Секрет студенческого совета

      Казалось бы, нарезая круги уже в тысячный раз по комнате, Сехун снова смотрит на часы. Время почти полночь. Но Бэкхёна все еще нет. И не важно, сколько раз он это отрицает, но Се очень беспокоится за своего друга. — Да где же ты…, — он проверяет свой телефон в сотый раз, но все равно не получает никакой информации.       Услышав мягкий щелчок открываемой двери, Се быстрым шагом направляется в прихожую, чтобы увидеть, как Бэкхён мучительно медленно, прихрамывая, опираясь о стену, еле перебирает ногами. Хун уже готов был обрушить на друга град ругательств и поучений, но слова застряли в горле, как только Бэк, как подкошенный падает на пол. Друг подрывается к нему, обнимая за плечи, помогая приподняться. Какого хрена творится с его другом? Почему он в таком болезненном состоянии? — Где ты был? — Тихо спрашивает Се и догадывается о причинах такого самочувствия друга. Ведь так было почти вегда, когда Бэк возвращался от Чанёля. Только сегодя все хуже. Намного хуже. — Он снова тебя... — Т-ты… беспокоишься обо мне? — Просто ответь на мой вопрос! — Не унимается тот, не отводя взгляда. — Он трахнул тебя? Бэк слабо кивает. — Прости… не мог… отказать ему… — Я не могу поверить в это, — с досадой вздыхает парень. — Ну почему ты все равно не слушаешь меня? — Я сожалею, что заставил тебя волноваться, но я в порядке, правда, — пытается оправдаться Бэк, выдавливая из себя вымученную улыбку. — Я просто… заболел. Но это скоро пройдет, через несколько дней. — Ага, заболел! Как же! И имя твоей болезни — Пак Чанёль. Какой же ты упрямый, Бэкхён!       Сехун заводит парня в их общую комнату, помогая аккуратно сесть на кровать. Бэкхён морщится, стоит только опереться на зад, хнычет от боли, которая передается от таза к позвоночнику. Се даже смотреть на это больно, не то, что Бэкхёну. «Ему сейчас совсем не сладко», — думает парень, протягивая Бёну руку, чтобы тот воспользовался ей в качестве поддержки. — Осторожнее. — Спасибо. — тихо бормочет мальчишка, поправляя свои ноги так, чтобы более удобнее устроиться на кровати. — Мне жаль… — Это не значит, что я уже простил. Я все еще злюсь на тебя. — Я знаю. — мрачно улыбается Бэк, кладя свою ладонь поверх ладони друга. — Но я все равно тебе очень благодарен. Потому, что ты тут всегда, чтобы позаботиться обо мне.       Вздохнув, Се не ответил, вставая с кровати. — Куда ты пошел? — Я приготовлю тебе горячую ванну, — парень щелкает выключателем, и Бэк слышит, как из крана начинает литься вода. — Ты должен искупаться. Бэкхён печально улыбается. Это все, что он сейчас может. Лишь печально и вымученно улыбаться своему лучшему другу. — Поможешь мне вымыть голову? В ванной на мгновение воцаряется тишина. После секундного молчания, Се громко откашливаясь, бормочет: — Только, если ты будешь держать руки при себе.

