Кто кого из нас выдумал?

      Нужно ли говорить, что всё следующее утро я провела в приподнятом настроении? Так, будто я в буквальном смысле самый счастливый и окрылённый человек на земле. Я готова была порхать и одаривать улыбками всех окружающих, независимо от того, кто это был: маленькая и улыбчивая Кристина, несносный Питер или же незнакомый мне парень из урождённых Бесстрашных. От этой воодушевляющей радости я неожиданно даже для самой себя чуть не решила сделать татуировку. А почему бы и нет? У остальных неофитов они давно уже были, и только я всё никак не решалась, вовсе забыв почему.        Даже толком не зная, что именно это будет, я уже вышагивала в компании Трис и Кристины в сторону тату-салона. Мы громко смеялись, обсуждая какие-то глупости, и чуть ни столкнулись с выходившими из-за угла Питером и Молли. Лицо Питера исказилось гримасой осуждения и недовольства, стоило ему только увидеть, с кем в компании я нахожусь. — Извини, мы вас не заметили, — тут же беззаботно отозвалась я. — В каких облаках витаешь? — недовольно проговорил Хэйес. — И правда, Рейна, ты всё утро ведёшь себя, как влюбленная дура. Скажешь, кто этот бедняга, или скоро мы распознаем его по желанию сброситься в Яму? — саркастично ухмыльнулась Молли, так и не простившая мне, похоже, своё поражение.       А меня будто ледяной водой окатили. Той самой, со вчерашней грозы. Быть может, выражение моего лица тоже разительно изменилось, потому что Питер озадаченно наклонил голову, сощурив при этом глаза.       И в самом деле, какой глупостью я занимаюсь… Ликую всё утро от ничего не значащего поцелуя с мужчиной, который меня и вовсе после него прогнал. О чём я вообще думаю, радуясь произошедшему? Что-то подленько кольнуло меня в самое сердце… Ах, да, это кажется здравый смысл?       Боже, неужели я действительно где-то в глубине своей души решила, что случившемуся вчера недоразумению может быть хоть какое-то продолжение?       Вероятно, что да. Отчего бы ещё мне в таком случае весь день порхать, будто счастливее меня и нет никого вовсе? Во рту неожиданно пересохло, а радостный, наполненный красками день вдруг потух, превратившись в нечто безликое и чёрно-белое. Постаравшись сделать более невозмутимый вид, я холодно улыбнулась подружке Питера. — Ещё есть бредовые идеи? — голос мой звучал довольно грубо. Я злилась и на себя за столь глупое поведение, и даже на Молли — за то, что разрушила мои глупейшие грёзы, в которых я так недальновидно тонула всё это утро. — Я передумала делать татуировку, позже вас найду, — бросила я Кристине и Трис и зашагала в противоположном от них направлении.       Позже мне придётся потрудиться, чтобы суметь адекватно объяснить им своё нарочито странное поведение. А сейчас… Мне необходимо найти его… Я неслась по коридорам Бесстрашия, не замечая никого на своём пути, до конца не понимая, зачем же на самом деле я это делаю? «Не нужно… Порой просто не нужно ни о чём размышлять, — думала я, уже вышагивая по тому самому коридору, в котором и находится личная комната нашего Лидера. — Нужно лишь поддаться порыву, сделать что-то, что совсем не свойственно тебе и тогда…» —…Вот черт! — выругалась я, лоб в лоб столкнувшись со светловолосой женщиной в светло-синем пиджаке, которой и быть-то здесь не должно.       Джанин сделала шаг назад, оправляя свою одежду. Да ладно, неужели наше столкновение показалось тебе столь сокрушительным? — Что ты здесь делаешь? — спросила она, наморщив лоб так, будто это я — Лидер Эрудиции, изо дня в день разгуливающий по чужой фракции. — Где? Во Фракции Бесстрашия? — тут же парировала я.       Джанин лишь сузила глаза, так и не успев мне ничего ответить, потому что из-за двери следом за ней появился и сам Эрик. Он буквально на одну лишь секунду замер, увидев меня. Его скулы напряглись. Эмоция смятения, посетившая его обычно столь непроницаемое, будто холодная бесчувственная маска, лицо, длилась так ничтожно мало, что никто другой, быть может, её бы и не заметил. Но Джанин хватило и этого времени. Она, вопросительно приподняв брови, посмотрела сначала на меня, а затем перевела взгляд на Эрика и уже куда более беззаботным и дружелюбным голосом произнесла следующие слова так, что у меня буквально зубы свело от нарочитой лживости её любезности. — Ох, Эрик, а я и не знала, что ты командир группы моей племянницы.       