"Повелитель"

Место, в котором оказался парень, не очень походило на проход в огромную корпорацию заказных убийств. Оно, скорее, напоминало пещеру, или катакомбы, причем плохо освещенные. Однако делать было нечего, кроме того, как идти дальше. Тем более, что за его спиной была наглухо закрытая дверь, и оставаться на этом месте навсегда тоже не было манящей перспективой. Поначалу идти было легко. Откуда-то здесь было вполне достаточно свежего воздуха, а порой с едва различимым свистом проносился сквознячок. Лампы по степени освещенности менялись каждые метров пятьдесят – то светлее, то темнее. После десяти минут пути Освальд глубоко вдохнул и заметил, что воздух уже не настолько чист и легок, как раньше. Освещение после очередных нескольких тусклых ламп перестало меняться, и пришлось привыкать к постоянному полумраку. В такой не очень благоприятной обстановке Осу пришлось пройти еще минут семь. Потом стало хуже. Приходилось дышать ртом, потому что воздуха уже не хватало. Еле светящие лампы попадались в лучшем случае через раз, никакого фонарика или мобильника при себе у парня не имелось. Мало того, ему почему-то становилось страшно. Он не боялся ни темноты, ни замкнутого пространства, но по спине пару раз пробежались мурашки, а желудок неприятно сдавило. - Черт! – выругался Освальд и на секунду замер. Он неотрывно смотрел вглубь пещеры, где ему только что показались чьи-то алые глаза. - Проклятье, что за место? Почему нельзя было сделать вход в такую важную корпорацию большим, светлым и коротким? – бурчал он себе под нос, неуверенно шагая дальше. Хотелось все бросить, сесть и сидеть, ожидая, пока за тобой кто-нибудь ни придет, потому что одному идти было слишком страшно… А вот и дверь. Ос потянул за ручку. На долю мгновения у него перед глазами всплыло чье-то лицо, перекошенное от… страха? Или просто недоуменное? Парень мотнул головой, и когда вновь открыл глаза, никакого лица уже и в помине не было. Вместо этого перед ним стоял огромный охранник (они что, с конвейера все сняты? Как один - большие и нахмуренные, ужас!). Они находились в лифте. - Освальд? - Ага. Дверь за ним беззвучно закрылась, а "детина" в форме нажал кнопку на панели слева, и лифт тронулся. Правда, если бы не прозрачные стенки лифта, за которыми можно было наблюдать стремительно змеящиеся провода, трудно было бы догадаться, что лифт вообще тронулся, настолько незаметно это было. Спустя пару сотен (как показалось Освальду) этажей они наконец остановились. «Неужели строение высотой в добрую сотню этажей может незаметно торчать себе посреди Барселоны, и никто в жизни не догадается, что это – корпорация заказных убийств?» - подумал Уильямсон. Двери разъехались в стороны, и парню предстал довольно большой и почти пустой спортивный зал. Посреди него он заметил небольшую группу людей. Не оглянувшись на провожавшего его охранника, Ос вышел из лифта и направился в центр зала. Подойдя ближе он приметил, что в группе была всего одна девушка. - Ага, вот и опоздавший. Итак, попрошу всех молодых людей встать в ряд! – громко приказала та самая единственная девушка. Причислив себя к молодым людям – некоторым мужчинам было явно за сорок, и к ним это словосочетание не подходило – заинтригованный Освальд послушно встал в ряд с остальными. Всего «молодых» оказалось ровно десять; столько же было и мужчин постарше. - «Либерти» рада приветствовать вас, будущие первоклассные наемные убийцы! – широко улыбнулась женщина. – На данный момент все вы являетесь обыкновенной серой массой, пушечным мясом, которое не продержится во взрослом и опасном мире и десяти минут. Мы собрали вас, чтобы исправить это, а также для того, чтобы вы помогали избавлять мир от всякого сброда, облегчая жизнь хорошим людям. Но прежде, чем вы это сможете, вам нужно научится этому тонкому и изящному искусству – убийству. В этом вам помогут наши наставники, - указала она рукой на мужчин возле себя, - которые выберут одного из вас себе в ученики и ближайшие