***

      Беспомощно сидя в ванной, Бэкхён тихонечко напевает мелодию, когда его друг, зарывшись в волосы мальчишки, взбивает на голове густую пену. Бён в блаженстве прикрывает глаза, наслаждаясь массажем головы. — Сехун? — Что? — Ты все еще злишься на меня? — Я не знаю.       Бэкхён хватает желтую уточку с края ванной и несколько раз нажимает на нее, издавая громкое противное «кря-кря». Сехун достает с полки большой бутыль клубничного шампуня и щедро поливает им повторно голову Бэка. — Знаешь, Се, — Бэкхён слегка отфыркивается, когда вода из лейки попадает ему на лицо, смывая остатки шампуня. — Я все еще тот Бэкхён, который какал в штаны во втором классе. И тот же Бэкхён, который упал с дерева, доставая самое спелое яблоко, чтобы угостить им соседского мальчика.       Сехун улыбнулся, на минуту погружаясь в воспоминания, намыливая уже губкой тело Бэкхена, стараясь как можно аккуратнее вести по синякам и ссадинам. — Я по-прежнему тот же Бэкхён, который в тринадцать лет сказал, что он не нравится девушкам. Я все тот же Бэкхён, который рассказал тебе, что влюбился в тебя в пятнадцать лет. Бэкхён подтянул к себе колени, обнимая их. — Я по-прежнему твой друг. Сехун повесил лейку на стену, достал чистое полотенце из стопки аккуратно сложенных на верхней полочке навесного шкафа и хорошенечко взъерошил им мокрые волосы Бэка. — Почему ты мне это рассказываешь? — Потому что, — вздыхает мальчишка, — я просто хочу, чтобы ты знал, что я не изменился. Он чувствует руку друга на его шее. — Потому что я знаю, что есть точка во времени, когда ты чувствовал, будто больше меня не знаешь. — Я все еще выясняю это. — Но тебе не надо, Се. Если я полюбил другого человека, то это не значит, что я вдруг изменился. — Разве? — Сехун. — Но это так и есть. Ты изменился. Посмотри на себя! На тебе же нет живого места. Ты позволяешь издеваться над собой. Ты похудел. Почти все время проводишь с этой компанией. Ты один из них. Мне кажется, что я потерял тебя и не знаю, кто ты сейчас, Бэкхён. Мы с самого детства росли вместе, но когда ты присоединился к студенческому совету, ты отдалился. Ты не думай, я не один. Я не стану заставлять тебя выбирать между мной и ими, потому что я… Се откладывает полотенце в сторону и продолжает: — Я не настолько эгоистичен, чтобы держать тебя только возле себя. — Я… — Бэкхён мнет пальцы, не в силах остановить вновь нахлынувшие эмоции. — Я ужасный человек. — Я вижу, ты счастлив с ними. Вместе с ним. Не знаю, почему тебе приносит счастье все это непонятное обращение с тобой, — говорит Се немного разочарованно. — Я не Пак Чанёль и никогда не стану на него похож. И я никогда не буду таким же, как они.       Бэкхён нервно покусывал нижнюю губу, ища более подходящие слова. — Я знаю, что это моя вина, что мы так отдалились, и мне очень жаль. И если бы мне пришлось выбирать между тобой и ими, — Бэкхен замолчал, потирая ладошки, поднимая взгляд на друга, — я бы выбрал тебя. Сехун недоверчиво, криво улыбнулся, расчесывая пальцами волосы друга. — Я знаю, что ты лжешь. — Это не так. Пальцы застревают в волосах и Бэк стонет «ауч». — Ты не выберешь своего лучшего друга вместо человека, которого любишь.       Бэк лишь молчит, обдумывая последние слова.

***

— Где ты был?! Президент ищет тебя уже целую неделю! — Шепчет Чонин, откидывая толстую книгу по Алгебре. — Лухан, настоящая сука! Всю плешь мне проел, что ты больше не появишься в студенческом совете. — Я сожалею, я… — парень хватается за ручку двери, — я просто был болен… — Почему ты тогда не сказал нам? Мы беспокоились о тебе. Я думал, что тебя съела акула или что-то в таком духе, — лопочет друг, панически закатывая глаза. — Ты должен повременить и зайти туда позже, если не хочешь попасться президенту под горячую руку. Бэкхён прикусывает нижнюю губу. — Президент действительно злится на меня? — Если ты думаешь, что исчезнув на неделю, создавая дистанцию между вами, ты не навлек гнев Чанёля, то наверное, да! Он не злится на тебя.       Подняв голову немного вверх, Бэкхён смог увидеть своего лектора, пишущего квадратное уравнение на доске, и немного левее Сехуна, как всегда с пустым, скучающим выражением лица. — И кто это, черт возьми? — Спрашивает Ким, проследя за взглядом Бэкхена. Бэк слегка раздраженно выпаливает: — Мы одногруппники вот уже целый год, и ты заявляешь, что не знаешь его? — Если он не пытался залезть ко мне в штаны, то я его не знаю. — Секс - это единственное, о чем ты можешь думать все время?! — Почему ты вдруг злишься на меня? — Он мой лучший друг. — Оо,  — откашливается Чонин, — тогда извини. — Пожалуйста, скажи всем, что меня не будет, — говорит Бён, глядя на доску, исписанную всю уравнениями, которые он пытался понять. — Я иду домой с Сехуном. — Ты должен сказать это сам.

