Миссия "Черная Звезда"

- Очнись человек! Мертвые и то меньше дрыхнут! – наждачный голос резанул слух, убаюканный раскатом волн. Лайма вздохнула и тут же захлебнулась ледяной соленой водой. Пирос осторожно опустил морду на волны, отдавая покоящееся на ней тело ведьмы в их власть. Сам он плавно нырнул, мощным гребком сложенных крыльев окатив Лайму ледяными брызгами. Ошарашенная таким пробуждением Лайма в панике замолотила по воде, остервенело поворачивая голову, то и дело погружающуюся в мутные волны. Где она? Что случилось? Да что вообще происходит? Она открыла рот, о чем тут же пожалела – соленая вода теперь была везде, и холод нещадно сдавил мышцы. Еще несколько секунд и она пойдет ко дну! Откуда то снизу послышался нарастающий гул. В нескольких метрах от тонущей Лаймы вынырнула голова, обладатель который вполне мог претендовать на лохнесское имя Несси. Монстр улыбнулся, раскрыв пасть и в тот же момент мощные челюсти дракона сомкнулись на его шее, с хрустом ее переломив. Удовлетворенно заурчав, балансирующий на волнах дракон впился в добычу, поглощая ее огромными кусками. Черные морские воды окрасились кровью рептилии. В отчаянии работая конечностями, Лайма едва зацепилась за драконий хвост, и пока ящер соизволил отобедать, то скользя и царапаясь о гребенчатые наросты кое как заползла ему на спину, дрожа от холода как осиновый лист. Дракон лениво дрейфовал на воде, раскинув мощные крылья в качестве воздушной подушки, цветом своей шкуры едва ли не сливаясь с черными водами безбреждного моря. Над ним распластался купол неба, затянутый кучевыми серыми тучами, сквозь которые проглядывали грязно оранжевые всполохи света. Лайма прищурилась. Ее окружили неясные шорохи, звон в голове, тяжелой, словно чугунная сковородка. В один мир, когда она коснулась ледяного пламени все это переросло в целый оркестр расстроенных инструментов. Проклятье … Какое то время она смотрела невидящим взглядом в небо. Цеплять его было не за что, поэтому ожидание несколько затянулось. Ее лица коснулся шершавый длинный язык. Она вскрикнула, в который раз, чуть не сверзившись с теплой драконьей спины. Тут подсобил порванный свитер, зацепившийся за гребень. Хоть и с трудом ведьма сфокусировалась на перемазанной кровью участливой морде дракона, отмахнувшись от трепещущего у ее лица языка. - Десерт из меня жесткий и ядовитый. – Насупившись сказала она озираясь вокруг. До фазы «праздное любопыство» было как до луны, а для «практического исследования» она не пришла в себя, отмечая лишь что с таким успехом плавать в этом океане черной воды можно, но недолго и наверняка бесполезно. Она вгляделась в полыхающие янтарем драконьи глаза, и прочистив горло хриплым кашлем перешла на гортанный язык: - Где мы? Кроме нас тут никого нет? Ребята? Рыба? Живность? – да вопросов много, но они нужны чтобы заполнить ими внезапно нахлынувшую тишину и гадкий расползающийся страх. Ритуал полетел к чертям. Она это осознала еще там … В том месте которое еще помнила. Но как после пепельной поляны она оказалась в черных ледяных водах – это воспоминание было пропущено. Судя по всему дракон был в сознании дольше нее. Услышав вопрос Пирос мотнул головой, презрительно отталкивая от себя остатки растерзанной туши плезиозавра, и оторвав от воды крылья пару раз мощно ими взмахнул, едва оттолкнувшись от воды и взмывая в облачное оранжевое небо. - Пока ты спала, я видел летающую землю. Она мелькнула на мгновение, но затерялась в облаках. «Вот черт!» - это было жутко. Она судорожно вздохнула, что есть силы вжавшись в теплую драконью чешую. Быть сбитой потоком ледяного воздуха в океан, где водятся всякие плотоядные твари, больше аквариумных рыбок, ей не улыбалось. Полет все длился, а она пыталась унять дрожь и справиться с собственным страхом. Страхом неизвестности.