Выражение лица моего Лидера стоило бы сейчас видеть… Стальные серые глаза сначала непонимающе взирали на Мэтьюс, а затем будто огненные, пропитанные ядом стрелы, метнулись ко мне. Бровь, проколотая пирсингом, тут же вопросительно изогнулась, а Джанин продолжила свой спектакль: — Что, Рейна тебе не говорила?       Всё, что мне оставалось, это лишь пожать плечами. — Командир переходников-неофитов — Фор. А Эрик наш Лидер, тебе это известно. И нет, не говорила, — сухо ответила я, про себя сокрушаясь: «Какого же чёрта ты это делаешь?». Джанин, расплывшись в самодовольной улыбке наслаждалась моей реакцией.  — Что же, у меня ещё куча дел, так что вынуждена вас оставить. Рейна, милая, рада была повидаться! — не взаимно. — Эрик, надеюсь ты в скором времени дашь мне решение по нашей проблеме.       Эрик кратко кивнул, а Джанин уверенно зашагала прочь по коридору, цокая своими каблуками. Я буквально прожигала взглядом спину этой стервы. Зачем она это сделала? Зачем рассказала ему?       Не сомневаюсь, что выражение моего лица, как и обычно, ничем не выдавало завладевших мной снова эмоций: негодование, злость, отчаяние от безысходности. Я научилась контролировать их за долгие годы тренировок, которые без моего собственного согласия начались ещё в детстве. «Ты хочешь нас опозорить? — сокрушалась мама, увидев в моих глазах застывшие слёзы. — Ну-ка быстро перестань реветь, как идиотка. Видишь? Все на нас уже смотрят». «Но мам, он…» — только и успевала сказать я, прежде чем получала отрезвляющую пощёчину.       Ноющих девочек никто не любит. Никто им не протянет руку помощи, когда те, кто с тобой сражаются, куда сильнее, чем ты сама…       Поэтому я снова сделала глубокий вдох и нацепила на лицо холодную ухмылочку. — Что, уже принимаешь лидеров Эрудиции в своих личных покоях? — в самом деле, Рейна? Именно это сейчас тебе и стоило спросить?!       Похоже терпение Эрика оказалось совсем на исходе от моих выходок, потому что он тут же, схватив меня грубо за локоть, отворил дверь своей комнаты и втолкнул внутрь.       Запинаясь о порог, я оказалась в его комнате, сначала даже растерявшись от увиденного. Неожиданно, но место, где жил Эрик показалось мне даже уютным. На первый взгляд оно напоминало нечто вроде лофта: деревянный потолок с металлическими трубами и балками, что виднелись прямо над ним. Кирпичные стены, квадратные колонны из красного кирпича, которые были выстроены в два ряда так, будто здесь когда-то было офисное помещение, или же какой-то склад, теперь сложно разобрать. В середине комнаты был расположен немного потрёпанный кожаный диванчик коричневого цвета, рядом с ним — стеклянный невысокий стол с отметинами от побывавших на нем бокалов, чуть дальше — некое подобие барной стойки, тоже слегка обшарпанной, но при этом всё равно вполне приличной на вид. Сверху на неё свисали три лампы с потолка. У противоположной стены располагалось подобие кухни, а в самом дальнем конце, сразу за деревянным стеллажом, под завязку набитом книгами, — невысокая металлическая лестница, которая вела на второй уровень лофта. Там, по всей видимости, и располагалась зона для сна. Ух ты. Вовсе не такой я ожидала увидеть обитель Эрика. А какой? Даже не знаю, но совершенно точно в каких-нибудь более мрачных серо-чёрных тонах, пожалуй. И книги? В самом деле? Вот уж никак не представляю Эрика, одиноким холодным вечерком читающего книгу за чашкой горячего чая, несмотря на то, что он сам бывший Эрудит.       Сколь же глубок и неизведан на самом деле этот холодный айсберг?       Закрыв за нами дверь, он тут же развернул меня к себе и небрежно, почти брезгливо отпустил мою руку. В сама деле? Неужели всегда нужно быть именно таким? — Послушай меня внимательно, Рейна, — говорил он грубым глубоким голосом так, чтобы я не заблуждалась, будто эти слова что-то вроде просьбы об одолжении или же они могут подвергаться оспариванию, вовсе нет. Это был вполне себе прямой приказ Лидера. — Ты можешь сколько угодно думать, что Джанин Мэтьюс спасёт тебя, что бы ты ни сделала и кому бы что ни сказала. Но я просто предупреждаю: нахами мне ещё раз, и я обещаю, ты поймёшь, как заблуждалась. Ты меня поняла? — договорил он холодным, способным покрыть льдом буквально любую душу голосом.       