Мертвый мир — Живые люди

      Ожидание сама по себе противная вещь, сравнить которую можно, пожалуй, с прилипшей к волосам жвачкой. Ожидание будто способно менять свойства времени: замедлять его, приравнивая к нулевому значению скорости. В такие моменты кажется, что стрелки перестают двигаться, но все звуки вокруг приобретают гулкое эхо, стуча где-то в тяжелой и уставшей голове, которая, однако, никак не может отбросить всё лишнее и просто поддаться сну. Блэр ненавидела ждать.       Последние дни давались особо тяжело, однако сон на голодный желудок и с развернувшейся в голове битвой одной группы мыслей против другой бил все рекорды, заставляя ворочаться и чуть ли не кусать край одеяла, пытаясь хоть немного отвлечься. Джералд то нервно дергала головой, ударяясь затылком о пол, от прочности которого не уберегало свернутое покрывало, то долго всматривалась в потолок. Девушка временами даже садилась на матрасе, решаясь подняться и пройтись по станции, но после, ощутив холод ночи, прогнать который мощности батарей не хватало, вновь укутывалась в одеяло, все сильнее поджимая ноги к груди. В голове вертелись воспоминания о недавней стычке Одли и Кита, затем сомнения в том, что слова Агаты не имели за собой серьезных аргументов, а после и странная усталость Билла. Всё это, складываясь воедино, создавало незабываемый спектр самобичевания и ненависти к воспаленному мозгу — хотелось ведь просто спать, как и все вокруг.       Из-за проявляющейся бессонницы, которая будто душила остатки спокойствия и рассудительности Блэр (она всё чаще срывалась на окружающих или саму себя, стискивая зубы и кулаки), рыжеволосая выглядела хуже, чем те же мертвецы, что блуждали за забором, пытаясь временами просунуть руки в щели. Джералд часто задумывалась над тем, чтобы стать в ночной дозор — так была бы хоть какая-то польза. Впрочем, хоть ночью сон никак не шел, не помогали даже счеты овец, утро одаривало пол магнитными свойствами: веки не желали разлипаться, конечности напоминали резину, шейные позвонки обменивались хрустом, а туманное сознание ускользало, заставляя Джейн, получившую в ответ на просьбу вставать короткое мычание, все чаще возвращаться к Блэр.       —Ну же, ты так проспишь завтрак, — толкая Джералд в плечо, натыкаясь только на подрагивающие рыжие ресницы, настаивала Макдафф, — снова.       Блондинка оглядывала общее помещение со скрученными в валики матрасами, осознавая, что бывшая одноклассница (что стало обыденностью) последняя, кто даже не пытался проснуться.       —Блэр! — с каким-то усталым отчаянием настояла Джейн, — что ты делаешь ночами, если не можешь открыть глаза?       —Подъем! —грубый голос Вэл Бенсон не сумел бы разбудить Джералд, однако брюнетка была куда предусмотрительнее и давно знала рыжеволосую, чтобы поступать так опрометчиво: девушка почти пнула подругу в бок, вынуждая простонать что-то недовольное, после прикрывая лицо ладонями. —Хватит перекатываться с одного бока на другой, ты не перекати-поле, в конце концов.       —Вэл... — словно вынося самой себе приговор, натыкаясь на очевидную вещь, просипела где-то внизу рыжеволосая. Она приоткрыла один глаз, надеясь, что девушки отойдут от нее хоть на пару шагов, но ни Макдафф, ни Бенсон так глупить не собирались — Блэр воспользуется любой возможностью вновь уснуть.       Тяжело вздохнув, смиряясь со своей участью, Джералд все же поднялась на локтях, после не без усилий садясь на матрасе:       —Сколько времени?       —Завтрак закончится через десять минут, — выходя из комнаты, бросила Вэл. — Тебе стоит что-нибудь сделать со своей бессонницей.       Шаги брюнетки начали отдаляться, а после и вовсе смешались с другими звуками станции, не позволяя узнать, кто и по каким коридорам бродит.       —Вы не говорили после той ночи? — аккуратно поинтересовалась Джейн, скатывая матрас в характерный валик и поглядывая на Джералд, что умудрилась запутаться в толстовке, всовывая руку в горловину. — Не думала, что Вэл такая гордая...       —Если бы было иначе, это бы уже была не Бенсон, — призналась Блэр. — Между нами всегда были разногласия, но сейчас они особенно заметны. Возможно, это из-за всей ситуации на станции: еда, оружие, мертвецы... Всем тяжело.       —Хотела бы я, чтобы всё скорее закончилось, — вздохнула Макдафф, выпрямляясь и с сомнением глядя в окно: Роб со своей свитой вновь орудовал над забором. Теперь они добрались до сетки за складами, что не могло не обнадеживать. Если продолжат в том же духе, зимой будет уютнее: не будут задувать снега и ветер.       —Будь осторожна со словами, — неожиданно предупредила Джералд. Заметив удивленный и даже непонятливый взгляд Джейн, девушка мотнула головой: — Всё может закончится не так, как нам бы хотелось.       Когда Блэр направлялась в столовую, преодолев ледяную бодрящую воду и еле выдавленную из тюбика горошину пасты, жители станции уже шли ей навстречу. Раньше они что-то бурно обсуждали, даже смеялись и подтрунивали, теперь же все говорило о том, что времена изменились. Лица были угрюмыми, плечи опущенными — никто не знал, стоит ли еще на что-то надеяться.       —Только поглядите, — прыснул ядом Мэт, стоило Джералд подойти к посту раздачи, — ты не только защищаешь психопатов, прощая им проткнутую руку, но еще и избегаешь нормальных людей. Может, ты тоже безумная, как Отис Кит? Решили вместе задушить во сне своих неприятелей?       Русоволосый парень с птичьим лицом и кукольными розовыми губками (внешность никак не соответствовала характеру) показательно скривился, будто собираясь сложить руки на груди. Следуя за взглядом Мэта, Блэр быстро оглядела столовую, понимая, что из завтракающих остался только Бронсон Ферт да мистер Аллен, нависший над какой-то книгой. Впрочем, Джералд протянула язвительному парню тарелку:       —Будь добр, раз уж твоя очередь стоять на раздаче.       Мэт скривился в очередной раз, жалея, вероятно, что его слова проигнорировали. Хватаясь за черпак с какой-то стервозностью и истеричностью, парень недовольно плюхнул пюре в тарелку, после протягивая и стакан с чаем:       —Выплеснул бы его тебе в лицо, да боюсь, тут же прибежит Билл со своими старческими угрозами.       —Попробуй сказать это еще раз. — Тарелка с остывающим картофелем уже была в руке Джералд, и заметить, что кисть девушки дрогнула, было нетрудно.       Состроив довольную, а после и невинную мордашку, Мэт захлопал ресницами:       —Неужели тебя это задевает, — то ли радуясь раскрытому слабому месту, то ли забавляясь просто тем фактом, что раздражает рыжеволосую, отозвался временный поваренок. — Билл, они строят заговоры против Агаты! Билл, они меня обижают! Мамочка, скажи, что обзываться нехорошо!..       —О, Господи! — воскликнула Джейн, вошедшая в столовую, когда Джералд вмазала тарелку с завтраком в смазливое лицо мальчишки, нарочно поводив посудиной, цепляющей нос. Пюре, вероятно, не остыло до конца, а потому Мэт лихорадочно отмахнулся, тут же утыкаясь лицом в нацепленный на пояс фартук.       —Вы что устроили, молодежь?! — с обещанием наказания и долгого разговора в голосе вмешался мистер Аллен, в то время как Бронсон только бросил ленивый взгляд в сторону Джералд и нахального парня. — Прекращайте!       Блэр была готова уступить. В конце концов, она уже ответила на недавние провоцирующие фразы Мэта, однако последний ощутил себя ущемленным. Вероятно, даже больше, чем если бы его слова игнорировала Агата Дуглас.       —Ах ты!.. — зарычал парень, цепляясь в капюшон Блэр, не ожидавшей подобного.        Когда девушка ухватилась за запястья сорвавшегося с цепи попугая, рефлекторно впиваясь ногтями в светлую кожу, тот перескочил через кухонную тумбу. Посуда и столовые приборы зазвенели, осколками разлетаясь в стороны, смешиваясь с выкриком Макдафф, и Блэр, отшатнувшись, потащила Мэта за собой. Это был какой-то танец ненависти, в котором двое ходили по лезвию кинжала, удерживаясь, чтобы не схватиться за вилку или нож, после втыкая бы его в горло партнера.       Ножки одного из столов противно завизжали, скользя по голому полу, вынуждая скривиться и чуть ли не прикусить язык, а после поясницей Джералд больно ударилась о столешницу. Перебинтованная рука ухватилась за более чем длинную шею парня, частично перекрывая дыхание и заставляя хрипеть, а после загремели стулья, задетые повалившимся на пол Мэтом. Русоволосый только вскрикнул, как вскрикивают, натыкаясь на что-то непонятное в темноте, когда оперевшись рукой в пол, ощутил нечто острое. Кровь просочилась наружу.       —О моем шраме хотя бы будет не стыдно рассказать, — с невероятным высокомерием и агрессией заметила Блэр, почти усмехаясь, когда подоспевший мистер Аллен зло вцепился в ее плечо. — А что скажешь ты: проткнул ладонь, повалившись на пол в драке с девчонкой?       —Прекратите, вы оба! — задыхался от возмущения бывший археолог и любитель книг. Мистер Аллен почти раздувался как морской еж, вдыхая воздух, успевая задуматься о невоспитанной молодежи, а затем Джералд одернула плечо. — Бронсон, помогите же мне! Не сидите просто так!       —Я могу предложить только отвести их к Агате, — дожевывая что-то, наколотое на вилку, пробормотал Ферт. — Тем более что это не первый такой случай.       —Зачем же к Агате? — замялся борец за справедливость. —Не думаю, что стоит отвлекать ее по таким мелочам.       —Тогда я ничем не могу вам помочь, мистер Аллен, — пожал плечами инженер станции, полностью отдаваясь разглядыванию каких-то чертежей. Или это была карта?       —Я... отведу Мэта к Роуз, — вмешалась Джейн, протягивая руку русоволосому.       — Да пошла ты!..— бодро подскакивая на ноги и почти отталкивая Макдафф в сторону, заорал парень. — Пошли вы все! Не трогай меня, идиотка!       —Молодой человек! — попытался возразить мистер Аллен, но Мэт одарил его нелестными эпитетами, куда более красноречивыми чем недавние фразы. Мужчина с благородной сединой почти что застыл в ступоре, невольно раскрывая рот в нездоровом изумлении.       —Не выспался, — сухо отозвалась Джералд, стоило ей заметить на себе ошеломленный взгляд бывшего археолога. — Тяжелое утро, наверное.       "Кто бы говорил", — засомневалась Джейн, следя за тем, как рыжеволосая смахивает все осколки в одну кучу, после накладывая новую порцию.