***

Не то, чтобы она отличалась любопытством, или излишней трусливостью. Но когда твои родители в качестве дополнительного заработка избирают стезю охотников на нежить, сказки на ночь становятся скорее практическим руководством к действиям. Нормальная семья? Что это вообще такое и с чем оно подается? Остается только любящая из принципа бабушка, да деревенские дети ни шиша не представляющие себе что такое засыпать по утрам, радуясь, что очередной ночью никакой мстительный волкодлак не вышиб дверь и не пообедал твоими внутренностями. Маминой коллекции арбалетов мог позавидовать любой антикварщик, а папа имел хобби – притаскивать в дом всякую дрянь и исследовать ее, пока она окончательно не сдохнет и не обратиться комом отвратительной слизи. Собственно, так Лайма в их жизни и появилась – из чистого любопытства – какая гадость может вылупиться из найденного в подвалах чернокнижника лимонного цвета яйца. А вылупился вполне себе здоровый ребенок, не представляющий, что в качестве родителей ему достанутся двое ненормальных любителей приключений. Да, к ней относились как к чему-то особенному, чуду, которое может в любой момент обернуться чешуйчатым монстром. Исследования показали, что она скорее дракон, чем человек, а может и то и другое одновременно. Химера, живущая на коротком поводке и у людей, играющих в семью. Любили ли ее? Заботились ли о ней? Конечно же да. Ни в какую гадость за свои недолгие года она не превращалась и вела вполне себе приличную жизнь послушной дочери и любящей внучки. Но спать по ночам все же ей хотелось больше, так что в один день она демонстративно стянула с себя килограммы защитных амулетов, сгребла соль и кресты в долгий ящик и сдала экзамены в небольшое учебное заведение, где имелась кафедра магических наук. Затем несколько практикумов по проклятьям, пара другая запрещенных брошюрок темной магии, полевая практика. До диплома квалифицированной ведьмы оставались какие-то жалкие четыре года. Перед практикой она получила тревожное письмо о пропаже родителей, и навестила бабушку, чтобы скорее ее успокоить. Да, от них уже пару месяцев не слышно вестей. Но стоит ли переживать, когда они могут месяцами выслеживать особо строптивую добычу? А может быть они так же, провалились с печатью и шастают неизвестно по каким мирам? В таком случае стоило поскорее попасть в драконье гнездовье и узнать там интересующие ее ответы о быте крылатых ящеров. Может быть чего путного бы и вышло в ее жизни. Хотя бы определилась бы с местом …

***

Ясно думать, когда паника веселым маршем гуляет по утробе весьма неудобно. Особенно когда все силы уходят на то, чтобы удержаться на спине скользящего в потоках ветра дракона. Она успокаивалась очень медленно, принимая к сведению, что наконец сбылась ее давняя мечта: ощутить каково это вот так вот летать, видя мир, точнее плюя на него в широты размаха драконьих крыльев. Только при этом ей представлялись зеленые луга и фермы, с маленькими дачными домиками, меж которых суетятся охваченные паникой люди, а соседские дети что-то восторженно кричат, отслеживая ее полет. Маленькие радости для маленького существа, не понимающего кто она есть – простодушный дракон или темная ведьма с характером сонной упырицы. Едва согревшись, она вздрогнула, едва отпустив гребень заелозила по телу руками, ища ремешок сумки. Удивительно, но мокрая и тяжелая сумка, с ворохом отсыревшей одежды и парочкой заговоренных амулетов на дне по прежнему оттягивала плечо. Что это было? Удача? Случай? Неожиданное стечение обстоятельств? Осознав это, Лайма успокоилась, и приноровившись к воздушной прогулке вдоль бескрайней воды, аккуратно извлекла из кармашка круглый амулет, чем то напоминающий компас. А возможно он им когда то и был, то того как попал в руки к темной. - Увы, разгонять тучи я не умею. – ответила Лайма на повисший в воздухе драконий вопрос. Интересно, сколько Пиросу лет? Судя по ряду абсолютно бездумных