку. Из кармана полетела пара вырванных глаз, падая на снег. — Нет, нет, нет, нет, — зачитал, как молитву, Гарри. — Пожалуйста, нет. Боже. Я не помню. Я не хотел. Я не помню. Звук. Что-то прервало многострадальческие стоны Стайлса, и он огляделся. За деревом был чей-то тёмный силуэт. От него веяло ещё большим холодом. Тень стала распространяться, вытягиваясь к телу Луи. — Не смей! — заорал Гарри, кидаясь навстречу неизвестному. — Нет! Пожалуйста, не смей, — шептал Гарри во сне, отчего Луи и проснулся. — Гарри? Гарри! Проснись! — стал будить парня Томлинсон, приняв сидячую позу, тряся младшего за плечи. Гарри открыл глаза. — Ты в порядке? Стайлс всё ещё не отошёл от сна, потихоньку понимая, что реальность, а что нет. — Уйди от меня! — закричал парень и оттолкнул голубоглазого от себя подальше. Луи с удивлением на него уставился, не понимая, что произошло. Это немало его задело. — Гарри? Что случилось? — Не подходи ко мне больше! Я убью тебя! Я не смогу! — В каком смысле? Я не понимаю, никто никого не убьёт. — Я убью тебя, Луи. Рано или поздно я сделаю это, а потом буду страдать. Так было со всеми, и будет с тобой! Я убью тебя! — слезливые нотки были слышны в его голосе. — Ты не причинишь мне вреда. Уже ведь всё хорошо? Тебя позавчера пустили обедать со всеми. Ты помнишь? — Луи потихоньку стал передвигаться из одного конца кровати к другому — к Гарри. Парень тяжело дышал, рассуждая над словами старшего. Его сердце бешено стучало, а кровь прилила к щекам. Руки дрожали. Глаза слезились. Он ненавидел себя за это. Почему он не может держать себя в руках? Обхватив двумя руками свои колени, он стал биться головой о них, беспрерывно повторяя, какое он ничтожество. — Тише, тише. Не стоит, — сказал Луи и попытался предотвратить действия парня, прижимая его к себе. Тело Стайлса расслабилось, и он отпустил себя, давая возможность рыданиям охватить его полностью. Уткнувшись в ключицы Луи, он заплакал. Голубоглазый гладил его по мягким волосам, прислонившись губами к ним. — Всё будет хорошо. Ты справишься. Ещё один кошмар. Ночной, ужасный, страшный кошмар. Томлинсон догадался, что Гарри приснилось, как он убил его, или что-то вроде этого. Это было очевидно. Сейчас же главное — быть сильным для него? — Я убью тебя, Луи, — вновь печально прошептал он. Утренний свет стал потихоньку проникать в комнату подростка. Тут на удивление царил порядок. Все книги стояли на полке над двухместной кроватью от красного цвета до фиолетового, как радуга. Сегодня был выходной, поэтому можно было отоспаться по полной. Именно это и собирался делать Гарри Стайлс, если бы не его сестра, которая только что ворвалась в его комнату с оптимистичным настроением: — Динг-донг, Гарри! У меня сегодня День Рождение. Где мои подарки? — О Боже, Джемма, пожалуйста, нет, — вздохнул парень и укрылся одеялом, хотя это его не спасёт. — Твоя старшая сестра требует от тебя её подарков. Я не смогу вытерпеть до вечера. — Ноль реакции. — Ну Гарри! — На шкафу, — пробубнил Стайлс, выглядывая из своего укрытия. Девушка оглянулась на этот двухметровый шкаф и ужаснулась. Как ей добраться до желанного? — Нет, ты смеёшься? Не я тут гигант-переросток. Раздражённо прорычав, Гарри скинул с себя одеяло и, спотыкаясь об свои ноги, пошёл доставать большую зелёную коробку с розовой ленточкой, вручая её сестре. Её глаза восхищённо заискрились, и накрашенные красной помадой губы расплылись в улыбке. — Это то, о чём я думаю? — Несомненно, — расслабился Гарри, внутренне ликуя от реакции сестры. Приподняв коробку, Джемма тут же её захлопнула, так как её переполняли эмоции. — Это же фотоаппарат! Господи! Я так давно мечтала! — она запрыгнула на своего брата, после чего достала свой подарок и включила камеру, наводя ракурс на Гарри. — Нет. Только не это, — промычал Гарри, запрыгивая обратно на кровать. — Ну и ладно, пойду маме покажу! — воскликнула она и выбежала в коридор. Гарри тысячу раз перекрестился. На привычном утреннем дежурстве Луи и Найл убирали тюремную столовую. В помещении стоял запах хлорки, отчего Луи часто чихал. Опуская стулья на пол, он протирал столы, в то время как Найл орудовал шваброй. Взяв в руки очередные ножки стульчика, Луи дотронулся до чего-то противного. По ощущениям парень понял, что это паутина. — А-а-а-а! — закричал он, тряся рукой так сильно, что она чуть ли не отвалилась. — Чего ты разорался… О-о-о! — вслед за Луи запищал Найл, увидев потревоженного паука. — Святые Богородицы! Убери его! Луи! — Я его сейчас убью! — Нет, нет, нет! — вслед запротестовал Найл. — Не убивай его! Отскочив от паука на добрые пару метров, двое взрослых парней пристально следили, чтобы нарушитель спокойно уполз от греха подальше. — Я его не вижу. Он уже уполз? — Видимо, — ответил голубоглазый. — Мне страшно туда подходить. Куда вообще охранники вышли? — Они за дверью стоят, — ответил белобрысый, потирая руки. — И, кажется, они нас не услышали. — Я же тут обедать больше не смогу! — Найл затих. Собравшись с духом, двое парней снова принялись за работу, аккуратно оглядываясь, шарахаясь от малейшего звука. Вскоре они закончили и собирались уже уходить. — У меня плохие новости, — начал Хоран. — Что уже случилось? — нахмурился Томлинсон. — Я это, короче… Меня с тюрьмы выпускают. — Что?! — Ко мне родители приходили и сказали, что меня завтра освобождают. Луи ошеломлённо замер. Оперевшись о стол, он сложил руки на груди. — Я, конечно, рад за тебя, но… Ладно, неважно, — так и не начав, закончил Луи, протирая глаза. — Я обещаю, что буду приходить и передавать самые вкусные вкусности, которые найду! Я не брошу тебя и буду ждать. Обещаю. — Честно? — эти слов немало приободрили парня, давая искру надежды. — Честное ирландское. — Я буду скучать по тебе. — Поверь, не успеешь соскучиться, — улыбнулся Найл.***
В одной из местных больниц, в коридоре на четвёртом этаже, сидел мужчина. К нему все боялись подходить, так как его вид не предвещал ничего хорошего. Поправив белый халат, мужчина поднялся навстречу врачу, который только что вышел из своего кабинета. — Мистер Стайлс, я же говорил вам, что пока что всё без изменений. — Но вы же говорили, что данные немного изменились. Девушка может скоро проснуться. — Говорил, и когда это произойдёт, мы обязательно Вам сообщим. Незачем каждый день сюда приходить, — доктор немало нервничал, но ещё больше он был раздражён. — Я могу к ней пройти? — Да, но ненадолго, — ответил врач и пропустил мистера Стайлса в палату. Переступив порог белой комнаты, мужчина сразу увидел лежащую девушку. Раны на лице уже зажили. Все ждали, когда же она проснётся. Подойдя к ней, он сел на стул и тихо произнёс лишь одно имя: — Джемма…
