Ничего, кроме желания

Антон Кожевников держал трубку на расстоянии половины вытянутой руки, чтобы не слышать воплей девушки своего сына. Бывшей девушки. Юля пять минут назад позвонила ему, чтобы сообщить, что Ник её бросил и просила – нет, велела – выложить всё о той, на которую он её променял. Да уж, ничего себе барышня. Хоть для Антона и стало неожиданностью разрыв Юли с Ником, но, слушая вопли блондинки, мужчина подумал, что сын принял верное решение. Какие же всё-таки женщины истерички! - Юль, я уже сказал, что нет у него никого, иначе я бы знал. Нет, я не покрываю его, - Костя, поставив перед своим парнем чашку горячего кофе, сочувственно и с каким-то беспокойством посмотрел на Антона. – Что? Кто он? Нет, мой сын не козёл, это ты баба, которая ведёт себя так, будто у неё постоянный ПМС. Прими как данность, что вы теперь не пара. Ну вот, - мужчина убрал трубку от уха и положил в карман. – Бросила. Не хочет узнать всю правду о себе. - Значит, Никита расстался с Юлей? – для себя уточнил Костя. Антон кивнул, потянувшись за сахаром. - Они были хорошей парой. - Я тоже так считал, - Антон сделал большой глоток. – Ну да ладно, дело молодое. Понравились, повстречались, потом разошлись. Только вот Юля думает, что Ник променял её на другую. Ты думаешь, она права? Костя? Костя? - Ну… - Даренских – старший почувствовал, как у него вспотели ладони. – Тош, ты только не волнуйся. В общем, у Никиты действительно роман. Я… я это случайно выяснил. Антон порадовался, что не подавился булочкой. - Что? А почему он мне об этом не сказал? И кто она? - Мой Дан. Всё-таки подавился. Костя услужливо принялся хлопать его по спине. Как только Кожевников откашлялся и как следует осмыслил новость, немедленно вытащил телефон и быстро набрал номер сына. *** Поиски новой квартиры заняли почти две недели, то было слишком долго добираться до института, то плата высокая. Наконец ребятам удалось найти более менее устроивший их вариант. Пусть и дороговато, но двое потянут. Друзья всё ещё приходили в себя от того, что они из врагов превратились в друзей, как парни их снова огорошили: они, оказывается, родственники, которые соперничали в детстве, поэтому и ненавидели друг друга. Теперь же они осознали, что вели себя глупо. Так что на новость о переезде все студенты не отреагировали так бурно, как раньше. Просто отходили от предыдущих известий. Сегодня Ник с Даном собирались переехать на новую квартиру. Вещи уже были собраны. - Ну что? Я вызываю машину? – осведомился Данил. – Ты ничего не забыл? - Забыл, - Ник плотоядно улыбнулся. Дан инстинктивно напрягся. – Я забыл секс. - Чего? - Ну давай, - Никита усадил блондина на кровать и обнял за плечи. – Секс на дорожку. Мы быстро. - Но… - возразить Дан не успел. Ник подарил ему головокружительный поцелуй, укладывая на спину. – Хорошо, только побыстрее. - Я же обещал, - на медленное и чувственное раздевание время они не тратили, снял лишь куртки, брюки и обувь. Данил вынужден был признаться себе, что никогда ещё от чужих поцелуев у него так не кружилась голова, что он мог согласиться на что угодно, лишь бы этот человек, даривший ему столько удовольствия, не оставил его. Что? О чём он думает? Конечно, Никита когда-нибудь оставит его. Дан ощутил, как сердце остро кольнуло болью, но тут его накрыло удовольствием. Ник овладел им так, будто для него не было никого важнее, чем его любовник, словно он… любит его. - Как хорошо, - прошептал Ник. – Не могу тобой насытиться. Данил откинул голову, его глаза закатились, и всё вокруг вспыхнуло искрами. Рвущийся наружу крик поглотил поцелуй. - Ты супер! – Никита взял с тумбочки предусмотрительно