действий, совсем еще дите, не разменявшее и полсотни лет и пары линек. То что он ее не сожрал, и даже принял на веру ее способности польстило, и как то не хотелось разочаровывать такой удобный транспорт. Но все же сейчас лучше постараться быть честной. Ему еще ее в гнездовье тащить придется! - Слушай, а как долго ты можешь удержаться на воде и в воздухе? Есть у меня подозрения, что ночь нам придется переждать в этом невеселом месте. Не знаю, получится ли у меня путь осветить даже банальным заклинанием… Печать высосала почти все силы. Они восстановятся, но не так скоро, как мне того хотелось бы… Дракон молчал дольше чем ей хотелось бы, однако снизошел до ответа: - Мне бы не хотелось барахтаться в воде, когда тьма опустится на этот мир. – Пирос нетерпеливо махнул хвостом, время от времени просто паря в воздухе. – Тот, кем я перекусил бы еще детеныш. Нужно скорее найти эту землю. Уверен, вы надоедливые маги найдете способ. Всегда находите! Лайма непроизвольно икнула, представив себе мамашу того чудища, что было готово сожрать ее саму. -Меня тоже не вдохновляет эта перспектива. – Осторожно признала она, вертя в руках свой амулет. В голову пришли только два способа поиска скрытого. Первый заключался в заклинании магического зрения, обычно помогающего видеть сквозь предметы, ну и вообще на дальние расстояния. К тому же в небольшой вероятностью оно могло помочь с видимостью в облаках. Вторым на ум приходило заклинание магического поиска. Главное знать, что конкретно нужно найти. Оно хорошо работало, скажем в небольшом помещении, но относительно огромного мира, чьи правила ей неизвестны, могло и подкачать. В теории их можно было бы использовать парой, но на практике у нее хватало сил на что-нибудь одно: - Ладно, ладно. Пусть будет, что будет: «Духа око и эфир, оберни изнанкой мир». На какое-то мгновение Лайма подумала, что ослепла и дракон все же сбросил ее в море: вокруг нее сгустились тени, и протекая облаками, уволакивали ее в свою бездну. Однако, где то на севере тени сгущались в нечто более плотное, острое, массивное, то, что по законам банальной гравитации ну никак не могла там находится. Впавшая было в панику, Лайма неожиданно рассмеялась. Почувствовав ее настрой Дракон в несколько мощных взмахов набрал высоту и взял верный курс, прорезая телом вновь ставшие серо-рыжими облака. Лайма часто заморгала, не ожидавшая столь короткого действия от по сути простого заклятия. Амулет-накопитель в ее руке слегка дымился, израсходовав магию до капли и теперь пребывал лишь бесполезной безделушкой. Темная крепко сжала его в ладони и все оставшееся время напряженно выжидала, гадая не сбились ли они с курса. В какой то момент в бесконечном облачном море, возвысилась вершина арки, издалека показавшейся гребнем какого-нибудь небесного чудовища. Пирос завис, хлопая крыльями и ласточкой нырнул вниз, пока его лапы не коснулись сухой каменистой поверхности земли, посреди руин, чего-то некогда величественного, но со временем измельченного в каменную крошку. Некоторые постройки еще уцелели – как то вывернутые колонны или, или несущие стены особняков. Сквозь облачный туман вдалеке чернела не тронутая ни времнем ни иными рузрушениями гигантская чёрная арка, охраняемая статуями гигантских драконов-стражей, на чьем фоне Пирос казался маленьким грызуном. - Здесь пахнет смертью. – отрапортовал Пирос, нервно втягивая ноздрями воздух.