Я почувствовала, как дрожь завладевает всем моим телом. Но она вовсе не являлась последствием страха…       Не в состоянии что-либо с собой поделать, я понимала, что мои губы расплываются в блаженной улыбке. — Да… — как-то неестественно странно и при этом томно проговорила я, тут же увидев на лице Эрика растерянность. Его брови нахмурились от моего странного, нелогичного, не поддающегося его рациональному сознанию воина объяснению. — Чего ты хочешь? — настороженно и сердито процедил он.       Чего я хочу, Эрик? Ты в самом деле решил это узнать? Если я начну перечислять, то нам не хватит и дня, чтобы всё это до конца выяснить.       Так что, лучше я просто тебе покажу…       …В пару уверенных шагов преодолеваю расстояние между нами и тут же, встав на носочки, тянусь к нему, через мгновение уже касаясь его губ своими. Он вовсе не отталкивает, то ли от растерянности, то ли от удивления… А может, и сам этого так же хотел, как и я, со вчерашнего вечера. Не представляю, откуда во мне столько смелости, но я тут же прижимаюсь к Эрику всем своим телом и в эту же секунду чувствую, как его руки обхватывают меня, а губы целуют в ответ ещё более страстно. Моя ладонь скользит по его щеке — такой колючей, щетинистой. Я ощущаю, как его пальцы проносятся по моим волосам к затылку. Эрик на самое мгновение останавливается, лишь на несколько сантиметров отстраняясь, и мы смотрим друг другу в глаза. В его таких безумно далёких, до невозможности холодных я вижу сейчас лишь полыхающее желание, отчего они кажутся ещё более яркими, такими голубыми, будто небо в самые первые секунды рассвета, я растерянно хлопаю ресницами… Какой же он всё-таки красивый… и недосягаемый, даже сейчас.       Эрик тут же подхватывает меня на руки, а я обвиваю ногами его бёдра, прижимаясь всем своим трепещущим, наполненным желанием телом, и чувствую, как он тяжело и обрывочно дышит. Я даже не понимаю куда он несёт меня, так как всё сознание занимает оглушающий гул в ушах, от зашкаливающего желания быть с ним здесь и сейчас, быть ещё ближе, ощущать своими руками каждый накаченный мускул его безукоризненно-сильного, такого сокрушительного тела. Я даже не понимаю, что уже оказываюсь на спинке того самого дивана, что стоит посреди его комнаты. И тут же выгибаюсь в спине, когда его влажные и такие горячие губы касаются моей шеи, оставляя на ней приятные прохладные следы, ветерок из приоткрытого окна проносится по мне, и я содрогаюсь всем телом, когда он касается разгорячённой кожи. Мои руки скользят по его массивной, такой твёрдой, будто вылепленной из мрамора, спине. Эрик тут же поднимает вверх мой топ, я делаю тоже самое с его футболкой, и мои пальчики касаются его накаченного тела так мягко, так манко, что он тоже чуть слышно хрипит мне в губы, сквозь наш поцелуй, который уже не просто сводит меня с ума, а лишает рассудка. Эрик ловко снимает мой топ и откидывает куда-то в сторону, его большие ладони тут же ложатся на мою обнажённую грудь, касаясь пальцами твёрдых сосков, а я, не в силах совладать с эмоциями, издаю томный стон от такого горячего, небывалого наслаждения. И только я думаю «пожалуйста, не останавливайся, будь тут… Пожалуйста, со мной», как он отстраняется… Горечь разом разливается во мне от вопиющего разочарования, мольба в моём взгляде заставляет его ухмыльнуться, но тут Эрик переваливается через спинку дивана и демонстрирует мне пульт. — Хочешь, чтобы нас услышали?       Какое мне до этого дело? Но я не отвечаю ни слова, лишь улыбаюсь, как дурочка от радости, что он не решил сбежать или отправить меня прочь снова. Он нажимает какие-то кнопки на пульте и из колонок тут же раздаётся: Itʼs time to forget about the past To wash away what happened last       Музыка звучит оглушающе громко, но сейчас мне это вовсе не мешает, потому что мой Лидер снова подходит ко мне, с полуулыбкой-полуоскалом смотрит на меня, как на жертву, не осознавая до конца, что я уже и так полностью повержена, абсолютно капитулировала и готова быть сейчас лишь в его единоличной власти. Эрик демонстративно стягивает с себя футболку, а я чуть не задыхаюсь, когда мой взгляд упирается в его накаченный, такой соблазнительный торс. Я тут же соскакиваю со спинки дивана и иду к нему, будто под гипнозом, но Эрик хватает меня и властно, как и полагается настоящему Лидеру, разворачивает к себе спиной и тут же наклоняет вперёд так, что моя грудь теперь оказывается вплотную прижата к спинке дивана. Руки Эрика скользят по моим бедрам к животу, и тут он расстегивает мои джинсы, грубо стаскивая их вниз, оголяя мою попку. Я чувствую касание его больших рук, он