№666

— Так у него правда голубые глаза? — спрашивает Бэкхён с подозрением. Минсок раздражённо вздыхает, дожидаясь, пока кофе машина соизволит сделать свою работу, при этом отвечая на глупые вопросы по телефону. — Да, у него голубые глаза, разве ты в прошлый раз не рассмотрел? — Минсок зажимает телефон между своим ухом и плечом, затем забирает свою кружку с горячим чёрным кофе. — Ну, я подумал, что да возможно, но вдруг это были линзы, так что я не был уверен. — Бормочет Бэкхён в ответ. На фоне слышится возня, будто кто-то пересаживается на диван или что-то мягкое. Минсок делает глоток из своей кружки, прикрывая глаза от удовольствия, мигом разлившимся по его телу от кофе. — Твоя невеста ничего не сказала по поводу твоих царапин? — интересуется Минсок, просто потому, что он действительно беспокоится о своём друге. Бэкхён молчит некоторое время, прежде чем ответить. — Она особо и не спрашивала, так как полностью погрузилась в подготовку к свадьбе. Ну знаешь, все эти приглашения, оформленные в розочки, скатерти на столах, цветы, платье и тому подобное. Бэкхён усмехается в конце своего длинного монолога, и Минсоку на секунду показалось, что что-то не так. Всего лишь на секунду, потом они так же возвращаются к обычному разговору. Минсок возвращается домой довольно поздно: обычно в шесть он уже уходил с работы, но сегодня он задержался до восьми, разгребая никому не нужные отчёты — он и сам не понятия не имел, зачем вообще это затеял. Взглянув на коврик у порога, Минсок сразу понял, что Чондэ хорошо провёл время — от коврика осталась только его малая часть, а другая была практически разорвана, даже виднелись следы укусов и острых когтей. Минсок мысленно сделал пометку о том, что нужно обязательно подстричь Чондэ когти, пока он не перешёл на шторы или обивку дивана. Пройдя в гостиную, Минсок увидел Чондэ, спокойно смотрящего телевизор — уши его немного подрагивали. — Привет, — Чондэ повернулся, приветствуя широкой улыбкой. — Не думай, что я не заметил, что произошло с ковром, — нахмурившись, сообщил Минсок, перед тем, как скрыться в спальне. Переодевшись, Минсок помыл руки, сполоснул лицо, чтобы взбодриться слегка. После он прошёл в кухню, — Чондэ так и не сделал ни одной попытки извиниться. Минсок тяжело вздохнул, открыл холодильник, чтобы только узреть, что еды нет. Громко хлопнув дверцей, он принялся рыться в нижнем отделении морозилки и победно вскрикнул, найдя что-то замороженное. — Минсок! — громко кричит Чондэ из соседней комнаты. Ударившись головой о верхнюю стенку морозилки, Минсок тихо ругнулся себе под нос, а после осторожно вытащил голову. — Что?! — раздражённо крикнул он в ответ. Мало того, что он испортил коврик, так он ещё и всю еду съел! — недовольству Минсока не было предела, особенно учитывая то, что он уже был морально и физически уставшим. — Я скучал, — Чондэ неожиданным образом оказывается рядом, кладя свою кудрявую голову на плечо Минсока, который всё ещё был слишком раздражён и совсем чуть-чуть зол, обхватывая его бёдра своим хвостом. Чондэ трётся щекой о плечо, краем глаза следя за тем, как дыхание Минсока возвращается к естественному. Минсок прикрывает глаза, чувствуя себя спокойно и очень уютно. — Я хочу мяса, — вдруг говорит Чондэ и убирает свою голову с нагретого местечка, отходя на пару шагов. Минсок, от такой быстрой смены атмосферы, теряется и стоит потупив взгляд. Сначала он смотрит на замороженное что-то в своих руках, затем на Чондэ, который мило улыбается, показывая свои загнутые уголки губ. — Хочу мяса, — повторяет он; его глаза превращаются в полумесяцы, как только его улыбка становится шире. — И секса тоже. Минсок некоторое время молчит, смотря на это самодовольное лицо. Он бы разозлился, но сил уже на это не осталось: усталость полностью завладела его телом, так что он просто развернулся к микроволновке, чтобы разморозить нечто в своих руках. Пока Минсок пытался готовить, Чондэ сидел на табурете за столом, всё повторяя, что он хочет мяса (то есть рыбу, курицу) и секса. Минсок старался не обращать на него внимания, но серьёзно, после того раза неделю назад Чондэ никак не хотел успокаиваться, как бы Минсок ему не отказывал. Еда была приготовлена: Минсок сытно поужинал, а Чондэ съел свою порцию быстрее обычного и исчез из кухни так же быстро. Вымыв посуду и приняв душ, Минсок зашёл в гостиную, чтобы позвать Чондэ в кровать — было уже около половины одиннадцатого. В итоге Чондэ сам налетел на него, впиваясь в губы, тем самым они оказались на полу, и Минсок больно ударился затылком. Он еле как отцепил от себя Чондэ, который со стальной хваткой вцепился в него. — Чондэ, я устал, — бессильно говорит Минсок, слипающимися глазами смотря на подрагивающие кошачьи уши. Чондэ разочарованно простонав, опускает свою голову Минсоку на грудь, надув губы. Они лежат в таком положении некоторое время, пока Чондэ не начинает говорить, как ни странно, но Минсок даже не успел заснуть. — Ты, правда устал? — тихо спрашивает он, приподнимаясь. Минсок кивает, зевая в подтверждение. — Ладно. Чондэ быстро встаёт с Минсока, затем помогая встать и ему. Он доводит его до кровати, укутывает в одеяло по самый подбородок и ложится рядом. Не проходит и минуты, как Минсок уже тихо сопит. Чондэ тяжело вздыхает и, оставив мягкий поцелуй на лбу Минсока, тоже закрывает глаза, и хотя он совершенно не хотел спать, но всё равно засыпает.