- Однако лететь дальше я не в силах. Земля оказалась негостеприимной. Сейчас, между расступающихся облаков, Лайма видела выжженное плато, на котором какой-то гигант щедрым жестом рассыпал скрошенные до мелких обломков здания. Она запрокинула голову, разглядывая небо в просвете туч. Ничего общего с их черной ночной глубиной или лазурью утра не было и в помине. Оно было таким же грязно-оранжевым, лишенным и намека на звезды. - Мне это место тоже не по нраву. – Она сползла с драконьей спины, морщась от боли в затекших мышцах. Пирос устало зевнул. Сколько же по времени занял полет? - Тебе явно нужен отдых. А я осмотрюсь. Тут рядом какие-то руины. – Лайма ткнула пальцем в место, где возвышались Врата со статуями-стражами. Именно Врата, а не триумфальная арка или садовое украшение, подсказала интуиция. От единственного уцелевшего в этом хаосе строения веяло жутью. Следом со спины дракона упала сумка. Пирос расчищал место для отдыха, разгребая лапами каменистые обломки. А Лайма переодевалась с удовольствием сменив насквозь поледеневшую одежду на запасной комплект «студенческого набора». - Все свое ношу с собой. – частенько приговаривала Лайма, колдуя над сумкой, с возмущенно заевшей молнией. Сумка была магической, сшитой из кожи василиска, или из чего-то очень на нее похожего, что нашлось в закромах отца, а потом бабушкиными стараниями и кривыми стежками Лаймы, исколовшей себе все пальцы доведено до совершенства. По крайней мере она была вместительной и сохраняющей одежду в сухости. - Ай! – хищная молния умудрилась укусить ее за палец. – Поменяю на целлофановый пакет. Толку больше а выпендривается меньше! – прошипела темная, посасывая палец. Пришедшие на ум теплые воспоминания тут же испарилась. Старенький темный свитер куда уступал новенькому бабушкиному подарку, но он был сухой – то, что ей сейчас и требовалось. Что до остального: -Я пройдусь, немного. – Проворчала девушка, переступая с ноги на ногу в хлюпающих кедах. – Надо размяться. И согреться! Может быть какие-нибудь авантюристы вроде ее приемных родителей, или того хуже – недавних попутчиков тут же побежали бы исследовать местность, Лайма же обошлась кругом в небольшой радиус от драконова лежбища. Достопримечательности вроде разрушенной стены со съехавшей крышей некогда массивного здания ее мало интересовали. Она собирала сухие прутики, растущих меж руин кустарников, то и дело останавливаясь и озираясь по сторонам. Пустынно. Тихо. И ничего не обычного, если забыть что она на летающем куске суши! Так продолжалась пока охапка прутиков едва не стала помешаться в руках. С чувством выполненного долга она вывалила хворост перед мордой посапывающего дракона: -Можешь разжечь костер? Не очень много, но мне согреться сойдет, а ты вряд ли мерзнешь. Не открывая глаз тот выдохнул сноп искр, с трескучим пламенем охватившим прутья. Побродив еще немного Лайма набрала хворост про запас, развесив сушиться промокшее тряпье. На плато опускалась ночь – где то внизу шумело море, эхом отражая крики невиданных морских существ. Странно, но эти звуки убаюкивали. Греющаяся у костра Лайма задремала, облокотившись спиной о горячий драконий бок.

***

Прошло несколько часов и в прежде безжизненных руинах задвигались тени. Они скользили вдоль остатков зданий, стелились по земле, оплетали уцелевшие колонны. Тени сгущались, гонимые отблесками костра, таились неподалеку, приглядываясь к непрошеным гостям. Себе Лайма могла признаться, что не засыпала. Все таки было бы безумием расслабляться в столь подозрительном месте. Однако в момент когда ее глаза открылись обрывок цветастого сна все еще плыл перед глазами. С большой неохотой она отлипла мерно вздымающегося драконьего бока и подбросила в огонь остатки хвороста, оглядываясь скорее по привычке. Облака, прежде окутавающие плато практически растворились, явив ее взору огромное плато, почти что сливающееся вдалеке с темным грозовым небом. Она поежилась, ощутив чей то пристальный взгляд. В отблесках костра были лишь густые тени, но по ее позвоночнику уже маршировал одряд колких мурашек. - Эй, Пирос! – она хлопнула дракона по морде. Тот ворчливо рыкнул, но глаз так и не открыл. - Просыпайся, здесь что-то не так! – в отчаянии она перешла на рокочущий драконий язык. Нельзя же так мирно спать когда вокруг … никого нет! Она с ужасом наблюдала как от остатков древней колонны бесшумно отделилась тень. Призрачная фигура приблизилась к костру, остановившись на границе света. - Мир