***

      Окна в столовой представляли собой узкие прямоугольники у самого потолка, а потому основным источником света служили лампы, чей желтый свет казался не теплым и уютным, но уж точно болезненным. Он окрашивал лицо бледного Бронсона Ферта в какие-то карикатурные оттенки, придавая небольшим глазам болезненной темноты, а худощавой, но вытянутой фигуре — мрачности. Более того, даже тени от предметов в этом свете казались неприятными, угловатыми и слишком уж отталкивающими. Пахло же здесь, помимо еды, чем-то кислым и неприятным.       "Мэта точно не стоит ставить на дежурство. Он справляется с подобным даже хуже, чем Кловер", — невольно подумала Блэр, после шумно опускаясь за стол, рядом с инженером Ла-Салльской станции. Бронсон удивленно (что было не так заметно за толстой оправой очков) посмотрел на Джералд, словно говоря, что все остальные столы тоже свободны.       —Приятного аппетита, — понимая, что мышление этой девушки более, чем нетипично, отозвался мужчина, возвращаясь к карте. Это все же была она.       Бронсон Ферт был человеком, который не отвечает на вопросы. Он довольно уклончив и молчалив, но обладает темпераментом. Временами создается впечатление, что живет он в своем мире, однако в действительности этот мужчина умело подстраивается под обстоятельства, зная, какая из масок поможет ему в той или иной ситуации. Это мастерство, которое или дается с рождения, или приобретается в процессе существования - путем очень тяжелых практик.       —Спасибо, — кивнула Блэр на недавнее пожелание, совершенно неискреннее, после невольно заглядывая в карту. Спрашивать о ней у Бронсона, как и обо всем другом, было бесполезно, а потому девушка уткнулась в тарелку, понимая, что мисс Дэвис действительно справляется с готовкой лучше кого-либо.       —Почему ты здесь так поздно? — нарушая тишину, поинтересовался Ферт, впрочем, не отрывая глаз от маршрута. Ситуация была более чем удивительной и непривычной (о чем говорило и лицо Джералд), потому как это явно было не в стиле "Темного профессора". Или, по крайней мере, всем так казалось.       —Проспала, — призналась Джералд, не ища окольных путей. Бронсон только кивнул, вновь надолго замолкая. Рыжеволосая же была слишком увлечена подобным поведением (она словно наткнулась на что-то, чего не знает больше никто), чтобы возвращаться к завтраку. — А почему вы здесь так поздно?       —Я всегда обедаю в это время — меньше людей и любопытства, — то ли обобщая, то ли намекая на вопросы Джералд, ответил инженер.       —Вам не нравится, когда вокруг есть люди? — Блэр не собиралась отказываться от предоставленной возможности. В отличие от нее самой, Ферт, вероятно, пребывал в хорошем расположении духа, иначе мужчина бы и словом с ней не обмолвился.       —Не особо, — скривился Бронсон, странно передергивая плечами.— Все всегда пытаются узнать больше, чем им положено.       —О, не думала, что здесь еще кто-то есть! — воскликнула почти залетевшая в столовую Лили, натыкаясь взглядом на столик "для двоих". По выражению лица женщины стало понятно, что увидеть такую компанию она здесь не ожидала, впрочем, улыбка быстро вернулась на веснушчатое лицо. —Бронсон, как вам рыба, я старалась.       —Не очень, — чуть выпрямляясь в спине, отозвался Ферт. Он одарил Лили коротким взглядом, после складывая карту. — Пересолена.       —Правда? — со снисхождением отозвалась женщина. Ей явно было жаль слышать подобное, но к нраву инженера все давно привыкли. Пожалуй, не каждому удавалось вот так в открытую говорить о чужих неудачах. — В другой раз я постараюсь исправиться.       —Хорошо, — безразлично кивнул мужчина.       —К слову... — внимание Лили тут же перескочило на Джералд. — Я встретила в коридоре Мэта...       —Нет, — предупреждающе отмахнулась Джералд, готовая в случае чего подняться из-за стола и уйти, — я не втыкала ему в руку осколков.       —Я не об этом, — мотнула головой веснушчатая. — Многие уже прознали о той ночной стычке на внутреннем дворе.       —Лили, только ты не начинай!..— почти взмолилась Джералд, вскидывая руки к небу. —Это... Боже, да это же не самая важная сейчас вещь! Есть проблемы и посерьезнее, чем чьи-то обиды!       —Не знаю, что с тобой происходит, но реши эти проблемы, потому что... — Лили неожиданно замолчала, после указывая на карту в руках Бронсона. — Скорее всего, Собрание решится на вылазку на дальний рубеж.       На требовательные взгляды Блэр и Лили Бронсон только пожал плечами, после поднимаясь и уходя прочь вместе с картой. Это было лучшее объяснение, чем слова.

***

      —Не хочу, чтобы ты неправильно все поняла, Блэр, но Отис ведь действительно неопасен? — сгибаясь в спине довольно в замысловатую фигуру, осторожно поинтересовался Самир. Индус хотел было смахнуть выступившие на лбу капли пота, что назойливо лезли в глаза даже в такую погоду, однако чуть было не вывернул ящик с гвоздями на ноги Джералд. — Извини.       —Самир, — тяжело вздохнула девушка, понимая, что уже и темноволосый парень сунет свой любопытный нос в эту сомнительно интересную тему, которая мелькает на местной газете красной полосой, — я устала об этом говорить. Отис боится остальных не меньше, чем вы остерегаетесь его. Да если бы он и был опасен, это не повод вышвыривать его за забор.       —С этим я полностью согласен, конечно... — замялся Самир. Гулко опуская деревянный ящик с железками недалеко от заколачивающих доски жителей станции, индус только уперся руками в поясницу, разминая спину. — Но он ведь действительно порезал твою руку.       Блэр только отмахнулась:       —Сама виновата — вечно лезу куда не нужно.       —Ну, в тот раз я думаю, ты все-таки спасла Дэйва, — замечая многозначный взгляд Джералд, Самир скомкано пожал плечами, теряя всякую уверенность. Несмотря на совершенно разные характеры, с рыжеволосой индусу было общаться легко и даже интересно. Пожалуй, рядом с ней он мог высказываться, тогда как подавляющее большинство людей на станции игнорировало его доводы. — Честно сказать, я думал, что ты разозлишься на Кита. Ну, за руку... Мы все так думали.       —Я вовсе не агрессор, — с нотками обиды отозвалась девушка, быстрее обычного цепляясь за очередной ящик с материалами. — Очень хреново, если у всех здесь сложилось такое впечатление.       Самир, определенно, мог бы что-то возразить, однако не осмелился говорить от лица других жителей Ла-Салльского лагеря: Блэр действительно казалась не самым миловидным человеком. Эта девушка была готова размахивать кулаками за место дежурства на крыше, а тут вдруг простила поврежденную конечность. Каждый раз смуглый парень все чаще убеждался, что Джералд может быть непредсказуемой.       —К слову, Джейн говорила, ты учился стрелять с остальными?       На слова Блэр Самир, кажется, залился румянцем, что несильно отразилось на его смуглых щеках, однако дернувшаяся в сторону голова, от которой по волосам прошла еле заметная дрожь, подтвердила: говорить о подобном индусу то ли неловко, то ли просто не хочется. Но молчать Самиру хотелось еще меньше.       —Всё закончилось неудачно, — признался парень. — Я был первым, кто чуть было не пристрелил Майка Уолша, стоящего, к тому же, у меня за спиной. Как сказала Марта, это фиаско.       —Марта много чего говорит, — недовольно скривилась Джералд, перехватывая ящик. После своеобразного собрания на складе отношения между девушками стали натянутыми, хотя раньше только Вэл Бенсон могла похвастаться своей неприязнью к Хоккинз.       —Ну, в этот раз она была права. — На лице Блэр поселилась неоднозначная эмоция, а Самир слабо улыбнулся, пряча глаза: — Мне приятно, что ты пытаешься меня подбодрить.       Мимолетное изумление скользнуло на лице рыжеволосой — она даже не пыталась, — но после девушка слабо кивнула. Пускай уж будет так, чем как-либо иначе.       —Извините! Уважаемые, я прошу, пожалуйста, минуту внимания. Это очень важно, поэтому, если вас не затруднит, прошу... — появился как всегда суетливый Дэвид Тейлор, вынуждая рабочих обернуться не столько на его слова, сколько на непривычную манеру. Мужчина-шарик лихорадочно вытер лицо, прихрюкивая от неуверенности, переминаясь с ноги на ногу.       Роб, оторвавшись от очередной доски, опуская ту недалеко от сетчатого забора, одарил Тейлора узким подозрительным взглядом: встретить здесь Дэвида он уж точно не ожидал. Этот пухлый помощник Бронсона явно не был публичным человеком, а уж тем более не походил на гонца.       —Что-то в лесу сдохло, — пробубнил себе под нос скала, складывая руки на груди. — Ну, что там? Нам еще работать.       —Да конечно, я не отниму у вас много времени... — Роб только закатил глаза, понимая, что с такой манерой говорения Дэвид отнимет у них пол жизни. — Через пару минут на внутренней площади Ла-Салльской станции начнется собрание. За последнее время накопилось много вопросов, которые стоит обсудить, и принимать какие-либо решения без слушания Собрание не может, потому как дело касается каждого в отдельности и всех нас целиком. Подходите через пять минут к запасному входу в командное здание. Спасибо.