***

— Что ты здесь делаешь? — Удивленно спрашивает Лу, оглядывая парня с ног до головы. — И как ты вообще сюда попал? — Благодаря Бэкхёну. Я жду его. — Ну, ладно, — усмехается тот, щелкая языком. — Ты знаешь, что тебе нельзя быть здесь, верно? — Я знаю, — отвечает Хун, посылая такой же откровенный и открытый взгляд на парня. — И я знаю все твои секреты. Так что не пытайся выкинуть, что-то подобное со мной. Иначе я тут же сообщу декану. — Уоу. Ты меня прям напугал. — Дразнит Хань, наигранно вскидывая руки. — Хорошая попытка, чувак. Но ты все равно не сделаешь это. — Я могу. Но я не буду. — Я думал, что ты застенчивый мальчик, Сехунни! — Это твое впечатление обо мне? — Ну, бля, так и есть. — Знаешь, меня это нисколько не интересует.       Приближаясь к мальчишке как можно ближе, почти нос к носу, Лухан не заметил в глазах Сехуна ни волнения, ни страха. Лишь только спокойствие и безразличие. — Эй, что ты делаешь? — Доносится голос сбоку. Лу отвлекается от парня, поворачивая голову в сторону говорившего. А Се наконец-то выдыхает, и вытирает вмиг вспотевшие ладони об брюки. И какого хрена Бэкхён так долго? — Почему ты заигрываешь с этим парнем? — Я не заигрываю с ним, Чонин. Мы просто разговариваем. Ведь так Сехунни? Лу снова поворачивается к Се и видит все тот же спокойный взгляд.       Чонин окидывает оценивающим взглядом парня, разглядывая того с ног до головы. — Я думаю, что видел его уже где-то. — Это Сехун. И он лучший друг Бэкхёна. — О, да. Правильно, — вспоминает Ким и протягивает руку к новому знакомому. — Приятно познакомиться с тобой, Сехун. Я Чонин, парень Лухана.       Сехун не принял приветствие. Проигнорировал протянутую к нему ладонь, наблюдая, как стушевавшись, Чонин засовывает ее обратно в карман. — Какого хрена? Я представляюсь тебе. Ты оставил свои манеры дома? — Не нужно пытаться выглядеть дружелюбным и правильным. Я уже знаю все твои выходки, — отвечает Сехун, демонстративно скрещивая руки на груди. — Не волнуйся, на меня ваши приемчики не действуют. — К черту этого парня! — Цедит сквозь зубы Чонин, злобно поглядывая на Се, беря Лухана за руку. — Не подходи к нему, детка. Я думаю, что он имеет зуб на меня или что-то в этом духе. — Это потому, что у него есть чувства ко мне! Разве это не мило? — Отвечает Лу и еще раз оглядывается на Хуна, и во взгляде еще больше интереса. Он явно с ним заигрывал.       Сжав кулаки и зубы, Сехун отворачивается от этой парочки, чтобы скрыть свое разочарование и боль.

