Моё я - ненавидит меня

      Светло-оранжевые стены, шум поварих на кухне и гул в столовой. Возле окна в дальнем углу, сидело двое парней в белых халатах, как в старые времена, во время университета. Они каждую перемену любили вот так посидеть, поговорить по душам, пожаловаться на учёбу, и на то, что времени не хватает ни на что. И этого времени до сих пор не хватает. — Говорят, что ты поцапался со своим пациентом, — проговорил Мидорима, отпив из чашки кофе. Но голубоволосый отвечать не спешил, отводя взгляд в окно. — Я пойду, — вставая со своего места, направляясь на улицу, тихо сказал Куроко. — Куроко-чи — раздался довольно знакомый голос, который Тецуя решил проигнорировать. Это был Кисе Рёта, который является отличным стоматологом, работающим в одном крыле, что и Шинтаро. Светлые, довольно отросшие волосы, глаза цвета теплой медовой карамели, что каждый раз блестели, при виде Куроко, с которым были довольно в хороших отношениях, к которому голобуволосый регулярно раньше ходил на прием. Из-за сигарет улыбка уже не была столь белоснежной, как раньше. Но в последнее время это его уже не волновало. Куроко был заядлым курильщиком, поэтому если раньше ему хватало одной пачки, то теперь он покупает две. Если раньше были легкие сигареты, без особой крепости, то теперь самые крепкие. А бледные руки, на которых просвечивали синие вены, между указательным и средним пальцем появилась желтизна, так называемые пальцы курильщика. Это давало понять, что срок его жизни достаточно сократился. Все та же пустая аллея и та же скамейка, где вдалеке открывался вид на разноцветные кроны деревьев, что так красиво переливались под ленивыми, осенними лучами, которые прорывались сквозь облачное небо. Он мог смотреть на это часами, если бы не обеденный перерыв, который скоро закончится, после которого нужно делать обход по палатам. Но больше всего не хотелось в двести первую, к этому самодовольному аристократу. Куроко был неконфликтный, поэтому после того инцидента в аллее, решил сразу пойти на встречу. В конце-концов он его пациент, которому он должен помочь. Поэтому вступать в конфликт не лучшая идея, но и появляться на следующий день не очень хотелось. Пока Куроко отсутствовал, за Акаши-куном присматривала медсестра Момои-сан, которая каждый день спрашивала, когда это кончится. POV Акаши Раньше каждую ночь, я слышал навязчивый голос, что не давал мне спать в последнее время. Но руки, которые поглаживали меня по голове каждую ночь стали моим спасением. Хотя бы ночью, но голос пропадал, оставляя меня одного, наедине с самим с собой. Но чьи же они? Или это очередной плод моего воображения? Из мыслей меня вытащил стук в дверь и слабый, еле ощутимый запах табака. Это был он, который не заходил уже три дня. Честно говоря, я уже потерял счет времени, ведь дни, проведенные здесь, ничем не отличались. Но медсестра, с розовыми волосами добивала и раздражала. Она была еще хуже, чем этот парень с каменным выражением лица. — Надеюсь, что хотя бы сегодня ты поговоришь со мной, — но говорить с ним я не собирался, упорно игнорируя его. Но один вопрос меня все же интересовал. — Что за лекарства вы мне даете? — присаживаясь рядом, голубоволосый упорно смотрел мне в глаза. Но прикасаться, как в тот раз не собирался. — Я заметил, что ты плохо спишь по ночам, так же я заметил еще при первой встрече, что ты очень нервный и раздражительный. Поэтому ничего серьезного нет, да и как я могу тебе что-то давать, если ты молчишь, как рыба? Кстати, у тебя с рождения такие красивые глаза? — безразлично говорил Куроко, не отрывая взгляда ни на секунду. — Раздражительный? — ухмыляясь, спросил я, взаимно не отводя взгляд от голубых глаз. В которых, казалось, что-то изменилось, только что? В ответ я получил лишь положительный кивок. — Вот как, — притянув за халат Куроко к себе так, что наши лица были буквально в сантиметре друг от друга, что можно было разглядеть как голубые вены просвечивают на его бледном лице. Пухлые, сухие губы, изящная, длинная шея, которую… — Ну и долго ты разглядывать меня собрался? — но больше я его уже не держал, а сердце почему-то стало биться чаще. — Раз говорить ты не настроен, я зайду вечером, — хлопок двери и только легкий запах табака напоминал о том, что он был здесь. «Что же я творю?» спрашивал сам себя Сейджуро. Конец POV Акаши Каждое общение с Акаши-куном не проходило без волнения у Куроко. Хоть аловолосый и был с противным характером, но его глаза, по мнению Тецуи, были и вправду красивыми. Хотелось всегда в них смотреть, но не слушать, что говорит этот аристократ. Но и начинать лечение уже нужно, пока болезнь не начала прогрессировать. Только вот, что Куроко не понимал. Никаких странностей он не видел, не было ощущения, что он иногда говорит с другим человеком. Поэтому вопрос о раздвоении личности попадает под вопрос. Вечером, зайдя в палату, он сразу же прекратит эти игры.