Мята

      За февраль наши посиделки с как-оказалось-не-с-таким-мрачным-зельеваром стали привычным делом. Я приходила к нему вечерами, молча садилась в свое кресло и тихо читала или пила мятный чай, пока он проверял работы учеников. Потом мы разговаривали до полуночи, иногда он робко целовал меня, боясь вызвать приступ паники снова.       Я все-таки рассказала ему о случившемся, хоть мне и было страшно. Это глупо, но мне казалось, что раз тот урод не… довел дело до конца, то я не имею права жаловаться. Наверное, именно поэтому я никому не говорила об этом, потому что боялась осуждения, боялась обвинения. Запретила себе думать о том вечере, попросту подавив воспоминания и скрывшись за невразумительным объяснением «могло бы быть и хуже». Но Снейп (и да, я все еще не могу называть его по имени) заверил меня, что я ни в чем не виновата, а тот «папин друг» - «последняя свинья раз осмелился прикоснуться к девушке без ее согласия, тем более, что она была несовершеннолетняя». К слову, он в течение почти всего этого разговора не употреблял местоимений «ты», «тебя» и т.д., он постоянно говорил в третьем лице, словно это произошло с кем-то другим, а не со мной. Потом он объяснил, что так делал лишь потому, что боялся меня ранить этим разговором повторно и думал, если абстрагироваться то будет проще оценить ситуацию как бы со стороны. Не могу сказать, что мне стало легче сразу, но к концу февраля я смогла прийти в норму, во многом благодаря нашим общим вечерам. Кстати, я снова стала заниматься с ним зельями. Не знаю, в какой конкретно момент так случилось, что мы одновременно пришли к выводу, раз уж у нас теперь вроде как мир, и я все равно прихожу к нему каждый день, то почему бы не проводить это время не только приятно, но и полезно. Снейп предложил заняться подробным изучением противоядий, и я с радостью согласилась. Что касается того зелья памяти – меня перестала интересовать эта тема, если честно. Память – гораздо более сложная и противоречивая вещь, чем я думала раньше. Некоторые люди, возможно, все бы на свете отдали, чтобы не вспоминать. И кто я такая, чтобы навязывать им свою правду? К тому же, я узнала, что уже давно существуют более действенные методы. Так что теперь все точно вернулось в колею.       Первого марта, в свой день рождения, Рон, как истинный везунчик, отравился конфетами, пропитанными любовным зельем, и попал в больничное крыло. Мы все жутко переживали, но я поговорила со Снейпом, и он прокомментировал случившееся так, цитирую: «Поттер молодец, если бы не он, то Уизли был бы уже мертв». Слышали? Он реально употребил слова «Поттер» и «молодец» в одном контексте и без сарказма. Я долго таращилась на него, глупо хлопая глазами, пока Снейп не расхохотался на все подземелье от моего ошарашенного вида, чем ввел в еще более глубокий ступор. И все у нас было прекрасно, и все мы были счастливы… пока я не встретила Дамблдора в коридоре. Вы же помните, что это милый дедушка еще ни разу не привнес в мою жизнь ничего хорошего? Вот и сейчас, завидев его у поворота, попыталась сделать вид, что я - это не я, а потом незаметно спрятаться. Но старичок в очередной раз проявил свои невообразимые способности для человека его лет и за считанные секунды оказался в противоположном от его первоначального местоположения конце коридора рядом со мной.       - Мисс Остин, рад вас видеть, - замурлыкал директор, - как ваши успехи?       - Хор…       - Не хотите выпить чаю? И не дав и рта раскрыть, Дамблдор повел меня, угадайте куда? Правильно, в свой кабинет.       «Нам нужно бежать отсюда, срочно!» - вопило подсознание. А я не дура, сама знаю. Короче, оценив ситуацию, я поняла что от манипулятора не спрятаться, не скрыться и не избавиться и потому, тяжело вздохнув, уселась в кресло для посетителей. Через секунду передо мной появился чай, а Дамблдор как ни в чем не бывало начал сверлить меня взглядом со своего места. Чай пить сразу перехотелось.       - Так как ваши успехи, мисс Остин? Я слышал вы очень много занимаетесь в последнее время?       - Эм, не уверена, что понимаю, о чем вы, директор.       - мистер Поттер говорил, вас часто не бывает в Гриффиндорской башне, - невозмутимо продолжал он. Я же в этот момент напряглась так, что у меня мышцы в ноге свело. Он же не может знать, чем я занимаюсь?       - А, да, я часто бываю в библиотеке, - с нарочитой небрежностью почти не соврала я.       - Учение, как известно, это свет, но не стоит забывать и о своих друзьях… - начал было Дамблдор, но я прервала его нравоучительную тираду       - Давайте будем откровенны, зачем вы меня позвали?       - Я лишь хотел напомнить вам о ваших обязанностях… в недалеком будущем и сказать, что у вас осталось примерно три месяца, после чего вы должны добровольно отправиться к Волан-де-Морту, - абсолютно бесцветным голосом сказал он, словно давая понять, что ему все равно на возможные риски и что ожидает меня в этом добровольном плену, ведь главное – это общее благо. Ну а чему я удивляюсь? Он так эксплуатирует Снейпа вот уже лет 15.       - Спасибо за напоминание, - как можно спокойнее ответила я, но вышло все равно слегка ядовито, - я могу идти?       - Прошу, уделите мне еще минутку. Я, уже собиравшаяся встать с кресла, снова опустилась в него и с вызовом посмотрела на Дамблдора       - Я слышал ваши занятия с профессором Снейпом возобновились? У меня внутри все похолодело.       - Да, сэр.       - Что послужило этому? Я понимала, что сейчас мой разум ничем не защищен, и Дамблдор сможет без проблем раскрыть любую мою ложь, но выхода все равно не было.       - Я сама попросила профессора об этом, - четко и ладно ответила я, не давая повода усомниться в правдивости моих неправдивых слов.       - Лили, - он поднялся с места и стал прохаживаться туда-сюда передо мной, - вам известно, что профессор Снейп выполняет важную работу? И я сейчас не о Хогвартсе говорю, - я кивнула и продолжила следить взглядом за каждым движением седовласого старца, - На нем лежит большая ответственность, и ничего не должно ему мешать. Вы понимаете, о чем я? Директор вдруг пронзительно посмотрел на меня, и я бесповоротно осознала, что он обо всем знает. Отвратительное ощущение букашки в банке экспериментатора настигло меня, а Дамблдор тем временем продолжил.       - Так вышло, что я в курсе ваших… отношений и настоятельно рекомендую вам немедленно их прекратить. Иначе, мне придется принять необходимые меры, - холодно закончил он и, положив руки на стол, уставился на меня сверху вниз. Я поднялась с кресла и посмотрела на него в ответ, теперь уже наши взгляды были на одном уровне.       - А какие меры, позвольте узнать? – я прищурила глаза и сложила руки на груди.       - Бросьте, Лили, это не угроза.       - А звучит, как она. Разговор зашел в тупик, и мы молча смотрели друг на друга. Наверняка, милашка директор сейчас шерстит по всей моей памяти в поисках всего, что связано со Снейпом. Ну так вперед, смотрите, если вам так хочется!       - Ваши отношения, как минимум запрещены законом, мисс Остин, - наконец заговорил Дамблдор.       - Мне уже есть 17 и, более того, мне уже есть 18!       - Вы его ученица! Будь вам хоть 30 – это недопустимо, - ого, кто-то повышает голос, а значит этот кто-то выходит из себя. Любопытно.       - Ой, только не говорите, что вас так заботит вопрос возраста. Думается мне, тут дело совсем в другом       - Вы правы, и я уже вам все объяснил. Он слишком важен для этой войны и…       - ОН ЧЕЛОВЕК! – не выдержала я.       - Я не отрицаю этого, но вы же умная девушка, вы должны понимать, что влюбленный человек не способен размышлять здраво       - Да? А как же все ваши проповеди о силе Любви? О ее важности? Чудесное спасение Гарри Поттера из-за любви его матери? Или любить можно всем, кроме Северуса Снейпа? – я вдруг остановилась и чуть не задохнулась от негодования и … о боже, я впервые произнесла его имя в слух. Как иронично, что это произошло в такой идиотский момент.       - Я не отрекаюсь от своих слов, но вы совершенно не знаете правды, и не мне вам ее рассказывать, - он сделала паузу и уже спокойнее продолжил, - Вы должны прекратить эти отношения. Это мое последнее слово. Гневно посмотрев на директора, я уже готова была покинуть этот чертов круглый кабинет, как у меня в голове возникла мысль. В кой-то веке умная. Я развернулась у выхода и уже без истерики сказала ему то, что он так жаждал услышать.       - Хорошо. ***       Я мчалась в подземелья со всех ног, надеясь застать там Снейпа. Пару раз даже чуть не сшибла каких-то первокурсников (могло бы быть и больше, но остальные при виде безумной меня предусмотрительно расступались). Домчавшись до входа в его кабинет, я, не раздумывая, влетела внутрь. Снейп стоял около своего стола в излюбленной позе: по стойке смирно со скрещенными на груди руками – и выслушивал жалобы какой-то студентки, очевидно, слизеринки. Увидев меня, на обоих напал ступор, что в общем не удивительно, если представить, как я сейчас выгляжу с растрепанными волосами, безумными глазами и красным от бега лицом. Ну, я, скажем сразу, не растерялась и с многозначительным «Ой» вывалилась из кабинета обратно в коридор.       «Это было странно, ты в курсе?» - опомнился голос в голове. Есть немного. Так это все неважно. Надо понять, как Дамблдор узнал, что у нас со Снейпом. Этот чувак просто вездесущ!       «Вот именно» И что это значит?       «Что есть во всем замке? В любом месте замка?» Клааасс, собственное подсознание загадывает мне загадки. Ну, и что же?       «Сама думай». Только я хотела выругаться, как дверь открылась, и напротив меня оказалась та самая студентка, кажется, лицо у нее знакомо…       - Чего уставилась, уродина? – мило поприветствовала меня она. Ах, да, это же та, из свиты этого Малфоя.       - И тебе не хворать, дорогая. Мы как-то незаметно поменялись местами, и я, оказавшись в кабинете Снейпа, захлопнула перед ней дверь.       - И что это было пару минут назад? – раздался у меня за спиной язвительный голос. Я обернулась, готовая пересказать ему фабулу нашей встречи с директором, но мой взгляд споткнулся об портрет, висящий над столом Снейпа. Мужик на этом портрете как-то подозрительно косился на меня. И тут до меня дошло. Что есть во всем замке? В каждой комнате? Конечно же, портреты! Вот как Дамблдору удается узнавать все на свете. Они просто подслушивают все разговоры, а потом передают портретам, висящим в его кабинете, а те, в свою очередь, все докладывают старику!       - Лили, что с тобой? Снейп в несколько больших шагов оказался возле меня. А я в этот момент проклинала все на свете, а в особенности то, что так и не научилась легилименции, а потому не могла наладить ментальный контакт с вот этим вот напротив меня. Так, надо намекнуть ему, чтобы он сделал это сам.       - Эм, профессор Снейп, - я задумчиво провела по подбородку, а потом быстро показала указательным пальцем на висок. Тот явно не догнал, - у меня к вам серьезный вопрос. Хозяин кабинета продолжал смотреть на меня, как на умалишенную. Э-э-эх еще шпион называется.       - К чему этот цирк, Ли… ау! Я невербально послала колющее заклинание ему в ногу, чтобы этот тугодум не сломал мне все представление.       - Так вот профессор, - я обошла его и встала спиной к портрету, - я прочитала в одной книге…, - тут я прервалась и остервенело прошептала, - Залезь мне в голову! – а потом как бы невзначай продолжила, - про ментальную связь, не могли бы вы рассказать об этом по подробнее? До Снейпа наконец дошло, и в следующую секунду я услышала в голове его голос.       «Что происходит?»       «Дамблдор в курсе наших отношений, и сле-е-езно просил их прекратить»       «Что? Откуда?»       «А это самое интересное! Посмотри на портрет за моей спиной» Зельевар быстро глянул в указанном направлении и затем, нахмурившись, посмотрел на меня.       «Ты думаешь, все дело в портретах?»       «Уверена»       «И что ты ему сказала?»       «Сказала, что выполню его «просьбу» Он нервно провел по волосам, а я поняла, что молчание затянулось, и пора начать спектакль для одного зрителя.       - Вообще я пришла, чтобы сказать…, - драматическая пауза, - нам нужно перестать видеться. Это неправильно, я ведь ваша студентка. Снейп молча смотрел на меня, пока я мысленно не прикрикнула на него:       «Давай, подыграй мне!»       - Возможно, вы правы, мисс Остин, - холодно и достаточно громко сказал он наконец, - эти, скажем так, отношения были обречены с самого начала. Вы мне совсем не подходите. Я кивнула и, повторяя как мантру в голове: «Мы это все в штуку. Мы это все в шутку. Мы это все в шутку». обошла его, стараясь не касаться, и выскользнула за дверь. Оказавшись на свободе, я громко выдохнула. Это, конечно, было круто, адреналин и все дела, но в реальности я бы такого точно не пережила. Хотя вся проблема любой лжи и любой шутки в том, что там всегда есть доля правды, процентов эдак 60 или 70. Я ведь и правда высказала то, что меня беспокоит и то, что я уже услышала сегодня от Дамблдора: он мой преподаватель, и в нормальном мире это все непозволительно. А что если и Снейп сказал то, что у него на сердце? Вдруг он на самом деле беспокоится из-за… Чертова дверь не дала сформулировать мне мысль. В проеме появился сам король моих мыслей, мечущий молнии взглядом. Завидев меня по правую руку, он быстро закрыл вход в кабинет и всучил мне какой-то флакончик.       - Выпей это. Тоже мне командир.       - А это что?       - Это сделает тебя невидимой минут на десять, - он обхватил емкость в моей руке и откупорил, - один глоток. НЕ больше. Я осторожно пригубила зелье и протянула ему пузырек обратно. Через секунду пришло осознание, что я не вижу собственных рук. Странное ощущение. Как будто тебя нет.       - Иди за мной, только прошу ничего не снеси, не упади и не ударься. Я ухмыльнулась и кивнула, затем, правда, поняла что он меня не видит и уже тогда дала устное согласие. Снейп снова открыл дверь, и я проскользнула за ним, пока она не захлопнулась. То же самое мы проделали со второй дверью, ведущей в его покои.       - Боже, Лили… - воскликнул он, стоило нам оказаться в спальне, а потом растерянно завертелся - ты, кстати, где? Я решила воспользоваться правами человека-невидимки и, тихо ступая, подошла к нему со спины, встала на цыпочки и подула ему на шею. С удивлением заметила, как волоски у него на коже встали дыбом, и он слегка вздрогнул. Так вздрагиваешь, когда мурашки бегут по спине.       - Когда ты снова станешь видимой, - низким, тихим и медленным голосом начал он, - я тебя убью. Я засмеялась и упала в кресло возле окна (интересно окно настоящее или заколдованное?).       - А потом я убью Дамблдора, - уже серьезнее сказал он, правда затем отчего-то на мгновение замер, прошел к стеклянному буфету, откуда достал бутылку с янтарной жидкостью.       - Ну, по крайней мере, нам повезло, что в твоей спальне нет портретов.       Снейп наполнил стакан на два пальца и сел на край кровати.       - Это нам не повезло, это я, черт возьми, так и чувствовал, что что-то неладно с этими портретами. Сделав один большой глоток, он поморщился.       - Надеюсь, Дамблдор поверит. Он посмотрел точно мне в глаза, хотя непонятно как это, ведь зелье до сих пор действовало. Мы некоторое время молчали. Один из нас вращал в руках стакан с остатками огневиски и постукивал пальцами по стеклу, а другой царапал ногтями по ладоням.       - Я на самом деле так не считаю, - пауза, - Я не о Дамблдоре, а про…то, что я наговорил. Это ложь.       - Да… я тоже соврала, - улыбаясь, сказала я, смотря на свои вновь появившиеся руки.