Пролог
9 ноября 2016 г., 06:42
Яркое солнышко высоко висело на ясном голубом небосклоне, заливая всё вокруг бесценным светом и теплом, что всякое существо, оказавшееся в радостных объятьях его проворных лучиков, оказывалось непременно счастливым и радостным от одной лишь мысли о том, что живёт. Лёгкий ветерок шевелил зелёную листву деревьев, охлаждая воздух и не давая всему живому окончательно сойти с ума от запредельной жары.
Небольшой дом в конце улицы заполнился звонким детским смехом, и на лужайку выбежали две абсолютно одинаковые девочки лет шести-семи в таких же одинаковых белоснежных платьицах, украшенных различными узорами, которые были вышиты вручную. Длинные тёмные волосы волнами струились ниже плеч. Они были одинаковыми, однако было между ними одно отличие: у Катерины глаза были ясного нежно-голубого оттенка, а у ее сестры, Дарьяны, — мутно-белые, не такие, как бывают у обычных людей. Она была слепа. Но это не мешало ей радоваться жизни и с улыбкой встречать каждый новый день.
Вслед за ними вышла белокурая женщина. Она была не молодой, но и не старой, а практически невидимые морщинки на лице хоть и прибавляли ей возраст, но были верными показателями её жизненного опыта и доброй души.
— Теперь ты догоняешь! — резво захихикала одна из близняшек, несколько коверкая слова в силу своего столь юного возраста. Вторая бросилась за ней с не менее веселым смехом.
Девочки бежали к могучему раскидистому дубу, удобно выросшему на участке. Своими мощными ветвями он тянулся высоко, прямо к солнцу, будто надеясь, что однажды ему вдруг удасться коснуться его хотя бы одним листиком, хотя бы кончиком веточки, и эти длинные ветви с большими копнами листьев на каждой создавали огромный тенёк, который служил неким островком прохлады в особо жаркие дни.
— Девочки, не убегайте далеко, и будте осторожнее там, — прикрикнула женщина, останавливаясь на террасе и жмурясь от ослепительного солнца. Близняшки, словно не слыша слов матери, сломя голову бежали к качелям, которые удобно расположились в тени дуба.
— Я первая! — ловко запрыгнув на качели, улыбнулась одна из близняшек.
— В прошлый раз была я, — подоспела вторая, тяжело дыша.
— Значит, один-один, — победительница начала неспешно раскачиваться на качелях. Сестра последовала её примеру.
Через пару минут мама оказалась рядом с качелями, где неспешно раскачивались её милые дочки, весело о чём-то беседуя.
— Дарьяна, Катерина, скоро будем кушать, — предупредила мама нарочито строгим голосом. Девочки послушно кивнули, отвлекаясь от разговора.
Внезапно их любопытный взгляд привлекла медленно идущая семья. Высокого роста мужчина, который вероятно, был главой семейства и отцом, крепко сжимал руку своей маленькой дочки, а с другой стороны так же крепко её держала мама. Девчушка заливисто смеялась, и счастливый смех её мелодично разливался звонким колокольчиком по всей улице.
— Что там? Куда ты смотришь, Катерина? — спросила девчушка, почувствовав, как дёрнулась голова сестры.
— Мама, папа и ребёнок идут и смеются, — озвучила старшая близняшка то, что увидела.
Девочки почувствовали прилив неприятного чувства, что разливалось в груди. Тогда они ещё не знали, что имя этому липкому чувству — зависть.
— Мам, а где наш папа? — спросила Дарьяна, отводя ничего не видящий, пустой взгляд от тротуара.
Мать опустила уставший взгляд вниз, не желая отвечать на этот вопрос, просто решив сделать вид, что не услышала.
— Мам? — Катерина потянула женщину за рукав кофты, исполненная надеждой найти ответ.
— Он… Его нет, дорогая, — вздохнула белокурая, ласково глядя на пытливую дочурку.
— Как это нет? — нахмурилась Дарьяна, которая, казалось, смотрела в одну точку — себе в ноги.
— Он ушёл когда-то. И больше не вернулся, — с некой тоской в голосе проговорила мама.
— А почему он ушёл? — продолжали допытываться малышки, ещё не в силах понять, как тяжело их матери даются ответы.
— Я уже и не помню, солнышко, — терпеливо улыбнулась она, стараясь побыстрее утолить заинтересованность дочерей.
— Он бросил нас, да? — подала голос Дарьяна, безостановочно качая ногой.
— Он нас не любит? — поддержала её сестра.
— — Нет, нет! Конечно, нет! Что за глупости?! — мама поспешила успокоить своих разволновавшихся девочек. — Вас невозможно не любить! Вы у меня такие хорошенькие! — она упала на колени перед ними, стараясь сдержать слезы и дрожь в голосе.
— А почему тогда?
— Ему пришлось. Уверена, он бы не поступил так, если бы мог остаться, — женщина заботливо потрепала девочек за пухлые, румяные щёчки. — А теперь за стол, живо! Пора обедать. Только руки не забудьте помыть.
Близняшки лениво слезли с качели и, взявшись за руки, неохотно побрели к дому. Эмма же осталась смотреть им вслед, невольно вспоминая их отца.