тебе путник. – голос был тихим, едва отличимый от далекого гула моря. – Что привело тебя в этот мертвый край? Напряженная до предела Лайма вздрогнула, до боли в челюсти сжав зубы чтобы не завопить от переполнившего ее ужаса. Затем внутри нее что то надломилось. Тень как тень, живая и говорящая. Не ведет себя вызывающе агрессивно. Мирно поздоровалась. Может ей скучно и хочется поговорить. А может и попытается выдрать ей сердце. Нечто подобное было описано в мамином «египетском дневнике». Во всяком случае от нее не веяло угрозой а только … любопытсвом? - Чт-то привело? – запинаясь переспросила Лайма и осмотрелась. – Потребность в отдыхе. – Наконец-то нашлась она. – А вы что… кто… Э… - Окончательно запутавшись в своих мыслях Лайма торопливо помотала головой. – Что это за место или что за город? – Ее палец ткнул даже не в сам город, а выше, в арку с драконами. – Что это вообще такое? – Есть у людей такая потребность, задать кучу вопросов, когда ничего не получается понять самостоятельно. Вот и Лайма затараторила, подозрительно присматриваясь к тому, как прозрачная тень сгущается и приобретает материальный формы. Тень шагнула к костру, и его тонкие алые язычки оплели ее, облачив высокую, уже материальную фигуру в темный балахон. Капюшен полностью скрывал лицо гуманоидного существа. Но для полного эффекта не хватало так сказать косы. - Я Кетеб, хранитель этого места. Когда-то был королем процветающего города, но в своей гордыне забыл истинную цель моего бытия и боги покарали меня. Меня и моих слуг. Ты попала в миф, живая. - Можно просто Лайма. – «Живая» слишком уж ее напрягало. Пирос так и не соизволил проснуться, и она в сердцах хлопнула по его морде ладонью. Несколько раз. Из сказанного она сделала вывод называть тень существом, как нельзя лучше ему подходящим. Она не знала чей там он король, но на проклятого походил очень качественно – авторитетно подумала мало-мальски разбирающаяся в проклятьях ведьма. Вот только лжет он или просто над ней смеется определить не могла. – Миф? - Нет, конечно же она знала, что такое мифы, но никак не могла представить, что в них еще можно попасть. – Когда я увидел человека, мной овладел ужас, хотя это и не свойственно таким как я – мертвым. Я полагал, что врата вновь открыты как это было раньше. Тому свидетельствовал дракон. Но врата запечатаны, как прежде, и дракон слишком мал, чтобы именоваться стражем. – существо облегченно засмеялась. Смехом безумца. – Все… жители мертвы? Но как они, - палец ее вновь уткнулся в городские врата, – могут существовать? И… и почему ты… вы тут, а ладно… - Она вновь уселась подле костра и посмотрела на пляшущие языки пламени. Слишком много ненужной информации. - Да, все мертвы. Остались лишь тени. – в голосе Кетеба звучала горечь. – Ты не похожа на посланницу сильфов. Зачем ты здесь? Чего ищешь? – Я-то ничего не ищу... Нет, я ищу… выход отсюда. Есть такие подозрения, что этот мир явно не является моим. – пожаловалась Лайма. А что, у нее тоже своих проблем хватает. Почему этому странному существу можно жаловаться, а ей нет? Когда она только очнулась, то была такая мысль, что их просто отбросило в океан… Ведь все происходило на острове. Или, чего уж, остров ушел ко дну вместе со злополучным деревом. Но нет, стоило ей увидеть обитателей местных вод… – Что это за врата? Куда они ведут и почему ты так боишься стражей и живых? - Лайма прищурилась, глядя на фигуру сквозь сноп огня. Чувствовался жар, приятно растекающийся по всему телу. Искусственно создание существа имеют много трудностей в восстановлении магии от естественных источников вроде водного колодца или костровой ямы. Если Лайма и была в какой-то мере драконом, где то глубоко внутри, то явно не огненной породы. По ее лбу бежали бисеринки пота – за непринужденным разговором она всеми силами пыталась восполнить магический резерв из огня. Знала как, но с трудом получалось. Стихийным магам в этом