***

      Агате и Биллу стоило отдать должное: они держались достойно под шквалом выжидающих и напряженных взглядов. Бронсону Ферту же, как обычно, не было ни до чего дела. Брюнет только привычным жестом поправлял очки в толстой оправе, окидывая мало заинтересованным взглядом стены и здания станции. Дэвид Тейлор же мялся в стороне, мечтая, кажется, провалиться сквозь землю — так неуютно он чувствовал себя среди толпы.       Четверка Собрания, на которую возложил свои обязанности погибший Кристиан Мейс, терпеливо ожидала всё приходящих жителей лагеря, окидывая местность и десятки голов с высокого крыльца. Ранее подобных мероприятий на Ла-Салльской станции не проводилось. Блэр же, подозревая, о чем пойдет речь, выловила в массе людей пшеничный волос Лили, которая покусывала ноготь большого пальца, сложив руки на груди. Спина ее была согнута то ли от усталости, то ли от дурного предчувствия.       За ставшим в последнее время привычным чуть меланхоличным взглядом Билла скрывалась нервозность и полнейшее незнание, Агата же, ломающая собственные пальцы за спиной, выглядела взвинченной, и даже Дэвид Тейлор в этот раз выглядел неестественно пугливым — казалось, что он готов бежать от любого громкого слова в свой адрес.       —Последние дни дались нам очень тяжело, и мы знаем, что число недовольных нашей политикой возрастает. Вы требуете от нас найти еду и медикаменты, укрепить забор и вырабатывать больше электричества, однако в то же время противитесь каждому нашему решению, не хотите сотрудничать, — грубее обычного начала Агата наступление, забывая о какой-либо преамбуле. Женщина выливала на собравшихся претензии, не давая даже возразить. — Мы не можем делать всё сами, и никто бы не смог.       —Сейчас электричества хватает на удовлетворение первостепенных потребностей, — глухо отозвался Ферт, чей голос, вероятно, до этого слышали не все, — но работа насосов привлекает всё больше мертвых, идущих с востока. Если трупы облепят забор, мы не сумеем выйти за ворота на охоту или даже вылазку, а еда у нас кончается. От электроэнергии не будет толка.       —Как вам известно, мы давно открыли запасные ящики, — поддержала Агата, вновь забирая инициативу. — Зима наступает нам на пятки, и все мы благодарны команде Роба, которая укрепляет забор, однако... Нам нужно решить, что делать. И именно это решение мы никак не можем принять без вас...       Неожиданно Дуглас заплутала меж двух сосен. Становилось понятно, что развязка уже близка, но женщина вдруг замялась, не зная, как преподнести новость. Вмешался Билл, окидывающий собравшихся своим усталым, но суровым отчего-то взглядом:       —Мы увязли в дерьме, и эта жижа становится все более вязкой с каждым днем. Вылазка на дальний рубеж состоится. Все, кто желает помочь станции, поднимайтесь в зал совещаний, там мы обсудим план действий.       Тяжелая дверь запасного выхода звонко хлопнула, оставляя за собой только непонятное молчание, а по растерянным лицам Агаты и того же Бронсона стало понятно: Билл уже все сделал не по плану, в который раз указывая на погибающую демократию, к слову, не прижившуюся на Ла-Салльской базе с самого начала. Дуглас только суетливо и сбивчиво оглядела толпу, а затем, резко кивнув, поторопилась за седым охотником. Ферт, предчувствуя близкий шквал недовольства, смешался с толпой, и всё легло на плечи Дэвида Тейлора, отчаянно вцепившегося в поручни крыльца. Мужчина сжимал металлические перила с такой силой, что его красные руки побелели и пожелтели.       —Что всё это значит?! — воскликнул в толпе чей-то голос, после приобретший массовое звучание, в котором через какое-то время невозможно было разобрать ни единого слова. Будто сорвавшиеся с цепи репортеры, жители станции напирали на Дэвида, вжавшегося в бетонную стену, осыпая его всевозможными вопросами и злыми гонениями. Они противоречили себе, но даже не обращали на подобное внимание: казалось, важнее всего для их заскучавших голов стали скандалы. Ни один взрослый человек в здравом уме не стал бы обсуждать поступок сорвавшегося Отиса Кита, доходя то соглашения с тем, что парня стоило бы выставить за ворота лагеря. Все ведь прекрасно знали, что ждет там, за забором.       Роб не принял в подобном глупом споре участия. Крупный мужчина, растолкав людей, спешным шагом скрылся за аркой. За ним последовали и другие, даже не оглядываясь на шумящую толпу. Лили печально обернулась на Дэвида, сочувствуя последнему, а затем побежала за Майком Уолшем. Блэр отлично знала, что о своем участии в вылазке на дальний рубеж они думали очень давно, однако сама не спешила подниматься в зал собраний. Это, вероятно, и удивило Самира: он был уверен, что Джералд станет в первых рядах безумцев. Рыжеволосая же медлительно отделилась от толпы, усаживаясь на скамейку у длинного стола, наблюдая теперь за всем со стороны. Вид девушки был задумчивым, но что-то еще теплилось в этих прозрачных глазах.

***

      —Нашей целью станет город Сейлем в штате Индиана. Пускай название вас не смущает — место это просторное, поэтому мы задержимся там на два дня, если позволит обстановка. В зависимости от того, сколько человек соберется в итоге, будем распределять группы по районам, однако одно здание, равно отдаленное от тех пунктов, которые стоит посетить, выберем в качестве временного лагеря.       Спустя пол часа после объявления Билла в зале собралось больше людей, чем кто-либо ожидал. Лили нервничала, но упорно скрывала подобное, то потирая шею и дергая ногой, то вовсе мыча что-то себе под нос. Уолш понимал женщину, то и дело пряча руки в карманы ветровки, после перекладывая их в джинсы, а затем вновь ища что-то в куртке. Джеф Беннет же выглядел спокойным, в то время, как внутренний голос советовал ему выйти за дверь прямо сейчас, отказываясь от этой самоубийственной затеи. Подрыватель Грэхем вновь выдавал себя непривычным многословием и несобранностью. Впрочем, объединяло всех собравшихся каменное лицо и особое внимание к словам Билла, взявшего на себя не только инициативу, но и ответственность.       "Смерть Кристиана точно повлияла на него, он, вероятно, не хочет повторения, поэтому всё взвалил на себя. Я не знаю, как сказать Биллу, что с вылазки на дальний рубеж в любом случае вернутся не все... Хотя, наверное, он это понимает", — отзывалась Дуглас, пребывая в угрюмой растерянности.       —Дорога до Сейлема занимает чуть больше пяти часов, — заметил Билл, — сразу предупреждаю, что это тяжелый путь. И если уже это хоть немного смущает вас, лучше откажитесь и выйдите из зала.       —Бывало и хуже, старик, — угрюмо заметил Роб, подпирая широкой спиной стену. Скала будто цеплял своей макушкой мрачные тучи, перенимая у них дурное настроение, но его сосредоточенности стоило отдать должное: он схватывал все на лету, следя за пальцем охотника, указывающего на окрестности Сейлема.       —Больница Святого Винсента находится на северной Шелби-стрит, Склад военных Индианы — на окраине города, а Тенистая ферма и крупный продуктовый на Куорри-роуд. Как вы понимаете, это совершенно разные места, довольно отдаленные друг от друга. Поэтому передвигаться мы будим минимум на трех автомобилях, чтобы за малое количество дней посетить больше мест.       —А бензина у нас хватит? — отозвался Грэг, всегда заинтересованный в машинах и их составляющих. Рядом с мужчиной его альбиноса-дочери не наблюдалось, что только сгущало краски: даже Грэг, гонящийся за обретением Сэм самостоятельности, в этот раз решил оставить девочку в безопасности. — Добраться до Сейлема, поколесить по улицам города и вернуться на станцию — сколько топлива придется потратить?       —После Вероны мы почти никуда не выезжали, — заметила Агата, — бензин неожиданно стал лидером по количеству.       —А раньше мы беспокоились о нем больше, чем о еде, — напомнила Лили, подпирая голову рукой. — Как все изменилось-то...       Дверь тихо скрипнула, и в проеме показалась светлая голова. Удивленный взгляд окинул присутствующих, а затем Крис Осборн неуверенно прошел в зал совещаний, становясь у стены, мечтая, чтобы на него прекратили пялиться. Билл удрученно потер переносицу, вспоминая и мирясь с тем, что " здесь больше нет детей".       —Сынок...— охотник поглядел на еврея, затем мотнул головой, окидывая взглядом собравшихся. — Вы все готовы умереть?       Осборн озадаченно осмотрелся, не понимая, устроили ли ему какой-то тест, однако все только угрюмо закивали, как бы говоря, что готовы к печальному исходу. Было страшно осознавать, что любой из присутствующих, застывший в неуверенности напротив тебя, с кем ты уже многое прошел и пережил, может погибнуть.       —Вылазка в Сейлем состоится через неделю, — заключил Билл. — Соберемся завтра вечером.