приготовленные салфетки. Дана, расслабленного от прикосновений к своему телу, хватило лишь на то, чтобы слегка улыбнуться ему. Когда они снова были собраны, Ник хотел вызвать машину, но телефон успел затренькать раньше, чем он начал набирать номер. - Дан, вызови такси, я отцу отвечу, - Ник принял вызов. – Да, пап, что случилось. - Никита, кхм, я тебя не отвлекаю? - Нет, - парень удивился нерешительному тону. За Антоном такого не водилось. – Мы с Даном уже вещи собрали, скоро переедем на квартиру. У тебя что-то срочное? - Хм, с Даном, значит? – как-то странно хмыкнул Антон. – Послушай, это не телефонный разговор, но у меня сейчас нет возможности ехать к тебе, так что просто ответь на один вопрос. - Конечно, спрашивай. На том конце не сразу раздался выпаливший на одном дыхании голос: - Ты спишь с Даном? Ник аж подавился воздухом. Коротко кивнул Дану на дверь, Ник вышел в коридор и тщательно проверил, нет ли кого поблизости. - Костя рассказал? - Так это правда? Ник, ты с ума сошёл? С каких это пор тебя стало тянуть в сторону парней? - С таких, как увидел его голым. Успокойся, парни меня не интересуют, меня на одном Даниле переклинило. - Я был абсолютно уверен, что тебе нравятся девушки, - Ник представил картину, как его отец готов вцепиться себе в волосы. - Они мне нравятся, можешь не сомневаться, - отрезал Ник. - Ты в этом меня или себя убеждаешь? Послушай, если это просто эксперимент, то лучше его прекратить. - Вот только учить меня не надо. Странно слышать от тебя такие слова, - попенял ему Ник. - Да я для тебя же стараюсь. То, что вы подружились, это хорошо, но то, что слишком подружились… Ник, я тебе не указываю, но подумай над тем, что я тебе сказал. Поверь моему жизненному опыту: такие эксперименты ни к чему хорошему не приводят. Я тебе это из жизненного опыта говорю. - Хорошо, папа, я подумаю, - пообещал Ник, отключаясь. Как по заказу, перед глазами возник образ обнажённого Дана. Фига с два он прекратит их отношения. По крайней мере сейчас. - Что-то случилось? – осведомился Данил, когда Ник вернулся в комнату и молча подхватил вещи. Вид у парня был задумчивый. - Да так, пустяки, - улыбнулся Никита. «Нет, не буду сейчас ему это говорить», - решил Кожевников. - Походу дела, Юля позвонила папе и устроила скандал, - хмыкнул Ник. Данил понимающе фыркнул. Да уж. Девушка Кожевникова отличалась поразительным темпераментом. Хотя его бывшая девушка была не лучше. Только вчера звонила. Зачем – не понятно. Обругала, обматерила, пожалела, что столько времени на него угробила и послала куда подальше. После чего положила трубку. Нет, он решительно не понимал девушек. Но порой Данил задумывался. Отношения с Ником не вечны. Вот пройдет это помешательство, и они пойдут своими дорожками. У него появится хорошая работа и семья. Милая, не капризная жена и обязательно сын. И мальчика своего он не бросит, как Костя. Он будет о нем заботиться и сделает все, чтобы у него было то, чего сам Данил был лишен: дорогие игрушки, красивая одежда, хорошая школа. Но самое главное, у него будет внимание и любовь отца. Даже если они с женой разведутся, то малыш обязательно останется с ним. - Дан, о чем думаешь? – потеребил его Ник. «О своем будущем сыне», - хотел ответить Дан, но вовремя спохватился. Не время такое говорить. А то начнутся ненужные вопросы. - Да так, о будущем, что весьма и весьма призрачно, - неопределенно ответил Дан, заметив, как вытянулось лицо Ника. Видимо, тот тоже думал об этом. И вряд ли там был Даренских. С другой стороны, для него подобная семья – норма. Ему не приходилось мучиться, чтобы поступить в элитную школу. С отцом-чемпионом