Мята

      - Ты слышала, что он сказал?       - А? – я неосознанно заправила прядь за ухо, над которым пару минут назад прошептал Снейп. Гарри, явно перевозбужденный услышанным, метался туда-сюда по коридору.       - Ну, что Снейп сказал Драко? Я знал, что Малфой что-то замышляет, и эта летучая мышь с ним в сговоре!       - Да нет, ты же слышал, Малфой был против его помощи, а еще, - я напрягла память, пытаясь восстановить весь разговор, - Снейп что-то сказал про… как это... обет, обет… Непреложный обет!       - Я не знаю, что это, - бросил Поттер, продолжая мерить коридор шагами.       - Что-то знакомое, я, кажется, недавно читала об этом в запретной секции, что-то связанное с… И я замерла в ужасе. У меня перед глазами появились строчки из потрепанной книги: «Этот великий волшебник умер не от старости, не сраженный темнейшим заклятием, а лишь из-за того, что не смог выполнить клятву, скрепленную Непреложным Обетом». Этого не может быть. Зачем он это сделал? Что он пообещал? Бросив озадаченного Гарри в коридоре третьего этажа, я помчалась в единственное место, где могла узнать правду.       Я влетела в его кабинет без стука и предупреждения, он стоял около камина спиной к двери с бутылкой очередного горячительного напитка. Он даже не шелохнулся, услышав мое появление.       - Вас не учили, что невежливо врываться без разрешения, мисс Остин? Кажется, это вам не единожды уже выходило боком, - со злой усмешкой сказал он, все еще не поворачиваясь ко мне лицом. Уж не на тот ли день, когда я его застукала с той неизвестной женщиной, он намекает? «А, да к черту, сейчас не об этом», - нетерпеливо взревел голос в моей голове. Ты прав.       - ВЫ правда дали Непреложный обет? - выпалила я вертевшийся в голове вопрос.       - Я так и знал, что все это было спектаклем, - он наконец поставил бутылку на каминную полку и развернулся к столу. - Вынужден признать, у вас неплохие актерские данные. Просто сама невинность. Он с вызовом смотрел мне в глаза. И сейчас я действительно переживала из-за того, что между нами лишь такая незначительная преграда в виде его дубового стола, потому что когда я все-таки решусь его придушить, меня это не остановит. Прожигая его взглядом, я повторила вопрос:       - Вы правда дали Непреложный обет?       - Да, - просто ответил Снейп, не отводя взгляда от моего лица. И как же чертовски сильно меня бесил этот его спокойный, безразличный тон!       - Вы что идиот?       - Не забывайтесь, Остин, - он насмешливо изогнул губы.       - Я жду ответа. Сегодня я была намерена вытрясти из него все, так как мне плевать, что мы так и ни разу не говорили о произошедшем в библиотеке, мне плевать, что мы не говорили о той ночи, когда я под наркотой ему все рассказала, и он плакал, мне плевать, что он так и не объяснил свое поведение, после того, как увидел нас с Гарри около стадиона (черт, не знай я Снейпа, решила бы, что он ревнует). И много чего другого, список можно продолжать бесконечно. Но! Это чертовски важно, и я выбью из него правду любыми способами.       - Может быть я и идиот, - тихо сказал он, огибая стол. Теперь между нами не было даже этой хрупкой преграды. Он оказался в сантиметрах тридцати от меня, и я почувствовала резкий запах огневиски.       - Но зачем? Вы же можете умереть, - произнесенные на выдохе слова, словно увязли в сгустившемся воздухе, и я начала задыхаться от недостатка кислорода.       - Я не намерен умирать,- еще тише прохрипел он, и тепло от его дыхание ощущалось чуть выше правого уха. По шее, по рукам и по спине побежали мурашки. - Я сделаю то, что пообещал.       - Что именно? Он отстранился и посмотрел на меня сверху вниз своим, казалось, самым холодным взглядом и ледяным голосом ответил.       - Это вас не касается, Остин. Возвращайтесь к себе в гостиную. Такая смена температур подействовала на меня отрезвляюще, поэтому я с уверенностью посмотрела ему в глаза, преодолевая страх. Я ведь на таком расстоянии делала это всего один раз, когда он был под Амортенцией. Теперь они не казались такими теплыми и бархатными, как тогда. И в этот момент пришло осознание, что я бы все отдала, лишь бы ощутить на себе тот взгляд снова. Но сейчас надо быть сильной, я должна узнать правду.       - Я никуда не пойду, пока не услышу ответы на все мои вопросы.       - Тогда уйду я, - безразлично сказал он и направился к входной двери.       - Стоп! – крикнула, выхватывая палочку из кармана и направляя на замершего на полпути Снейпа.       - Вы серьезно? – он надменно приподнял бровь.       - Просто ответьте на вопрос: что вы пообещали матери Драко Малфоя? – четко, разделяя каждое слово, проговорила я готовая в любой момент кинуть в него что угодно, начиная от Петрификуса Тоталуса и заканчивая Империо.       - Это не вашего ума дело, - прорычал он. И я уже замахнулась палочкой, чтобы обездвижить его, но Снейп молниеносно оказался возле меня и перехватил запястье, не давая закончить движение.       - Зачем вам это?       - Я…- я на секунду растерялась, и все мои чувства сосредоточились в той части руки, где его кисть обхватила ее, - я должна знать.       - Зачем? – еще раз спросил он       - Потому что я… А собственно потому что я, что? Потому что я люблю его? Потому что хочу помочь, защитить? Потому что не переживу, если он умрет? Я не знала, что ему ответить. Ведь ни один из этих вариантов нельзя произносить вслух. А он, видимо, решил, что я сдалась, и, зло отпустив мою руку (так что у меня даже палочка вылетела из пальцев), усмехнувшись сказал:       - Вы просто глупая гриффиндорка, которая везде лезет со своим любопытством! – выкрикнул Снейп, отходя к двери, но он не вышел из кабинета и не хлопнул ею, а снова повернулся и с ненавистью выдал. - Да катитесь вы со своим чертовым благородством, жалостью и чем там еще к Поттеру, а меня оставьте в покое! Убирайтесь, - он указал мне на дверь левой рукой, даже не взглянув в мою сторону. Я никогда не видела его таким взбешенным. «А может он ревнует?» Я посмотрел на его искаженное болью лицо и представила, как провожу пальцем по крючковатому носу, по его тонким губам, а потом по подбородку к впалым скулам. Мне захотелось обнять его. Пусть он не ответит или даже оттолкнет, но я не могу смотреть на его боль. Переживает он так из-за того, что должен сделать? Или правда ревнует… меня? Я сделала шаг. Господи, как же страшно. Кто я ему? «Глупая гриффиндорка». Но имеет ли это значение? Я сделала второй шаг. Ведь я искренне люблю его. Мне хочется ему помочь. Это не жалость. Оставался последний шаг и нужно сделать выбор: в сторону выхода или навстречу ему. Я посмотрела на его пальцы правой руки, держащие дверь, готовые толкнуть ее вслед за мной, чтобы она захлопнулась как можно с большим грохотом. Я видела, как он короткими ногтями впивается в дерево. Наверняка ему больно. Я посмотрела в виднеющуюся часть коридора с зеленоватым светом подземелий. Он как будто в другом мире, словно до него не один шаг, а целая вселенная. Очевидно, что шагнув сегодня туда, я уже больше никогда не смогу ворваться в этот кабинет и застать профессора, читающего вечернюю газету или перебирающего пергаменты. Больше не увижу этот маленький чайничек на краю стола с мятным чаем. С которого все началось. Я приняла решение.