***

      —Вы с Вэл не общаетесь? — на крыше, откуда вся близкая местность представала как на ладони, с каждым днем становилось всё холоднее. Дыхание осени пробирало до дрожи, и Блэр переняла привычку Барри брать с собой в дозор плед. — После драки Отиса и Дэйва она, кажется, нашла себе другие развлечения?       Кроны далеких деревьев, плотным кольцом окружающих станцию, почти полностью облетели, а прощальных птичьих криков не было слышно уже очень давно. Джералд была бы не против отправиться вместе с ними куда-нибудь на юг, где, возможно, мертвецов-то и нет.       —Сколько времени уже прошло? — неожиданно поинтересовалась рыжеволосая, вынуждая Криса Осборна удивленно уставиться на нее. — Никогда не думала, что время пролетит так незаметно. Дни, недели, месяцы... Или уже год? Знал бы кто-нибудь, сколько нам удастся продержаться вот так...       Сейчас Блэр казалось, что все ее попытки выжить, эта борьба — всё бессмысленно. Мир скатился в пропасть довольно давно, привычные вещи исчезли, а лучше не становилось, Джералд все еще жила в окружении этого безумия. Раньше девушка не задумывалась над причинами (это казалось бездарной тратой времени посреди восставших мертвецов), однако теперь побеги, бессонные ночи, отнятые человеческие жизни и барахтанье, как сказал Билл, в дерьме стали непонятными и жалкими. Джералд больше не хотелось отчаянно сопротивляться, рвя жилы и нервы — она была готова плыть по течению, заботясь лишь о себе. Ей так надоело делать что-то для тех, кто после косится в твою сторону с недовольством, не желая сказать простого "спасибо".       —Осень странно влияет на людей, — вновь выдала что-то непонятное Джералд, вынуждая Криса в который раз устало вздохнуть, вспоминая, что меланхолия очень даже свойственна рыжеволосой. А он уж совсем и забыл о том, что девушка не всегда была отчаянной и целеустремленной — раньше она часто провожала проплывающие мимо возможности взглядом.       —Отис Кит был в зале собраний два дня назад, — неожиданно объявил Осборн, — он вписал свое имя в список добровольцев.       —Шутишь? — вяло отозвалась рыжеволосая, слабо оборачиваясь на приятеля, затем и вовсе натягивая на плечи плед.       Еврей только мотнул головой:       —Кажется, он не может больше находиться на станции. Вместе с тем, как все узнали об их с Дэйвом стычке, на него всё чаще показывают пальцами, относятся с пренебрежением.       —Хочет доказать всем, что не опасен? — задала Джералд риторический вопрос, после отмахнувшись от собственных слов. — Они не поймут. Вспомни, что было после собрания на внутренней площадке станции. После этого Дэвид начал заикаться еще больше.       Осборн угрюмо согласился, понимая, что разговор ушел в сторону от той темы, которую он завел в самом начале.       —Так вот... — неуверенно начал парень, подходя к самому краю крыши. Там, сталкиваясь друг с другом, хрипели и шатались мертвые, напоминая, что, в отличие от них, ты жив. — Отис внес свое имя в список, а твоего я не нашел. Это, как бы выразиться, неожиданно.       —Я не обязана следовать чьим-либо ожиданиям, — сухо отозвалась Блэр, поднимаясь с холодного бетона и тоже подходя к крыше. — Вид замечательный.       Крис только скривился, смотря вниз, на мертвецов — ничего замечательного или хотя бы забавного парень в этой картине не видел. Восставшие трупы будто говорили, что все они — материал, который природа переработает и после пустит во вторичное производство.       —Ты не хочешь помочь станции, найти еду и медикаменты?       Джералд пожала плечами. Замечая пытливый взгляд раздражающегося такими вот ответами Осборна, девушка тяжело вздохнула:       —Я рассказывала только Бенсон о том, где была до прихода на станцию, и больше никому не расскажу. Однако, думаю, будет понятнее, если я скажу, что все мои надежды рушились в определенный момент, — Блэр приложилась к винтовке, всматриваясь куда-то в сторону леса, откуда выходила очередная группка живых мертвецов, пришедших на шум. — Ла-Салльская станция стала для меня новым лучом света среди гнили и вони, когда я вновь все потеряла. Но вот сейчас я ощущаю, что готова самолично отказаться от этой надежды — люди здесь неблагодарны и самонадеянны. Они видят, что творится вокруг, их почти заставляют смотреть на все в воочию, и все равно они умудряются оставаться высокомерны и лицемерны. Как это происходит, вокруг ведь каждый день кто-то умирает?       —Ты злишься, — заключил Крис.       —Не только — исправила Джералд. — Впервые мне кажется, что я с чем-то не справлюсь. Раньше я просто шла и делала, а сейчас... просто не хочу.       —Ветер всё холоднее, — заметил еврей, спихивая камень с крыши. Тот, ударившись о бетонный выступ, сменил траекторию и свалился куда-то вниз. —Я вписал свое имя в список сразу же — если кто-то не найдет в себе силы и не рискнет ради остальных (даже если они заблуждаются), то все здесь, даже хорошие люди, погибнут. От голода или холода, от болезней, но погибнут.       —И ты не боишься?       Парень замялся, явно не ожидая подобного вопроса, но Джералд только кивнула:       —Я всегда боюсь, каждый раз. Это нормально, наверное. Было бы куда страннее, если бы вид восставших трупов с облезшей кожей ничего в тебе не трогал.       Ветер трепал волосы, спутывая и закручивая их, а новая группа тварей всё приближалась к станции. На это было горько смотреть, осознавая, что эта стайка далеко не последняя. Грэхем предлагал взрывать мертвых, презентуя самодельные бомбы, но Агата отнекивалась, говоря, что проблема продовольствия сейчас первостепенна. Джералд вновь приложилась к винтовке, гадая: пришли ли эти трупы из Оттавы?       —Мне было бы спокойнее, если бы ты отправилась на вылазку, — неожиданно признался Крис, а Блэр отметила про себя, что сейчас ей уж точно доверять не стоит — ее внутренний эгоист пробудился недавно от обилия самовлюбленности на один квадратный метр. — До поездки в Сейлем осталось четыре дня, подумай.       Блэр ничего не ответила, только передавая винтовку в руки Осборна.       —Ты куда?       —Нужно предупредить об очередной группе — они идут с востока.       —Оттава? — испуганно отозвался еврей, но девушка только пожала плечами, впрочем, закусывая губу. Отрицать очевидное было глупо — еда в столице закончилась.