это наверняка было просто. Да и любви у него было в достатке, равно как и всего остального. «Если бы отец не оставил меня матери…», - Дан сердито тряхнул головой. Это прошлое. Да, болезненное, да, неприятное, но это не повторится. Сейчас все зависит от самого Данила. Он пока держал это в тайне, но в его планах было поступить в еще один институт. Зачем? Да мало ли что. Тренерам в нашей стране платят не так уж много, надо на всякий случай иметь еще одну профессию. *** - Дан, приехали, - отвлек его от размышлений голос Ника. Тяжело вздохнув, Данил выбрался из машины вслед за Никитой и направился в их новое пристанище. Да уж. Рано думать о будущем. Его пока держит настоящее. А в нем нет места для детей, жены и прочего. Пока в нем есть учеба в институте, соревнования и чудесный любовник. А в скором времени еще и экзамены. *** - Я не думаю, что это хорошая идея, - нудел Ник. Дан вздохнул. Прошла неделя с их переезда. Они сидели в уютной гостиной, и пили чай. Это становилось уже приятной традицией. Было хорошо и спокойно. Завтра суббота, никуда не надо идти. Но вот Ник уже начинал портить эту идиллию. Дело было в том, что Дан решил поехать в Ярославль на соревнования. Но они проходили в июне, в самый разгар сессии. И Данил, не мудурствуя долго, решил сдать сессию досрочно. Однако Никите это не понравилось. Причин было множество: долго отсутствие Дана, и вместе с ним секса; сложности досрочной сдачи, и опять-таки еще пару недель без секса и еще куча всего. Когда Дан возразил, что Ник и сам поедет на соревнования по кендо во Владивосток, тот фыркнул и заметил, что едет после сессии. Потом замер… чтобы через несколько минут начать ругаться сильнее прежнего. Получается что, когда Дан приедет со своих соревок, Никита будет уже в самолете Москва – Владивосток. И опять без секса!!! Целый месяц!!! Да это же издевательство! - Никита, я сказал: я поеду. И точка, - отрезал Данил, продолжая рисовать. Во время их совместного жительства парни узнали много интересного друг о друге. Данил и не подозревал, что Никита прекрасно играет на двух музыкальных инструментах: флейте и гитаре! Для Ника, в свою очередь, стало шоком, что Дан закончил художку и просто потрясающе рисует. Да еще и фотографией увлекается. Собственно, на этом и строился его заработок. Он работал дизайнером в одной небольшой фирме. Платили весьма и весьма неплохо. Да еще после переезда Дана повысили. Теперь он получал гораздо больше. Необычайно приятным сюрпризом стало известие, что Дан умеет готовить. И готовил, надо сказать, просто замечательно! Как пояснил Данил, научиться готовить его побудила отвратительная стряпня матери. Она умудрялась испортить даже полуфабрикаты. Ник тоже умел готовить. И весьма вкусно. На вопрос, где он так научился, Никита только посмеивался. Ну, в самом деле, не мог же он сказать Даренских, что готовить его научил Костя, когда узнал, что Никита собирается ехать в Москву и жить в общежитии? Теперь же они по очереди готовили и прибирались в квартире. Ник тоже нашел работу, и они платили пополам. - Ладно, хорошо. Ты меня убедил, - неожиданно легко сдался Ник. Но, не успел Данил удивиться, как он оказался рядом с ним и повалил на диван, жадно целуя в губы. - Ник, ммммм, мне еще работу… мммм, - застонал Данил, придавленный горячим телом. Ник стал целовать его и не дал закончить предложение. В перерывах между поцелуями он прошептал: - Мне скоро месяц-другой без секса предстоит. Так что хочу получить все авансом. Данил согласно застонал. Точнее, Никита решил, что согласно. А стонать Даренских начал из-за того, что руки Ника, пробравшись под футболку, начали гладить