Я помогу тебе

Юнги поднялся и направился в отель. Чимин не мог ничего сказать. Он не знал, как поддержать его. Но он решил для себя, что он попробует найти этого Хосока для Юнги. «Не знаю как, но я должен. Если я найду его, они поговорят, и Юнги сможет отпустить его. Да, так я помогу тебе» Региональное собрание проходило в напряжении. «Что происходит, не знаешь?» — Шепнул Чимин на ухо Хосоку. Тот отрицательно покачал головой. Тревога Чимина все нарастала, мешаясь с мыслями о своем контактировании с подопечным, и о вопросе «как найти одного ангела из тысяч, и как внушить ему о необходимости поговорить с живым человеком?»  Отправляясь обратно, Чимин услышал, как говорили о нарушителе. Об ангеле, что игнорирует правила. И что его сейчас ищут. «Я должен перестать общаться с ним.» — Решает Чимин, по возвращении. Юнги зовет его, но ничего не слышит. «Голос разума покинул меня. Ну и стремно же звучит.» Намджун возвращается из поездки, встречается с Юнги. Они гуляют вместе, и Чимин думает, что все теперь в порядке. Юнги вытащен из депрессии, и он не нарушает правила. Теперь все как надо. Но Юнги не спит по ночам. «Мне не хватает тебя. Вернись.» И Чимин мучается вопросом, кого же зовет Юнги: того Хосока или же его, Чимина. На следующем региональном собрании, кажется, все позабыли о нарушителе. Воспользовавшись шансом, Чимин решается узнать у организатора, ангела-хранителя с наибольшим опытом и большими заслугами, сколько же всего ангелов с именем Хосок. «Вы же знаете всех ангелов по именам, не так ли?» — Спрашивает Чимин, решив для начала узнать, чтобы не выглядеть странно, сколько хранителей с его именем. «Девять.» «А сколько с таким же именем, как у моего друга Хосока?» «Он один.» Один. Эта цифра эхом отдается в голове Чимина, когда он возвращается к Юнги. Тот в ванной комнате, и Чимин опускается на колени около синтезатора. Что за листы бумаги там лежат? Там наверняка много нужной информации. Может, тот Хосок все — таки не хранитель Намджуна? Может, просто поговорить с Юнги еще раз? Он выскажется про те дни, про те три года, что тот был в коме. Он расскажет, как ему было плохо. И боль уйдет? Может ли случиться такое? Или же лучше, как и предполагалась изначально, попросить Хосока поговорить с ним? Тем более, теперь я знаю, кто этот Хосок… Чимин встрепенулся. За своими мыслями он не заметил, как прошло время. Почему Юнги не выходит? Вода не течет. У Чимина появилось плохое предчувствие. Он подбежал к ванной комнате, дверь которой, слава богу, была приоткрыта. Втиснувшись в щель, Чимин увидел Юнги, стоящего у раковины, смотрящего немигающим взглядом в отражении. На полу валялись упаковки из-под таблеток. Юнги хрипло втянул воздух в себя и сел на холодную плитку. — Юнги! — закричал Чимин, бросившись к нему. — Послушай, ты не можешь умереть. Вставай, налей себе воды, много пей. Вся эта пакость, что ты наглотался, еще может выйти из тебя. Пожалуйста, Юнги, не умирай. Юнги слабо улыбнулся. — Вот и голос разума появился, поздновато правда. — Стал шептать он. — Нет, ну просто зачем мне жить? Раньше у меня была надежда, а теперь… Я попробовал жить без него, и, знаешь, это не здорово. Совсем не здорово, потому что у тебя нет никакого шанса услышать его, увидеть вновь. Почувствовать и признаться в том, что было, в том, что я не смог сказать, когда он жил. — Нет, Юнги! Ты можешь, правда можешь! Я обещаю тебе, слышишь? Сегодня же ты поговоришь с ним, Юнги! Я… обманул тебя лишь раз, когда сказал, кем я являюсь. Юнги! Пожалуйста, поверь мне, и пойдем на кухню! — Почти задыхаясь, сквозь слезы кричал Чимин. Его трясло от мысли, что Юнги может умереть, его трясло от мысли, что это он допустил это. Юнги, покачиваясь, поднялся: — Я не знаю, кто ты. Может, это все — мое воображение. Но если одной из моих галлюцинаций станет Хосок, то я поверю тебе.