отношении было куда проще. Той же рыжей ведьме Софье, выезжающей на одном врожденном таланте. Способности Лаймы же были результатом ее усердной учебы, метода проб ошибок и еще раз ошибок. – Мне ведь не стоит тебя бояться? – задала она наконец мучающий ее вопрос. Могут ли мертвые причинить вред живым? Какие правила она нарушилаЮ какие законы переступила по незнанию оказавшись здесь? Лучше перестраховаться. Магия восстанавливалась. Но очень, очень медленно… Пирос … хотелось бы верить, что дракон при необходимости проснется. - Я хранитель этого места. – повторило существо, глядя на нее сквозь затухающий костер. Это был исчерпывающий ответ на ее вопрос. Была ли в ней скрытая угроза? Лайма смахнула пот с глаз и нахмурилась. – Эти врата соединяют наш мир, мир демонических созданий хаоса и иные миры, в том числе и ваш, мир людей. Когда-то они открылись… Их открыло существо, одержимое жаждой власти. Могущественная ведьма. Ей мало было этого мира. Собрав легионы она опустошающей чумой выкосила континенты, разрушила мой город. И все для того чтобы открыть врата. Стражи воспрепятствовали ей и растерзали ее слуг, но цели она достигла... – тихий голос существа проносился над плато, где плясали тени. Повинуясь памяти древнего из пепла восставали миражи величественного города, охваченного битвой. До ушей Лаймы донеслись крики, звон оружия и рев магии. А затем она увидела как арка оживает, расцветая изнутри черным до жемчужного блеска пламенем. Она вскрикнула, отшатнувшись от костра. Она ужи видела магический огонь, ставший черным. Он был на линиях рисунка, призванного запечатать разлом. - Ты хочешь вернуться назад, но это невозможно. Забудь об этом. Врата намертво запечатаны и вздумай ты использовать их я первым встану на твоем пути. Возможно … тогда я заслужу прощение. – закончил речь мертвый король. Лайма ругалась. Долго со вкусом, но иногда повторяясь. Будь у ведьмы запас магии, пространство вокруг наполнилось бы проклятьями. Возможно это было бы и так, но руины с его обитателями уже кто-то проклял до нее. На местные легенды и исповедь короля Лайме было глубоко плевать, но вывод напрашивался очевидный: посредством сорванного ритуала их затянуло в мир, где люди редкостный деликатес, и чтобы что то исправить по всем законам жанра нужно найти виновных, то есть ее отсталых в развитии со-практикантов, притащись за шкирку к местной архитектурной достопримечательности, именуемой вратами и еще каким то образом их распечатать и попасть в свой мир. При этом им будут мешать. И при этом нужно придумать что то более действенное чем пасы руками и банальное «откройся сезам». Вновь чертить схему и проводить коллективный ритуал… в принципе может и сработать. Во всяком случае теперь она примерно понимала, что нужно делать. - Я вернусь назад, усек? – зло сказала она, поднимаясь на ноги. – И ни ты, ни твой давно умерший народ не будет препятствием... во всяком случае слишком долго. Не здесь, так в другом месте выход будет! – самоуверенно заявила она. - Думаешь я хочу остаться в этом обреченном мирке? Да черта с два! "Наверняка здесь есть и другая земля, другие города... ведь куда-то делить все те, с кем мы были на острове. Надеюсь, что им повезло больше, чем мне. Хотя... может я и оказалась самой удачливой, ведь со мной Пирос, а они могли запросто материализоваться где-нибудь посреди океана... или в кругу вот таких недружественных существ." - Эй Пирос, а ну оторвал быстро пузо! Хватит дрыхнуть! Существо равнодушно пожало плечами. В устах ведьмы угрозы звучали лишь простой эмоцией, сказанной в сердцах. И Кетеб это прекрасно знал. Его обязанность предупредить вторженца была выполнена, но прежде чем раствориться в пляшущих тенях он небрежно проронил: - Врата - не выход. Одному Мальфасу известно … передай ему привет, если он тебя не сожрет. – Тень растворилась, истаяла, вместе с потухшим пламенем костра, оставив в золе слегка обугленный пергамент с картой.