***

— Где ты был?       До Бэкхёна доносится такой до боли знакомый, низкий, чуть хрипловатый голос президента. Близость любимого тела вновь будоражит. Как и запах его духов, наполнявший комнату, стоило президенту только войти в кабинет. Но Бэкхён отстраняется от всего это. Старается. Морально и эмоционально выстроить стену, чтобы вновь все это не подавило голос разума, и эмоции не возобладали. — Почему тебя не было? Какие-то проблемы?       Чанёль почти грубо толкнул парня к стене, нависая над ним. В общем-то Бэкхён и ожидал чего-то подобного. Грубости, выговора, недовольства со стороны президента. Но только ни нежности, беспокойства или объятий. — Нет. Извини за мое отсутствие. Я просто… мне нужно было все обдумать. — И о чем же ты думал? — О моих… — ком вдруг подкатил к горлу, мешая нормально говорить, — о моих чувствах к тебе… — Почему? Что ты пытаешься мне сказать? Бэк все же находит в себе силы поднять голову и посмотреть президенту прямо в глаза. — Из-за того, что я сделал с тобой в прошлый раз? Ты это все обдумывал? — Спрашивает Чан. — Так ты возвращаешься?       Бэкхён, осторожно выпутавшись из рук президента, отходит от него на приличное расстояние, опускаясь в кресло. Ожидая дальнейшего разговора, Чанёль садится на стул возле стола напротив мальчишки, не спуская взгляда. Силясь понять и осознать, что вообще сейчас происходит. — Н-нет, это не так. Я не… — замолкает Бэк, пытаясь унять свое бешенное сердце. — Я так больше не могу, Чанёль. — Что? — Я не могу… — Бэк запинается, — я не могу продолжать быть с тобой.       Чанёль не может до конца осознать слова Бэкхёна. Ему все это кажется каким-то недоразумением, которое сейчас разъяснится, и все встанет на свои места. Президент смотрит на мальчишку, барабаня пальцами по столу. И этот звук отдает по нервам. Бён начинает дрожать. Тело сотрясает, и Пак отчетливо видит, как из-под опущенной головы, на колени Бэкхёна начинают ритмично падать слезы. — Я... прости… я не хотел… — Бэк задыхается. Ему так трудно говорить, когда слезы буквально душат. Голос дрожит. — Я не хотел нарушить мое обещание, что я буду с тобой до конца. Я… это больно для меня, но я больше не могу так, Чанёль.       Мальчишка снова обращается к старшему на ты, пытаясь таким образом показать всю серьезность ситуации. - Но я должен оставить тебя. Порой ты не понимаешь, как сильно ты причиняешь мне боль… И к тому же, мой лучший друг нуждается во мне, и я не хочу потерять его. «— Ты не выберешь своего лучшего друга вместо человека, которого любишь», — вспоминает Бэкхён слова Сехуна. — Так ты решил разорвать все отношения? — И во взгляде старшего искреннее недоразумение, что причиняет еще больше боли Бэкхёну. Видимо, Чанёль искренне не понимает, почему Бэк пришел к такому решению. Не понимает серьезность последствий. И может быть мальчишка и смог бы все вынести, знай он, что Пак хоть чуть-чуть его любит. Но отдавать себя всего, всю свою любовь и свое тело буквально на растерзание и не получать ничего взамен, это больно. Оказалось слишком больно для Бэкхёна. — Я-я… мне сложно, и это больно, но… так будет лучше. — Нет. Не будет. — Серьезно отвечает Пак. Ответом служат еще слезы, стекающие по бледным щекам. — Если это больно, то не делай этого. Встав со своего вращающегося кресла, Чанёль подошел к окну в кабинете, смотря на ослепляющее солнце. — Я буду обращаться с тобой лучше, — говорит Чанёль после долгого молчания. — Только не уходи.       Такая простая фраза. Такие, казалось бы, простые слова. Но так больно рвут на куски сердце, что Бэкхён невольно хватается за грудь, морщась, пытаясь унять эту боль. — Я не хочу, чтобы ты меня оставлял… — звучит низкий голос.