сжимает нежную кожу моих ягодиц своими пальцами, а затем заносит руку вверх, и я ощущаю внезапную боль от его шлепка. Я сама себе не могу объяснить, почему, но мне это, черт побери, нравится, и я даже ухмыляюсь, мысленно требуя ещё. Но его пальцы уже скользят дальше, прочерчивая линию по тоненькой ткани трусиков… И тут он касается заветного места. Отодвигая ткань, Эрик проводит пальцем по моему клитору, так уверенно, но при этом нежно, что я, извиваясь от томного, такого жгучего желания, издаю приглушённые стоны, умоляя, чтобы он не останавливался. Его палец двигается вверх-вниз, заставляя меня стонать ещё сильнее, ещё громче, и тут он вводит его в меня, а я буквально впиваюсь ногтями в кожаную обивку дивана. Но уже через секунду всё прекращается, и я безнадежно хватаю ртом в воздух, не в силах с собой справиться. Эрик поднимается на ноги и разворачивает меня лицом к себе, снова усаживая на спинку дивана. Стягивает с меня джинсы, а следом и трусики, пока я вожусь с ширинкой на его штанах, и тут же отбрасывает их в сторону, к моему топу и его футболке.       Я обнажена, в его комнате, стягиваю штаны со своего бескомпромиссно-безжалостного Лидера, сидя на его диване… Одна лишь только эта мысль могла бы довести меня до безумия.       Эрик приспускает свои штаны, и я тут же обхватываю пальцами его и без того уже возбужденный и такой твёрдый массивный член. Я подаюсь бедрами вперёд.       Пожалуйста, я уже готова, давай сделаем это, прошу…       Он слегка отстраняется от меня и берёт в свою руку член, прижимая его ко мне, пальцами второй руки он обхватывает мой подбородок и поднимает голову вверх, заставляя смотреть в его глаза, которые сейчас наполнены таким всепоглощающим желанием, что мне, пожалуй, не забыть этот взгляд до скончания времён. Его глаза буквально кричат «повинуйся мне», а я вовсе не против… Я смотрю в его серые с голубыми бликами глаза и тут же зажмуриваюсь от неимоверного удовольствия, когда ощущаю, как его член входит в меня. Эрик обхватывает руками мою талию, а я одной рукой упираюсь в спинку дивана, кожаная потертая обивка которого так болезненно царапает мою кожу, но я и вовсе готова этого не замечать, потому то с каждой секундой мой Лидер наращивает темп, отчего стоны, вырывающиеся из моего приоткрытого ротика становятся всё сильнее и громче. Голос, наложенный на музыку, орёт из динамиков: Itʼs a beautiful lie Itʼs the perfect denial Such a beautiful lie to believe in So beautiful, beautiful That makes me… Beautiful…       Но мои стоны настолько сильны, что чуть не перекрикивают эти звуки. Эрик властвует во мне, не давая ни одного шанса на то, чтобы оправиться после того, как всё это закончится… Его крепкие руки сжимают мою кожу, наверняка оставляя на ней синяки. Я изгибаюсь и извиваюсь под его натиском, а он двигается во мне всё сильнее, всё быстрее, всё более требовательно и властно. Его руки скользят по моей груди, играя пальцами с сосками. Он наклоняется ко мне и проводит языком по моему подбородку, затем целует мою шею и спускается ниже поцелуями к моей груди, не сбавляя темпа, которому я стараюсь вторить, двигая бедрами в такт его движениям. Его влажные, такие горячие губы обхватывают мой сосок, оттягивая его, играя с ним языком. Я уже буквально кричу от наслаждения, а моя рука уже вовсе не гладит его спину, а впивается в неё ногтями, оставляя явные следы от нашей совместной страсти. Я прижимаюсь к нему всем телом и страстно целую его в губы, проводя рукой по его затылку, затем по его щетинистой щеке… Он отвечает мне на поцелуй, как-то умудряясь делать его для меня и властным и одновременно неимоверно нежным настолько, что я тут же отстраняюсь от него, падая спиной на спинку дивана, издавая заключительный, наполненный сводящим с ума криком наслаждения. Эрик делает ещё пару твёрдых глубоких толчков внутрь меня и тут же замирает, прикрыв глаза.       Я всё ещё не могу отдышаться, сползая с дивана вниз на пол, даже не веря в то, что это действительно сейчас произошло…       Эрик, что заметно по его взгляду, с пары секунд размышляет, но затем тоже опускается вниз и садится со мной рядом, окидывая меня каким-то странным, несвойственным ему взглядом…       А я лишь улыбаюсь ему в ответ, пока мои мысли и чувства вкупе с зародившейся где-то внутри меня ложной надеждой несутся на безумно стремительной скорости к одному из самых грандиозных провалов в моей жизни…