его грудь и пощипывать соски. Начав расстегивать рубашку, Кожевников прошептал: - Узнаю, что завел там с кем-то интрижку – убью!!! После чего нахально приник губами к оголившейся груди и принялся ее вылизывать. Данил стонал без остановки. Он сейчас был на все согласен, лишь бы Ник не прекращал свои действия… Дан дрожащими пальцами расстёгивал его рубашку и, отбросив её в сторону, опрокинул Никиту на спину, усаживаясь сверху, избавляясь от остатков своей одежды. Наклонившись, блондин поцеловал любовника, одновременно стаскивая с него джинсы. Воспользовавшись разомлевшим состоянием Ника, Дан упивался его телом, проводя дорожку из поцелуев от губ до шеи, груди, животу, но дальше идти не решился. Он пока не был готов подарить Нику подобную ласку. Дан прикоснулся к его каменной плоти, вызвав у Ника протяжный стон. - Я невероятно хочу тебя, - блондин поцеловал основание крепкой шеи любовника, руки поглаживали внутреннюю сторону бёдер. – До безумия. Рот Никиты был приоткрыт, глаза же, наоборот, закрыты, но Дан знал, что сейчас его зрачки расширены от страсти. На это зрелище Даренских был готов любоваться бесконечно. В этот самый миг он не представлял, как когда-нибудь сможет жить без него. - Люби, - Ник открыл свои чудесные золотые глаза и раздвинул ноги, приглашая… Дан растерялся. Он никак не ожидал, что Ник позволит ему такое, да и, честно сказать, ему нравилось принимать, и он не думал о смене роли. Видя его замешательство, Кожевников поднёс ко рту пальцы блондина и облизал их. Смазка находилась в ванной, но он не хотел разрывать тактильного контакта ни на минуту. - Ты знаешь, что делать, - доверительно произнёс парень, опуская его руку вниз. – Давай же, сделай это. - Я… ты уверен? Ник твёрдо кивнул: - Уверен. Смелее. Легко сказать. Внутри было невероятно тесно, и Дан удивлялся, как у них вообще получается это. Даже два пальца входили с трудом. К счастью, Дан заметил на столике крем. Выдавив изрядное количество на пальцы, парень продолжил растягивать Ника, что стало делать гораздо легче. - Ты такой красивый, - Дан это сказал не для того, чтобы успокоить сжавшего Никиту, сейчас его парень действительно был прекрасен. Блондин не мог поверить, что сейчас этот восхитительный юноша принадлежит ему. Дану не терпелось взять его, сделать своим. Он хотелось забрать его… невинность. Пусть звучит как-то неправильно, необычно, но всё же… Дан станет для него таким же восхитительным любовником, каким Ник стал для него. Выдавив остатки крема, Данил смазал себя и вошёл в подготовленное тело. Никита морщился от боли, но не просил его остановиться, надеясь, что вскоре неприятные ощущения отпустят. - Как хорошо, как чудесно, - Дан и сам не понимал что говорил, слова вырывались помимо его воли. Ник позволял ему двигаться и даже делал ответные движение навстречу. – Хочу большего. Ник, ты… совершенство! Кожевников обнял его, принимая ласки, под которыми боль почти отступила. Дан всё время целовал его. Этот раз не был таким, как другие, сейчас всё больше напоминало нежность, нежели страсть, но никто из них не ощущал меньшего желания обладать друг другом. Разрядка накатила на обоих почти одновременно. Дан закричал от острого наслаждения и сжал тело друга в объятиях так сильно, что Ник забеспокоился за судьбу своих рёбер. - Как прекрасно, - Дан положил голову ему на плечо, и Ник с удивлением ощутил на коже мокрые следы. Дан что, плакал? – Тебе было хорошо? Я же не сделал тебе больно? - Нет, мне было очень хорошо, - заверил его Ник. Лицо Дана озарила необыкновенно счастливая улыбка. Ещё нескоро они разомкнули свои объятия, чтобы вместе отправиться в ванную.