***

      Последнее время Билл не мог нормально спать. Он все чаще выходил под холодный осенний ветер, иногда с моросящим дождем, пытаясь словно убежать от беспокойства и найти что-то в ночном небе. Старик не хотел показывать этого волнения всем, да и не мог он себе позволить подобного — несмотря на то, что с жителями станции имелись разногласия, последние надеялись на него и Агату, даже на Бронсона, вечно молчаливого и безучастного. Вот и сейчас, стоя на холоде с погасшей от ветра обслюнявленной сигаретой, охотник спасался от мыслей, что обуревали, били камнем по голове.       Сейлем не был лучшим вариантом, но времени решать и мусолить тему вылазки больше не было. К тому же, местность города старик еще помнил, мог сориентироваться и предполагал, что одноэтажное здание начальной школы станет отличным местом для временного лагеря посреди Сейлема. В свое время в это заведение вложили кучу денег, хотя здание получилось простым схематично, но запасной выход уже был неплохим аргументом на вопрос: почему стоит остаться там? Однако беспокоил Билла не столько временный лагерь, сколько жертвы — он даже предположить не мог, сколько человек не вернется на станцию.       "Жертвы и риск необходимы. Иначе рухнет вся база", — успокаивала и охотника, и саму себя Агата, утыкаясь лбом в ладони. Как бы женщина не убеждала себя и окружающих, что спокойно относится к смертям, в это никто не верил.       Кроме жертв и смерти, Дуглас заговорила однажды о Блэр, чьего имени даже спустя четыре дня никто не нашел в списках. И это действительно было удивительным, потому как Агата давно окрестила Джералд выскочкой. Теперь ей пришлось признать, что думать рыжеволосая способна.       —Я слышала, она говорила, что всё на станции пропитано эгоизмом, и ради таких людей она рисковать не собирается, — язвительно заметила Марта Хоккинз, ехидно косясь на Осборна, чей разговор с Блэр подслушала несколько дней назад. — Но если кому-то интересно, то я считаю, что и сама Джералд — та еще эгоистка.       Билл начал отдаляться от рыжеволосой. Раньше они часто беседовали о том, о другом, однако теперь редко просто пересекались. Старик знал, что Джералд не избегает его, но будто сама судьба говорила, что это общение ни к чему хорошему не приведет. Блэр тоже тревожила охотника, как и вылазка на дальний рубеж. Эта девчонка, появившаяся в лесу с сумкой оружия на плече и потертым рюкзаком, с синяками и кровью на лице и ладонях — сперва она показалась другой. Действительно, как говорила Агата, бойкой и стойкой, уверенной и высокомерной. Однако в последнее время Билл всё чаще убеждался, что о Джералд мало кто знает правду. Приведя ее на станцию, он думал лишь о том, что детей, за которыми придется следить, станет еще больше, однако каково было удивление, когда в рыжеволосой старик нашел хорошего собеседника. И, несмотря на частые разговоры в прошлом, Джералд умудрилась остаться никем. Человеком, у которого не было определенного прошлого, только имена, желание идти вперед и один известный ответ на все вопросы: "То же, что случилось со всеми..."       И если раньше Билл знал, что Джералд движет энтузиазм сохранить станцию, то теперь он понял: эгоистичные цели побеждают благодетель. Слова Марты Хоккинз только подтвердили подобное, и старик уже понимал, почему Блэр не вписывала свое имя в список добровольцев. Возможно, она подозревала, что в самый ответственный момент какая-то часть ее побеспокоится только о себе, забывая о чужих проблемах. Возможно, рыжеволосая знала: если в таком состоянии перед ней станет выбор, то она убежит, спасая собственную шкуру.       Билл часто заглядывал в прозрачные глаза Джералд, закуривая сигарету, и постоянно натыкался на одно и то же: ее мысли все пытались сплестись во что-то определенное, но никак не могли. Блэр была бескомпромиссна и критична, бросалась в крайности. Так она видела лишь жизнь и смерть, потеряв ощущение настоящего и, кажется, дожидаясь момента, когда все будет против нее и когда она не сможет помочь ни кому-то другому, ни самой себе. Временами Блэр пугала Билла.       В отличие от рыжеволосой, сам охотник отчаянно глотал настоящее, не думая о прошлом или будущем. Однако события последних дней заставили задуматься о былом: Билл не думал, что вновь будет раздавать приказы и командовать, что вернется в строй и в Сейлем. Родственники заперли его в доме престарелых, указывая на контузию после многочисленных высадок в Саудовской Аравии или Авганистане, а потому охотник смирился, что в свой обшарпанный домик на пересечении улиц не вернется, скрываясь в заказнике. И вот судьба вновь решила посмеяться.       Что стало с дочкой и ее семьей, сумел ли ее непутевый агрессивный муж спасти хоть сына или вынес собственные мозги, не заботясь более о судьбе супруги и пятилетнего Джека — Билл не знал, что стало с теми, кто отказался от него, но и не был уверен, что готов простить самого себя за то, что не был рядом.       Иногда Билл радовался шансу в этом уродливом мире, где получил право жить так, как хочется, и подобные мысли пугали его так же, как пугала прямолинейность Блэр Джералд. Иногда Билл боялся самого себя.

***

      Джералд шаталась по станции без дела. Подобное случалось крайне редко, потому что забот всегда хватало: забор, защита или та же уборка. Однако всё, как и ожидалось, было связано с подготовкой к вылазке на дальний рубеж — из-за составления планов на все случаи жизни, остальная работа чуть застопорилась: Роб больше не командовал рабочими, Лили и Майк не тренировали желающих, а мисс Дэвис или та же Роуз позабыли о сплетнях и хобби, переживая за тех, кто внес свое имя, кажется, в проклятый список. На этом фоне Блэр Джералд действительно казалась бездельником: ни о чем не беспокоилась, ничем не занималась. Она просто вышагивала по территории бетонного лагеря, порой приседая над камнями причудливой формы, порой вглядываясь в шаткие силуэты мертвецов за забором. Впрочем, совсем скоро занятие для рыжеволосой нашлось: Самир почти радостно закричал, наткнувшись на девушку у огромной арки. Кажется, индус уже долго искал ее.       —Блэр, ты не могла бы оказать мне небольшую услугу?! — затараторил неожиданно парень, отчаянно тряся подругу за плечи. — Сейчас нет особых дел, все ведь обсуждают поездку в Сейлем, и вот я решил, что было бы неплохо потратить это время с пользой.       Джералд только непонятливо хлопала ресницами, пытаясь понять, чему стоит уделить больше внимания: быстрому говору Самира, его энтузиазму и неуверенности или, в конце концов, ладоням, что сжимают плечи до неприятной боли.       —...Понимаешь, все здесь чем-то помогают. Роб и остальные возводят забор, работают на благо жителей станции, Билл вот организует вылазку, надеясь найти припасы, а я... Я чувствуя себя бесполезным, — шумно и смиренно выдыхая, вдруг признался индус. И в последнем его жесте было столько апатии, что она бы не уместилась и в кинозал станции. Блэр понимала это чувство — раньше она частенько ощущала себя никчемной. — Я решил, что если уж у меня не выходит обороняться или охотиться, то я могу достать рыбы в местном озере — в последнее время ведь о рыбалке все забыли...       —А я чем могу помочь? — все же выскользнув из хватки парня, непонятливо отозвалась рыжеволосая, замечая наконец в руках Самира и ведра, и удочку с приманкой в виде червей. — Не думаю, что когда-нибудь любила рыбачить.       —Чтобы поймать рыбу, нужны сосредоточенность и внимание, а меня... Ну, знаешь, хрипы и рыки отвлекают. Да и ты ведь прекрасно знаешь, что мертвецов я убивать не могу. Не получается, — словно провинившийся котенок, парень смотрел себе под ноги, не смея поднять глаз. Ему наверняка было постыдно за такие свои слабости, и Джералд могла обнадежить (на станции хватает тех, кто даже не пытается что-нибудь делать), но девушка промолчала. — Мне бы было спокойнее, если бы я знал, что в случае чего ты поможешь.       —Собирайся, — махнула рукой Джералд, обходя индуса. — Я найду кого-нибудь, чтобы закрыл за нами ворота.       Самир почти засиял, однако рыки за фанерными листами отрезвили, давая понять: впервые парню придется рыбачить в окружении мертвых тел. Былой задор как-то поугас, напоминая теперь тусклую свечу, чей фитилек отчаянно сопротивляется ветру, а когда ворота показалась перед носом, уверенность и вовсе сошла на нет.       —Привет, Джон, — кивнул мужчине у забора индус, чуть запинаясь от смятения.       —Вы серьезно собрались в такое время наружу? — недоверчиво переспросил смотровой с винтовкой на плече. Он только вогнал огромную шершавую ладонь в свои колкие и непослушные волосы, что топорщились по все стороны, как-то непонятно скривив лицо — будто съел лимон и им же закусил. — От этой чего угодно ждать можно, а ты-то куда лезешь, парень?       —Спасибо за наставления, — скоро отозвалась Джералд, поторапливая Самира, почти пихая индуса в сторону выхода. — Открой ворота и проследи, чтобы твари не вошли внутрь. Большего ведь не просим.       —Не заставляйте меня прикрывать ваши задницы, — предостерегающе бросил Джон, нехотя упираясь плечом в створку металлических ворот. Та, заскрипев, поддалась и отделилась. Через образовавшуюся щель, казалось, даже воздух на территорию станции попадал какой-то иной.       —Мы уж как-нибудь постараемся не напрягать тебя, — хлопнув Самира по плечу, Блэр призывно кивнула головой. — Пойдем.       Ноги парня не гнулись, отчего походка была комичной, однако Джералд даже не обернулась на тормозящего приятеля, оглядывающегося по сторонам. Когда же несколько тварей, завидев движение, поторопились к воротам станции, индус и вовсе застыл на месте с раскрытым ртом. Ручка металлического ведра, которая хоть как-то убеждала парня в реальности происходящего, растворилась, и лязг жестяного каркаса вынудил рыжеволосую вздрогнуть, резко оборачиваясь. Как оказалось, вовремя: один из мертвецов подошел непозволительно близко.       —Ты какого черта стоял на месте? — зашипела девушка, напрягаясь всем телом в попытке вытащить из виска мертвеца нож. Стоило признать, что когда есть приманка, убивать скитальцев становится заметно проще. Но и опаснее. — Я понимаю, что из оружия при тебе ничего нет, но ты хотя бы беги...       —Они ведь живыми были, — заторможено вдруг просипел севшим от испуга голосом парень, вынуждая и Блэр застыть в удивлении. Вещь была настолько понятной и простой, что хотелось смеяться, но девушка лишь понятливо кивнула, удобнее перехватывая нож.       — Были, — кивнула рыжеволосая, ловко изворачиваясь от нерасторопных объятий, подсекая гнильца, — но теперь они другие, и в головах у них ничего, кроме инстинкта. Голод и поиск ненужной пищи — они мертвы, но пытаются истребить и нас. Не зевай.       Хватая парня за рукав, Блэр только подцепила рухнувшее на землю жестяное ведро, таща теперь Самира вдоль забора. Замечая на себе неодобрительный взгляд, девушка только махнула рукой Джону, который уже успел подняться на свою смотровую точку, все же нетерпеливо сжимая в руках винтовку.       Трава у забора была примята топчущимися здесь мертвецами, однако избегать их было куда проще: молча шагай за спинами, и они даже не заметят, увлеченные звуками жизни Ла-Салльской станции. Местами под ноги попадали ошметки кожи или вовсе оторванные конечности, а временами можно было наткнуться и на половину скитальца, малоподвижного и почти не рычащего. При виде щелкающей головы, что зубами впивалась в землю, Самира вывернуло на траву. Джералд настороженно огляделась по сторонам, желая убедиться: не привлекла ли эта слабость лишнего внимания. Джон, заметивший остановку, напрягся, прикладываясь к прицелу винтовки.       —Хочешь вернуться? — предложила Блэр, осознавая, что Самир чуть переоценил свои силы.       — Нет, — дрожащими руками смахивая со лба капли проступившего пота, отмахнулся индус. Он только через силу выпрямился, стараясь не глядеть на ошметки тел. — Я уверен, многие видели куда более пугающие вещи. Я должен преодолеть свои страхи и неприязни, потому что... Мне надоело быть таким.       — Тогда пойдем, — соглашаясь помочь без лишних слов, прошептала Блэр, замечая, что их остановка начинает тревожить мертвецов. Джон, решив подыграть, запрыгал на своей точке, выкрикивая нелестные оскорбления в сторону гнилых трупов и попутно безумных рыбаков.       Некоторые из мертвецов все же были слишком настойчивыми и навязчивыми — Джералд приходилось возиться с ними, иногда прибегая к помощи Самира в роли приманки. Парень почти вскрикнул, зажимая собственный рот, когда податливый череп мертвеца хрустнул под ногой рыжеволосой — казалось, в глазах индуса Джералд теперь была всемогущей. Парень по-прежнему отчаянно прижимал к своей груди ведро и удочку, словно веря, что этот щит лучше любого оружия или бегства.       —Ты ничего не чувствуешь, когда убиваешь их?— вновь заводя старую шарманку, отозвался смуглый парень, нагоняя Блэр. Девушка смерила его многозначным взглядом, однако и подобное красноречие не помогло: Самир не отставал. — Должно же быть хоть что-то?! Они ведь были такими же!..       —Еще слово об этом, и мы вернемся на станцию без рыбы, — предупредила Джералд, останавливаясь на мгновение. Получив в ответ боязливый резкий кивок, девушка вновь зашагала вперед, в очередной раз пачкая лезвие охотничьего ножа в густой темной крови. Несколько капель попало на лицо, и рыжеволосая чуть небрежно смахнула их со щеки. Лицо же Самира вытянулось в брезгливой эмоции.       —И всё же, — забубнил себе под нос парень, словно не понимая, что молчание — залог успеха, — должна же быть хоть капля сострадания.       —Я чувствую только ненависть, — сдалась неожиданно Блэр, щуря глаза от нахлынувшей неприязни к мертвым. — Они убили слишком много людей, пускай и неосознанно. К слову, совсем недавно одна из тварей пыталась отхватить кусок и от тебя. Не думаю, что тебе было бы жаль гнилого в таком случае.       —Я... — хотел было возразить индус, но не нашел что ответить. — Ты права, Блэр, прости.       — Эй, вы что там делаете?! — громкий голос, доносящийся ветром, отвлек от неловкой паузы, и Крис Осборн, кажется, ошарашенно следил за двумя фигурами, скользящими за забором. — Блэр, тебе надоело безумствовать одной и ты решила потащить за собой и этого парня?       " У нас рыбалка!" — собирался крикнуть Самир в ответ, но Джералд вовремя остановила его попытку, зажимая рот ладонью, указывая на мертвецов. Если крики Криса из-за забора были рыбакам на руку, то шум с их стороны был непозволительным безрассудством.       —Игнорируй его, — бросила Блэр на продолжившиеся восклицания Осборна. — Озеро уже близко.       Насосы вдруг зашумели, говоря о том, что пришло время забора воды.