три года будут делать из вас настоящих мужчин, охотников, если угодно… Ее перебил кто-то, находившийся дальше всего от Освальда. Он прочистил горло и легко тронул ее за плечо, отчего она замолчала, и сказал: - Среди вас есть Освальд Ричард Бенедикт Уильямсон? «С какой радости я сдался всем подряд? Хоть бы на час в покое оставили», - подумал Ос и нехотя шагнул вперед. - Это я, - сказал он. - Мадам, вы не против, я сию же минуту возьму этого молодого человека себе в ученики и немедля отправлюсь с ним на первую тренировку? – льстиво улыбнувшись, сказал мужчина. По лицу девушки было видно, что она опешила, тем не менее, ее ответ был утвердительным. - Отлично! Спасибо Вам, мадам, за прекрасную речь, желаю хорошо провести распределение! – сказал он и резво направился к Осу. - Ты ведь не гомофоб? – уводя его к лифту, вполголоса спросил мужчина. - Э-эм… Вроде бы, нет… - Тогда мы поладим. Будем знакомы, Освальд! Мое имя – Феликс, и я – твой лучший друг и единственный тренер на ближайшие три года! Марсель было голодно и одиноко. Пятый день она бродила по солнечным улицам Барселоны, тщетно надеясь отыскать новообретенного хозяина. Все, что не давало ей умереть с голоду все эти дни – один-два добрых человека, поделившиеся с ней какими-то объедками, и несколько помоек, в которых иногда можно было отыскать немного пищи. К концу пятого дня пошел дождь, и чтобы не замерзнуть, Марси спряталась под листом фанеры, небрежно брошенным между двух мусорных баков. Ее лапы ныли от постоянной ходьбы, а желудок неприятно сводило от голода. Про себя она решила, что если ей уже не суждено долго протянуть на свете, то последние свои минуты она проведет, ожидая хозяина. Ей лишь нужно было, чтобы закончился дождь, и тогда она отправится к той голубой машине, в которой она приехала, и будет ждать там Освальда, сколько хватит сил. Марсель недалеко ушла в своих скитаниях от того места, куда ее привезли – город был ей совершенно незнаком, и страх забрести в опасные места удерживал ее на одном месте. Собака прикрыла было глаза, чтобы вздремнуть, но ее разбудил чей-то голос. - Кто тут у нас? Ты что же, потерялся, красавец? Или красавица? – добродушно воскликнул довольно молодой на вид мужчина. Марси задумчиво склонила голову на бок, но была слишком истощена, и вскоре снова опустила ее на лапы, собираясь все же заснуть. - Ну погоди. Дай я взгляну на твой ошейник… Марсель, значит. Ты знаешь, я видел тебя пару дней назад, но я даже думать не стал, что ты потерялась… И вот я нашел тебя здесь. Где же твои хозяева? Неужто бросили тебя? Сволочи. Заводят себе собак, чтобы потом вот так грязно и бездушно бросать их посреди улицы… Марсель его почти не слушала. Он говорил еще смешнее, чем хозяин, и явно был увлечен своими мыслями, потому как, видимо, забыл, что общается с собакой. Ей хотелось бы, чтобы он знал, что она его не понимает, но ей сейчас было все равно. - …таких посадил на… Да, впрочем, что я тут распинаюсь, тебе же совсем не интересно. Но я прекрасно знаю, что тебе будет интересно! – ухмыльнулся он и достал из кармана какой-то пакетик. Нос Марси учуял довольно знакомый запах. Так же пахло мясо, которым прежние хозяева иногда потчевали кошку, что жила с ней в одном доме. Ей оно никогда не казалось особо аппетитным, но сейчас выбирать особо не приходилось, и она нехотя подняла морду к парню. - Во-от, другое дело! Немного не твое, конечно, но ты уж прости, я в основном бродячих кошек подбираю, - сказал он и высыпал содержимое пакета перед носом Марси. Та благодарно одним махом слизала все с мокрого асфальта. - Ты особенная собачка. У меня, конечно, дома тесновато, зато не голодно. Жалко мне тебя… Пойдешь со мной? – потрепал ее за ушком он. Марсель неотрывно смотрела ему в глаза, понемногу улавливая, чего он от нее хочет. - Пойдем! – сказал мужчина и поднялся на ноги, хлопнув себя по бедру. Этот жест всегда был однозначным. Марси бодро вскочила на лапы, забыв обо всякой усталости, и последовала за парнем.