***

      Озеро близ электростанции было чудаковатым и походило на огромную лужу в низине — с холмов приходилось спускаться боком, чтобы не споткнуться и не покатиться кубарем к воде. Самир говорил, что лично ему водоем напоминает огромный след великана, заполнившийся водой после длительного ливня, а Блэр только пожимала плечами, отмечая туман, парящий над темно-зеленой водной гладью. В том месте, где холм был не таким крутым и не походил на обрыв, шумели насосы, подманивающие мертвецов и отпугивающие рыбу. Это была заметной величины каменная стена, вмурованная в грунт, в которой зияли кругляши труб: две втягивали водные массы, две другие "выплевывали". Раньше каменную стену систематически очищали, не позволяя беспристрастному плющу обвивать решетки, не пропускающие крупный мусор, однако с появлением мертвецов делать это стало труднее. К слову, на решетчатых перегородках можно было заметить ошметки расслоившейся гнилой кожи или — заметно реже — дергающийся труп мертвеца, попавшегося в своеобразную ловушку.       У края воды было еще холоднее, а воздух, пропитанный влагой, заставлял часто шмыгать носом. Самир долго ходил по берегу, ища подходящее место, а Джералд только оглядывалась по сторонам и все чаще натыкалась на сгоревшие склады — от этих зданий, покрытых сажей, почти что веяло тоской и жуткостью. Зеленый холм с яркими желтыми цветами, мелькающими то здесь, то там, быстро намочил ботинки, и рыжеволосая как-то угрюмо посмотрела на потемневшие носки обуви — не любила она сырость. Мертвецов же в низине было заметно меньше, чем у забора — даже шум насосов не привлекал скитальцев так, как голоса живых.       Спустя какое-то время смуглый парень, чьи мысли занимало только выгодное место для рыбалки, наконец шлепнулся на землю, раскладывая вокруг себя скудные снасти. С надеждой Самир протянул вторую удочку удивленной Джералд, на что девушка только махнула рукой, упоминая мертвецов, которые явно не относятся к рыбалке с уважением, потому и не стали бы ждать, чтобы напасть со спины.       Блэр уже предвкушала скуку смертную и оказалась права: стоило поплавку улететь куда-то в озеро, как индус превратился в вылитую из свинца статую. Слова, движения, дыхание — казалось, обо всем этом парень забыл, всё это стало ему не нужным. Самир лишь изредка потирал большим пальцем корпус удочки, не отрывая глаз от яркой верхушки приманки, которая забавно дергалась, маня к себе рыбу.       Обитатели водоема долго не поддавались манящим движениям поплавка, однако когда это произошло, даже Джералд отвлеклась от вахты, подбегая к рыбаку и внимательно проследив за тем, как дергающаяся рыбешка забила хвостом о пустое дно жестяного ведра.       —Нужно набрать немного воды, — сиплым от долгого молчания голосом попросил Самир, и Джералд скоро зачерпнула прибрежную воду. Пришлось удерживать рвущуюся на волю рыбу рукой — Блэр только передернула плечами от того, насколько холодным и скользким был улов. — Поставь рядом.       —Это черви? — с нескрываемым отвращением отозвалась рыжеволосая, стоило индусу распахнуть ящик Пандоры, где, извиваясь и завязываясь в узлы, копошились обитатели подземелий. Их вытянутые тельца были перемазаны грязью, и от чавкающего звука губы невольно кривились в неприязни. — Выглядит... не очень.       —Это так, — согласился Самир, отчего-то даже улыбаясь. Казалось, парень был рад тому, что и у Джералд имели свои поводы для беспокойства. — Но для рыб это лакомство. Черви помогут поймать хоть что-то — сегодня совсем не клюет.       Умело и со знанием дела смуглый парень насадил червя на крючок — тот и не думал прекращать свой непонятный танец, — а затем вновь забросил поплавок в озеро. Туман над водой становился всё гуще, а мертвецы, попавшие в водоем отчаянно щелкали зубами, стоя под струями воды, что выталкивались из выводящих труб, связанных с насосами гидроэлектростанции.       —Протыкать безобидных червей ты не боишься, а избавиться от скитальца, который может тебя убить, не можешь? — скептично сложив руки на груди, неожиданно для Самира отозвалась Блэр. На удивленный и озадаченный взгляд парня, который после замялся и неуверенно пожал плечами, рыжеволосая только устало кивнула.       Настроение у приятеля заметно упало от недавнего замечания, и Блэр стало даже неловко. Оглядевшись по сторонам, убедившись, что в ближайшее время ни одна тварь не подойдет со спины, Джералд, тяжело вздохнув, опустилась на землю рядом с индусом.       —Ладно, чего уж там, давай свою удочку, — словно извиняясь, объяснила девушка, получая в ответ только преданный собачий взгляд. Удержать смешка рыжеволосая не сумела, но Самир проигнорировал его. — Кто научил тебя этому?       —Мой дедушка, — счастливо признался парень, а после вместо Джералд забросил вторую удочку в озеро. — Мы часто рыбачили раньше в Иллинойсе и Фокс. Он говорил, что рыбы слышат голоса тех, кто за ними охотится, поэтому на любой звук у нас было табу. Хотя теперь я думаю, что так дедушка ограждался от моей чрезмерной болтливости — когда-то я был таким.       —Забавно, что правила рыбалки твоего старика схожи с правилами выживания в настоящем времени, — заметила Джералд, и разговор вновь зашел в тупик. Возможно, Кловер Эйбрамсон была права на счет умений рыжеволосой вогнать всех в тоску смертную.       Блэр все же не могла усидеть на месте. Конечно, идти к скитальцам самостоятельно она не собиралась (не безумная ведь), однако и сидеть на одном месте было морально тяжело: девушка то опускала руки в воду, тут же ежась от прохлады, то поднималась на ноги, долго глядя на холм. С берега озера невозможно было увидеть чего-то, кроме зеленеющей травы и затянутого тонкими облаками неба. Терпение и усердие Самира вызывали у рыжеволосой уважение и в некоторой степени восторг — из него вышел бы отличный шпион-терпила.       —Как ты оказался на станции? — нарушая важную тишину, отозвалась Блэр, только опасливо оглядываясь на шатающихся поблизости мертвецов.       —Ты никогда не спрашивала, — с уже знакомой полуулыбкой облегчения заметил парень, и рыжеволосая поймала себя на мысли, что это действительно было так. — О твоем-то приходе уже все слышали — на станции ведь не часто появлялись новые люди, а теперь кажется, что ты и вовсе была последней.       Джералд пожала плечами, не зная, что ответить на подобное замечание.       —Моя родня и родители переехали в Штаты, когда меня, наверное, еще и в планах не было. Жить в этой стране оказалось куда сложнее, чем гласила Американская мечта, но и возвращаться обратно было, кажется, стыдно. Стыдно, пожалуй, перед самим собой. К тому моменту, как я родился, отношение к эмигрантам изменилось, и наш дом часто закидывали протухшими яйцами. Мы переезжали из одной съемной квартиры в другую, хозяева прогоняли нас, не соглашаясь сдать крохотную комнатку в аренду хотя бы на дождливые сутки. Однажды матери подвернулось хорошее предложение в соседнем городе, и они с отцом, оставив меня у дедушки, уехали на поиски новой жизни. Назад они не вернулись — может, случилось что-то плохое, а может... Я просто оказался обузой, не знаю.       —Ну, тогда в апокалипсисе есть плюсы: никого уже не заботит цвет кожи или родной язык.       —Не знаю, лучше бы люди продолжали воевать из-за такой ерунды, чем погибали бы от тех, кого когда-то любили, — помотал головой Самир, и Джералд не нашлась что ответить, потому как парень был прав. Такой судьбы никому не хотелось бы.       Индус рассказывал о том, что никогда не был на родине своих предков, никогда не встречал родни, кроме деда, разбросанной по всем штатам Америки. Он шептал, отвлекаясь от поплавка, о своей собаке, рывшей землю в поисках червей (этому ее научил дедушка), и о блюде под названием Сабджи, рецепт которого был привезен из той же Индии.       —Мне страшно думать о том, что сейчас стало с моим дедушкой, Блэр. Если честно, то я стараюсь не размышлять об этом, из-за подобного же чувствую жуткую вину: нельзя забывать тех, кто дорог тебе. Мне страшно от мысли, что единственный человек, что заботился обо мне, пропал так же, как мои родители. Не могу избавиться от кошмаров, в которых мой дедушка появляется в облике монстра...       —У каждого свои кошмары, — невольно вспоминая картины, что навещают чаще, чем хотелось бы, согласилась Блэр, и Самир послушно кивнул, прекрасно понимая подобное: наверное, человек со сном младенца удивил бы не на шутку. — Мне тоже часто видится всякое. Я стараюсь думать, что это из-за плотного ужина.       —Плотных ужинов уже давно не бывало, — безрадостно заметил парень, и Блэр, словно пытаясь сбежать, оглянулась за спину, после устало поднимаясь с земли. — Ты куда?       —Следи за удочками, а я разберусь с тем приятелем, — кивнув в сторону мертвеца, что, шатаясь и порой валясь на землю, шагал со стороны насосов. — Думаю, скоро придется заканчивать.       Подниматься вверх по склону было куда более проблематично — по мокрой траве подошва скользила как по льду. Ловко отводя внимание скитальцев от Самира, Джералд уводила их в сторону. Один из мертвецов был заметно быстрее своего сородича, а потому Блэр ударила монстра в колено, что тут же прогнулось в обратную сторону, а затем, надавив на податливые плечи, и вовсе отправила гнильца на землю. Ума восставшим мертвецам со временем не прибавлялось, а потому тот бродяга, что отставал совсем недавно, споткнулся о ребра сородича, тут же наваливаясь на него сверху. Кряхтя и хрипя, отдаленно напоминая червей в банке, мертвецы пытались ползти в сторону рыжеволосая, что ловко выхватила из чехла охотничий нож. С характерным хлюпающим звуком лезвие утонуло в гнилой голове, заставляя только темные струйки остывшей крови скатится меж редких волос и по лбу.       —Ох, черт!..— воскликнула Джералд, когда тварь, на которую навалилось окончательно мертвое тело, ухватилось за щиколотку, попутно шкрябая пальцами по штанине. Мертвец словно пытался отомстить за убитого друга, но Блэр было больше причин для мести. От противного щелканья зуб мутило, и девушка с каким-то непонятным рвением вогнала уже запачканный кровью нож в висок скитальца по самую рукоятку.       Тяжело дыша от резвых действий после долгой отсидки на берегу, Блэр выдернула ногу из ледяных объятий руки мертвеца, тут же отпихивая вялую конечность в сторону. Вытерев лезвие оружия о лохмотья гнильца, Джералд смахнула с лица выбившиеся пряди волос, тут же озадаченно шмыгая носом. Стоило приложить пальцы, чтобы заметить алую струйку, текущую из носа. Какое-то время девушка еще смотрела на запачканную руку, а затем, вытерев пальцы о бардовую толстовку, Блэр поплелась обратно к Самиру, иногда опасливо оборачивающемуся на холм.       —Угораздило же... — сетовала Джералд, запрокидывая голову и продолжая шмыгать носом. Приходилось лицезреть серое небо, иногда оступаясь и поскальзываясь на росе. Блэр только ворчала что-то в свой адрес, когда истошный крик, резко оборвавшийся, заставил забыть о любом кровотечении. — Самир!       Стоило девушке бросить взгляд на ведро, где плескалась рыба, и не найти рыбака на своем законном раскладном стуле, она почти сорвалась с места. Спокойная прежде водная гладь теперь расходилась кругами и оказалась испещрена пузырями, среди которых изредка мелькало туловища Самира, выныривающего на жалкие секунды и вновь пропадающего под толщей воды.       Убивая мертвецов, Блэр ощущала отголоски страха, видя кровь на собственных руках, девушка поддавалась панике, однако сейчас, понимая, что Самир может не вернуться с этой рыбалке, Джералд вспомнила: настоящий ужас холодит кровь. Расстояние до озера казалось невероятно огромным, и Джералд, споткнувшись, почти кувырком скатилась к берегу. Широкими шагами она добралась до края воды, а после, не задумываясь, бросилась в озеро.       —Дергай ногами! — кричала Джералд. — Не дай ему укусить себя!       Блэр не могла узнать собственного голоса, сорвавшегося на крик. Девушка боялась не того, что парня укусят, а то, что его укусят именно после исповеди о дедушке и собственном прошлом.       Водяные пласты замедляли движение, однако Джералд упорно размахивала их в стороны, расчищая себе дорогу. Дно озера было неровным, и уже через несколько шагов мелководье превратилось в глубокую яму, куда Самира и успела затащить подводная тварь. Вцепившись за шиворот куртки, не замечая того, с каким отчаянным криком пытается помочь другу, Джералд резко дернула парня вверх, тут же слыша жадные испуганные и судорожные вдохи. Раскрасневшиеся глаза ошарашенно смотрели вокруг, а сам Самир, как собака с камнем на шее, барахтался в воде, отплевываясь от нее же. Не разжимая побелевших то ли от холода, то ли от силы сжатия пальцев, Блэр все тащила парня в сторону берега. Индус только кричал, всё громче и истошнее, словно не понимая, что большая часть его туловища двигается по направлению к суше, а не уходит под воду.       Вода сковывала движения, а холодный ветер, поднявшийся совсем недавно, охотно помогал в подобном. Однако мертвецам, выскочившим из воды, кажется, температуры были не по чем. Твари сделали своей целью раздраженную и одновременно напуганную Джералд, однако наткнулись лишь на острое лезвие — кровавые разводы тут же разошлись по водной глади, после растворяясь.Удочка, выпущенная из рук, плавала где-то в стороне, но не до нее, не до недовольства Билла не было дела — дрожа и вжимая голову в плечи, Самир застыл на берегу, прежде отползший от воды.       —Тебя укусили?! — неосознанно кричала Блэр, дергая парня за плечи. Ей было плевать и на то, что крики давно привлекли мертвецов, и на то, что черви расползлись во все стороны. Девушка только тяжело дышала, не понимая, что каждый вдох дается с большим трудом, а затем и вовсе схватила Самира за грудки, смотря прямо в глаза и крича в самое лицо. — Он, блядь, укусил тебя?!       —Я-я... Я...— заикался индус, растерянно глядя то за спину Блэр, то в ее лицо. Он не мог толком ответить на поставленный вопрос, но продолжал дрожать.       Звонкая пощечина, однако, привела в чувства. Подобный жест успокоил не только индуса, но и сама Джералд вдруг спокойно выдохнула, прикрывая глаза и разжимая руки.       —Я в порядке, — тихо отозвался парень, опуская виноватый взгляд. — Прости, всё из-за моей...       —Не смей, — остановила Джералд, поднимаясь с земли, и ощущая теперь весь вред холода. — Ты живой, и это — главное, — подавая индусу руку, заставляя его встать на ноги, объяснила Джералд. Она только хлопнула друга по плечу, смотря на проклятую рыбу, плескающуюся в ведре. — Давай, нужно вернуться, иначе простудимся.       Мертвецы упорно шагали на эхо крика, а Джон уже давно дежурил у ворот, нервно дергаясь и порываясь выйти за забор, навстречу чертовым рыбакам-самоубийцам. Он шагал из стороны в сторону, гадая, что произошло в низине, а Блэр, скрывая дрожь, вызванную промокшей до нитки одеждой, размашистыми движениями расталкивала гнильцов, веля Самиру просто бежать и не останавливаться. Сама Джералд однако задержалась у самых труб, что затягивали и выхаркивали воду, приводя их к насосам станции, однако зрелище это девушку не порадовало: разбухшие тела невероятно вялых и, кажется, уставших, мертвецов откровенно забили решетку. Стало понятно, что теперь нужно чистить не только стену от плюща, но и вводные трубы от остатком скитальцев. Бронсон Ферт да и остальные члены Собрания определенно не обрадуются очередному поводу выйти за ворота...       —Билл рассердится из-за удочки, — вспомнил у самого забора Самир, вынуждая Блэр только сурово свести брови на переносице, говоря тем самым, что смуглому парню стоит пересмотреть свои приоритеты. — Спасибо, что пошла со мной, — только бросил вслед проигнорировавшей язвительное замечание Джона рыжеволосой индус, получая в ответ жестокую правду.       —Если не станешь сильнее, можешь умереть.       Дежурный пытался окликнуть или же облаять Джералд за подобные слова, однако после, глянув на смуглого парня, прижимающего к груди ведро со скудным уловом, тяжело вздохнул. Ему пришлось признать:       —Пусть она и грубая, временами странная, но куда больше моего знает о выживании за забором. Черт, никогда не думал, что признаю лидерство какой-то девчонки! — выругался Джон, только плюнув в сторону. Перевесив винтовку на правое плечо, мужчина поплелся к лестнице, собираясь вернуться на свою точку обзора. — Эй, отдай рыбу Лили, она, кажется, дежурит сегодня на кухне!       Спонтанно Самир кивнул, плетясь в сторону входа в командный центр, однако слова Джералд так и не вытеснились из головы работой.

***

      Джейн Макдафф действительно была права, выказывая сочувствие в сторону Барри, который не прекращал улепетывать за Лили даже после откровенных сцен на публике. Иногда Майк Уолш оставлял влажный след на щеке веснушчатой женщины, заливающейся краской, иногда аккуратно и все же неуверенно обнимал, после смущенно почесывая голову. Романом отношения Лили и Уолша пока нельзя было назвать, однако каждый из них чувствовал невероятный спектр эмоций по отношению друг к другу и не замечал маячащего на горизонта заботливого Барри. Последний никак не мог понять, почему все смотрят на него этим снисходительным взглядом от которого тошнит, хотя, может быть, мужчина даже не замечал этих взглядов — все вокруг для него исчезало, стоило Лили выйти из-за угла. За сегодняшний день Барри разбил несколько тарелок и чашек, дежуря на кухне вместе с объектом, пробуждающем в нем кучу чувств. Сама Лили же, подобно влюбленной дурочке, тоже не замечала никого, кроме Майка.       —Блэр, умоляю, домой посуду за меня! — почти ползала на коленях женщина, чуть ли не завывая и не цепляясь за руки рыжеволосой. — Майк позвал меня сегодня встретиться. Ты ведь знаешь, на станции и так не хватает свободного времени, сжалься!       — У тебя и нет этого свободного времени, — жестко заметила Джералд. Не то чтобы она не хотел развития отношений Уолша и девчонки с ранчо, однако ее напрягало игнорирование Лили чувств и внимания Барри, который прямо сейчас, раскрыв рот, слушал бредни про Майка. Конечно, выбор могла делать только женщина, но ей наверняка не стоило обсуждать встречу с возлюбленным в присутствии того, кто был готов положить голову под топор палача ради нее.       —Блэр, не будь такой черствой! — не унималась Лили, следую за рыжеволосой по пятам. Сейчас она вела себя хуже ребенка, клянчившего игрушку, к тому же игнорирующего свои обязанности. — Неужели ты никогда не влюблялась?!       —О, начнешь развивать эту тему — проиграешь, — предупредила Блэр, давая понять, что любовная тема вызывает не самые простые воспоминания. — Ты слишком надоедлива.       — Так, если не отпустишь меня, я сама уйду, — бойко отозвалась Лили, стягивая с шеи фартук. Однако наткнувшись на явно неодобрительный взгляд Джералд, вновь сдалась: — Ну пожалуйста, умоляю...       —Давай-ка отойдем, — замечая притаившегося в уголке Барри, словно осознавшего существование любовного треугольника,прошептала рыжеволосая, выводя Лили с кухни. На удивленный взгляд женщины, Джералд лишь устало вздохнула. — Я понимаю, что любовь вскружила тебе голову...       —Тише-тише! — зашипела Лили, тут же оглядываясь по сторонам, боясь, что кто-то их услышит. — Не говори об этом так громко, о наших с Майком отношениях пока никому не стоит знать.       —То есть Барри не в счет? — складывая руки на груди, изогнула брось Блэр. — Не хочу показаться защитником всех, кому разбивали сердце, но минуту назад ты сделал именно это.       —Что, прости? — изумленно отозвалась Лили. — Кому я разбила сердце, Барри, что ли? Он ведь просто... — неожиданно женщина осеклась, будто осознавая, что привязанность мужчины не являлась простой формой проявления заботы. — Боже, как я могла...       —Что же, думаю, теперь можешь идти на свое свидание, но знаешь, тебе стоило бы объясниться с Барри и дать ему понять, что шансов у него нет, — махнув рукой, Джералд скрылась за дверью столовой, оставляя Лили в угрюмом одиночестве. Теперь женщине совсем не хотелось куда-то идти и улыбаться, однако... Кого она обманывала? Стоило вспомнить лицо Уолша, и мысли о разбитом сердечке милого и забавного Барри рассыпались пылью.       За ужином не произошло ничего занятного или стоящего, и Блэр убедилась: скучнее дежурства в столовой не может быть ничего. Правда, под самый конец чуть было не завязалась очередная перепалка с Мэтом, который выплюнул в сторону рыжеволосой нелестное высказывание, но мистер Аллен, с самого начала трапезы следившей за враждовавшей парочкой, предупредил эту ссору, разгоняя молодежь по разным углам.       Единственным действительно стоящим событием стало появление Джералд в зале собраний, когда обсуждение дальнего рубежа подходило к концу. Странно было признавать, но для многих приход Блэр стал даже долгожданным — неосознанно кто-то заключил пари. Девушка просто заявилась, с порога говоря о том, что готова подписаться на эту авантюру. Не обошлось, конечно, без замечаний Роба, что сетовал на Билла в роли попугая, вынужденного повторять для "королевы" одно и то же, однако подобные слова рыжеволосая проигнорировала.       —Почему вдруг ты решила поехать? — следуя за Джералд, отозвался Крис Осборн, и парня удивил тот факт, что на этот раз девушка открыто рассказала о причине.       —Знаешь, сегодня произошло то, что заставило меня передумать, на той рыбалке. Я, кажется, просто осознала, что не хочу хранить истории тех людей, которые погибнут. Я ведь могу помочь им прожить чуть больше.       —Только не перестарайся, — задела Блэр плечом Марта Хоккинз, явно недовольная появлением последней. — Благими намерениями вымощена дорога в ад.       —О, не беспокойся — точно не тебе примерять маску благодетеля, — парировала Джералд, и черноволосая только фыркнула, скрываясь на лестнице.       —Я рад, что ты будешь рядом, — признался Крис, уже собираясь вернуться в общую комнату. — Верь или нет, но тебе смой зад я бы доверил.       —Спокойной ночи, — первой бросила Блэр, оставляя Осборна в коридоре.